Вечер, водка, два друга, кухня…

Прошло девять лет с тех пор, как Аарон и Кевин начали встречаться. Они жили в разных квартирах, оберегая свое личное пространство, как зеницу ока. Однажды Аарон и Кевин договорились встретиться у Кевина, чтобы выпить вина, посмотреть фильм и обсудить командировку Аарона на пару месяцев в другой город для изучения новой, опасной болезни. Аарон заходит в квартиру Кевина и застывает на пороге: на кухне, словно хозяин, развалился пьяный незнакомец. Кевин выходит ему навстречу в одних трусах, словно Аполлон, увешанный багровыми засосами, словно виноградной лозой. — У вас что-то было? — спрашивает Аарон в шоке, словно громом пораженный. — Да, спокойно отвечает Кевин, словно речь идет о погоде. — О, я так его отодрал, он, по-моему, еще неделю ходить не сможет, — начинает пьяный незнакомец, ухмыляясь, словно кот, объевшийся сметаны. Аарон молчал, переваривая увиденное и услышанное, словно яд. Внутри клокотала ярость, смешанная с невыносимой, жгучей болью, словно рана, посыпанная солью. Его взгляд скользнул по довольной роже незнакомца, затем вернулся к Кевину, который стоял, словно ничего не произошло, словно каменная статуя. — Ты… ты серьезно? — выдавил Аарон, чувствуя, как голос предательски дрожит, словно струна, натянутая до предела. Кевин пожал плечами, словно отмахиваясь от назойливой мухи. — Ну да. А что такого? Ты же уезжаешь на два месяца. Я тоже человек. В голове Аарона зашумело, словно в улье, полном разъяренных пчел. Двух месяцев разлуки оказалось достаточно, чтобы разрушить девять лет совместной жизни? Чтобы Кевин вот так просто предал их отношения, не задумываясь о его чувствах, словно он выкинул старую, ненужную вещь? — Убирайся, — процедил Аарон, глядя на незнакомца, словно на ядовитую змею. Тот продолжал сидеть и наблюдать за сценой с циничным любопытством, и наконец изрек: — Ты мне не хозяин, хочу и сижу. И вообще, квартира принадлежит Кевину, только он меня может выгнать, а он не выгонит, он хочет продолжения со мной. Аарон перевел взгляд на Кевина, ожидая хоть какого-то опровержения, мольбы о прощении, хоть чего-то, что могло бы спасти их тонущий корабль. Но в глазах Кевина не было ничего, кроме вызова и какой-то безумной, пьяной решимости, словно у камикадзе, идущего на таран. — Кевин, скажи ему, чтобы он ушел, — тихо попросил Аарон, чувствуя, как внутри что-то надламывается, словно старая кость. — Зачем? Он мне нравится, — усмехнулся Кевин, обнимая незнакомца за плечи, словно демонстрируя трофей. — Ты уезжаешь, мне будет скучно. А так хоть развлекусь. Аарон почувствовал, как мир вокруг него начинает рушиться, словно карточный домик, построенный ребенком. Девять лет, все их общие воспоминания, планы на будущее, все это превратилось в прах, развеянный по ветру одним пьяным признанием, словно проклятием, наложенным на их любовь. — Я ухожу, — сказал Аарон, разворачиваясь к двери, словно покидая поле боя. — Надеюсь, оно того стоит. Он вышел из квартиры, оставив Кевина и его нового любовника наедине со своим предательством, словно бросив их в клетку со змеями. В голове пульсировала лишь одна мысль: как он мог быть настолько слеп, чтобы не видеть, что Кевин уже давно его разлюбил, словно ослепленный ярким светом. Кевин протрезвел и написал Аарону: «Надо поговорить». Аарон согласился. Аарон сидел в кафе, нервно постукивая пальцами по столу, словно отбивая похоронный марш их отношениям. Ожидание тянулось мучительно долго, каждая минута казалась вечностью, словно год, проведенный в заточении. Он пытался собраться с мыслями, но в голове царил хаос, словно после взрыва. Ярость и обида боролись с не угасшей надеждой, словно два волка, грызущиеся за добычу. Он не хотел верить, что все кончено, словно ребенок, отказывающийся верить в смерть любимой игрушки. Когда Кевин, наконец, появился, Аарон едва узнал его, словно перед ним стоял призрак. Вид у него был измученный, глаза покрасневшие, словно после долгой, бессонной ночи. Видно было, что он не спал всю ночь, словно его терзали кошмары. Кевин молча сел напротив, избегая взгляда Аарона, словно боясь увидеть в нем отражение своей вины. В повисшей тишине слышалось лишь тихое шипение кофемашины, словно змеиный шепот. — Ты не давал мне эмоций, я чувствовал себя пустым местом для тебя, а Дейв любит меня, поддерживает, и у него есть то, чего у тебя нет и не будет, — выпалил Кевин, словно признание в преступлении. Аарон смотрел на него, не говоря ни слова, словно окаменев. Он ждал, что Кевин скажет еще что-нибудь, объяснит свой поступок, попытается оправдаться, словно надеясь на чудо. Но Кевин молчал, опустив голову, словно приговоренный к смертной казни. — Ты понимаешь, что ты сделал? — наконец спросил Аарон, чувствуя, как к горлу подступает комок, словно огромный камень. — Девять лет! Девять лет, Кевин! И ты просто… взял и все разрушил? Сколько вы с ним? — Неделю, но за это время он мне дал больше, чем ты мне дал за шестнадцать лет нашего общения, и вообще, это ты виноват во всём, — отрезал Кевин, словно пытаясь переложить вину на другого. — Как ты можешь так говорить? — Аарон не выдержал, его голос сорвался на крик, словно от боли. — Я делал все, чтобы поддерживать наши отношения! Обсуждал с тобой все, что меня беспокоило, старался быть рядом и помогать тебе. А ты просто взял и бросил все ради какого-то хрена с горы, с которым ты ещё и знаком неделю. Неужели все девять лет я был для тебя шуткой? Кевин уставился в стол, будто искал спасение в его поверхности, словно утопающий, ищущий соломинку. — Ты не понимаешь, — тихо произнес он, словно извиняясь перед столом, а не перед Аароном. — Последние месяцы я чувствовал себя изолированным. Ты был далеко, я не знал, как всё получится. — И ты решил, что член в жопе поможет тебе разобраться со своими, блять, чувствами? — перебил его Аарон, словно выплескивая накопившийся яд. — Это не решение! Ты предал не только меня, но и то, что у нас было. Кевин вздохнул, его ладони сжались в кулаки, словно готовясь к удару. — Я не знал, как иначе выразить свои чувства. Я хотел, чтобы кто-то понимал меня, чтобы кто-то был рядом. — Так это всё? Ты думаешь, что нашему девятилетнему опыту можно заменить одной неделей с другим человеком? Как ты можешь так думать? — его голос дрожал от гнева и разочарования, словно колокол, треснувший от удара. — Зачем ты вообще пришел? Чтобы сказать мне, что я недостаточно хорош? Кевин, наконец, поднял глаза, в них читалось мука и сожаление, словно в глазах побитой собаки. — Да, ты хуёвый человек, плохой партнер. Просто ты меня не понимаешь. Я всегда чувствовал себя на втором плане, пока ты был погружен в свою работу и учебу, словно тень, следующая за солнцем. Аарон встал, его лицо стало каменным, словно маска. — Я не могу слушать это. Эта ситуация – не оправдание твоим поступкам. Я всегда пытался создать возможности для нас обоих, но ты выбрал себя. Ты убил всё, что у нас было, и теперь ты хочешь, чтобы я чувствовал себя виноватым? — Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя виноватым, — произнес Кевин тихо, словно боясь разрушить хрупкую тишину. — Я просто пытаюсь объяснить. Я не знал, как справиться с тем, что чувствовал. — Тогда почему не поговорил со мной? Почему не попытался выяснить, что происходит? — Аарон почувствовал, как к глазам подступают слёзы, словно нежеланные гости, он старался не дать им упасть, словно охраняя последнюю крепость. — Я… — Кевин открыл рот, но не знал, что сказать, словно потерял дар речи. — Я думал, что у нас всё наладится, когда я получу эмоциональную поддержку. — Но вместо этого ты, очевидно, нашел себе замену, — холодно подытожил Аарон, словно вынося смертный приговор. — Ты думаешь, что сможешь просто сойти с рук? Как будто девять лет ничего не значат? Кевин медленно поднялся, его плечи были расправлены, однако в глазах читалась тоска, словно у путника, заблудившегося в лесу. — Я не знаю, что делать сейчас. Ты… все испортил, и мне жаль. — Да, это точно, — оборвал его Аарон, махнув рукой, как будто отгоняя муху, или муку. — Мне нужно время. Я не могу простить и забыть так быстро. Ты предал нас. Верни мне ключи. Вещи я тебе завезу. Кевин молчал, опустив взгляд, словно признавая свою вину. — Я понимаю. Аарон позвонил Никки и начал жаловаться на Кевина. "Ты представляешь, этот мудак, этот эгоистичный подонок! Девять лет, Никки, девять лет коту под хвост! И все из-за какого-то случайного парня, которого он знает неделю! Он говорит, что я ему недостаточно эмоций давал, что я виноват во всем!" Никки терпеливо выслушивал поток ярости, перемешанный с обидой и отчаянием, словно выслушивая исповедь. Он знал, как Аарон может быть импульсивным, но он также знал, что за этой вспыльчивостью скрывается глубокая рана, словно кровоточащая язва. "Спокойно, Аарон, спокойно. Выдохни. Расскажи мне все по порядку." Аарон пересказал Никки всю историю, начиная с пьяного незнакомца на кухне и заканчивая их последним разговором в кафе, словно исповедуясь священнику. Никки молчал, лишь изредка вставляя успокаивающие фразы, словно гладя по шерсти разъяренного зверя. Он знал, что сейчас Аарону нужно просто выговориться, выплеснуть весь накопившийся гнев и боль, словно освободиться от тяжелого груза. "Он говорит, что я его не понимаю, что я всегда был слишком занят своей работой, что он чувствовал себя одиноким, - продолжал Аарон, голос его дрожал, словно осенний лист на ветру. - Но ведь это неправда! Я всегда старался быть рядом, поддерживать его во всем. А он просто взял и все разрушил. Как он мог так поступить?" Никки вздохнул. — Да он мудила конченый. Не прощай его, слышишь? Через несколько дней Кевин поджидал Аарона рядом с больницей, где тот работал, словно тень, преследующая свою жертву. Аарон вышел, уставший после тяжелой смены, и замер, увидев его, словно наткнувшись на привидение. Он ожидал чего угодно, но не его здесь, словно в самом страшном сне. Кевин выглядел помятым и несчастным, словно побитый жизнью пес. В его глазах читалось раскаяние, но Аарон больше не хотел верить ни единому его слову, словно он был отравлен ядом лжи. Он обошел его, направляясь к парковке, словно избегая прокаженного. — Аарон, пожалуйста, выслушай меня, — взмолился Кевин, идя следом, словно прося милостыню. — Я знаю, что совершил ошибку. Самую большую ошибку в своей жизни. Я был пьян, я был глуп. Я не понимал, что творю. — Уходи, Кевин, — процедил Аарон сквозь зубы, словно выплевывая желчь. — Я не хочу тебя видеть. — Я люблю тебя, Аарон, — выпалил Кевин, словно последнее признание перед смертью. — Я всегда любил только тебя. Дейв ничего не значит. Это была просто… глупость. Аарон остановился и повернулся к нему. В его взгляде не было ни капли тепла, словно в глазах ледяной статуи. — Если бы ты любил меня, ты бы так не поступил. Ты разбил мне сердце, Кевин. И я не думаю, что смогу когда-нибудь тебе простить, словно рану, которая никогда не заживет. Он отвернулся и ушел, оставив Кевина стоять посреди улицы, с разбитым сердцем и осознанием того, что он потерял навсегда, словно потерял ключ от рая. Ещё через пару дней Аарон договорился забрать у Кевин вещи. Он знал, что это будет тяжелая встреча, как нельзя лучше подходящая для последнего прощального акта. В день, когда они договорились встретиться, небо было серым и дождливым, как бы предвещая завершение чего-то важного. Аарон стоял перед дверью квартиры Кевина, сердце колотилось в груди, словно пойманная птица. Звук его собственного дыхания казался оглушительным в тишине коридора. Он взял три глубоких вдоха, прежде чем постучать. Дверь открылась, и перед ним предстал Кевин — такой же измученный, как и прежде, с красными от бессонницы глазами и беспорядком на голове. Внутри Арона вдруг что-то дернулось. Он хотел увидеть в глазах бывшего партнера раскаяние, но вместо этого увидел лишь пустоту. — Привет, — произнес Кевин, словно это обычная встреча старых друзей, а не момент, когда они оба прощаются с частью своей жизни. — Здравствуй, — ответил Аарон, стараясь, чтобы его голос не дрожал, словно держал под контролем бурю эмоций. Кевин открыл дверь шире и жестом пригласил Аарона войти. Аарон неохотно переступил порог, как будто входил в суд, где его ожидала неминуемая кара. Внутри квартиры царил полутемный полумрак, создавая атмосферу угнетенности, словно здесь давно не было солнечного света. Разбросанные вещи, остатки их совместной жизни, напоминали о том, что когда-то было между ними. — Я собрал всё, что ты оставил, — сказал Кевин, указывая на коробку у стены. — Включая вещи, которые я нашел в твоём шкафу. Аарон кивнул, не в силах произнести ни слова. Он натянуто рассматривал окружающее — картины, которые они вместе выбирали, книги, которые читали по вечерам. Каждый предмет будто напоминал о том, что осталось позади, и грозил вернуть его обратно в сладкую тишину. — Ты, наверное, хочешь её забрать, — произнёс Кевин, указывая на коробку с личными вещами. — Я... извини за всё это, правда. Аарон посмотрел на него, стараясь увидеть хоть каплю искренности за этими словами, но вместо этого его сердце снова сжалось от боли. — Это не просто слова, Кевин. Один раз сказать «прости» — недостаточно. Ты разрушил всё, что у нас было. Кевин склонил голову, избегая взгляда Аарона. — Я понимаю. Я действительно ужасен. Я не знаю, как это исправить. — Да и не нужно. Ничего не исправить. Я просто хочу забрать свои вещи и уйти, — сказал Аарон, стараясь, чтобы его голос звучал строго и уверенно, не выдавая дрожь в груди. Они молчали, и тишина звенела в воздухе, как нечто живое. Аарон начал собирать свои вещи в коробку, стараясь не думать о том, как все это выглядит. Каждое движение причиняло ему боль. Кевин перевел дыхание, словно искал в себе силы для последнего шага. — Аарон, я не хочу, чтобы всё закончилось так. Я никогда не хотел, чтобы ты ушел. Но я был слабоумен. Аарон медленно поднял глаза и встретился с ним взглядом. — Это уже произошло. Ты выбрал, на чьей стороне хочешь быть. Я не могу и не буду прятаться за твоими ошибками. Кевин вдруг шагнул ближе, в его глазах блеск отчаяния. — Я знаю, я ошибся! Я был глуп. Я не мог составить тебе компанию, когда ты уезжал. Дейв весёлый, и я нашел утешение, а не предал тебя. — Утешение? — с презрением переспросил Аарон. — Ты не просто предал меня, ты разорвал всё, что мы строили вместе. Я никогда не думал, что тебя может сбить с пути какой-то мимолетный флирт. Кевин опустил голову, словно осознав всю тяжесть своих поступков. — Я не знаю, что еще сказать. Просто... я правда...