На крючке

      Холодный порыв пронизывающего весеннего ветра ударил в лицо, вынудив сморщиться и спрятать его под воротником лёгкой джинсовой куртки. В этот поздний безлюдный час вокруг не было ни души, и одиноко стоящая у высокого металлического забора в старом уснувшем переулке девушка с длинными волнистыми русыми волосами ещё раз взволнованно огляделась по сторонам. Одетая не по погоде, она слишком поздно поняла, что не посмотрела прогноз на ближайшее время перед выходом, а зря. Весна в регионе редко бывала тёплой, балуя солнцем не чаще пары-тройки раз за неделю, а вот дожди заряжала с завидным постоянством и куда в большем количестве. Йери терпеть не могла сырость и холода, предпочитая прятаться от них в уютном доме под пледом с чашкой любимого чая или какао, но сегодня внешняя непогода ощущалась ничем по сравнению с царящим внутри ненастьем.              Страх, тревога, беспокойство, депрессия, стресс – за минувшие месяцы эти пренеприятнейшие психологические проблемы стали её постоянными спутниками, лишая покоя, сна и полноценной жизни, и уставшая от бесконечного нервного напряжения девушка решила, что настало время что-то менять. В стремлении быстро и легко заработать она напрочь утратила чувство меры и осмотрительности, поставив под удар своё будущее и саму себя, а оттого находила прекращение своей сомнительной теневой деятельности не просто желательным, а необходимым. Дже-и обещала, что ничего такого делать не придётся, что доставлять рецептурные препараты покупателям по назначенным ею адресам – лишь самая малая и безопасная часть их дела. Однако именно на этой малой и безопасной части Йери буквально вчера попалась, оказавшись разоблачённой собственной подругой, для которой она имела неосторожность оставить на школьной стоянке «стимулятор мозга».              Дже-и легко было говорить, будучи под защитой влиятельного и уважаемого всеми отца, а кто защитит Йери с матерью-одиночкой – да и то давным-давно бросившей её опекать и решившей вспомнить бурную разгульную молодость в элитных эскорт-домах?              Как бы ни были заманчивы и выгодны перспективы быстро накопить денег на первый курс медуниверситета, Йери твёрдо решила начать зарабатывать их, как все нормальные люди, честным и законным путём. А потому сегодня пришла сюда раз и навсегда покончить с преступным ремеслом и выйти из игры прежде, чем она станет постоянным и неизменным её игроком.              Прежде, чем эта игра уничтожит Джу Йери и её мечту, отправив вместо престижного университета в места не столь отдалённые: в унылой серой тюремной робе с табельным номером под небо в клеточку за непробиваемым стальным решетом.              Зашибись будущее.              Пустой, безликий, слабо освещённый одним-единственным фонарём переулок выглядел зловеще, пугая причудливыми движущимися тенями и воем ветра в старых оконных рамах да стоковых желобах. Где-то неподалёку шмыгнула мышь с зажатым в лапках кусочком сыра, спёртым, очевидно, из мышеловки, а в одном из разбитых окон Йери расслышала отборный мат явно не трезвого жильца. Жутко и устрашающе. Практически сцена для какого-нибудь криминального триллера, где в главной роли – незадачливая пособница драг-дилера, ждущая очередную партию кокаина на сбыт.              В одиннадцатом часу вечера улицы на окраине Сеула были уже пусты, за исключением бегающих вокруг дворовых собак да плетущихся до круглосуточного универмага пьяниц, отчего город больше напоминал бедное провинциальное захолустье, нежели столицу. Шквалистые порывы ветра усилились, раскачивая ещё голые мёрзлые ветви деревьев и шумя железными настилами низких гаражных крыш. И почему она не выбрала чуть более людное и сносное место для делового рандеву? Можно подумать, будь они ближе к центру, вокруг сразу бы собралась целая толпа шпионов.              И всё же рисковать не хотелось. У них в одной только школе кругом одни уши да глаза, а что говорить о большой незнакомой улице с её чужими закоулками и дворами?              Йери зябко поёжилась и плотнее укуталась в тонкую джинсовую куртку, бросая беглый взгляд на часы. Как и всегда, Дже-и немного опаздывала, вынуждая ждать её и гадать, не забыла ли она про встречу. Типичное поведение богатой избалованной крали, которой все и всегда должны, вот только Йери сразу чётко для себя решила, что если староста к ней сегодня не явится, то она нагрянет к ней домой без спроса сама. Экстренный вопрос не терпел отлагательств, и девушке хотелось как можно скорее избавиться от зависшей над ней Дамокловым мечом участи, а заодно и от преступно оттягивающих карман таблеток.              Чёрт бы побрал эту долбаную школьную скамью с её мефедроновыми отличницами! Как же Йери тошнило от всех них.              Невдалеке пронёсся кабриолет с грохочущей из колонок музыкой, и шатенка, цыкнув, затянулась любимой электронной сигаретой. Как бы ей тоже сейчас хотелось забить на всё и погонять по ночному городу на крутой тачке. Заскочить в какой-нибудь модный клуб и оторваться по полной в компании шальной молодёжи и спиртных коктейлей. И так бы, скорее всего, она, фанатка свободы и заводных весёлых тусовок, и сделала, если бы не одно маленькое, но сильно зудящее в одном месте «но» под названием Дже-и.              Приятный душистый персиково-мятный дым расслабил взвинченные, как пружина, нервы, снижая уровень кортизола в крови и прогоняя гнетущие мысли, и Йери инертно проверила свой смартфон на наличие смс от старосты. Как и следовало ожидать, пусто, ведь у той были куда более важные люди для переписки, нежели ждущая её в стрёмном задрипанном переулке Джу, пропажи которой хладнокровная брюнетка едва ли хватилась бы.              Йери согнула одну ногу в колене, прислонившись к стене, и, продолжая покуривать, взгрустнула.              Ю Дже-и. Холодная, неприступная, эксцентричная, дерзкая. Как скала, кажущаяся близкой и неопасной, а в действительности готовая заморозить и навечно оставить тебя на самой своей вершине в бесконечных и нетающих льдах. Дже-и, безусловно, была личностью загадочной и небезобидной, готовой в любой момент нанести удар и выкрутить любую ситуацию в свою пользу, но отчего-то именно поэтому её хотелось вновь и вновь завоёвывать и изучать, натыкаясь на её острые грани и испытывая на прочность собственный запас сил. Та же Йери наглядное тому доказательство. Сколько бы заноз Дже-и ни оставляла в её душе, сколько бы раз равнодушно ни поворачивалась спиной, сколько бы ни колола едкими словесными льдинками, Джу продолжала наряду с другими тянуться к ней, как мотылёк на свет, в слепой непостижимой надежде однажды заслужить рядом с Президентом совета учеников особое место. Безоговорочный авторитет и влияние Дже-и были поистине уникальны, и каждая девочка в школе «Чэхва» мечтала стать если не её подругой, то хотя бы доброй знакомой.              Вместе с тем, будь у Джу Йери хоть немного больше мозгов, она бы сто раз подумала, прежде чем обращаться с денежными вопросами к этой девчонке. Дочка главврача медицинского центра «J» приторговывает в школе наркотиками – кто бы мог подумать! Благодаря отцу и доступу к его обширной аптеке эта умница быстро нашла способ заработать себе на цацки, а заодно незаметно помочь другим улучшить свою успеваемость и место в рейтинге. Умела же эта вертихвостка к каждому найти индивидуальный подход и увести за собой! Прям любовный магнит какой-то. Впрочем, Йери сама была виновата в том, что повелась и влезла в эту допинговую авантюру, связавшись с Дже-и и её семейкой. После банкротства родителей заветная детская мечта в виде медицинского университета вовсю захлопала крылышками, грозясь улететь от неё прочь в отсутствие денег на обучение, а оттого Джу не чуралась никакой, даже самой унизительной, работы в стремлении заработать их. Каждый крутится и выживает как может, тем более в нынешнем, построенном на деньгах и связях мире. А что, надо было плыть по течению, прибившись, как кусок мусора, к какой-нибудь казённой шараге? Или же вообще о «вышке» забыть? Не для того она столько вкалывала, обивала пороги учительских кабинетов и зубрила, как ненормальная, день и ночь, с трудом поступив в школу «Чэхва» и выбившись в верхнюю десятку лучших! Джу Йери будет не Джу Йери, если не доведёт начатое до конца и не достигнет цели, а значит, она должна искать способы заполучить желаемое любой ценой.              Естественно, законной.              Aut vincere, aur mori.              И пошло оно всё к жирному и лысому чёрту!              Ещё раз глянув на дисплей смартфона и обнаружив там сухое короткое смс от Ю с малообнадёживающим текстом «5 минут», Йери вздохнула. Терять расположение Президента и лучшей ученицы школы совсем не хотелось, но сегодня вероятность этого была как никогда высока. Что, если после их разговора Дже-и раздумает с ней дружить? Что, если вообще вычеркнет её из списка своих знакомых? Конечно, Джу не была обделена вниманием, имея большое количество поклонников и друзей, но среди всех них Дже-и всегда занимала почётное VIP-место. По правде сказать, Джу всегда хотелось быть к этой девушке ещё ближе, незаметно став для неё тоже кем-то особенным и незаменимым, однако Дже-и, хоть и вела себя подчёркнуто вежливо, была закрыта по отношению к ней, не испытывая к симпатичной длинноногой однокласснице абсолютно ничего личного.              И сказать, что это обижало и раздражало Йери, значило бы ничего не сказать.              Зато при Ю была эта её вездесущая, ставшая чуть ли не её правой рукой и второй половиной головного мозга подружка. Эта её У Сыльги. Йери фыркнула и вновь затянулась, мигнув синим огоньком в густом уличном полумраке. Она никогда не понимала, что Дже-и в ней нашла. Невысокая, неказистая, необщительная, вся какая-то пришибленная, чудная, как будто не от мира сего. Разговаривала и вела себя всегда так, словно вот-вот потеряет сознание, по школе ходила бледным осиротевшим призраком, а об её скудной поношенной одежде и говорить было нечего! Вечно умирающий лебедь посреди замёрзшего и зацветшего озера, которого Ю тем не менее каждый раз жаждала воскресить и во что бы то ни стало умолить остаться с ней рядом.              То ли дело она, Джу Йери, умница и красавица, победительница всех местных конкурсов красоты и талантов! Почему Дже-и никогда не смотрела с таким же восхищением и преданностью на неё? Почему в упор не замечала её попыток стать лучшими подругами и всех тех вещей, что та раз за разом исправно для неё делала? Несчастной, но удачливой новенькой достаточно было всего лишь порог школы переступить со своим баулом, чтобы у Ю глаза загорелись, а руки сами собой потянулись к ней, а вот пребывающая с ней бок о бок третий год подряд Джу так и оставалась в тени, нужная разве что для того, чтобы потрепаться на перемене да составить компанию вместе с Кён на очередной лекции в учебном центре.              Ну разве это честно?              Да, у Джу был не самый лучший и примерный характер, но а у кого он простой? Можно подумать, У Сыльги – ангел с белыми крыльями, несущий простым смертным свет и любовь.              Просто смешно!              У Йери в голове не укладывалось, что их видная и солидная староста умудрилась в ней разглядеть. У этой девчонки что, во дворе дома бриллиантовый прииск скрыт? Или, быть может, куры несут золотые яйца? Что в ней такого, чего нет у Йери? Безупречная внешность, учёба с отличием, дар к музыке и искусству, первый спортивный разряд по танцам – но Дже-и по-прежнему было всё равно! Не иначе как приворожить эту красотку осталось, чтобы хоть ненадолго переключить её внимание на себя.              Идея показалась безумной, но отнюдь не самой плохой, и девушка вынырнула из своих мыслей, отвлечённая стуком катящихся по разбитому асфальту колёс. Кто бы сомневался, что Ю возьмёт с собой одну из любимых досок. Вглядевшись в тёмную, плохо освещённую улицу, Йери ещё раз насытила лёгкие ароматным дымом и хмыкнула. Странно, почему папина дочка не взяла его крутую машину. Неужто наказал её за обидное отставание от новенькой?              Ах да, у них же там, типа, чуть ли не любовь на весь белый свет.              При воспоминании об У Сыльги Йери всю передёрнуло. Угораздило же мудрую, но совершенно не разбирающуюся в людях Ю с ней связаться! Впрочем, с этой маленькой двуличной пронырой из провинции Дже-и по факту связывало не больше, чем хитрая межличностная игра и кое-какие давние счёты, – в этом Йери была почти уверена.              А значит, и поводов для серьёзных беспокойств не было, правильно?              – Что случилось, Джу? Неужто нельзя было сказать всё по телефону?              Возникшая из-за поворота Дже-и спрыгнула со скейта и, ловким движением ноги подкинув его, поймала доску одной рукой. Плотная чёрная толстовка с мешковатыми джинсами скрывали её завидные модельные формы, неузнаваемо сливая с безликими движущимися тенями ночного Сеула, но даже так знающая её как свои пять пальцев Йери ощутила исходящее от девушки недовольство с едва заметной ноткой опасности. За милым улыбчивым девичьим личиком таился настоящий монстр, который ради достижения своих целей не поскупился бы разрубить других на куски, а после полакомиться их сладкими молочными косточками. Милая снаружи – ужасная внутри, и давно знакомая с Ю Йери прекрасно знала, насколько непредсказуема и страшна в гневе могла быть эта девушка.              И вероятность застать её не в лучшем расположении духа была чуть менее чем постоянной.              – Не строй из себя бизнес-леди, Дже-и, – так же холодно и без приветствия парировала шатенка и скрестила на груди руки, неосознанно обороняясь от неё. – Ты опоздала на двадцать пять минут. И нет, нельзя. Это не телефонный разговор.              Дже-и фыркнула и, оглядевшись вокруг и убедившись в отсутствии посторонних, сняла капюшон и подошла ближе.              – Могла бы хоть место поцивильнее выбрать. Так в чём дело?              Собравшись с духом, Йери глубоко вдохнула. Признаться старшей, что она больше не хочет участвовать в её халтуре, оказалось сложнее, чем она себе это представляла, и всё же долг звал выбрать светлую и честную сторону. Таких, как она, у Дже-и всё равно полно, благодаря чему она быстро найдёт ей замену, а Джу тем временем подыщет себе нормальную работу и начнёт откладывать деньги на первый курс. А там, глядишь, при хорошем раскладе и студенческий кредит под низкий процент получить удастся.              Шатенка подняла блестящий в темноте взгляд и, встретившись с прожигающими её насквозь глазами – нечитаемыми, непроглядными, чёрными, как летняя африканская ночь, – тихо и виновато пробормотала:              – В общем... я выбываю, Дже-и. Прости. Из-за твоих колёс у меня начались проблемы. Вчера Чхве Кён узнала, что я распространяю наркотики в школе, и теперь угрожает, что сдаст меня, если я не буду её снабжать. Место отличницы вскружило этой дурочке голову, а без таблеток ей там долго не продержаться. Для меня всё зашло слишком далеко и... я не могу так рисковать репутацией перед поступлением.              Достав из сумочки пару пакетиков с разноцветными таблетками, Йери сунула их Дже-и и отступила, очень надеясь, что девушка отнесётся к её решению с пониманием. Любая работа требовала ознакомления и испытательного срока, и, если по какой-то причине вдруг не подходила, оставляла право с неё уйти, так ведь?              Однако свербящее глубоко внутри чувство не позволяло Джу долго тешить себя подобной мыслью. Такой расклад мог устроить кого угодно, но только не Ю Дже-и, чьи корыстные расчётливые мотивы всегда предполагали стабильную и долгосрочную выгоду, а люди вынужденно служили на благо ей, что называется, до самого победного конца. И Джу Йери прекрасно об этом знала.              Знала, что Ю Дже-и была не из тех, кто позволял другим первыми её бросать.              – Какая святая оскорблённая невинность, – презрительно и надменно пропела брюнетка, опуская скейтборд на землю и кидая пакетики с допингом на него. – А когда ты пришла ко мне за помощью два месяца назад, ты говорила совсем другое. Что готова пойти на всё, лишь бы заработать. Что университет – это твоя мечта. Что твои амбиции заставят переступить даже через саму себя.              – Да, но...              – Думаешь, можно так просто взять и свалить в закат? – тон Ю понизился до зловещего шёпота, змеиным ядом просачиваясь сквозь вены и парализуя каждую звенящую в беспокойстве клеточку тела Джу. – Сделать вид, что тебя тут нет и никогда не было? Наркобизнес – это тебе не торг, дорогуша. Ты уже наследила на статью и будет чрезвычайно обидно, если кто-то вдруг сообщит об этом туда, где тобой заинтересуются на уголовном уровне.              Дже-и подошла к ней почти вплотную и, выхватив у подруги сигарету, глубоко затянулась от неё сама. Йери не знала, почему в исполнении Ю это выглядит настолько обескураживающе и интимно, почти эротично, но она против воли засмотрелась на красивую, пускающую дым в холодный вечерний воздух брюнетку, безрассудно мечтая хоть на мгновение стать этой сигаретой самой.              Безумие!              Не зная куда себя деть, Йери отступила от Ю к забору, пока не упёрлась в него спиной. Она понимала, что просто выйти из «бизнеса» не получится, но и сдаваться перед не желающей терять рабочие ноги Дже-и не собиралась. Пусть доход с таблеток из клиники и приносил неплохие деньги, высокий риск разоблачения с постоянной нервотрёпкой из-за этого быстро лишили Йери первоначального запала с желанием заполучить их. Деньги деньгами, но свобода и безопасность прежде всего, и никакие золотые горы не могли быть дороже этого.              Впрочем, после прозвучавшего ответа Дже-и с явным предостережением Джу уже не была уверена, что свобода и безопасность у неё остались.              – Ты что, мне угрожаешь? – как можно твёрже спросила она, однако теперь её голос больше напоминал слабый мышиный писк.              Ю усмехнулась и, согнув руку в локте, прижала её поперёк груди девушки, тем самым образуя перед ней некий удерживающий барьер.              Барьер для того, чтобы Джу Йери не сбежала.              – Пока нет. Но я хочу, чтобы ты понимала, что значит нести ответственность за свой выбор. Не думаешь же ты, что я позволю тебе бросить начатое, а, Йери? Сама пришла ко мне, сама попросила, а теперь резко в кусты? Как умно. Тебе нужны деньги, а мне – люди, которым я могу доверять, так что будь добра: сиди и не высовывайся! Насчёт Чхве Кён не переживай: её я возьму на себя.              Теперь настала очередь улыбаться уже Йери. Самонадеянность и эксцентризм Дже-и её поражали, но вместе с тем начинали здорово действовать на нервы. С какой стати Дже-и решила, что она вправе решать за других? С какой стати возомнила себя королевой мира? Почему все вечно должны крутиться вокруг неё? Пусть её отец и был одним из самых именитых и уважаемых людей в Каннаме, это не давало права его дочурке вести себя так, как будто в её руках была судьба всех её одноклассниц!              Как будто в её руках была судьба самой Джу Йери.              – Ты в самом деле думаешь, что такая крутая? – ухмыльнулась она, решившись вступить в словесную баталию и стойко глядя в метающие молнии глаза девушки. – Взяла на мушку свору лохов и живёшь в иллюзии собственного превосходства и неуязвимости. Твой отец не вечен, Дже-и, и его связи тоже. Он не сможет постоянно тебя покрывать.              Ю усилила напор на грудь девушки и, сместив предплечье к её шее в попытке слегка придушить, раздосадованно прошипела:              – Я умна и влиятельна и без своего отца, Джу, и способна на такие вещи, которые тебе и не снились. Тэджун дал мне лишь базу в жизни, научив ею управлять, всё остальное – моя заслуга! Не смей недооценивать мои навыки в достижении целей, тем более когда сама у меня на крючке.              Щёки и уши Джу тотчас предательски вспыхнули, и она шокированно уставилась на Дже-и, чьи выразительные миндалевидные веки хищно прищурились, следя за её реакцией и считывая отражающиеся на миловидном личике мысли.              Она? На крючке?              – Я?! Что ты вообще несёшь?              Исходящее от Дже-и тепло и её непривычная близость действовали на неё сродни опиуму, ударную дозу которого она имела неосторожность принять за раз, однако именно в этот момент, после фразы Ю про крючок, Йери обнаружила, как повисшие между ними напряжение с неприязнью резко сменились на что-то сугубо личное и приватное. Что-то, что отдавалось приятной ноющей пульсацией внизу живота, путало мысли и шумело где-то внутри под рёбрами, беснуясь и требуя выпустить его на свободу.              И единственное, что было интересно в эту секунду Йери, чувствовала ли Дже-и сейчас то же самое.              – Не согласна? – не отступала между тем старшая, прижимаясь к Джу уже всем своим горящими под плотной тёмной одеждой телом. – Тогда я могу доказать.              Судя по всему, Ю действительно что-то чувствовала, и Йери, понимая, что шанс проверить её мог быть только один, многозначительно опустила обе своих ладони ей на бёдра и призывно-вызывающе прошептала:              – Докажи.              Последнее, что успела заметить девушка, – коварная белозубая ухмылка Ю и её блеснувшие в темноте двумя чёрными магическими опалами зрачки, а потом сухие нетерпеливые губы агрессивно накрыли её собственные, с размаху толкнув в пропасть долгожданного и несравнимого ни с чем удовольствия. Нестерпимая и удушливая волна жара прокатилась по всему её стройному дрожащему корпусу от макушки до кончиков пальцев ног, когда шустрые и цепкие руки Дже-и обвили её узкую осиную талию и властно сжали под тканью ветровки так, что наутро там наверняка останутся синяки. Ведомая не обидой и злостью, но дичайшим непреодолимым желанием Джу Йери застонала и машинально открыла рот, впуская в него язык старосты, что тут же требовательно слилась с её языком в возбуждающем и энергичном танце. Головокружительный аромат мяты и персика взорвался на сверхчувствительных вкусовых рецепторах, пробуждая тактильный голод и жажду плоти, и Йери углубила поцелуй, засасывая губы Ю в стремлении впитать её в себя ещё лучше и больше. Слишком долго и мучительно она этого ждала – ждала, когда Дже-и наконец обратит на неё своё внимание и захочет проявить себя с ней не только по-дружески – не только в этом уничижительном и ненавистном ей духе «мне вообще на тебя всё равно», – и теперь, когда та сама фактически пришла к ней в объятия, Йери знала, что уже никому и ни за что её не отдаст.              Даже У Сыльги.              Особенно У Сыльги.              Дже-и улыбнулась и, ласково прикусив пухлую нижнюю губу шатенки, скользнула одной рукой по её плоскому рельефному животу прямиком в пах. Тёплые пальцы щекотно пробежались по внутренней стороне бедра до кромки постыдно короткого чёрного платья, похожее на которое присутствовало в гардеробе самой Дже-и, и явно впечатлённая роскошными формами и общим образом девушки брюнетка довольно хмыкнула.              – Ты специально как на панель разоделась? – сквозь поцелуй подколола она Йери. – А ещё твердишь, что хочешь поступить куда-то. Да тебе уже сейчас место в притоне по наследству заказано.              В любой другой ситуации эти слова могли прозвучать обидно, но только не сейчас, в тёмном безлюдном переулке рядом с той, для которой Джу Йери, по сути, без конца старалась. Польщённая сомнительным и противоречивым, но всё-таки комплиментом, она игриво толкнула её бёдрами и шикнула:              – Твою мать... заткнись уже, Ю Дже-и!              Дабы унять не в меру разговорчивую партнёршу, Йери с остервенением впилась в её болтливые, но такие манящие губы уже сама, сминая, кусая, посасывая их и давая понять, что куда больше они ей нравятся в поцелуе. Ю послушно распахнула для неё рот, повторно сталкиваясь с горячим страждущим языком и параллельно продолжив прокладывать путь рукой ей под юбку. Едва достигнув тонкой шёлковой ткани трусиков, кончики пальцев увязли в обильной интимной влаге, которую Дже-и не преминула слегка размазать по ним, чем тут же вызвала глухой и протяжный стон Йери вкупе с судорожным откликом её отчаянно жмущегося к ней тела.              – Бог мой, да ты вся мокрая...              Со звонким чмоком отлипнув от неё, Джу с вызовом и упрёком уставилась на свою подружку-любовницу, ясно читая в её завораживающих ониксовых глазах плохо завуалированную лесть.              – Ой, только не делай вид, что не знала, как давно я хочу тебя, мисс Совершенство. Не только твоя Сыльги пускает на тебя слюни, Дже-и. Я заслуживаю тебя ничуть не меньше.              Дже-и не ответила, очевидно, не найдясь в словах, и вновь прильнула к чужим припухшим губам, сменив свирепый собственнический напор на кроткий, бережливый и чувственный. Приподняв одну ногу Йери, она зафиксировала её для удобства в согнутом положении, после чего осторожно скользнула второй рукой под её намокшее нижнее бельё. Три основных пальца включились в работу, плавно двигаясь вдоль влажных раскрытых лепестков вульвы, поглаживая, лаская их и готовя к полноценному входу, пока подушечка большого мягко проделывала то же самое с бугорком клитора.              Слишком много и слишком хорошо. Мастурбация собственной рукой не шла ни в какое сравнение с аккуратной ухоженной ладошкой Дже-и, что буквально плавила горячую перевозбуждённую плоть и вынуждала выгибаться навстречу ей до искр из глаз и судорог во всём теле.              Не в силах справиться с нахлынувшим на неё шквалом эмоций от ощущения жгучей брюнетки в самой важной и самой нуждающейся в ней части тела, Йери со стоном уткнулась лицом в пространство между её плечом и шеей и расслабилась, впуская девушку по имени Ю Дже-и в себя. Мрачная антиромантичная подворотня с одним-единственным мигающим фонарём была последним местом, в котором она планировала заняться с ней сексом, но сейчас это заботило её меньше всего. Если Дже-и надумала, если она решила, если захотела её, Йери готова была отдаться ей где угодно, наплевав на то, как и кем она выглядела при этом. Хоть шлюхой, хоть признанным во всём мире секс-символом. Любовь не выбирала удобное место и время, не выбирала того или не того – она просто приходила без спроса и разрешения и вторгалась в сердца ни о чём не подозревающих людей, проращивая в них свои коварные порабощающие семена. К кому-то раньше, к кому-то позже, но в любом случае всегда. И ради такой, как Дже-и, Йери была согласна ждать хоть до Второго пришествия, живя наивными девичьими иллюзиями и мечтами и посылая в могущественную Вселенную всего лишь один-единственный необходимый запрос.              Чтобы Дже-и откликнулась.              И сейчас, прижатая спиной к забору, а грудью к любимой девушке, она двигалась с ней в унисон, позабыв обо всём остальном мире и думая лишь о том, чтобы это нереальное космическое мгновение с взрывающимися в безграничных межвёздных просторах болидами никогда не кончалось.              В конце концов, счастьем было уже то, что делала с ней всё это именно Дже-и, а не какой-нибудь пьяный и потный хмырь, заприметивший разодетую напомаженную девицу в мини в недетский час возле своего дома. Ей ведь и правда могло не повезти, учитывая, сколько она тут проторчала. И вот её надежды и ожидания были вознаграждены.              Йери всегда считала, что ненавидит Дже-и, что презирает и осуждает её мажорный и откровенно избыточный образ жизни с авторитарно-узурпаторским типом поведения под стать её ненаглядному, плевавшему на нормы порядочности и морали отцу. А на самом деле всё это время просто тайно и бессовестно хотела её, ища малейшие способы привлечь к себе её внимание. Странным образом она жаждала ощущать Дже-и везде: внутри и снаружи, сверху и снизу, под ней и на ней, вживую и виртуально, в каждом взгляде, слове и крохотном смс, присланном вечером или во время урока. Тяжёлое воздержание и бесконечное нахождение во френдзоне мучили одинокую, тянущуюся к Дже-и душу, а с появлением в классе У Сыльги находиться возле неё стало в разы труднее. Сгорая от обиды и ревности, Йери изводила себя диетами с тренировками, доводя без того первоклассную фигуру до совершенства и побуждая саму себя выглядеть ещё лучше, красивее и достойней ради неё. Пусть даже не зная наверняка, нравятся ли Дже-и девушки. Пусть не имея ни малейшего представления, кто по факту вообще был в её вкусе, приоритете и предпочтении. И, как бы ни была важна для Ю У Сыльги, как бы много привилегий ни получала, Джу знала, что заслуживает быть рядом с ней как никто другой, а значит, должна бороться. Ради самой себя и минимального шанса на их общее, пусть даже недолгое, будущее.              Ради этого самого момента, расставляющего все точки над «i» и переводящего их любезно-дружеские отношения на новый – поистине личный и персональный – уровень.              Плавные скользяще-проникающие движения ускорились, стремительно подталкивая измученную экстазом шатенку к пику, и с очередным усиленным глубоким толчком Йери судорожно обхватила плечи Дже-и руками. Вдыхая и выдыхая ей в шею прохладный вечерний воздух, она нежно прикусила мочку чужого уха с поблёскивающей в ней серёжкой и, полная бушующей внутри эйфории, моляще и запальчиво прошептала:              – О чёрт, Дже-и, детка... Вот так, да!              Старшая сосчитала её предельное экзальтированное состояние без лишних слов и в считанные секунды довела повисшую на ней одноклассницу до яркого сокрушительного финала. Джу Йери кончила ей на ладонь так много, мокро и горячо, что у неё не осталось никаких сомнений в том, насколько ей было хорошо с нею. Насколько долго и отчаянно Йери ждала, когда они наконец останутся с ней вдвоём и сделают это. Высокое, стройное, покрытое каплями пота тело Джу зашлось в агонии мощного пронизывающего оргазма, и, дабы хоть как-то сдержать рвущийся наружу экстаз и не закричать на всю улицу в голос, шатенка возилась зубами в шею Дже-и, машинально прикусывая на ней небольшой участок. Изящные полукруглые следы от непроизвольного укуса покраснели, и девушка нежно зализала их, превращая зубные ранки в полноценный сочный засос. Если назавтра кто-то его увидит, Йери только порадуется, зная, что оставленная на безупречной холёной шейке старосты метка принадлежит ей, а самой Ю она ещё долго будет напоминать о том, с кем ей довелось стать прошлой ночью единым целым.              И теперь Джу нисколько не сомневалась в том, что это было только начало. Начало того, что больше не позволит им быть друг для друга всего лишь подругами и привяжет Дже-и к ней так, как Йери всегда того и хотела.              Ведь кто у кого ещё на крючке, да?              Брюнетка аккуратно опустила её ногу и, поправив подол короткого провокационного платья, прильнула к девушке в тёплом расслабляющем поцелуе. Мышцы всё ещё немного дрожали, а дыхание было рваным и сбивчивым, но Джу до последнего не отпускала Ю, душа её в объятиях и засасывая её губы, пока в лёгких Дже-и не закончился весь кислород.              Ведь не думала же она, что так просто и быстро сможет всё с ней закончить? Непробиваемая внешне и податливая внутри – обнаружить её слабые и уязвимые точки было для Джу Йери очень и очень кстати.              – Отличное доказательство твоего высокого социального влияния, Ю Дже-и, – польщённо отметила наконец Джу, дразняще обводя кончиком языка нижнюю губу старшей. – Я боялась, ты так никогда и не решишься.              Дже-и усмехнулась и, нехотя отстранившись от притягивающей её магнитом шатенки, напустила на себя привычный невозмутимо-отстранённый вид. Даже в обычной неприметной толстовке с джинсами она умудрялась выглядеть стильно и сексуально, и Йери едва сдержалась, чтобы не наброситься на эту роковую, сводящую её с ума бестию и не заставить её повторить то, что было, по второму кругу.              – Не обольщайся раньше времени и не вздумай никому об этом рассказать. Твоя попытка соскочить с треском провалилась, – в глубине раскосых кофейных глаз мелькнул дьявольский огонёк, и Дже-и, приблизившись напоследок вплотную, добавила уже тише в искривлённые алые губы подельницы: – Не забывай, чья ты девочка, Джу Йери, и постарайся не делать глупостей. До встречи завтра на уроках. Я тебе напишу.              Накинув на голову капюшон, Дже-и подмигнула едва успевшей прийти в себя после оргазма девушке и, запрыгнув обратно на свой скейтборд, легко оттолкнулась от земли ногой. Со смесью дичайшего восторга и благоговения Йери долго смотрела быстро удаляющейся Ю вслед, не в силах поверить, что всё же добилась её расположения и заставила взглянуть на себя совсем с другой стороны. После этой встречи очень многое обещало измениться для них обеих – если не вообще всё, – а значит, с уходом из бизнеса Дже-и можно пока повременить. Самый первый и самый важный шаг по направлению к её сердцу сделан, всё остальное – лишь дело времени.              А её глупые потенциальные опасения со страхами пусть ещё подождут.              Немного оправившись от испытанного шквала чувств и кульминации встречи, Джу Йери с довольной улыбкой двинулась к своему дому, напевая себе под нос и совершенно не замечая застывшую в тени деревьев фигуру, украдкой заснявшую всё их занимательное приватное действо на свой смартфон.