Переплетение

      Когда зло было повержено, от Ниндзяго Сити остались лишь руины, и началась масштабная перестройка под руководством и при финансовой поддержке некоего Сайруса Борга. Этот богатый, амбициозный и деятельный человек превратил город в центр технологических инноваций. Новые мысли и идеи стали главным слоганом в жизни горожан.       С момента последней миссии многое изменилось. Ниндзя обрели покой и теперь ведут размеренную жизнь, работая учителями в академии Сенсея Ву. Хотя, если честно, работа с детьми далеко не простая задача. Временно заведуя лазаретом, я часто сталкиваюсь с последствиями их шалостей. Теперь засор в санузле или выбитое окно кажутся мелочами, которые можно устранить за несколько часов или дней.              К новой жизни, а точнее к новому телу, я так и не привыкла. То ли организм всё ещё перестраивается под новые конечности, то ли я внутренне не принимаю перемен. Трудно смириться с тем, что к проблемной коже головы добавилась новая забота: уход за перьями. А страх обнаружить паразитов вызывает во мне непреодолимое желание перебирать каждое перышко в поисках главного врага — пероедов.              — И когда у тебя следующая церемония? — невзначай спрашиваю у Ллойда, выходя на ступени большого здания, где только недавно убрали камеры и микрофоны.              Я поправляю белый удлинённый пиджак и блузку чуть более тёмного оттенка. Недавно, благодаря своим сбережениям и небольшой поддержке ниндзя, я приобрела прочную ткань и с помощью скрытых застёжек и пуговиц модернизировала фасон одежды, чтобы было удобнее одеваться. Иногда нужна помощь, но я стараюсь справляться сама. Стряхиваю невидимую пыль с чёрных брюк, заправленных в сапоги средней высоты на небольшом каблуке. О модной обуви пока не думаю, спина и колени не позволяют лишний раз наклоняться, поэтому остановилась на разношенных, но удобных сапожках кофейного цвета.              Под предлогом вывести меня из хандры и показать новый город, золотой ниндзя с неуклонной настойчивостью увёл меня на очередную церемонию награждения. Как бы я ни сопротивлялась, уйти от его решимости не получилось. Если Ллойд утверждал, что так ему спокойнее и веселее улыбаться на камеры, то во мне росло тревожное чувство. К счастью, только первые дни я ловила на себе излишнее внимание, но потом всё утихло. Кай не раз повторял: «Люди уже видели обладателей стихий, серпентинов и Оверлорда, почему их должны удивлять просто большие крылья за спиной?» Но меня это не успокаивало. Сейчас моя рутина - сопровождать великого героя. Эта мысль невольно вызывает улыбку, и я сдерживаю смешок, наблюдая, как Ллойд нервничает, когда с моих губ срывается слово «Герой».              — На этой неделе всё, — облегченно произносит и с наслаждением вдыхает свежий воздух после часового интервью, — выглядишь лучше, — его губы трогает легкая улыбка, заставляя меня ответить тем же.              — Лучше, чем наблюдать, как калечатся дети, — парирую, хмыкнув, — наверное, там беспредел творится, — представляю неспокойную картину: как пытаются разобрать Зейна, привлечь внимание Нии, а маленькие девочки строят глазки Каю.              — Мы сами такими были, — утешает Ллойд и концентрирует в руках золотую силу, вызывая энергетического дракона, — это ведь школа.              — И как Сенсей дошёл до этого, мне кажется учителя — не лучшая направленность для парней и Нии, — Ллойд помогает мне взобраться на дракона.              Я сажусь сзади и, уже по привычке, обвиваю его талию руками, прижимаясь к сильной спине. Ллойд убеждается, что я готова, и тянет за поводья. Дракон взмывает ввысь, растворяясь в пышных облаках, а золотые частицы, отлетающие от крыльев, оставляют за собой сияющий след. Я опускаю глаза только тогда, когда между нашими телами не остаётся ни сантиметра.       Я крепче цепляюсь за золотое кимоно, прислушиваясь к ровному биению сердца избранного ниндзя и шуму ветра, наблюдая за спокойной жизнью Ниндзяго внизу. В тихой деревушке люди трудятся в поле, дети гоняют резиновый мяч, пинают и бросают его в разные стороны. Я никогда не устану любоваться этой чарующей картиной долгожданного мира.              — Учитель — это слишком тяжело, — соглашается Ллойд, которого едва слышно из-за ветра, — поговорила с госпожой Мистаке? — на вопрос поднимаю голову, вглядываясь в безмятежное лицо Ллойда.              — Получила нагоняй, — кратко отвечаю, кусая губы, — но долго она не злилась, сказала, как только будут готовы мои документы устроит официально в лавку, — произношу с долей хвастовства, — моё достижение: скоро научусь жить самостоятельно, а может даже найду здесь судьбу, — весело хмыкаю. Качаю головой, отгоняя мечты.              Ллойд молчит, чувствую, как напрягаются натренированные мышцы. Гляжу на ниндзя, наблюдая, как колышутся блондинистые волосы, а выразительные глаза неотрывно смотрят вперёд. Несильно толкаю его в спину и вопросительно выгибаю брови. Ллойд все молчит и только едва видно поджимает губы. Обращаю внимание на его руки, которые сильнее сжали поводья.              — Тогда ты не ответила на вопрос мастера Ву… — прозрачно намекает. Издаю шумный выдох, закрыв глаза.              «Адель, что насчёт стать частью команды?» — я дёргаюсь от воспоминаний, хмурясь.              Ниндзя. Мне то? И чем буду врагов устрашать? Да во мне силы, как лёгкости в тяжеловесах. Я хочу отвары делать, копаться в земле и кустах в поисках растений и заняться мистическими чаями под одобрение Мистаке. Сомневаюсь, что спасение и поддержание мира — это моё предназначение. Сенсей убеждён, что этот мир шаток и ниндзя могут вернуть свою эпоху вновь.              — Думаешь, помимо Сенсея Ву кто-то хочет видеть полноценной частью команды? — утыкаюсь в одежду. — Я же бесполезная.              — Я бы хотел, — выдыхает Ллойд. От неожиданности икаю и с удивлением смотрю на ниндзя, который быстро отворачивается, — имею в виду, что мы все к тебе привыкли, — неуверенно оправдывается и опускает голову с задумчивым выражением лица.              — Ллойд, — тихо зову, — я не ниндзя и никогда не хотела им быть. Во мне нет этой воинственности, мужества, чтобы защищать мир на масштабном уровне, — отмечаю, качнув головой.              — Но Сенсей видит в тебе потенциал, — Ллойд не оглядывается на меня, смотря только вдаль.              В его словах чувствуется поддержка и наставление, но я не вижу себя рядом с великими героями, чья жизнь напоминает тлеющий фитиль, готовый в любой момент взорваться и нарушить хрупкое равновесие. Это не сочетается с моей любовью к тишине и умиротворённой жизни, где нет риска и неизвестности. То, что мастер Ву называет командой, для меня путь в бездну. Я благодарна за спасение, даже если до сих пор не могу смириться с потерей родителей и вынуждена утешать себя мыслями об их благополучии, но моя дорога — это стремление к знаниям и принятию своего нового положения, без ожидания скорой гибели.              — Почему вы так тянете меня за собой? — шепчу с долей отчаяния. Кажется, ещё чуть-чуть и раздастся плаксивый всхлип. Ллойд не отвечает, поникнув.              На горизонте появляется башня Борга, сияющая синими огнями, а знакомые, но изменившиеся улицы встречают нас рекламными баннерами. Такая жизнь явно не для меня: в этом море светового шума нет звёзд, нет небесного полотна и зелёных лугов с цветами. Всё вокруг кажется искусственным и ненастоящим. Может, однажды я смогу обосноваться в деревеньке вроде Джаманакай или стать горной отшельницей?              — Ллойд, ты это видишь? — испуганно спрашиваю, беря ниндзя за плечо, когда я опускаю глаза из-за непонятного поведения роботов и чудо-механизмов, — они словно враждебны… — Ллойд стремительно снижается, а я замечаю мелкие разрушения, аварии и неестественную тишину.              — Что-то не так, — подмечает очевидную мысль и тоже оглядывается, пока мы не цепляемся взглядом за знакомые сочетания цветов: красный, черный, белый и синий. Это кимоно ниндзя, но почему они окружены?              Ллойд концентрирует силу, готовясь выпустить энергетическую волну для нейтрализации технороботов. Золотая вспышка озаряет всё вокруг, и искусственное войско замирает. На земле оседают золотые частицы. Разве они не должны раствориться? Почему в воздухе такое скопление энергии? В племени не раз собирали эссенцию солнца так, чтобы она не исчезла.              — Роботы против ниндзя? — усмехается Ллойд, — что за дела?              — Ллойд! — радуются ниндзя, подбегая к нам. Избранный помогает мне спуститься и растворяет дракона. — Рады вас видеть! — толпа бросается обниматься, но я увиливаю, внимательно осматриваясь.              — Золотой ниндзя, вот мы и встретились вновь! — на табло одного из зданий появляется ужасающая красно-розовая картинка с золотыми глазами и очень знакомым грубым голосом. Дыхание замирает, когда до меня доходит, кто это.              — Оверлорд! — изображение быстро появляется на нескольких экранах, — я одолел тебя раз, одолею и ещё раз! — какая уверенность, но что-то здесь не так.              — Мне нужен не ты… — грубый голос заставляет замереть в ожидании продолжения, — а твоя сила!              Сила?! Этот золотой концентрат… Нет! Под мой испуганный вздох роботы впитали в резервуары золотые частицы и вновь вошли в состояние боеготовности. Ниндзя делают шаг вперёд, а за ними и Ллойд, но Сенсей Ву ставит напротив груди посох.              — Нет, ты только прибавишь ему силы, — останавливает мастер.              — Но как нам тогда драться? — недоумевает Ллойд, разводя руки в сторону. К нам подходит Кай.              — Никак, — я с вопросом смотрю на мастера огня, — мы должны вывести тебя и техноклинки из города!              — Техноклинки? Это тупые округлые штуки за вашей спиной? — вклиниваюсь и получаю кивок Джея. Кай пожимает плечами. — что здесь вообще происходит?              — Потом объясню, — увиливает мастер огня, а я шикаю. Аргументировано, сейчас не лучшее время для допроса. Но зачем Оверлорду золотая сила?       — Не думаю, что нас выпустят, — подмечает Коул, поднимая голову и осматриваясь.              — У меня есть план, но у нас мало времени, — Сенсей собирает нас в круг, я стою спиной к ним, наблюдая за обстановкой и слушая, — Я скрою клинки в куске ткани, Кай пролетит по правой стороне главного здания и подберёт клинки. Так мы попадём в слепую зону главных камер, — все кивают, соглашаясь.              — Но потребуется время, чтобы выйти из района Оверлорда, — рассуждаю, — если Кай подберёт вас, то он всё поймёт, — по глазам Сенсея вижу замысел, и из меня выдаётся возмущенный выдох. Но только так мы безопасно выведем Ллойда и клинки, — не рискуйте понапрасну, мастер, мы верим в вас, — обиженно шепчу.              — И я в вас, — подмечает Сенсей, — Адель, моё предложение ещё в силе, — хмыкаю и сразу отхожу.              — Мы поговорим с вами об этом Сенсей Ву, когда вы найдёте нас, — мотивирую своими словами учителя, и он, улыбнувшись, кивает. От нервов крылья приоткрываются, и я заранее отхожу, чтобы никого не зацепить.              — Адель, как обстоят дела с полётом? — спрашивает Сенсей. От вопроса содрогаюсь и сжимаюсь, словно он ударил меня своим бамбуков по голове.              — Печально, — нервно смеюсь, — я сомневаюсь, что эти штуки поднимут мою тушку в скором времени, — Сенсей Ву выдыхает и качает головой, кажется, у него были мысли по этому поводу. Как жаль.              — Зато я знаю, что поднимет твою тушку! — говорит Ллойд и поднимает меня на золотого дракона. Я вскрикиваю, наблюдая, как земля быстро удаляется, и, тяжело дыша, крепче держусь за Ллойда.              — И снова здравствуй! — нервничаю, вновь прижимаясь к спине. Это скоро войдёт в привычку!              — Должно сработать, — срабатывает голосовой датчик Кая.              — Процент успеха четыре и три процента, — делает подсчет Зейн, — надежда не велика.              — На то она и надежда! — говорит Джей.              — Значит надо сделать так, чтобы этот процент повысился, — хриплю и задумываюсь.              Пока мы постепенно покидаем город, оставив Сенсея, я анализирую происходящее. Нужны техноклинки и Ллойд. Но зачем? Нет, скорее, как он хочет это использовать. Он собирает его силу, но зачем энергия, которая полностью противоположна истинному злу?              — Мы должны вернуться за ним! — кричит Ллойд, явно нервничая. Я слегка обнимаю его сзади, стараясь поддержать.              — Вернёмся, когда ты будешь в безопасности, — заключает Кай. И не поспоришь с ним.              — Ему зачем-то нужно оружие и ты, — подтверждает Коул, — помни, что это план Сенсея, он выстоит.              — Это не первая его передряга, мы выстоим вместе, — говорю ему, поглаживая плечо. Ллойд лишь на миг оборачивается и слабо улыбается, кивая.              Сила… Нет! Энергия, золотая энергия — первоначало, что может двигать жизнь вперёд. Жизнь, действие… Плоть!              — Точно! — вскрикиваю, Ллойд вздрагивает и оборачивается, с шоком смотря на меня.              — Что ты поняла, Адель? — спрашивает Зейн.              — Золотая сила — источник энергии и жизни, Ллойд оставил после Оверлорда только пепел и эфемерное сознание, которое нашло спасение в другой грани реальности! — стараюсь объяснить.              — А если точнее? — недоумевает Джей, — давай по-простому.              — Это предположение, но, чтобы существовать в реальном мире нужно тело и большое количество…              — Энергии жизни! — хором продолжают мысль ниндзя.              — Значит он собирает силу, чтобы восстать из пепла и создать могущественное тело на основе золотой энергии, — делает вывод Зейн, — вчерашний день прошёл. Завтрашний ещё не настал и время для настоящего… мы вернемся в Нью Ниндзяго Сити и будем готовы!              — Ну а пока найдём безопасное место, нас будут искать! — подытоживает Кай.              Я думаю о Сенсее, о возвращении Оверлорда, и это гнетёт, словно сгущающиеся в солнечный день тучи. Не знаю, что будет завтра и когда вновь наступит мирная жизнь. Но одно я понимаю отчётливо: мастер Ву был прав — зло не дремлет. Вновь наступает время ниндзя, но быть ли мне частью этого? Хочу ли я этого? Вряд ли.       — Мы справимся. Вместе, — говорит он мне, — ты не одна, — в сотый раз напоминает, заставив щёки заалеть.              — Не свыкнусь с вашей заботой, — бурчу под нос, но эти слова слышат остальные.              — Наша сила в команде, Адель, а ты с нами, — говорит Зейн, поддерживая. От этих слов ненароком ухожу в мысли.              Во мне сгущается чувство безнадёжности и собственной слабости. Ллойд едва касается моей руки, на момент оставляя поводья.