Глава четырнадцатая. Габриэль Найтингейл
16 августа 2025 г., 15:04
«Сегодня я очень хотел рассказать Кевину о том, что, на самом деле, терпеть не могу футбол. Но стоило мне сказать со слов, что хотел бы признаться ему в кое-чем, как он запаниковал, раскраснелся, и убежал. Что это вообще было???
Дополнение, сделанное через неделю: О ГОСПОДИ. Я ПОНЯЛ В ЧЁМ БЫЛО ДЕЛО. Я СОВСЕМ НЕ ПОДУМАЛ???»
— Запись из личного дневника Габриэля Найтингейла.
***
Габриэль догадался о том, что его парни — можно ли было их так называть на этой стадии отношений? — наконец, дорвались до своего первого поцелуя после продолжительного бездействия, по тому как взволнованно и смущённо выглядел Ронан, и по тому как Адам, то и дело водил по своим губам, поочередно косясь на них обоих. Увы, после того как они проводили оставшихся братьев Линч в дорогу, Гэнси решил, что сейчас отличное время для построения духа команды, поэтому вместо того, чтобы получить долгожданную возможность полезть к Ронану с Адамом, они спокойно расселись в гостиной всей компанией, исключая прячущегося где-то Ноа для глубоких разговоров. — Ладно. Карты на стол, — Ронан тяжело вздохнул, косясь на Адама, который явно уже знал о чём шла речь. — Я вытащил Кейбсуотер из своих снов. Когда Ронан пообещал ему после последнего инцидента с лесом поведать ему что-то важное, Габриэль думал немного не этом. Но, справедливости ради, это было даже как-то… Ожидаемо. — Что? — Гэнси взбудоражено повернулся на него. — Боже, Ронан, это же… Невероятно. — Как давно ты это понял? — Блу прижалась подбородкам к согнутым коленям, её глаза полны того же энтузиазма, что и глаза Гэнси. — И что ещё мы должны знать? Ронан выразительно покосился на Габриэля, будто для завершения удачного комбо, ему требовалось заполучить его реакцию на новость тоже. Габриэль, разлёгшийся на длинном и широком обеденном столе, с головой, свисающей с края, и взглядом направленным на остальных, только слабо дёрнул плечом: — Не смотри на меня так. Я так и знал, что нечто столь сумасшедшее могло выйти только из-под твоего пера, поэт. Ронан беззлобно закатил глаза. — Спасибо, товарищ солдат. Всегда рад знать, что я соответствую вашим ожиданиям. Блу вдруг дёрнулась, словно вспомнила что-то важное. — Погоди, погоди. Что-то не сходится… Что насчёт того дерева, выдающего видения из будущего? — Хороший вопрос, Блу, — Адам оживился тоже. Вот уж кого точно до сих пор мучали предсказания. — Это дерьмо не будущее, — насмешливо фыркнул Ронан. — Это… Что-то вроде подсознательных кошмаров человека. Адам с Блу переглянулись между собой, выглядя одинаково растерянными этой новостью. Габриэль так и порывался ткнуть Пэрриша в плечо, чтобы напомнить ему, что он говорил это, но его не послушали. — Вау, — Гэнси потёр лицо. — Просто вау. — Нет-нет, погоди, — неуверенно протянул Адам, потирая виски. — Но ведь предсказание Габриэля сбылось. — Не полностью, — возразил он. — Я вас уверяю, что это просто кошмары, — вздохнул Линч. — Я спизданул вам двоим, что это будущее, просто потому что хотел подшутить. Я же не знал, что вы все так помешаетесь. — Действительно! Адам с размаху влепил подушкой, лежащей у него под рукой в лицо Ронана. Ронан зашипел, швырнув её назад. — Гейб, а что ты тогда увидел? — Что я кого-то убил на глазах Адама и Ронана. Справедливости ради, в том видении я был чуточку порадостнее этому событию и чуть меньше раненный лично. Да и вас с Ричардом там не было. Оглядываясь назад, это было немного забавно, что его голова решила подставить образы этих двоих в виде потенциальных осуждающих лиц. Особенно, учитывая, что из их компании, Адам с Ронаном являлись последними людьми, которых беспокоил факт убийства. Но, эй, это были первые дни знакомства. Ронан тогда казался самым верным слугой Бога, а Адам по описаниям Ричарда был едва ли не святым. — Вау, даже не Гэнси? — Ухмыльнулась Блу. — Почему сразу я? — Готовно возмутился тот, играясь с пальцами Блу, лежащими на его колене. — Даже в самых моих страшных кошмарах, я всегда знал, что скорее умру, чем позволю Ричарду узнать о подлинном количестве, сделанных мною преступлений, Лу-Лу, — отразив её кривую ухмылку, отозвался он. Адам, оправившийся от борьбы подушками, насмешливо фыркнул. Габриэль не был уверен насколько остальные догадывались, что по большей части это не было шуткой. В смысле, отец Кавински — пускай и сонное существо — наверное, тоже ведь считался за убийство? А если и нет, то ему явно должно было прилететь за то, как он с ним расправился? Ну… Не то чтобы он планировал рассказывать об этом инциденте. — Спасибо, — обиженно нахмурился Гэнси. — У кого-то ещё есть шокирующие признания, которые вы забыли упомянуть раньше? Они комично задумались. Габриэль, не раздумывая, ляпнул: — Я ненавижу футбол. Это признание приземлилось примерно так же, как признание Ронана — с синхронным удивлением со стороны Гэнси с Блу, заранее всё знающим Адамом, и Ронаном, копирующим его собственную реакцию на его секрет: безразличием, вызванным очевидностью факта. — Но… Ты— — Гейб, ты же с детства в команде! — Слава богу, — Ронан улёгся на ковре поудобнее. — Потому что я терпеть не могу эту херню, которую вы зовёте спортом. — Ага, я никогда не любил играть, — игнорируя его реплику, объяснил он. — Но мне платят за это. Так что. Не жалуюсь. Блу с Гэнси издали синхронное, расстроенное: — А-а-а. Адам покосился на него, так и крича: ты не хочешь рассказать о боли в теле тоже? Но Габриэль не планировал делиться этим сегодня — Гэнси и так выглядел так, словно норовил словить инфаркт с минуты на минуту. Габриэль подмигнул ему, и Пэрриш закатил глаза. Тема разговора плавно перетекла в другое русло.***
— Адам рассказал мне про вас… — ни с того, ни с сего выпалил Гэнси, когда Габриэль вызвался проводить его до машины по завершению праздника. — Про всех троих. Габриэль приличия ради помычал. Любили же эти двое потрепаться языком обо всём — ей богу, будто просил одобрения бывшего мужа на новые отношения. Нет, конечно, в отличие от Гэнси, Габриэль бы не стал прятать их отношения, но от поцелуя Адама с Ронаном прошло сколько? Два часа? Час? — Это восторг, Ричард. Как тебе? — Ох, я даже не знал, что такое бывает! — Ярко отозвался он, взмахивая руками в воздухе. — В смысле, три человека, в одних отношениях. Это так… Необычно. — Удивительно, — позабавленно отозвался он, потому что удивительного в этом было мало. Это же был Гэнси. Их Гэнси. — Но я рад за вас! — Торопливо добавил он. — Серьёзно! — Спасибо. Они обменялись улыбками, а потом Гэнси вмиг посерьёзнел, принимаясь разглядывать Габриэля сверху-вниз, почти растерянно. Он уставился на него в ответ, озадаченный внезапной сменой настроения. А затем его осенило. — Ричард, — весело протянул он, мягко стукая его по плечу. — Неужели ты не можешь решить хочешь ли ты предупредить меня, чтобы я был осторожнее с Адамом и Ронаном, или попросить меня быть осторожным с ними? Гэнси беспомощно кивнул, явно облегчённый его пониманием: — Да. Габриэль ухмыльнулся. Честно говоря, он всегда считал себя крайне прилежным любовником. Никто — Кавински — не жаловался его преданности, и даже отчаянию. Возможно, размышляя об этом рационально, его было слишком много, но… Но лучше было много, чем мало, верно? — Я клянусь, что буду осторожен с их сердцами. И своим, — драматично прикладывая ладонь на свою грудь, кивнул Габриэль. — Что ж, мне не остаётся ничего, кроме как довериться твоему слову, — не менее драматично кивнул Гэнси. — Я правда рад за вас. Он приподнялся на цыпочках, чтобы поцеловать его в щёку и чуть приобнять, и Габриэль не раздумывая, сжал его в объятиях в ответ. Блу, сидящая в Камаро в ожидании водителя, с размаху прожала клаксон. — Дик, если ты не хочешь стать четвёртым в их сумасшедших отношениях, то я очень советую тебе поторопиться, потому что я хочу спать. Гэнси отдёрнулся, и резко выпрямившись, бормотнул ему короткое пока, прежде чем рвануть к машине. Габриэль ухмыльнулся. — Лу-Лу, я приглашаю тебя в эти отношения тоже! — Спасибо! Если я сойду с ума, то ты знаешь каких знаков искать! Он помахал отъезжающей парочке напоследок, прежде чем развернуться назад, к дому. На крыльце его уже ждали одинаково довольные Адам с Ронаном, подзывающие его ближе. Поэтому Габриэль по привычке едва слышным шёпотом пожелал Ноа спокойной ночи, на случай, если тот всё же витал где-то рядом, и двинулся вперёд. Им было чем заняться.
