Альфа для Гарри

      — Я могу чем-то помочь? — спросил Снейп, бросив взгляд на дверь. Он чувствовал, что Гарри уже ушёл — это ощущалось почти физически — и всё же ему хотелось, чтобы тот остался. Затем он снова сосредоточился на Драко.       — Меня вызывают к Тёмному Лорду, — начал Малфой. Северус кивком велел продолжать. — Одного.       — Вот как? — отозвался он с холодной вежливостью. — И что ты хочешь, чтобы я… сделал?       — Мне нужен совет.       — И ты пришёл ко мне, а не к своему отцу?       — Ты вообще знаком с моим отцом? — с горечью усмехнулся Драко, скрестив руки. — Он бы не стал помогать. Сказал бы, чтобы я сам во всём разобрался.       — И ты думаешь, что я поступлю иначе?       — Если ты мне не поможешь, я скажу Тёмному Лорду, кто помешал мне связать Поттера, — пригрозил слизеринец.       Снейп лишь закатил глаза и одарил его презрительной усмешкой.       — Ты осмелился угрожать мне в моих собственных подземельях? — тихо произнёс он.       — Неужели ты думаешь, что Тёмный Лорд ещё не задавал мне этот вопрос? И что, не будь у меня достойного ответа, я бы сейчас стоял здесь и вёл этот бессмысленный разговор?       Малфой стоял неловко: гордость не позволяла ему опустить взгляд, но и встретиться глазами с профессором он не решался.       — Что, ни остроумного ответа, ни новой нелепой угрозы? — усмехнулся Северус.       — Если бы я связал Поттера во время Охоты, он был бы моим омегой и находился бы под моим контролем, — наконец выдавил Драко, не желая уступать. Впрочем, теперь он лучше понимал, почему Снейп пользуется расположением Тёмного Лорда.       — Такой ребёнок, как ты, и близко не способен справиться с омегой вроде Поттера, — холодно бросил зельевар.       — Он в любом случае омега, — упрямо возразил юноша.       — Тебе стоило бы помнить, что Поттер уже однажды победил нашего Лорда, — спокойно заметил Северус. — Так что недооценивать его — большая ошибка.       — И, к слову, ты, кажется, должен помнить, как он украл твоего павлина и выставил тебя посмешищем перед всей школой.       Драко метнул в него яростный взгляд.       — Так ты мне поможете? — повторил он. Снейп медленно окинул Драко оценивающим взглядом.       — Это твоя первая встреча с ним? — уточнил профессор. Драко кивнул. — Тогда готовься ползать перед ним.       Малфой фыркнул, но Снейп лишь приподнял бровь.       — Ты хотел моей помощи — вот мой совет. Не стоит становиться у него на пути. Тем более тебя уже вызвали, потому что он недоволен. — Надо отдать Драко должное — он опустил взгляд и больше не ухмылялся. — Я отведу тебя и прикрою, пока ты будешь там. — Он не терпит неуважения. И предел его терпения куда ниже, чем у других. Он будет задавать вопросы — и у тебя должны быть ответы. Лгать не советую: он опытный легилимент и сразу поймёт, если ты врёшь.       Северус отметил с некоторым удовлетворением, что Малфой выглядит потрясённым и даже слегка напуганным. Ему хотелось верить, что тот не повторит его собственных ошибок, но по-настоящему помочь он не мог. Лучше уж Драко пойдёт на встречу подготовленным, чем явится туда таким же самоуверенным мальчишкой, каким был обычно.       Поэтому он и помог — ровно настолько, чтобы тот не выглядел беспомощным, но и не настолько, чтобы казалось, будто его заранее натаскали. Было бы куда безопаснее, если бы Волан-де-Морт вообще не знал о его участии — впрочем, вряд ли это сильно что-то изменило бы. Разговаривать с Малфоем спокойно было непросто. Тот был одним из альф, преследовавших Гарри, и оставался альфой — а значит, пусть и условной, но угрозой.       Особенно когда начинал пренебрежительно отзываться о Поттере или об омегах в целом — это неизменно раздражало Снейпа.

* * *

      Гарри и Рон всё ещё сидели в гостиной Гриффиндора и смеялись, пока остальные разошлись по спальням. Единственной, кто остался рядом, была Гермиона — она к огневиски даже не притронулась, но продолжала прожигать их недовольным взглядом, пока друзья допивали бутылку. Поттер вовсе не собирался напиваться до такого состояния, но сил переживать по этому поводу уже не осталось — он лишь снова разразился смехом вместе с Уизли.       Рон неожиданно смирился с тем, что его друг встречается со Снейпом, заявив, что всё могло быть куда хуже — например, если бы это оказался Малфой. Эта мысль и вызвала новый приступ неудержимого смеха. Даже Гермиона, как ни старалась, не смогла полностью скрыть ухмылку. Где-то на задворках сознания мелькнула трезвая и, скорее всего, справедливая мысль: утром Рон может думать совсем иначе. Но сейчас Гарри было абсолютно всё равно.       Гермиона, проявив предусмотрительность, пока друзья продолжали пить, наложила на них быстрое заклятие: теперь они не могли произнести «Снейп» или «Северус». Они и без того говорили слишком громко, а даже в почти пустой гостиной их могли услышать. Впрочем, для собственного развлечения она заставила их вместо этого называть его «Шмупи».       В конце концов ей это надоело, и она силой отправила обоих наверх, в спальню, чем вызвала недовольство соседей, которых разбудила вся эта суета. Больше всех возмущался Симус — именно его огневиски они и пригубили. Хотя, как справедливо заметила Гермиона, сам виноват, что дал им бутылку.       Убедившись, что оба уложены, она тоже отправилась спать.       Рон уснул, едва его голова коснулась подушки, а вот Гарри заснуть оказалось куда сложнее. Он не понимал, становится ли трезвее или, наоборот, ещё сильнее пьянеет, но внезапно накатившее чувство одиночества было вполне отчётливым. Ему не хотелось оставаться одному, но Гермиона ушла, а Рон был безнадёжно вырублен на ближайшие часы… Впрочем, юноша знал, к кому можно пойти.       Он с трудом поднялся, накинул мантию-невидимку и, тихо хихикая, покачиваясь, направился вниз по лестнице — ему не терпелось устроить Северусу сюрприз. По дороге он пару раз споткнулся и едва не попался миссис Норрис, но до подземелий всё же добрался без особых приключений. Зная дорогу к комнатам Снейпа, направился туда решительно, словно выполнял важную миссию, и громко постучал в дверь.       Зная дорогу к комнатам Снейпа, он направился туда решительно, словно выполнял важную миссию, и громко постучал в дверь. Северус открыл почти сразу. По нему нельзя было сказать, что его только что вытащили из постели — несколько быстрых заклинаний сделали своё дело. На нём всё ещё была домашняя одежда: чёрная хлопковая футболка и свободные штаны, но сверху он накинул мантию, скрыв это.       Не успел он понять, что перед ним никого нет, как Гарри буквально налетел на него, обнимая и осыпая поцелуями сквозь почти сползшую мантию-невидимку. Снейп захлопнул дверь, продолжая отбиваться от этого внезапного напора, пока Поттер пытался окончательно стянуть с себя мантию. Северус закрыл дверь, пока его продолжали осыпать поцелуями. Но Северус вдруг остановил омегу, крепко удерживая Гарри.       — Что случилось? — спросил он. Он знал, что Гарри не ведет себя так обычно, это смущало и беспокоило.       — Мне было одиноко, я хотел тебя увидеть, — сказал Гарри, стараясь не заплетаться, полагая, что у него неплохо получается.       — Ты пьян, — вздохнул Северус, внимательнее присмотревшись к Гарри. Он, наверное, и сам должен был это понять: чувствовал привкус алкоголя на губах Гарри и его запах от него.       — Нет. Как я могу? Я ведь в школе, — солгал Гарри. — Можно я останусь здесь? Мы можем заняться сексом, — сказал он, многозначительно подмигнув, как ему казалось, в сексуальном тоне.       Северус вздохнул и рассмеялся. — Да, ты можешь остаться, но секса у нас не будет.       Зельевар усмехнулся, поцеловал Гарри в лоб и попытался отвести в спальню, чтобы они оба могли поспать. Гарри, однако, остался на месте и отдернул руку Снейпа.       — Почему?! — потребовал он ответа.       — Потому что я не собираюсь тобой пользоваться, — просто ответил Северус.       — Но я хочу, чтобы ты воспользовался мной! Пожалуйста! — Гарри обнял Северуса и начал тереться о него.       Снова вздохнув, Северус поднял Гарри и отнёс его в спальню. — Нет, и если ты будешь так продолжать — вернешься в свою комнату.       — Это не обязательно должен быть секс, мы уже делали это раньше, когда я не был пьян, так что все в порядке, — сказал омега, продолжая двигаться в такт с ним.       — Гарри, хватит, — отчитал его Северус, бросив на кровать. Львенок попытался вернуться к нему, но альфа резко обернулся и указал на него пальцем. — Не двигайся, — приказал он, и омега послушался, надувшись и скрестив руки. Профессор тем временем нашел что-нибудь переодеться.             Наконец в шкафу нашлось что-то подходящее и помог Гарри одеться. Омега решил максимально затруднить себе процесс одевания, хотя и не испытывал проблем, помогая Снейпу снять с него одежду. Северус уложил упрямые конечности Гарри в свою рубашку; любые брюки Снейпа были бы для Гарри слишком длинными, но рубашка прикрывала все, что было нужно, практически до колен.       — Ты же говорил, что хочешь меня отшлёпать, — сказал Гарри, переворачиваясь на живот на кровати, — это было более заманчиво, чем Северус мог вынести. — Я был непослушным.       — Ты всегда непослушный, — пошутил Северус, слегка шлёпнув Гарри и скатив его с середины кровати, чтобы тот тоже мог лечь.       — Сильнее! — простонал младший.       Северус закатил глаза и обнял омегу, прижавшись носом к его затылку, нисколько не уставая от запаха Гарри.       — Не сегодня вечером, — пробормотал он. — Иди спать.       — Укуси меня, пометь! Я хочу быть твоей омегой! — потребовал Гарри, и глаза Северуса распахнулись.       — Не говори таких вещей, — прорычал он, уже чувствуя, как сущность альфы начинает брать верх.       — Пожалуйста, я твой! — взмолился Гарри.       Северусу потребовались все силы, чтобы сказать «нет». Гарри заныл и прижался ягодицами к члену Северуса, чувствуя, как тот твердеет.       — Гарри, прекрати.       Вспоминая первую ночь, проведенную ими вместе, ночь, когда Северус подавил все свои желания сделать Гарри своим во время Охоты. Альфа подвинул голову омеги к своей груди, чтобы услышать громкое биение сердца. Он замечал это и тогда, и несколько раз, когда они были вместе, — что-то в этом, казалось, успокаивало его.       Тогда это тоже сработало, Гарри вскоре заснул. Но Северус не спал, наблюдая. Он знал, что мальчишка пьян, но попросил его пометить его, это, вероятно, ничего не значило для Гарри, но Северус думал только об этом, глядя на своего спящего маленького омегу. Он задавался вопросом, вспомнит ли Гарри что-нибудь, когда проснется, или он уже слишком пьян, чтобы вспомнить, почему оказался в постели Северуса. Он думал, почему и как Гарри напился, не было никакого особого повода, и в последний раз, когда он видел своего друга, у него был нервный срыв, хотя он предположил, что это вполне может быть ответом.

* * *

      — Шмупи… — пробормотал Гарри сквозь сон, чувствуя рядом знакомое тёплое тело.       — М-м… — недовольно простонал Северус, слегка оттолкнув его — прозвище явно не пришлось ему по душе.       — Шмупи, — повторил Поттер уже громче, пытаясь заставить его перестать лежать на его руке.       — Ещё раз так меня назовёшь — выкину тебя из кровати, — предупредил зельевар, чуть сдвигаясь, чтобы освободить ему руку.       — Назвать тебя?.. — начал Гарри, затем вдруг спохватился. — А, это… заклинание Гермионы. Я не могу иначе, правда, я не могу не говорить «Шмупи», — попытался он объяснить.       — Вот, снова, — сухо заметил Северус.       — Я не могу ничего с этим поделать. Я просто не могу сказать… не Шмупи, — проворчал Гарри.       Снейп уже открыл рот, но тот перебил:       — Вчера мы немного перебрали, — добавил он, на что получил выразительный взгляд в духе «да неужели». — Гермиона решила, что мы можем проговориться, что встречаемся, и наложила заклинание — теперь я не могу произнести… твоё имя.              — Немедленно иди к ней и сними это! — отрезал профессор. — Ты не войдёшь на мой урок и не будешь называть меня «профессор Шмупи».       Гарри не выдержал и рассмеялся — само представление «профессора Шмупи» было слишком смешным.       — Это вовсе не смешно, — холодно отозвался Северус.       — Да ты сегодня особенно ворчливый, Шмупи, — хихикнул гриффиндорец, уткнувшись ему в бок.       — Продолжай в том же духе — и узнаешь, насколько я могу быть «ворчливым», — с угрозой произнёс зельевар. — Я назначу тебе отработку.       — Отработку?! Мы вообще-то в постели! — возмутился Гарри.       — Думаешь, это меня остановит? — усмехнулся Северус.       — Гермиона права, ты даже тут ведёшь себя как учитель.       — Ты обсуждал с Грейнджер, какой я… в постели?! — резко спросил он.       — Ну да, она моя подруга, — ответил Поттер так, будто это было очевидно.       — Значит, и с Уизли ты это обсуждал? — прищурился Снейп.              — Нет, он не способен оценить привлекательного мужчину так, как Гермиона.       — Грейнджер считает меня привлекательным?.. Это… — Северус замолчал, подбирая слово.       — Лестно? — подсказал Гарри.       — Я бы сказал «тревожно», но пусть будет и так.       — Это не тревожно, просто у неё хороший вкус.       — Правда? А я думал, она встречается с Уизли.       — Ты невозможен… — протянул Гарри, переворачиваясь и глядя ему прямо в глаза.       — Так что вчера произошло?       — Ты не помнишь? — с лёгким разочарованием спросил Северус.       — Что-то помню, — честно ответил Гарри. — Но не уверен, что всё правильно.       — Значит, ты не помнишь, как я трахал тебя до тех пор, пока ты не мог шептать только «Шмупи»? — спросил Северус с ухмылкой, не в силах сдержать фырканье.       — Эй… я тебе действительно поверил! — проворчал Гарри, ударив профессора по плечу.       — Поверь мне, если бы я был внутри тебя, ты бы это почувствовал, — пообещал Северус, положив руку на щеку Гарри и поглаживая большим пальцем его губы. — Ты бы чувствовал меня несколько дней.       Гарри усмехнулся, явно зацепленный этой мыслью.       — Так что же всё-таки было?       — Ты ворвался ко мне, буквально набросился, пытаясь… заставить меня заняться с тобой сексом, потом надулся, когда я отказался, и продолжала тереться обо меня, пока я не заставил тебя уснуть.       — Это я помню, — задумчиво произнёс Гарри. — …И я ещё просил тебя отметить меня, да?       Снейп кивнул, и гриффиндорец со стоном уткнулся лицом в одеяло.       — Спасибо, что… не сделал этого. Не то чтобы я никогда не хотел… просто… не сейчас., — честно сказал он. Он действительно мог представить Северуса своим альфой, но это не могло произойти, по крайней мере, пока.       — Я понимаю, — тихо ответил Северус. — Всё в порядке… но больше не проси меня об этом, если не имеешь в виду всерьёз.       Гарри кивнул. В голосе Северуса звучала такая серьёзность, что сомнений не оставалось. Иногда его действительно поражало, насколько сильно тот умеет себя сдерживать. Его альфа, вероятно, заставлял его постоянно думать о метке, так же как Гарри постоянно хотел, чтобы тот его пометил, но не делал этого… ради Гарри. Иногда Гарри был искренне шокирован уровнем сдержанности Северуса.       Гарри фыркнул от смеха, а Северус поднял бровь.       — Какой-то слизеринец, даже не знает, как правильно воспользоваться гриффиндорцем. Он громко рассмеялся, получив удар подушкой по лицу, что ничуть не уменьшило его приступ смеха.