Ещё один удар

      Прошло около двух недель с тех пор, как Ху Мин начал навещать Бэк Джина в больнице. Каждый раз, выходя из дома, он заглядывал в продуктовый магазин и всегда выбирал новую газировку – виноградную, арбузную, мандариновую. Теперь настала его очередь выполнять этот «маленький ритуал», для него это на данный момент не просто привычка, а чем–то вроде священного обещания поддерживать Бэк Джина в трудные минуты.       Ху Мин не мог удержаться от усмешки, вспоминая, как он всегда упрашивал друга, чтобы именно тот в случае своего проигрыша должен ублажать того напитком. — Теперь, похоже, пришла моя очередь угощать тебя газировкой, — думал подросток, ставя газированную воду на тумбочку возле койки Бэка, с самодовольной улыбкой. Но в его глазах пряталась печаль — он прекрасно понимал, что за этими моментами скрывалась глубокая привязанность и надежда на скорейшее восстановление друга…

***

      Ху Мин сидел на краю спортивной площадки, бесцельно ковыряя землю кроссовком. Мысли, как назойливые мухи, роились вокруг одной и той же темы: какую газировку на этот раз купить Бэк Джину? Апельсиновую? Или, может, ту странную новую со вкусом манго? Его размышления прервала рука, опустившиеся на плечо. Со Джун Тэ.       — Эй, Ху Мин, все в порядке? — спросил он с легкой озабоченностью в голосе.       Ху Мин встряхнул головой, словно пытаясь разогнать облака своих мыслей.       — Да, да, все нормально. — ответил он, стараясь звучать убедительно.       Джун Тэ, не до конца поверив, кивнул и, убрав руку, перевел взгляд на баскетбольную площадку. На другом конце Го Хён Так и Ён Ши Ын устроили импровизированный матч, Ши Ын явно с трудом осваивал новый финт с мячом.       — Как там Бэк Джин? Ему лучше? — еще раз прервал тишину голос Джун Тэ, в котором звучала нотка тревоги.       — Пока нету никаких прогнозов. — тихо ответил Ху Мин, поднимая взгляд на игру. — Врачи говорят, что вроде стабильно, но… — он запнулся, подыскивая слова, — кто знает, когда он очнется. — Слова давались ему с трудом, будто невидимая рука сжимала горло.       Парнишка часто испытывал трудности с выражением своих чувств, как будто не хватало слов или навыков, чтобы поделиться тем, что творилось у него внутри.       — Понятно, — ответил Джун Тэ, задумчиво глядя на стремительно перемещающийся по площадке баскетбольный мяч. Спустя несколько минут тишины, парень в очках вновь оборвал молчание, — Знаешь, мы все переживаем за него. Хотели навестить его все вместе, нашей компанией, но боимся его потревожить. — Его слова звучали неподдельно, отражая общую тревогу ребят.       В этот момент к ним подошли раскрасневшиеся после игры Хён Так и Ши Ын. Хён Так, мальчик в своей неизменной синей спортивной толстовке, решительно произнес. — Мы с тобой… — сделал глубокий вдох, затем выдох, — Сегодня вместе пойдем в больницу.       — Мы? — Спросил Ху Мин удивлённо глядя на ребят.       — А то! — воскликнул Хён Так хлопнув ему по плечу. — Нельзя его одного оставлять. Поддержка ему сейчас нужна, несмотря на все его… — он запнулся, подбирая слово, — прошлые закидоны. Ши Ын молча кивнул, подтверждая слова друга.       — После уроков? — уточнил Джун Тэ, поправляя свои очки.       — Ага, после уроков, — подтвердил Хён Так. — Встретимся у выхода.       Ху Мин кивнул, чувствуя, как напряжение, сковывавшее его весь день, немного отпускает. Тепло разлилось в груди. Друзья рядом ‒ и это было главное.       Остаток дня тянулся бесконечно. Каждая минута казалась вечностью. Наконец, прозвенел долгожданный звонок. Молча собрав вещи в раздевалке, дружеский круг направился в больницу.

***

      В больничном коридоре кипела жизнь: суетились обрывки разговоров, гудели аппараты. Но внутри у ребят стояла звенящая тишина. Тяжелый груз неизвестности давил на плечи, сковывал дыхание.       В палате Бэк Джина царил покой, граничащий с забвением. Ребята вошли, бесшумно ступая по холодному кафелю, по очереди подойдя к койке. Ху Мин, наклонился и, осторожно обняв Бэка за плечи, прошептал — Мы здесь Бэк. Мы не оставим тебя. — Слова повисли в стерильном воздухе, отражаясь от белых стен. Внутри у Ху Мина все сжималось от боли и бессилия. — Я тебя не оставлю, — эта фраза словно мантра, билась в его висках. Это было больше, чем обещание. Это была клятва, вырванная из самой глубины души, противоречащая всем прошлым обидам и недопониманию, всем тем острым углам, о которые когда‒то разбивалась их дружба. Сейчас, глядя на безжизненное тело, Ху Мин понимал: нет ничего важнее этого дорого ему человека, лежащего перед ним в безмолвии комы.       Бэк Джин не реагировал. Он все так же оставался в плену беспамятства. Ребята стояли вокруг, молча переглядываясь. В их взглядах, полных печали и тревоги, отражалось общее горе. Воздух в палате, казалось, сгустился, пропитанный тяжестью ситуации, неизбежностью неизвестности, висящей над ними дамокловым мечом.       — Гым Сон Джэ. — внезапно прервал тишину Ши Ын.       Ху Мин сначала подумал, что ослышался. Имя, словно раскаленный уголь, обожгло слух. Он резко повернулся к Ши Ыну, в его взгляде читался немой вопрос.       — Сон Джэ, — повторил Ши Ын, будто убеждаясь в собственных слова. — Может быть, он что–то знает?       — Ты имеешь в виду… насчет Бэка? — с трудом выдавил Ху Мин, чувствуя, как в горле застыл ком. Мысль о том, чтобы обратиться к Сон Джэ казалась ему кощунственной. К заклятому врагу, к тому, кто когда–то был одним из членов «Союза», а теперь… кто знал, что творилось в голове этого хитрого и безжалостного человека?       — Да. — коротко ответил Ши Ын, взгляд его был устремлен куда–то вдаль, словно он пытался разглядеть что–то сквозь пелену сомнений и неопределенности.       Тишина повисла в воздухе, тяжелая и гнетущая. Обратиться к Сон Джэ ‒ это как заключить сделку с дьяволом. Но что, если у него действительно есть информация, способная пролить свет на случившееся с Бэком? Что, если это единственный шанс узнать правду?       Ху Мин сжал кулаки, борясь с внутренним сопротивлением. После той роковой битвы, после свержения Бэка с его поста, их союз распался, оставив после себя лишь пепел разочарования.       «К черту все», — подумал Ху Мин, стискивая зубы.       «Я пойду к Сон Джэ. Вырву из него правду, чего бы мне это ни стоило. Я узнаю, что случилось. Ради Бэка.»