Падаем вместе

5.

Под строгим надзором Драко Люциуса Малфоя существовали две лаборатории, надежно укрытые от посторонних взоров в глуши, куда не долетал даже шепот внешнего мира. Первая, носившая кодовое имя «Нова», притаилась в самом сердце непролазного, дышащего смолой соснового бора Ланды, на юго-западе Франции. Здесь кипела жизнь самых засекреченных разработок. Отделы трудились в изоляции, словно в магическом вакууме: формулы и методики были строжайшим табу даже для коллег по цеху. Порог лаборатории пересекался лишь после тщательнейшего досмотра и безупречной верификации личности. Скромное одноэтажное строение на поверхности было лишь верхушкой айсберга. Два этажа уходили вглубь земли, храня в своем каменном чреве артефакты и открытия пугающей, невиданной уникальности. Густые чащи манили недоброжелателей, словно магнит, заставляя их бродить меж деревьев и вынюхивать стратегически важный объект, надежно укрытый десятками слоев древних чар. Работа в «Нове» не знала отдыха. Волшебники сменяли друг друга, и даже в глухую полночь окна не гасли, озаряя лес холодным светом. Вторая лаборатория, иронично нареченная «Эдемом», ютилась на пыльной окраине Парижа, в обветшалом, на первый взгляд заброшенном здании. Штат здесь был подобран из менее опытных кадров, а конвейер выдавал лишь рутинную, лишенную тайн продукцию. Это была гениальная ширма: конкуренты прекрасно понимали, что Малфой, с его параноидальной осторожностью, никогда не доверит истинные сокровища парижской периферии. И именно поэтому этой ночью произошло немыслимое — впервые за всю историю «Новы» лес Ланды содрогнулся от нападения. Секунды аппарации в тот миг растянулись в липкую вечность, каждый миг которой отдавался в висках тяжелым, давящим гулом. Но лес встретил Малфоя обманчивой, леденящей душу тишиной. Здесь не вспыхивали ослепительные россыпи заклинаний, не алели лужи крови и не разрывали воздух предсмертные крики. Напротив, утренний щебет птиц и ленивое жужжание весенних насекомых обволакивали вековые сосны и белоснежное здание на поляне с пугающей, почти издевательской гармонией. Малфой сжал рукоять палочки до побелевших костяшек, бесшумно и хищно ступая по росистой, влажной траве. У самого порога, словно сломанные куклы, лежали два бездыханных тела. Ни капли крови, ни малейшего следа темной магии, ни единой царапины. Разум отказывался принимать эту картину. Как можно было так бесследно стереть из жизни двух дюжих, первоклассных волшебников, лично отобранных Малфоем для этой службы? Воздух наэлектризовался, искрясь от невидимого напряжения, но время на раздумья истекло. Из-за слегка приоткрытой двери доносилось странное, методичное шуршание, а по холодному полу, словно невидимая змея, медленно ползла чужая, приглушенная, но от того не менее смертоносная магия. Резким, отточенным движением мужчина распахнул дверь и вскинул палочку, готовый выплеснуть разрушительную силу. В центре просторного холла, на обычном стуле, восседал пожилой, седовласый мужчина. С ленивой, почти артистичной грацией он подбрасывал и ловил между пальцами волшебную палочку, а в уголках губ застыла дымящаяся сигарета. Его когда-то белоснежный лабораторный халат теперь был испещрен серыми разводами и багровыми, пугающими пятнами, а на ногах не доставало одного рабочего тапка. И все же, несмотря на этот нарочито потрепанный, почти клоунский вид, от мужчины веяло спокойствием и уверенностью, что у Малфоя на мгновение перехватило дыхание. У его ног на темном кафельном полу лежало три связанных волшебника, два из которых отчаянно, но безуспешно пытались вырваться. Увидев на пороге Малфоя, мужчина выровнялся на стуле и опустил палочку на колени. — Что произошло в ночь перед Рождеством? — строго спросил Малфой, направив палочку на мужчину. — Зелье не сработало, и тапки Джека сожрали занавески в «Эдеме», — спокойно произнес мужчина с французским акцентом, выставив руки в обезоруженном жесте. Проверка коллег всегда была на первом месте. Вопросы никогда не повторялись, — Доброе утро, мистер Малфой. — Очень. Докладывай, Хорас — мужчина подошел к связанным преступникам на полу, поочередно вглядываясь в их лица. — Все, кого удалось схватить, — он махнул рукой на пол и встал со стула. Крепкое рукопожатие между мужчинами прервали шаги на лестнице, — Они задушили охрану голыми руками, я подумал, что их просто вырубили, — мужчина сделал затяжку и продолжил, — Человек пятнадцать, может десять, — он активно жестикулировал руками, — Охрана будет с минуты на минуту. Мы были внизу, когда услышали шум. Они не ожидали, что внутри кто-то работает, — Хорас ухмыльнулся и взъерошил седые волосы, — Ни один не понимает английский, — мужчина выпустил густой дым из легких, когда в помещение вышло порядка семи человек в халатах. — Все в офис. Эдем тоже. Всем составом. Хорас, проследи, — Малфой оглядел лежащих на полу мужчин и махнул рукой сотрудникам, — Сейчас же! Один за другим люди аппарировали из комнаты, оставляя после себя только запахи трав и химикатов. Гнев постепенно закипал в венах, поднимаясь жаром по телу к шее. Какая тварь посмела организовать удар под утро, даже не подумав, что люди имеют свойство работать в ночную смену. Малфой был строгим и жестким руководителем, который никогда не спускал с рук ошибок и промахов. Но за жизни подчиненных он отвечал своей головой. Обеспечить безопасность и сохранность их здоровья и жизней было главным приоритетом. Каждого сотрудника он подбирал в коллектив лично, искал в путешествиях по миру, в экспедициях, перенимал у крупных иностранных компаний, индивидуально обучал, и когда люди доверились ему, оставили прежнюю жизнь и переехали во Францию для работы — главное было не подвести, не поставить их жизнь под угрозу. С улицы в помещение вошла новая группа крупных мужчин в форме, чем-то похожей на британскую аврорскую. Три года назад нанимать охрану со стороны стало небезопасно, поэтому Малфой организовал свой личный штаб. Во главе стоял один из самых известных мракоборцев в мире. Настоящего имени мужчины не знал никто, он проработал всю жизнь под военным позывным Вайс. Пожилой мужчина в отставке умело тренировал волшебников в ряды телохранителей, не разглашал подробностей своей личной жизни, и только ему самому было известно что-то более военного позывного. Вайс проработал тридцать лет мракоборцем во Франции и штурмовал самые серьезные сражения. На его счету практически все опасные преступники страны. Мужчину часто направляли зарубеж для содействия в поимке преступников и раскрытия самых сложных дел. Где родился и жил мужчина, что он ел на завтрак, из чего сделана палочка и где он обучался — было загадкой. Он не пил и не ел в обществе людей, не улыбался и не показывал абсолютно никаких эмоций. От того и был успешен в своем деле, никто не знал слабых и сильных сторон Вайса. — Мистер Малфой, — кивнул мужчина в форме, — По приказу мистера Вайса прибыли, — отчеканил он и кивнул головой. — Проверить все здание. Этих, — он небрежно махнул на пол, — доставить в офис. Территорию полностью оцепить и ждать моего распоряжения. Через час жду отчет лично, — отчеканил Малфой и достал из пиджака пачку сигарет. Мужчина кивнул. С два десятка одинаковых фигур в форме начали расходиться по поляне вокруг здания. Заклинания полетели в разные стороны, разноцветные вспышки расползались по куполу, подсвечивая рваные дыры. Из комнаты двое аппарировали вместе с связанными, а оставшаяся часть направилась по лестнице вглубь лаборатории, ступая по кафельному полу. Малфой вышел на крыльцо, опустился на ступени и закурил последнюю в пачке мятную сигарету. Бессонная ночь давала о себе знать, но день, в котором предстояло решить самую сложную задачу за последние годы, только начинался. В центре Парижа на двадцать первом, скрытом от маггловских глаз этаже в офисе компании «Vie» уже всем составом собирались с несколько десятков сотрудников. Три связанных подонка будут допрошены этим утром со всеми пристрастиями. Поэтому нужно дотерпеть до вечера, и только потом дать волю накопившейся усталости. В поместье наверняка уже проснулась Астория, прочла письмо, а дальше… Дальше мысли гнилыми мужскими руками сдавливали Малфою горло, перекрывая кислород. Древесный парфюм со вчерашнего дня стал личной неприязнью. Вековые сосны тянули к небу свои мохнатые лапы, создавая над головой живой, дышащий купол. Сквозь густую хвою пробивались золотистые, почти осязаемые лучи утреннего солнца, в которых, словно искры, беззаботно прыгали и резвились рыжие белки. Эту идиллию дикой природы нарушал лишь строгий, почти гипнотический ритм мелькающих перед глазами черных мантий, придававших сцене мрачную торжественность. Мужчина выдохнул горьковатый дымок последней затяжки, нервно взъерошил светлые волосы и уже почувствовал, как на кончиках пальцев начинает вибрировать знакомое покалывание аппарации. Но в этот миг тишину поляны разорвал резкий, хлесткий свист крыльев. Сквозь зеленый свод леса, словно выпущенная из арбалета стрела, пронесся почтовый филин. Птица, не сбавляя скорости, сделала два мощных, размашистых взмаха, мягко приземлилась на каменные ступени и с видом королевского курьера, знающего себе цену, небрежно швырнула к ногам мужчины крафтовый конверт. — Мистер Малфой? — раздался осторожный голос одного из людей в черном. Он не отрывал напряженного взгляда от письма, лежащего на ступенях. — Все под контролем. Продолжайте, — спокойно, но с железной ноткой в голосе ответил Драко. Филин тем временем уставился на него своими огромными, немигающими оранжевыми глазами. В этом янтарном взгляде читалось столько же интеллекта, сколько и упрямства. Малфой нахмурился. Ему казалось, что он уже сталкивался с этой своенравной птицей, и воспоминания были не самыми приятными. Его внимание привлекла тяжелая бордовая сургучная печать на конверте с отчетливо выдавленной буквой «Г». Точно. Грейнджер. Одним коротким, отточенным движением запястья он накинул на конверт пару защитных заклинаний, поднял его с земли и, не глядя, сунул во внутренний карман пиджака, где бумага тут же согрелась от тепла тела. Наручные часы холодно отсвечивали циферблатом: 7:30. Малфой даже не стал позволять себе роскошь задаваться вопросами. Как эта птица умудрилась выследить его в глухом, заколдованном лесу на юге Франции? Почему Грейнджер отправляет почту на рассвете? И что, черт возьми, там написано? Лабиринт этих «почему» и «как» остался за дверью его разума — сейчас для них просто не было времени. — Нет, дружище, — он выставил вперед поцарапанный указательный палец, приближая его к птице. Старый шрам на коже напоминал о былых ошибках. — Помнишь? Филин перевел тяжелый взгляд на палец, но ни одно перо на его теле не дрогнуло в знак понимания. — Твоего клюва дело, так что давай, — Малфой многозначительно кивнул в сторону темной чащи леса. Но птица, словно высеченная из камня статуя, упрямо продолжала сидеть на крыльце, гипнотизируя его своими яркими, немигающими глазами. Он похлопал ладонями по карманам пиджака и нащупал нечто мягкое и слегка липкое. Это был старый, слегка слипшийся мармеладный червяк — забавный «черный день», который маленькая Ария сунула дяде в карман с серьезным видом хранителя семейных запасов. — Если твоя хозяйка узнает, что я кормил тебя мармеладом, — строго, почти шепотом произнес Малфой, глядя птице прямо в глаза, — то, что-то мне подсказывает, она не обрадуется. Филин, словно взвесив все «за» и «против», аккуратно, с хирургической точностью выхватил угощение из его пальцев. Раздавив червяка в клюве, он довольно ухнул, расправил крылья и, не сделав ни единого лишнего звука, взмыл в небо. Через мгновение он растворился в утренней дымке, оставив после себя лишь легкое дуновение ветра и стойкий запах сосновой смолы.

***

— Вайс, с тебя, — твердым шагом ворвался Малфой в большой зал, заполненный сотрудниками, которым посчастливилось этой ночью оказаться на работе. Мужчина сел в глубокое кресло за рабочим столом, расслабил галстук и резко выдохнул. Он не любил дергать пожилого Вайса в нерабочее время, но этот человек напрямую отвечал за безопасность, а потому сейчас его версия будет во главе собрания. Кто-то сидел на стульях, кто-то стоял вдоль стен и переминался, не зная повестки столь раннего и срочного собрания. Ночные смены обычно заканчивались простым бумажным отчетом в лаборатории и сдачей рабочих мест утренней смене. — Сегодня на рассвете на «Нова» был совершен налет, — грубым громким голосом начал мужчина, — Предположительно, в составе от 10 до 15 человек. Наступление было со всех сторон, в том числе с воздуха. Все, кто работал этой ночью, в обязательном порядке последуют в мой кабинет для дачи показаний. — И даже «Эдем»? — разочарованно произнес кто-то у стены. — Все! — рявкнул Вайс. Он редко присутствовал на крупных собраниях, ограничиваясь встречами тет-а-тет с Малфоем для обсуждения системы безопасности. Его грозный вид и ревущий голос пугали даже без негативного посыла. — Bordel de merde, — под нос себе буркнул Малфой, пока Вайс докладывал очевидные вещи полусонным коллегам. Вопросы задавать Вайсу, как и ожидалось, все побоялись. — А теперь слушаем меня, — Малфой громко ударил ладонями о деревянную столешницу и поднялся на ноги, — Если я узнаю, что кто-то из вас — крыса, — взгляд моментально потемнел, — Я собственноручно, — мужчина раскрыл ладони перед собой, — задушу его также, как сегодня душили нашу охрану. Tu m'as compris? Люди робко закивали. Атмосфера в зале нагнетала, и каждый присутствующий начинал осознавать масштаб случившегося. Покушение на лабораторию и сопутствующее с этим разрушение защитных заклинаний, убийство охраны голыми руками внушало страх даже взрослым волшебникам. Он ударил кулаком об стол, от чего несколько человек вздрогнули, словно через их тело пустили разряд тока. — Свободны, — выдохнул мужчина и опустил голову, опираясь руками о стол, — Хорас, за мной. Толпа людей в белых и голубых халатах направилась к выходу в коридор. Впереди их ждали долгие и не самые приятные часы бесед в кабинете Вайса. На противоположной стене расположилась вторая дверь, ведущая из зала в личный кабинет Малфоя. Грузный седой мужчина уверенно ступал за начальником, сохраняя молчание. С Хорасом Дью Малфой познакомился в одном из путешествий по тропическим лесам Новой Зеландии. Мужчина весельчак с выдающимся возрастным животом и седым хаосом на голове без умолку болтал две недели. Утро начиналось с анекдотов, а вечер заканчивался захватывающими историями из жизни Хораса. Несмотря на свою болтливость и отменное (для пятидесяти лет) чувство юмора, мужчина был знатоком своего дела. С детства Хорас питал интерес к изучению растений и их лечебных свойств. Продолжительное время Дью преподавал в Шармабатоне курс зельеварения, но отказался от должности из-за тяги к постоянным странствиям и поискам неизведанного. За веселым образом Хорас хорошо скрывал отличные навыки боя и логического мышления. За две недели в Зеландии Малфой перенял огромный пласт знаний от нового знакомого и решил предложить старику (как Хорас любит называть себя) место в своей компании. Уговоры были долгими, но ненавязчивыми, и через пол года раздумий Хорас принял решение осесть на должности ведущего специалиста лаборатории «Нова» компании «Vie». Пришлось подтянуть английский и подогнать график путешествий под график отпусков и выходных. Дверь в кабинет распахнулась. Два мракоборца внутри расступились перед вошедшими. В центре комнаты на коленях сидели те трое, что были взяты в плен в Нове. — Свободны, — рявкнул Малфой мужчинам. Он зашел вглубь комнаты медленно, как ступает хищник в клетку к загнанной жертве. Ни один из подонков не был знаком ему в лицо. Их магия даже не намекала на что-то приближенное к тому, что Малфою доводилось встречать. — Есть? — он обернулся к Дью, стоящему в дверном проеме и показал двумя пальцами характерный курящий жест. Мужчина достал пачку из грязного халата и ловко кинул боссу. — Спасибо, Хорас. Хорошо сработано, — он сдержанно кивнул и опустил взгляд на пачку в руке, — На сегодня все, загляни к Вайсу и уходи домой. На мужчине не было лица. Он знал, что как только дверь кабинета закроется, здесь могут твориться самые немыслимые вещи. Потому что гнев Драко Малфоя был самой страшной и неконтролируемой вещью в этом офисе, даже часовой допрос Вайса покажется сладкой ватой в сравнении с одной только мыслью о том, что Малфой сделает с пленниками. Как-то раз Хорису «посчастливилось» стать свидетелем отрезания пальцев тому, кто покусился на жизнь Малфоя. Он молча кивнул и закрыл за собой дверь. Комната погрузилась во мрак. Силенцио создавало неповторимую ауру загадочности. Малфой оперся бедрами о стол возле окна и втянул полные легкие горького дыма. Взмахом палочки чары немоты спали. — Кто? — небрежно бросил Малфой, удерживая между губ сигаретный фильтр. Но ответа не последовало. — Nous ne parlons pas anglais, — подал голос щуплый брюнет в мешковатой коричневой одежде. Из-под ворота кофты выглядывала татуировка. Малфой только усмехнулся на такую наглую ложь. Он медленно снял запонки с манжет белоснежной рубашки, закатал рукава, и направился к центру кабинета. Палочка уперлась в лоб мужчины, а на ее конце уже дрожала искра заклинания. — Salauds, vous ne sortirez pas d'ici vivants. Легилименс! Сегодня не будет мягкой легилименции. Малфой прорывался к недрам сознания, расчищая себе путь самым агрессивным методом, чтобы выпустить пар. Кабинет заполнился чужим душераздирающим криком. Перед глазами мелькали мерзкие картины из борделей, притонов и баров. Пьяные девушки на коленях. Заблеванные ковры и замутненное сознание. Отнимающиеся конечности. Все вокруг на английском. Сборища в сырых подвалах и карты местности с поиском нужного объекта. — Он нас убьет, если не получится. — Теперь я убью вас. Ни одного знакомого лица, ни одной знакомой обстановки. Складывалось ощущение, что мужчина постоянно находился под дурманящими веществами, от чего сам плохо осознавал происходящее вокруг. Он был бесполезен. Полтора часа в чужой голове впустую. Тело безвольно упало на зеленый ковер кабинета. Из носа тонкой струей лилась алая кровь. Видимо резкое вмешательство в мозг все-таки нанесло повреждения. Суммарно из троих удалось вытянуть несущественные детали. Никаких прямых наводок на конкретных конкурентов. — Nique ta mere , — обессилено потер глаза Малфой. Мужчина зафиксировал на бумаге основные пункты, которые пригодятся команде Вайса для работы. Затем взял со стола черный пистолет, закурил еще одну горькую сигарету и, подхватив пиджак, направился к выходу. В кабинете прогремели три выстрела. Зеленый ковер покрылся алыми лужами крови.

***

«Малфой, В понедельник в 9.00 в Министерстве тебя с командой будет ждать Гарии. Гарри Поттер, если ты вдруг забыл. Угости моего филина. С уважением, Гермиона Джин Грейнджер» И эту записку она заставила в самую рань нести филина через почти две тысячи километров… В ее стиле. В сумасшедшем стиле Грейнджер.

***

— Почему я? Холодный промозглый октябрь пробирался под тяжелую теплую ткани одежды, нагонял тучи на небо Лондона, нависая серостью и сырость над жителями страны. Ледяной клинок уперся в горло, и даже слова нужно было подбирать так, чтоб не усиливать давление. Неизвестный мужчина всем телом навалился со спины и сковал тело, и свобода действия оставалась только у глазных яблок. Превосходно. Кончик палочки в кармане был впервые так близко, но так недопустимо далеко. Невероятный страх вперемешку с паникой гулким сердцебиением ощущались в каждой частичке тела. Сегодняшний визит на Площадь Гриммо пошел не по плану… Только вот нападать на Грейнджер у дверей дома Гарри Поттера было очень опрометчивым поступком. Мужчина не рассчитал свои силы, и Гермиона успела незаметно постучать в дверь, а значит оставалось только ждать и надеяться на то, что Поттер правильно среагирует, когда увидит на пороге дома Грейнджер и грязного неотесанного мужика, державшего нож у самой глотки девушки. — Грязнокровка, нам приказано покончить с тобой, — шипел мужчина у самое ухо. Вонь из его рта была сравнима с горой протухшей рыбы, — И сегодня ты сдохнешь. Мужчина попытался достать свою палочку, не упустив при этом из рук Грейнджер. Нелепая возня давала надежду на то, что сегодня Грейнджер отделается легким испугом, и через час уже будет пить ромашковый чай Джинни. Какой же идиот отправил убивать человека среди бела дня с такой никчемной ловкостью. И вонью. В целом, уже за пару десятков метров при большом желании можно было учуять неблагоприятные ароматы. В дверном глазке отчетливо проглядывались то зеленые глаза Гарри, то карие глаза Джинни. Счет шел на секунды, потому что подонок собирался аппарировать. Но Гарри не подвел. У дороги тихо щелкнула аппарация, и похититель уже хотел повернуться, решив что прибыла подмога, как мешком упал на землю, царапнув ножом по шее девушке. — Гермиона, в дом! — кричал Гарри с дороги, когда на тихой улице один за другим начали появляться неизвестные в капюшонах. Жидкая кровь тонкой струей полилась по желтому пальто, и ноги предательски отказывались держать вес тела. А дальше только темнота.

***

— Мэнор будет в вашем распоряжении для жизни. Но вся работа будет проходить у мисс Грейнджер. Она огласит все свои требования и условия. Никаких пререканий, Джек, быть не может, — Малфой вальяжно покручивал в руке фамильный перстень-печатку с собственными инициалами. За столом сидели трое. Три самых ответственных сотрудника, в которых мужчина был уверен на все сто. Хорас, разумеется, без раздумий был поставлен во главу троицы. — Я бы никогда, — хитро улыбнулся низкий кудрявый парень. Джек. С Джеком и его старшим братом Генри Малфой познакомился во время визита в Шармбатон. Разница в возрасте между братьями была порядка двух лет, но внешне они с легкостью сошли бы за близнецов. Кудрявые русые волосы, невысокий рост и один бесконечный двигатель на двоих. Парни держали на ушах школу, но удивительно преуспевали в учебе. Сначала Малфой переживал за сохранность лабораторий и думал даже отправить парней работать порознь. Но во время рабочего процесса братья показали невероятную концентрацию и интересные нестандартные решения. Поэтому сразу же перешли в «Нову», где делили один кабинет. В перерывах между работой они умудрялись поднять настроение всему серьезному коллективу, и даже в ночную смену благодаря их взбалмошному характеру все держали уши востро. История про тапочек Джека, съевшего занавески, была только верхушкой айсберга. — Мисс Грейнджер это… Та самая Гермиона Грейнджер? — заворожено произнес Генри. — Да, та самая, — Малфой закатил глаза. Действительно, та самая гениальнейшая-умнейшая-храбрейшая ведьма за все время существование волшебного сообщества. Хорис заметно приободрился, поправляя халат на животе. — А это правда, что… — он выставил вперед указательный палец, но не успел договорить. — Все вопросы зададите кумиру лично, — нахмурил брови мужчина, — У мисс Грейнджер свои особенности организации безопасности, поэтому отнеситесь к работе серьезно. В понедельник в Министерстве Магии Поттер возьмет с вас… — Гарри Поттер? — вытаращив глаза вскрикнули братья. Хорас еще сильнее выпрямил спину. — Да, — раздраженно рявкнул Малфой, — Возьмет с вас подписку о неразглашении и все такое. Знаете, проходили. Британский аврорат направил усиленные меры на контроль работы данного проекта. Ограничьтесь в прогулках и общении с людьми. Ситуация с болезнями в Британии не лучше, поэтому я вас прошу, коллеги, — он многозначительно посмотрел на кудрявых парней, — не подведите ни меня, ни оскверните какой-то глупость лицо нашей компании, ни огорчите мисс Грейнджер. Проявите профессионализм. — Мы будем вчетвером? — деловито спросил Хорас, будто минуту назад не подпрыгнул на месте от услышанного «Поттер» — По надобности со мной. Насколько известно, мисс Грейнджер пока не набрала команду, — он посмотрел на циферблат наручных часов и вернулся взгляд на сотрудников. Все трое сияли так, будто их отправляют в детский лагерь на море, а не на работу в другую страну под угрозу собственной смерти. — В понедельник в семь портключ. Встречаемся на этом, — он обвел пальцем кабинет, — месте. А теперь собирайте свои лучшие тапки, коллеги. Меня ждет Вайс, не могу больше с вами прохлаждаться.

***

— Гермиона! — послышался в конце коридора голос Гарри. — Да, я иду, — подхватив с колен Живоглота, девушка поднялась из-за стола и поспешила к другу. — Привет, — он обнял девушку и потрепал кота по голове. Для начала рабочей недели Гарри выглядел уставшим. И запыхвашимся. — У меня не слишком много времени, — он поджал губы и оглянулся на дверь, за которой скрывался камин, — Не переживай ни о чем, Гермиона. Работайте спокойно. Авроры будут дежурить по четыре и меняться каждые два часа. В квартире тоже. Все перемещения только из моего кабинета, — он заметил на лице девушки каплю облегчения, — Всех проверили. Они… Они немного странные, но абсолютно безобидные, — Поттер ободряюще похлопал подругу по плечу и растянул улыбку до ушей, призывая повторить за ним. Живоглот на руках протяжно замяукал. — Спасибо, Гарри, — она опустила кота на пол, когда дверь в конце коридора распахнулась. Один за другим в доме раздавались тихие звоночки, говорящие о прибытии людей через камин. Из-за дверей в коридор по очереди вышли четыре высоких, как один, аврора. Грейнджер пару раз задавалась вопросом, а действительно ли на службу принимают не по стандартам внешности и вся схожесть — чистая случайность. — Мистер Поттер? — Да, выходите на улицу, — Гарри кивнул на стеклянную дверь, — и приступайте. — Как их зовут? — прошептала девушка, пока черно-фиолетовые мантии шумно переходили от одной двери к другой. — Спроси лично, — подмигнул мужчина, — Они буду меняться так часто, что наврятли ты сможешь запомнить. Ладно, — Поттер взглянул на часы, а затем приобнял подругу за плечи, — Мне пора. Гарри придержал уже открывшуюся дверь для новых гостей этого дома. Грейнджер провела ни один час в мыслях и предположениях о том, кто же они — лучшие специалисты по мнению Драко Малфоя. Вероятно такие же заносчивые и самовлюбленные, в противном случае неизвестно как они все еще могли работать в компании такого человека. Все, как один в пиджаках и с едкой ухмылкой. Или это был женский коллектив, готовый потешить эго босса. Мини юбки и глупые переглядки. Но образ легкомысленной девушки не гармонировал с квалифицированным специалистом лабратории. Впрочем, размышления никуда не приводили Грейнджер. Из-за двери показался… Показался чей-то живот. Живот? Беременная девушка? Джинни? Толстый Малфой? Грейнджер вытерла влажные ладони о длинное цветочное платье и заметно напряглась. Из комнаты доносилось чье-то шушуканье. — Да иди ты уже. — Пусть он! — А ну-ка оба! — послышался разгневанный голос Малфоя. Гарри, придерживающий дверь, неловко улыбнулся. В коридор вышел возрастной мужчина лет пятидесяти. Его живот обтягивала полосатая голубая рубашка, а в руке он держал раритетный кожаный чемоданчик. Мужчина застыл в проходе и пригладил седые волосы. — Мисс Грейнджер, — с легким французским акцентом произнес он и низко поклонился. Гарри понемногу начал краснеть, сдерживая смех и поджимая губы. — Доброе утро, — улыбнулась девушка. Мужчина еще немного помедлил, когда его подтолкнули в спину. — Хорас Дью, можно просто старик Хорас, — мужчина резко отступил от прохода, и в коридор вывалилось два парня. Два кудрявых русых парня лет так двадцати трех помялись на месте и потупили глаза в пол. У одного на голове был хвостик. Гарри продолжал держаться из последних сил, всячески отводя взгляд от лучших специалистов Франции. — Джек и Генри, — грубый мужской голос Малфоя не вписывался в забавную обстановку. Живоглот с интересом обнюхивал новых гостей, облепляя мужские ноги шерстью. — На веранду, — скомандовал Малфой и сам появился в коридоре. Поттер прокашлялся, кивнул в знак прощания и скрылся с камином. Высокий предводитель французской делегации в дорогом костюме никак не сочетался с чудоковатым седым мужчиной и двумя парнишками-сорванцами. Троица резко развернулась и поспешила как можно скорее выйти на улицу. — Мисс Грейнджер, — издевательски поприветствовал Малфой, протягивая руку девушке. — Ты привел мне в команду детей? Мужчина мягко обхватил тонкие женские пальцы, оставив невесомый поцелуй на костяшках. Волна мурашек пробежала вдоль позвоночника. Он снова это делает. — Где ваше обручальное, мисс? — наигранно удивленным тоном произнес Малфой. Живоглот под ногами истошно завопил, привлекая к своей персоне максимально возможное внимание. В обычно тихом доме закручивалась полная вакханалия. — В отпуске, — дернулась Грейнджер, — Глотик, хватит! Малфой тем временем уже тискал кота, растянувшегося на полу. За стеклом двери три пары округлившихся глаз откровенно пялились на происходящее. Парни даже приоткрыли рты, а мистер Дью уставился на кота так, будто его не гладили, а потрошили. — Малфой? — тихо шикнула девушка, пытаясь намекнуть на то, что их заждались. — Они не дети. Не смотри на то, что они молодые. Ты в их возрасте глупой не была, да же? — он поднял взгляд на девушку и выразительно склонил голову вбок, — Хорас придержит их выходки. Эта троица — самые ответственные и смышленные люди из сотни, работающих у меня. Сотни. Парень с хвостиком тихонько постучал в дверь. Хорас драматично прикрыл ладонью лицо, а второй парень согнулся пополам от смеха. — Что ж, — Малфой оторвался от нового пушистого друга, — Прошу, — он уступил девушке дорогу, проведя рукой вперед. Компания за дверью расступилась во все стороны, когда столкнулась с гневным выражением лица Малфоя. — Putain, je t'ai demandé de te comporter normalement, — мило произнес Малфой, но девушка сразу уловила как изменились лица вокруг. Справа и слева от веранды по углам дома смирно стояли авроры, не сводя глаз с гостей. — S'il te plaît, tais-toi, — буркнул мужчина подчиненным, пока Грейнджер открывала дверь лаборатории. — Проходите, — первым на лестницу ступил Живоглот, помахивая высоко поднятым хвостом, чем вызвал умиляющиеся возгласы. — На пару слов? — остановился Малфой девушку, когда она уже собралась спускаться. Не дожидаясь ответа, мужчина вразвалку направился к креслам на веранде, — Они сами разберутся где и что лежит, — опередил он ее вопросы. Девушка уловила вопросительный взгляд аврора и незаметно покачала головой с выставленной вперед рукой. — Грейнджер, — начал мужчина, опустившись в кресло, — Дело в том, что Поттер очень бережет твои нервы и крепкий сон, но я его слушать не буду.Садись. Гермиона осталась стоять, скрестив руки на груди. — Как тебе угодно, — мужчина выпустил дым из легких и потер лоб, — На мою лабораторию напали пару дней назад. И сделали это очень искусно, поверь мне на слово. Охрану задушили. Задушили голыми руками. — И Гарри знает? — первый вопрос, который пришел в голову напуганной девушке. Она моментально побледнела, а невероятный страх вновь начал заполонять все вокруг. — Все знают. Он сказал, что эта информация не касается тебя, — Малфой оперся локтями о колени и опустил голову, — Но я так не считаю. — Зачем ты это говоришь мне? — Потому что на тебя, на нас всех уже начали охоту, — он говорил это таким будничным голосом, от чего становилось еще более не по себе. — И что с этими людьми? — девушка медленно опустилась на край кресла. — Я убил их, конечно же, — усмехнулся Малфой, не поднимая головы. Грейнджер даже задержала дыхание. — Шучу. Я не убийца, забыла? Бездонные серые глаза, словно бездушные, уставились в карие напротив. На солнечном свету в холодном металле можно было разглядеть крапинки голубого. Яркого голубого неба. И единственное сходство между отчасти голубыми глазами Малфоя и чистым небом было далеко не в цвете при свете дня. А в том, как с приходом ночи свет сменялся на тьму и обнажал тайны. — Не забыла.