Наследие крови.

Гарри успел заснуть лишь на пару часов. Но его снова разбудили. — Вставай, Поттер. Гоблины прибыли. Снейп стоял в дверях, как часовой. Взгляд мрачный, тон — безапелляционный. Гарри только хрипло кивнул. Накинул мантию, оперся на край кровати — ноги дрожали, но держали. Руна на запястье пульсировала едва ощутимым жаром, будто сердцебиение чего-то большего, чем он сам. — Мы идём в Зал Наследия? — спросил он, больше чтобы услышать себя. — В Зал Глубин, — бросил Снейп. — Гринготтс. Неудобное, вонючее и опасное место. Идеально тебе подойдёт. Кабинет в Гринготтсе находился за десятком запертых дверей, пролетом в пустоту и платформой, которая уносилась вглубь сквозь лавовые пещеры. Гарри пошатывался, Снейп держал его под локоть. Ни один не прокомментировал этого. Гоблин, встретивший их, был стар — по нему это видно сразу: кожа как пергамент, глаза — чернильные, холодные. — Гарри Поттер, — произнёс он с ноткой уважения. — Наследник крови. Ритуал активирован. Наследие открыто. Пришло время получить завещания. — Какие ещё завещания? — Гарри с трудом стоял на ногах, но голос держал. — Твоих предков, — отозвался гоблин. — Поттеров. Певереллов. Принцев. И… — он бросил взгляд на Снейпа, — Эвансов. Снейп вздрогнул. — Лили… — прошептал Гарри. — Мама? — Лили Эванс была дочерью сквиба. Её род — древняя боковая линия Певереллов, скрытая от магического общества после войны чистокровных домов. По крови она была чище, чем большинство сидящих в Визенгамоте. И ты — её наследник. Гарри сжал пальцы. Земля под ним будто качнулась. Всё, что он знал, снова рушилось. — Тогда почему… почему никто не сказал? — Потому что директор Альбус Дамблдор убедил всех, что Лили — маглорожденная. Ему было выгодно скрывать твоё происхождение, — вмешался Снейп холодно. Гарри вскинул на него взгляд. — Почему? — Чтобы ты был пешкой. Не наследником. Не властным. Не опасным. Гоблин ударил посохом о камень. — Мальчик больше не пешка. Его магия на грани взрыва. Он не может унаследовать всё сразу — сила уничтожит его. — Тогда что делать? — хрипло спросил Гарри. Гоблин посмотрел на Снейпа. — Скорбь. Привязка. Жертва. Всё уже началось. Через союз ты сможешь принять часть магии. Она будет распределена. Твоя половина — активная. Его — стабилизирующая. Это не обычный брак. Это узел крови. Снейп вздохнул, как будто каждый вдох был отравой. — Мы теперь связаны… навсегда? — Если не разорвёте добровольно. Но последствия могут быть фатальны. Как для него… так и для вас. Гарри молчал, пока гоблин зачитывал первое завещание. Голос — как шум реки, имена — как звон колоколов: — «Я, Чарльз Певерелл, оставляю наследие крови моему прямому потомку. Ему передаются артефакты, знания и право требовать место в Совете Магической Стабильности…» — «Я, Виола Принц, передаю свою библиотеку зелий и книги по древним ритуалам…» — «Я, Адамант Поттер, подтверждаю право Гарри Джеймса Поттера на родовое кольцо, фамильный меч и титул Лорда Трёх Домов…» Каждое имя — как груз на плечи. Гарри едва дышал. Он больше не просто мальчик с шрамом. Он — наследие, заключённое в теле. Когда завещания стихли, он посмотрел на Снейпа. Тот смотрел в ответ. В его глазах не было ни презрения, ни злости. Только усталость. И, может быть, страх. — Я не просил этого, — прошептал Гарри. — Я тоже, — ответил Снейп. — Но теперь… будь осторожен. Магия больше не на твоей стороне. Она — в тебе.