Наследие крови.

Комната была тесной, освещённой тусклым светом лампы. За длинным столом сидели члены Ордена Феникса: Люпин, Муди, Тонкс, Макгонагалл, Шеклболт, даже Артур Уизли. Дамблдор — в центре. Гарри вошёл один. За ним — Снейп, как тень. Как стена. Как щит. — Спасибо, что пришёл, Гарри, — начал Дамблдор. Голос мягкий. Взгляд тяжёлый. — Мы все… обеспокоены. — Мною? — переспросил Гарри, стоя прямо. Он не сел. И это сразу нарушило равновесие. — Случай в классе, — вмешался Муди. — Не контролируешь силу. Ты мог убить парня. — Я не убил. И сдержался, — спокойно ответил Гарри. — Потому что со мной был Снейп. Резкий шорох. Тонкс дернулась. Люпин нахмурился. — Ты ему доверяешь? После всего? — Он мой… — Гарри замялся. — Он мой связанный. Через магию. Через кровь. Это не поддаётся выбору. — Всё поддаётся выбору, — глухо сказала Макгонагалл. — Даже на чьей ты стороне. — На своей, — отрезал Гарри. — Я больше не пешка. И не орудие Дамблдора. Вы хотите, чтобы я был мальчиком, который умрёт красиво. А я — жив. Я не собираюсь подчиняться. — Это влияние Снейпа, — бросил Шеклболт. — Он впитывает магию. Влияет на решения. Это опасно. Гарри почувствовал, как в нём нарастает жар. Но Снейп шагнул вперёд и сказал: — Всё, что я сделал, — это не дал вам сломать его раньше времени. — Ты не лучше Волдеморта, Снейп! — рявкнул Муди. Снейп замер. Гарри вскинул голову. — Хватит. — Его голос не был громким, но зазвенел магией. Лампа мигнула. Потолок затрещал. — Я не позволю вам говорить так о нём. Вы судите его — но он единственный, кто не пытался сделать из меня жертву. Он выбрал меня, когда магия потребовала. Ни один из вас — ни один! — не смог бы. Все замолчали. — Вы боитесь. Правильно. Я стал сильным. Я не буду вашим послушным спасителем. Он повернулся к Снейпу. — Пойдём. Здесь нечего слушать. И, когда они вышли, даже Дамблдор не остановил его. ⸻ — Ты поступил глупо, — сказал Снейп в коридоре. — Возможно, — Гарри выдохнул. — Но я впервые говорил не то, что хотел кто-то услышать, а то, что хотел сказать я. Снейп не ответил. Но руку его Гарри чувствовал — рядом, твёрдо. И впервые — без страха. Они отдалились. Сначала — просто взгляд. Один. Потом — шёпот. За спиной. Потом — тишина. В Большом зале Гарри больше не садился рядом с Роном и Гермионой. Он чувствовал — они ждут, что он вернётся к прежнему себе. К мальчику, который смеётся, дерётся, страдает. Но его больше не было. — Мы просто не узнаём тебя, Гарри, — тихо сказала Гермиона за обедом. — Ты стал… другим. — Я стал собой, — ответил он. — А может, просто перестал быть тем, кем вы хотели. Рон промолчал. И это больно. Даже сильнее, чем ярость. ⸻ На уроках преподаватели стали осторожны. Флитвик перестал вызывать Гарри к доске. Макгонагалл не смотрела в глаза. Даже Хагрид говорил тише, когда заходил разговор о «плохой магии». Но хуже всего были ученики. — Он тёмный. — Сильнее, чем Волдеморт. — Снейп держит его под Империусом. — У них… связь. Понимаешь?.. связь. Слухи ползли, как плесень. Пару раз кто-то пытался вызвать его на дуэль. Не чтобы победить — а чтобы испытать. Они не успевали произнести заклинание. Магия Гарри срывалась сама. Сжимала воздух. Угрожала. ⸻ Снейп наблюдал. Он почти не вмешивался — внешне. Но Гарри знал: каждую ночь, после особенно тяжёлого дня, в его комнату ставили отвар. Каждое утро руна Снейпа откликалась, когда Гарри не мог дышать. Иногда он слышал его в голове, как отголосок: «Спокойно, я здесь.» ⸻ Однажды, вернувшись в свою спальню, Гарри нашёл на своей кровати письмо. Без имени. Почерк — чёткий, взрослый. Ты не наш герой, Поттер. Ты предал нас. Ты стал им. Мы не позволим тебе погубить нас так, как он. Уходи. Пока не поздно. На подушке лежал вырезанный из ткани знак Даров Смерти, перечёркнутый красной линией. Гарри долго смотрел на него. Потом сжал в кулаке — и пламя руны вспыхнуло само. Символ обратился в пепел. ⸻ В ту ночь он не пошёл в свою комнату. Он спустился в подземелья. Постучал. Снейп открыл дверь — в халате, с недовольным видом. — Поттер, если ты снова… — Мне некуда идти. Тишина. Снейп открыл дверь шире. — Тогда останься. Гарри прошёл внутрь. Медленно, будто переступая через пропасть. — Всё рушится, — сказал он, садясь на край дивана. — Они все… отвернулись. Даже Рон. Даже Гермиона. — Они боятся, — спокойно сказал Снейп. — Ты стал сильным. Они остались прежними. — А ты? Снейп подошёл ближе. — Я никогда не был на их стороне. ⸻ И в эту ночь Гарри заснул в кресле у камина, укрытый мантией Снейпа. А в коридоре мимо прошёл Дамблдор. И посмотрел на дверь — с лицом старика, который проигрывает свою партию.