***
Заснеженный Чернолют казался куда светлее и менее мрачным, чем обычно. Белые ковры покрывали дорожки сада, сугробы облепили крыши башен, скрывая темную черепицу, на окнах появились витиеватые узоры. Теперь у клокеров появилось больше задач: только и успевай следить, чтобы камины не угасали, а для этого нужно сперва заготовить дрова, вытирать пол от мокрых следов, только что пришедших с улицы и подавать гостям чай. Но у других обитателей замка тоже не было ни свободной минуты. Вот-вот у учеников Черной королевы должны были наступить экзамены, к которым приходилось усердно готовиться, засиживаясь в библиотеке порой до поздней ночи. — Опять эти эферы, — со стоном и недовольством произнесла Гроза, плюхаясь на стул. — Лучше бы крылатым боем занималась. — Тебе всё равно придется их сдавать, — со смирением ответил Маар, ставя стопку книг на стол. — Так что лучше хорошенько подготовиться. — Да уж.. — протянула девушка, облокачиваясь на спинку стула рукой. Но тут же она почувствовала что-то недавное и резко вскочила, начиная осматривать сперва стул, а потом свою руку, на которой отпечаталась краска. —Ах, ты!***
— Жаль, что ты Василиса, этого не видела. Я потом с таким синяком под глазом огромным ходил! — Очень охотно верю в это. Так это из-за этого Чёрная Королева потом ходила очень сердитой на тебя? — Нет, об этом розыгрыше она и не знала, — заговорщически начал Маар. — Там дело в другом. Я все часы в Чернолюте на разное время перевел. Тогда весь замок на ушах стоял — А разве их так тяжело вернуть назад? — удивленно спросила Василиса. — Перевести назад то легко, а вот разгребать последствия.. — но видя недоумение на лице девушки он пояснил, — Внутри каждого клокера тоже есть часы. Они нужны не только для того, чтобы он смог двигаться, используя силу времени, но и для того, чтобы те могли выполнять указания к точному часу. Вот, например скажешь клокеру подать чай в пять вечера — он сделает. А теперь все перемешалось. Вот нудно было клокеру дрова подбросить через пятнадцать минут, а он через час это сделал. А они еще и сталкиваться друг с другом в коридоре. Вот смеху то было — И как тебе влетело то… — Да крепко, — но этот факт, видимо, совсем не огорчал парня, он всё равно оставался горд за свой очередной розыгрыш. — А вот мы и пришли! И правда.. За разговором Василиса совсем не заметила, как они взошли на мост и более того оказались уже на его середине. Было тихо и безлюдно. Уже давно потемнело и все прохожии поспешили домой греться под теплым пледом с чаем в руках. Шел мелкий снег, мягко падая на землю хлопьями. Фонари на мосту тоскливо мерцали в своих стеклянных домиках и свет их заливал каменные статуи, стоящие рядом же. — А ты знала, что год, месяц, день и час начала строительства рассчитывали астрологи: тысяча триста пятьдесят седьмой год, девятое июля в пять часов тридцать одну минуту утра. Цифры выстраиваются в цепочку, которая читается одинаково в обоих направлениях, — Он сделал шаг, становясь прямо напротив неё. Только сейчас Василиса заметила, что они все еще держаться за руки. — А еще есть примета, — почти шепотом продолжил Маар, — что если влюбленные поцелуются на Карловом мосту, то у них всё обязательно будет хорошо. Василиса стыдливо отвела взгляд. Щеки налились румянцем не только от щипучего мороза, но и от легкого смущения, накатившего волной. По телу разлилась теплое чувство, которое приятно согревало все изнутри и шло, словно от сердца, а может и от самой души. Маар приблизился к её лицу и Мягко поцеловал, едва касаясь губ, словно боялся, что она какой-то мираж и вот-вот испариться. Василиса, желая продлить этот момент, обняла его за шею, не давая отстраниться. Неожиданно стало так тепло и хорошо… Хорошо просто потому, что они рядом и вместе. Конечно, им потом влетит за эту самовольную прогулку, но это будет потом, в каком-то неопределенном будущем, а они здесь и сейчас. Рука маара легла Василисе на талию, их поцелуй перешел в долгие и крепкие объятия.