Спектр чувств

Рев мотора надоедливо звучит уже не первый час, признаюсь честно, мне очень хотелось остановится прямо тут, на обочине дороги, и никуда не ехать. Серые, тяжелые тучи не добавляли мотивации, а затекающие конечности и вовсе убивали последнее желание продолжать путь. Но я, как самый упрямый человек, продолжала вдавливать педаль газа в пол, поворачивать руль и отстукивать легкую мелодию свободной рукой, для расслабления нервов. Кажется за сегодня я пожалела уже миллион раз, что в итоге решилась на переезд, да и не абы куда, а на другой континент. Не то чтобы переезд был моим желанием: все же жить мне хотелось, но останься я в Осло (да и в Европе, что уж греха таить) живой меня бы уже никто не видел. Но и тут, в маленьком городке на окраине Вашингтона опасность присутствовала. Одна, в другой стране, прячущаяся, как крыса, думаю не такой судьбы желала мне мама. Но это лучше, чем быть убитой собственным ковеном. За подобными мыслями я и не заметила, как машина проехала табличку: «Добро пожаловать в Форкс!» Мило. Всегда мечтала жить в маленьком городке, окруженным лесом, где солнце бывает пару дней в год. Из плюсов тут был океан, из минусов перед отъездом я прочитала, что он совершенно не подходит для купания из-за низкой температуры воды. А также существенным, на мой взгляд, минусом было население. Всего три с небольшим тысячи человек. Тут же каждый друг друга знает! Уже представляю, как весь город будет трубить о переезде новенькой девчушки из Европы. Не думаю, что в этом городе такое происходит часто. Скорее всего вообще не происходит. Значит от сплетен мне никак не отделаться. Надеюсь, что мой дорогой «покровитель» все же уладил все вопросы с документами. Все же по легенде после смерти родителей, он благодушно взял надо мной опеку, но из-за моего «слабого здоровья» были вынуждены кардинально сменить место жительства. Хотя в истории все же оставались некоторые дыры, но кто же мешает мне просто импровизировать? Да и я не особо хочу заводить тут новые знакомства. Мне бы пожить в Форксе год, а там уже и видно будет, что мне стоит делать. К слову говоря, к новому дому я подъехала только спустя 35 минут, что для столь маленького города было достаточно долго. Домик находился буквально на окраине, он был не новым, но даже издалека было заметно, что ремонт проводили недавно. Паркуюсь на подъездной дорожке и быстро вылезаю из машины. Блаженно потягиваюсь, разминая затекшие конечности. Следующее, что я делаю, осматриваю местность вокруг, сразу отмечая, что мой дом крайний, так как с левой стороны окружен лесом, также в лес выходит задний двор. Соседский дом с правой стороны выглядит немного запущенным, а потому предполагаю, что там никто не живет. Все это сильно радует меня: никто не будет ходить знакомится, никто не будет обращать внимание на странности, если они будут, а они явно будут… Да и в общем мое жилье не будет привлекать лишнего внимания: дом крайний, дальше только лес и трасса, не думаю, что люди будут часто проезжать мимо. Захожу в дом и очень удивляюсь, внутри он не кажется таким маленьким и старым, как снаружи. Ремонт был совсем новый: светлые стены белого цвета, сочетались с приятным светлым кофейным оттенком. Небольшая гостиная с телевизором, журнальным столиком, парочкой стеллажей и диваном шоколадного оттенка выглядела очень уютно. Далее встречала светлая кухня в белых оттенках. Она была такой большой, словно в доме буду жить не только я, но и целая рота. Также на первом этаже был выход на задний двор, где на небольшой террасе располагалось кресло-качалка и искусственный камин. Я уже представляла, как сяду в это кресло, зажгу камин, налью кружку ароматного чая и, укутавшись пледом, буду читать книгу. Далее я поднялась на второй этаж, слева от лестницы находилась небольшая комнатка - кладовая. Чуть дальше находилась дверь, открыв которую, я была немного в шоке. Большая светлая комната, столик для макияжа, письменный стол, новый компьютер. Большие светлые окна зашторенные светло-голубыми занавесками и большая мягкая кровать. Вся комната была в голубо-белых тонах и выглядела, как моя мечта. Я сразу же заметила еще две небольшие двери: одна вела в гардероб, куда я могла бы сложить все свои многочисленные вещи, другая вела в светлую душевую. Налюбовавшись на свой новый дом, я наскоро занесла часть вещей в гостиную, решив, что разберу все завтра. Сейчас я была слишком уставшая после дороги, да и поздно уже было и очень хотелось спать. Зайдя в комнату я быстро переоделась в домашние шорты и футболку, наконец-то расплела длинные и тугие косы, позволив белым волосам свободно ниспадать на плечи. С разбегу прыгнула на кровать и удовлетворенно лежала на мягком матрасе. Вот что еще нужно человеку для счастья? Неожиданно раздался телефонный звонок. Я недовольно простонала, но все же лениво подняла телефон. Я даже не смотрела на то, кто мне звонит. Мой новый номер знал всего один человек. — Ало, — недовольно сказала я. — Здравствуй, Селина, надеюсь ты хорошо добралась, — из телефона зазвучал приятный мужской баритон. — Да, добралась просто чудесно, три часа в машине настолько понравились, что я бы всю жизнь больше не повторяла, — чуть саркастично говорю я, хотя и подобная язвительность звучит не к месту. — Ты говоришь так абсолютно всегда, — спокойно подмечает собеседник, а я лишь усмехаюсь его правоте. Да. Я ненавидела долгие поездки на машине, полеты на самолете и тому подобное. Ну уж очень сильно я не любила по долгу сидеть на одном месте. Хотя по большей части нелюбовь была не в сидение на попе ровно, а в том, что у меня очень быстро затекали конечности. Но сейчас ведь мы говорим не об этом? — Селина, надеюсь новый дом тебе понравился. Все же твоя мать строго наказала мне, что ты должна жить в лучших условиях. — Да, спасибо, Амбрус. Новый дом просто шикарен, особенно кровать, — на другой стороне слышу легкий смех. — Намек понят, не буду тебя долго задерживать. Понимаю, что ты устала с пути, — вежливо говорит Амбрус, а я улыбаюсь. Как же я люблю его, потому что Амбрус всегда вежливый, учтивый и понимающий. — Выбросов магии не было? — С момента отъезда ни разу. — Плохо. — Плохо? — непонимающе вскинула бровь я. —Магия — странная материя, которая часто имеет накопительный эффект. Боюсь, что следующий стихийный выброс может быть сильнее, — слова Амбруса действительно имели смысл, а потому на душе стало очень неспокойно. Вдруг магия выйдет из под контроля на людях? Например в школе. А если я наврежу людям? — А также я предполагаю, чем ближе к твоему совершеннолетию, тем сильнее будут выбросы. — Спасибо, Мистер Граймс. Вы просто мастер утешений, — нервозно говорю я, а в голове разворачиваются самые страшные варианты будущего. — Не язви, думаю все будет хорошо. Если вдруг что — звони, — спокойно говорит Амбрус. Хотя его слова совершенно не помогают мне успокоиться. — Как обстановка в Осло? — перевожу тему я, решая, что лучше обсудить вопрос моей магии тогда, когда я буду менее сонной, а лучше вообще подготовленной. — Все спокойно. По крайней мере Старшая и никто из приближенных не проявляли особого интереса к аварии, —при мысли о этой трагедии я нервно сглатываю. Чувствую как в душе разливает ком ненависти ко всему ковену. А также чувствую удушающую горечь при мысли о той роковой ночи, что унесла за собой все мои мечты и надежды. — Это… хорошо, — слова даются тяжело, но я большим усилием стараюсь отогнать от себя дурные мысли. Все же не ради этого мои родители пожертвовали собой, — Амбрус, я очень устала с дороги. Давай созвонимся позже? — желаю прекратить разговор, так как действительно устала после дороги. Ну и хочется перестать думать о столь неприятной теме. С одной стороны мне действительно хотелось знать, что я безопасности. Хотелось знать, что Старшая не раскрыла обман и не отправила за мной своих ищеек. Хотелось понимать, что старания моих родителей не прошли зря. Но с другой стороны, мне не хотелось думать о том, что моя жизнь может закончиться в любой момент. Не хотелось думать, что Верховный Совет узнает обо мне. Мне не хотелось думать, что возможно я не доживу до своих 18 лет. Последние полгода моим главным желанием было: жить спокойно. И я очень надеюсь, что Форкс станет тем городом, где это желание исполнится. — Я тебя понял. Спокойно ночи, Селина. Будь осторожна, бдительна. А также учись хорошо, чтобы мне не пришлось приезжать в этот богом забытый городишко, — несвойственно для самого себя, шутит Амбрус. — Постараюсь. Пока, Амбрус, — отключаю звонок, а следом откидываю телефон куда-то на подушку. Пару минут просто смотрю в потолок, приводя в порядок собственные мысли. А после встаю с кровати, достаю из сумки вещи, чтобы принять душ, и направляюсь в ванную. Теплая вода смывает грязь, а по воздуху растворяется приятный запах черничного геля для душа. Мышцы после дороги расслабляются, а голова кажется очищается от лишних переживаний. Вытираюсь махровым полотенцем, быстро надеваю удобную пижаму из темно-синего атласа, чищу зубы и провожу вечерние процедуры по уходу за кожей. А после с большим удовольствием падаю на кровать, заматываясь в одеяло по самый нос. Все не так плохо, да? Нужно просто научиться жизнь в новой обстановке, я же хорошо умею адаптироваться. Мне лишь нужно просто не привлекать лишнего внимания. Хотя с этим точно будут проблемы в таком маленьком городе. Да еще и внешность у меня уж больно запоминающаяся. Редко встретишь альбиноса. Думаю в Форксе эта особенность внешности определено не сыграет мне на руку. Но с другой стороны: в Форксе мало солнечных дней, а значит не нужно каждый день мазаться SPF, чтобы не заработать рак кожи. Хотя ведьмы не болеют раком, но с другой стороны они и не скитаются по маленьким городкам Вашингтона в поисках убежища от себе подобных. Я всегда думала, что мне безмерно повезло по жизни, но сейчас, лежа в кровати, я понимаю, что нет. Мне чертовски не везет.

***

Утро выдается тяжелым. Я с трудом заставляю себя подняться с уютной кровати. Еле как иду в ванную, машинально чищу зубы и принимаю освежающий душ. После него все же мне удается немного проснуться. Иду на кухню и там завтракаю сендвичем из остатков еды с дороги. Мысленно делаю пометку, что после школы нужно заехать в продуктовый. Убираю со стола посуду в посудомоечную машину, накидываю на себя теплую куртку и иду к машине, чтобы забрать из нее сумки с вещами, что не занесла вчера. Утренний Форкс встречает меня туманом и холодом. Над городом висят тяжелые тучи, становиться ясно — сегодня будет дождь. Замечаю на траве большое количество росы, а вдалеке слышно пение птиц. Кажется, будто природа Форкса всегда такая тихая и умиротворенная. Вдыхаю холодный воздух полной грудью, чувствуя на задворках сознания легкие покалывания магии леса. Она будто зовет меня, манящим запахом, тихим шелестом где-то далеко и легким покалыванием на кончиках пальцев. Повинуясь соблазну, собственная чистая энергия откликается на зов леса. Но в следящую секунду жалею о содеянном, так как одновременно чужая, но родная магия, красными нитями сковывает чистую энергию на кончиках пальцев, вызывая у меня легкое головокружение и болезное покалывание. Это служит напоминанием. Нельзя откликаться на зов природы, на зов чистой магии. Хаос - вот мой главный друг теперь и навсегда, и этот друг очень не любит конкуренции. Откидываю лишние мысли, ругаясь на себя за подобные слабости. Знала ведь, что так будет. Все же решительно направляюсь к машине, стараясь игнорировать легкое головокружение. Забираю из багажника все сумки с вещами и несу их в дом. Время уже поджимает, а потому мне нужно как можно скорее одеться в школу. Не хочу опаздывать в первый день, но и не могу позволить себе выглядеть плохо. Мой выбор одежды падает на голубую водолазку с открытыми плечами и черную теннисную юбку. Волосы собираю в высокий, но не очень аккуратный пучок, пара прядей выбиваются из него, закручиваясь забавными кудряшками. Из-за плохого зрения, свойственного альбиносам, надеваю контактные линзы. Наношу легкий макияж: подкрашивая белые ресницы светло-коричневой тушью, для более выразительного взгляда, на пухлые губы наношу помаду розового оттенка. Из украшений я надеваю лишь небольшие серьги-кольца серебряного цвета, решив не перегружать свой образ. Мысленно улыбаюсь своему внешнему виду. На самом выходе накидываю на себя длинное черное пальто, плотно закутываясь в него и надеваю большие наушники. Сажусь в машину уже предвкушая то, как меня будут рассматривать подростки, как они будут шептаться за моей спиной и тому подобное. Решаю отвлечь себя хорошей музыкой и включаю в наушниках любимый плей-лист. Школа располагалась, как и многие здания в этом городе, чуть в стороне от шоссе. Несколько одинаковых корпусов из красного кирпича со стороны напоминали какой-то склад, лишь табличка «Средняя Школа Форкса» помогла мне не проехать мимо. Путь до школы оказывается не особо длинным, буквально 20 минут, хотя школа находиться на другом конце города. Снова мысленно негодую по поводу размера этого маленького городишки. Территория у школы явно была огромной, так как буквально на подъезде к ней я заметила лес, куда выходило футбольное поле и часть кафетерия. И зачем только такой маленькой школе, такое огромное пространство? Также меня удивило то, какими старыми были корпуса. А издалека было виден старый забор, кое-где завалившийся, который должен был ограждать территорию. Я припарковалась около здания с надписью «Администрация». Быстро вылезла из теплого салона машины, укуталась в пальто и направилась по мощенной камнем дорожке в сторону здания. В помещении горел яркий свет, заставляя меня поморщиться. Я не страдала от светобоязни, как многие альбиносы, но такой яркий свет был уж очень не привычен моему глазу. Помещение было маленьким, на стене были какие-то грамоты и большие часы, по углам комнаты стояли яркие стулья, а повсюду были разные комнатные растения. Да тут целая оранжерея! За одном из столов сидела крупная рыжая женщина, которая что-то увлеченно читала в своих бумагах. Я подошла к столу и вежливо прокашлялась, женщина сразу подняла голову с интересом рассматривая меня. — Чем могу помочь? — Я Селина Ланор, новенькая, — сообщила я. Глаза женщины тут же осветились узнаванием. Она пару раз кивнула головой, а после, засуетившись, начала доставать какие-то бумаги из толстой папки. — Да, точно! Как же я могла забыть! — начала причитать женщина, и весь ее вид напомнил мне курицу-наседку. Она продолжила рыться в папке и вскоре достала из нее парочку бумаг. — Здесь твое расписание и карта школы. А вот в этой карточке должен расписаться каждый учитель. Пожалуйста, не забудь мне ее занести после занятий! Я вежливо кивнула. Дальше женщина начала подробно рассказывать про факультативы, которые имелись в школе. Я быстро выбрала интересующие меня, а именно химия углубленного уровня, углубленная биология и испанский. Женщина что-то отметила в своем компьютере, пожелала мне хорошей учебы, рассказала правила школы (одним из них был запрет на парковку напротив администрации) и отпустила меня с чистой совестью. Мне понравилась эта женщина, добрая и очень приятная. Даже сделала комплимент моим белым волосам, сказав, что я очень необычная. Мило. Решив не нарушать школьные правила в первый день, я отогнала машину в сторону парковки для школьников. Заметила, что дорогих машин на ней почти не было. А потому мой новенький белый мерседес сильно выделялся на фоне остальных. Я сразу заметила, как моя машина цепляет взгляды школьников. Еще не вышла из машины, а уже привлекла внимание. Молодец, Селина! Хотя с другой стороны, что я еще могла ожидать от маленького города? Конечно тут не будут новеньких салонных машин. Проехав чуть дальше я заметила серебристый «Вольво», что тоже выделялся из общей массы машин. Интересно, чей? Я решила сразу не выходить из салона, нужно изучить карту школы и примерно понять, где у меня будет первый урок. Впрочем план школы был простой: все корпуса, кроме кафетерия, были двухэтажные. По территории школы стояли указатели, так что потеряться было бы сложно. Поправив макияж и глубоко вздохнув, я вышла из машины. Я никогда не боялась внимания, но сейчас меня буквально выбивало из колеи. Пока я шла до шестого корпуса, кажется только слепой не обратил на меня внимание. Каждый смотрел вслед, да так, что я физически ощущала эти взгляды. Неожиданно ко мне подошел невысокий, нескладный азиат с темными жирными волосами. У него была такой услужливый вид, что я чуть не поморщилась, еле-еле сдержала себя. — Ты Селина Ланор? — голос у парня был гнусавый и не особо приятный. Такой, что немного резало слух. — Да, это я, — школьники проходящие мимо с еще большим интересом начали оглядываться на нас. — Меня зовут Эрик Йорки, будем знакомы, — он широко и дружелюбно улыбнулся, протягивая руку. — Да, будем знакомы, — вежливо повторила я и пожала руку в ответ. Парень от подобного жеста расцвел еще сильнее, будто я не руку ему пожала, а поцеловала. — В каком корпусе у тебя урок? — заинтересованно спросил он, оглядывая мою фигуру с ног до головы несколько раз. — В шестом, политология, — отозвалась я, в надежде, что парень отстанет от меня как можно быстрее. — О! У меня тоже, как повезло! Пойдем вместе, можешь сесть со мной, я как раз один, — да, очень повезло, Эрик. Всю дорогу парень расспрашивал меня буквально обо всем, я старалась отвечать вежливо и дипломатично, но его присутствие начинало меня раздражать. Какой же он навязчивый! На уроке я все же села с ним, свободных мест совершенно не было. Отдала учителю карточку, где он поставил свою подпись. Мистер Джефферсон — учитель политологии, был низким, старым и лысым мужчиной, он создавал очень приятное впечатление и рассказывал свой предмет очень интересно. В начале урока мне пришлось известить его о том, что в Осло у нас не преподавали политологию, как отдельный предмет, совмещая ее с социологией. Также в Осло, по понятным причинам, мы не проходили политику Америки. Мистер Джефферсон отнесся с пониманием, а потому пообещал сильно не спрашивать меня на уроках и снисходительно относиться на контрольных. Но взял с меня обещание, что я буду стараться учить и отдельно сдавать ему зачеты по пройденному материалу. Такой расклад меня вполне устраивал. Весь урок Йорки не унимался болтая без умолку. В какой-то момент мне пришлось даже грубовато заткнуть его, так как больше невозможно было терпеть эту болтовню. Но он совершенно не обиделся и на перемене снова начал свои расспросы. — Так ты норвежка? — с интересом спрашивает Эрик, а я краем глаза замечаю, как парочка одноклассников начинают слушать наш диалог крайне внимательно. Стараюсь, как можно быстрее собрать вещи и уйти из компании навязчивого азиата. — Да, родилась и жила в Осло, — отвечаю я, и прежде чем Эрик снова что-то спросит, стремительно выхожу из класса. На удивление Эрик не догоняет, но лишь потому, что перед уходом я слышала как кто-то окликнул его. Следующие пару уроков проходят также неприятно. Как минимум семь человек подходят ко мне, чтобы познакомиться, задавая одни и те же вопросы. И как минимум семь раз мне приходиться держать вежливую улыбку и одинаково отвечать на все. При этом я не могу не заметить от некоторых ребят завистливые взгляды, а от некоторых осуждение. Неужели подобную реакцию у ребят вызвала моя машина? Или внешность? Возможно их просто раздражает моя персона? Пару раз я даже слышу, как какая-то группа девочек даже обсуждают мою скромную личность, особенно тот факт, что я переехала в Форкс после смерти родителей. Откуда только узнали?! На уроках зачастую мне было скучновато. На тригонометрии, как бы сильно я ее не любила, мне стало ясно, что программа Америки (или Форкса), отстает от норвежской. Значит с этим предметом у меня не должно было быть проблем. Но при этом учитель тригонометрии оказался не особо приятным мужчиной — решил в начале урока провести для меня тест и блиц-опрос, с которым мне удалось справиться. На литературе мне было безумно скучно, произведения, которые ребята проходили в этом году, в моей школе не проходили, но самостоятельно я их читала. Но проблема была лишь в том, что мне просто не нравился этот предмет. В Норвегии моя учительница литературы была очень мерзкой и строгой женщиной, что рассказывала свой предмет очень нудно, убивая все желание изучать литературу. А также не разрешала высказывать на уроке альтернативное мнение про персонажей. В Форксе учительница была примерно такого же плана, разница были лишь в возрасте, тут преподавательнице больше 45 не дашь. На тригонометрии и литературе я сидела с девушкой по имени Джессика Стэнли. Она была худенькой, невысокой, кудрявой и очень болтливой. Это что, черта всех жителей Форкса? Но ее компания мне нравилась в разы больше Эрика. Джессика рассказывала мне различные сплетни об учителях и учениках. Я слушала все достаточно внимательно, ибо никогда не знаешь, что может пригодиться. Хотя я не задавала каких-то дополнительных вопросов, она все равно рассказывала все очень подробно. Вместе с ней мы и пошли в кафетерий. — Ой, а вот и мои друзья! Пойдем скорее, Селина! Я уверена они тебе понравятся, — сказав это, Джессика потянула меня к компании ребят с удивительной силой. За столом я почти сразу заметила темную макушку Эрика. — Ребята, познакомьтесь это Селина Ланор, — достаточно громко объявила девушка, да так, что ее услышали не только за нашим столиком — добрая половина кафетерия обернулась на нас. — Так, Селина, познакомься. Это Анжела Вебер. Она вместе с Эриком ведет школьную газету, — Стэнли указала на достаточно высокую азиатку в очках, на шее которой весел фотоаппарат, Анжела застенчиво помазала мне рукой и вежливо улыбнулась. — А это Майк Ньютон. Он у нас типо спортсмен, — на последней фразе весь стол пустил легкий смешок, под недовольный возглас Майка. Сам парень был широкоплеч, высок, а также имел светлого цвета волосы и голубые глаза. — А это Эрик… — А мы уже знакомы с Селиной! — Эрик оборвал Джессику буквально на полуслове. Да и сказал он это с такой гордостью, будто я была какой-то звездой и знакомство со мной действительно достижение. В этот момент я все же не сдержалась и закатила глаза. — Ого, когда только успели? — улыбаясь говорит девушка, но ее реплика звучит как Ленский подкол в сторону Эрика. —Так, и это Лорен Мэллори, — Стэнли указывает на достаточно красивую девушку с длинными волосами пшеничного цвета. Лорен окидывает меня оценивающим взглядом, в котором я ловлю некую неприязнь к своей персоне. Интересно, что я успела ей сделать? Она не машет мне рукой и даже не кивает в знак приветствия, лишь переводит свой чуть скучающий взгляд в толпу. — Рада с вами познакомиться, ребята. Думаю мы подружимся, — выдавливаю из себя дружелюбную улыбку и сажусь между Джессикой и Майком на стул. Школьная еда не радует меня, все выглядит таким серым, безвкусным и отвратительным. Нужно будет носить с собой ланчи. — Ты из Норвегии? — тихо спрашивает Анжела, и я замечаю ее застенчивость. — Да, Анжела, представляешь, она переехала из Осло! — мне не дает ответить Эрик, что совершенно беспардонно влезает в диалог. Господи, дай мне сил! — Интересно, и что же ты променяла Норвегию на Форкс? — спрашивает Лорен, но в ее словах нет ни капли дружелюбия. Она говорит так, будто пытается уличить меня в чем-то. — После смерти родителей надо мной взял опеку мой дядя. По состоянию здоровья нам пришлось переехать именно в Форкс, — спокойно отвечаю я. — Извини, я не знала про родителей, — на мое удивление девушка выражает явное сочувствие моей утрате, что немного удивляет меня. Думала она бесчувственная стерва. Обстановка за столом становиться заметно напряжённой. — Да, не. Все нормально. Ты же не знала о таких подробностях, — отвечаю я и улыбаюсь, в надежде разрядить обстановку. — У тебя такие белые волосы, ты крашеная? — неожиданно задает вопрос Майк и все тут же начинают смеяться. Вот кто действительно умеет разрядить обстановку! Сам Ньютон чуть краснеет, понимая какую глупость сказал. — Майк, ты разве не видишь? Она же альбинос! — сквозь смех говорит Анжела. Ньютон тут же понимающе кивает и улыбается, бросая короткое «Извини». — Никогда не встречала альбиносов, — честно признается Джессика, на что я лишь улыбаюсь. — когда я тебя увидела в первый раз, то очень удивилась. Думала ты очередная бледнолицая сестра Калленов. — Каллены? — недоуменно спросила я, совершенно не понимая о ком идет речь. Может быть это какие-то американские знаменитости? Джессика при упоминании них говорила с явным восхищением. — Вон они сидят, — Майк указал на столик в углу кафетерия, где сидела группа подростков. — Это приемные дети доктора Каллена и его жены. Я посмотрела в дальний угол. Пятеро подростков сидели там, оглядывая толпу совершенно незаинтересованным взглядом и о чем-то разговаривали. В глаза сразу бросилась их красота. Идеальные лица, будто вырезанные из камня, тон кожи был светлый, почти белый. Такой, словно их кожа также лишена меланина. Издалека было сложно понять цвет их глаз, но было видно, что они светло-карие и у всех одинаковые. На этом общие сходства заканчивались. Левее всех сидел здоровенный и мускулистый парень с темными волосами, что обнимал за талию красивую блондинку. Девушка окидывала весь кафетерий таким взглядом, будто мы не стоили и пыли из под ее ногтя. Но я не могла не отметить, что внешне она была очень красива. Длинные светлые локоны, бледная кожа и одежда, сшитая явно на заказ. Ей бы в модных журналах фоткаться! Правее от блондинки сидела низенькая девушка с причудливой стрижкой. Ее темные волосы торчали во все стороны, черты лица были острые и мелкие и даже пока она сидела, было заметно, что она сильно ниже остальных ребят. Следующий сидел парень, он был не таким мускулистым как первый, волосы были медового цвета, средней длины, а потому ниспадали легкими кудрями на плечи. Правее всех сидел последний парень. Сразу бросалось в глаза, что он не такой накаченный, как двое других. Волосы цвета бронзы были неряшливо растрепанны. Да и в общем на фоне остальных он выглядел моложе. В нем была какая-то подростковая угловатость. — Они безумно красивые, — застенчиво сказала Джессика, бросив взгляд в сторону последнего парня. — Но не от мира сего. Знаешь, они будто считают себя выше остальных. — Да, в прошлом году Эдвард Каллен отказал мне в приглашении на вальс, — чуть высокомерно сказала Лорен и недовольно закатила глаза. Она говорила так, будто этот отказ был по меньшей мере преступлением против человечества. — Лорен, все помнят какую ты устроила из этого истерику, — сказал Майк после чего все рассмеялись. — Смотри, Селина. Здоровяк слева — Эммет Каллен. Он вместе с блондинкой Розали Хейл. Рядом сидит Элис Каллен, она очень странная, но милая. Наверное единственная из всего семейства, кто более менее дружелюбен. Следующий это Джаспер Хейл. Мы не совсем уверены, но кажется он вместе Элис. Последний это Эдвард Каллен. Местный разбиватель сердец, — всех поочередно представил Эрик. Я же смотрела на столик этих ребят и не могла отделаться от чувства, будто что-то не так. Где-то на периферии я ощущала странное чувство. Что-то точно было не так! Думаю это магия разволновалась после утренних игр с природой. Знала же, что не нужно было идти на контакт с энергией леса Форкса! — Розали и Джаспер близнецы. Кажется миссис Каллен приходиться им теткой. А вот остальные родственниками друг другу не приходятся, — в этот раз говорила уже Джессика. Не родственники друг другу? Да, это заметно. Уж больно они разные. Но все же одинаковый цвет кожи и глаз выглядят странно. — Они чем-то больны? — задаю вполне логичный вопрос я. Возможно у них какая-то анемия, это объяснило бы бледность. Но вот цвет глаз. Все же он подозрительно одинаковый. — Кажется да. На физкультуру они не ходят из-за какой-то болезни, — отвечает Анжела, я понимающе киваю. Тогда это все объясняет. Интересно только, доктор Каллен что, какой-то извращенный коллекционер, что собирает детей с определенной болезнью? Это даже немного жутко. И попахивает маньячеством. — А что за повышенный интерес к Калленам? Понравились? — чуть шутя спрашивает Джессика, но я буквально ощущаю ее заинтересованность. За тот непродолжительный период времени, что мы знакомы, я поняла, какая же она сплетница. А потому не может не удержаться, чтобы узнать о том, в кого уже запала новая ученица. — Даже не надейся, все из их семейства в парах, кроме Эдварда. А ему такие, как ты, не интересны, — скучающе и высокомерно говорит Лорен, рассматривая свой новый маникюр. Ее реплика была сказана с явным желанием задеть меня, но мне абсолютно плевать. — Судя по твоей реакции, такие как ты, также не интересуют его, — язвительно говорю я, Майк громко усмехается, а Джессика старается спрятать легкую улыбку за банкой колы. Остальные же не сдерживают улыбки. А вот сама Лорен явно вскипает, но ничего не отвечает. Подозрительно даже как-то. Ланч, на мое счастье, заканчивается. А потому я наконец-то избавляюсь от шумной компании моих новых «друзей». Нет, ребята были очень славные и милые. Но просто я не искала новых знакомств, не желала привязываться к людям. Все что было мне важно — просто закончить школу. На следующий урок — историю, я брела с явной неохотой. И не зря. Мистер Браун, учитель истории, был высоким, полным и старым мужчиной. На его голове была заметна большая лысина, а во рту были желтые кривые зубы. Он был чуть горбат и весь его вид напоминал больше карикатурного персонажа, чем преподавателя в школе. Когда я зашла в класс, Мистер Браун прошелся по мне оценивающим взглядом, расписался в карточке и начал расспрашивать меня по истории Америки. И тут начались проблемы. Во-первых, в моей прошлой школе историю Америки изучали вскользь. Во-вторых, я вообще не была фанатом истории, всю жизнь меня тяготили естественные науки, а потому в школе я этот предмет даже не старалась учить. В-третьих, это и не было нужно, наша учительница истории была молоденькой девушкой, что часто любила «случайно» не прийти на урок. Поэтому, конечно, я не ответила даже на половину вопросов Мистера Брауна. Он запричитал что-то себе под нос про безответственных учеников и современное поколение, а после начал рыться в своем школьном столе. — Мисс Ланор, держите, — он протянул мне толстую книжку, где было написано «Вся история Америки для самых любознательных». Я недоуменно посмотрела на преподавателя. — Вот, прочтите и выучите эту книгу от корки до корки. Через месяц придете ко мне на зачет. — Мистер Браун, вам не кажется, что это излишне? — недоуменно говорю я, смотря на книгу. Он что, правда предлагает выучить все даты из этого кирпича?! — А что не так, мисс Ланор? Вы живете в Америке, а значит должны знать историю этой страны. Иначе как можно называть себя гражданином? Или вы что же, думаете, что нужно всего лишь соблюдать законы? Чушь! Это все влияние современных технологий! Совсем забыли, что такое знать историю и гордо зваться американцем, — очень эмоционально запричитал мужчина, да так, что на нас начал с интересом смотреть весь класс. Кажется, Мистера Брауна настолько волновала эта тема, что пока он рассуждал, весь покраснел, а на его лбу выступила испарина. Я удивленно смотрела на мужчину, а в голове проскакивали мысли о том, что он явно не в себе. Мистер Браун садиться в свое кресло, протирает свой лоб и говорит все также эмоционально. — А вообще, мисс Ланор, я понимаю, как может быть сложно выучить столько дат за раз. Все же кто-то из учителей говорил мне, что вы не из Америки. А потому я даю вам целый месяц до зачета. Месяц! Да знаете ли вы, что за месяц можно две такие книги выучить. А вы мне говорите: «излишне». Нет! Месяц много! Даю вам, мисс Ланор, 3 недели. Все, окончательно. Жду вас через 3 недели. Кажется мистер Браун хочет еще что-то сказать, но звонок прерывает этого эмоционального мужчину. Преподаватель снова что-то причитает себе под нос, ища какой-то материал для урока. Я же прохожу в класс, ищу свободное место и держу в руках этот увесистый томик с датами. Многие ребята в классе смотрят на меня сочувствующим взглядом. В итоге единственное свободное место оказывается на последней парте у окна рядом с парнем, что я видела в столовой. Один из той семьи про которую рассказывала Джессика. Не уверена, что помню как его зовут, ибо за сегодня пришлось запомнить столько имен, что голова уже начинала побаливать. Я лишь коротко спрашиваю у парня можно ли присесть рядом, хотя это жест обычной вежливости, не более. Он сдержано кивает, коротко посмотрев на меня, и отворачивается к окну. Мистер Браун вскоре начинает урок, он рассказывает эмоционально и часто вставляет какие-то неуместные выражения. Замечаю, что класс слушает его в пол уха, но записывает все, что он говорит. Я поступаю также. Параллельно рассматривая книгу, что отдал мне преподаватель. Толстая, внутри мелкий шрифт. Настоящий исторический кирпич! Как только выучить это все? Да я за 3 недели ее прочитать только успею. Внутри появляется легкая злость на преподавателя. Он такой отвратительный фанатик! Сам же сказал, что по мне видно: историю Америки не изучала. Зачем так придираться и устраивать зачеты какие-то? В голове появляется легкое желание воспользоваться магией и сделать ему какую-то пакость. Нет, с утра уже набаловалась, хватит на сегодня. Украдкой смотрю на своего соседа по парте. Медовые кудри частично закрывают лицо, но даже так заметна бледная кожа без видимых изъянов и идеальный профиль. Красивый. Парень смотрит в окно и кажется совершенно не слушает преподавателя. Будто почувствовав мой взгляд он оборачивается в мою сторону, вскидывает бровь. Наши взгляды пересекаются. Его янтарный, будто настоящее золото, и мой светло-голубой. Всего на секунду по позвоночнику пробегает короткая волна холода, такого, что прошибает все тело, заставляя чуть сморщиться. Отвожу взгляд, а в голове крутится тупой вопрос. Что это мать его было!? — Все в порядке? — неожиданно для меня спрашивает парень. Я моргаю пару раз, чтобы сбросить это легкое наваждение. — Да, извини, — натягивал вежливую улыбку, говорю я. Сама не понимаю за что извиняюсь, но парень просто кивает, не придавая значения моим словам. Сейчас я могу внимательнее рассмотреть его лицо. Внешность идеальная, будто выточена в искусным скульптором. Из далека в столовой это не было так заметно, но сейчас я действительно понимаю о чем говорила Джессика. — Я Джаспер Хейл, — прерывая тишину между нами, говорит парень. Уголки его губ чуть поднимаются в легкой улыбке и после он снова отворачивается к окну, больше не смотря на меня. Странный он какой-то. — Я Селина Ланор, — уже шепотом говорю я, сама не понимаю зачем, потому что едва ли он смог бы расслышать мое имя. Больше мы не разговаривали. И я могу назвать это самым странным знакомством за весь день. Когда прозвучал звонок весь класс вздохнул с облегчением, потому что урок у этого странного мужчины закончился. Ученики стремительно покидали класс, пока Мистер Браун продолжал говорить, но теперь про глупых подростков, что не чтят истории своей страны. Я тоже поспешила собрать вещи и наконец-то вернуться домой. Уже подходя к машине, вспомнила, что в администрацию нужно было занести карточку с подписями учителей. Черт. А ведь уже обрадовалась, что поеду домой. Я нехотя плелась в сторону здания, пиная какие-то камни на дорожке. Быстро открыла дверь и зашла в теплую приемную. Уже знакомая мне полная рыжая женщина тепло улыбнулась, увидев меня. — Я уже думала ты обо мне забыла! — весело проговорила она, улыбнулась и поспешила забрать карточку из моих рук. — Ну что же ты молчишь? Рассказывай скорее! Как прошел твой первый день? — Неплохо. Все очень… Дружелюбные, — на последнем слове я чуть осеклась, вспоминая навязчивого Эрика, стервозную Лорен и болтливого Майка. Кажется секретарь заметила паузу в моей речи и улыбнулась по-матерински тепло. — Что же, не буду тебя задерживать. Ты наверное устала за сегодня. Но знаешь, ты всегда можешь зайти ко мне на чай поболтать. Сюда редко кто-то заходит, а я буду рада компании и с удовольствием расскажу тебе парочку историй про разных учителей. Вдруг пригодятся? — женщина хитро улыбнулась и подмигнула мне, вызвав у меня искреннюю улыбку. А я подумала, что возможно компания этой рыжей секретарши придется мне как никогда кстати. Вроде бы добрая и хорошая женщина, которая нуждается в компании. — Хорошо. Я постараюсь, — с вежливой улыбкой сказала я. Женщина буквально расцвела от радости. — Если что меня зовут мисс Смит, — она мне снова подмигнула, на что я кивнула, запоминая имя это рыжей секретарши. — Ладно, иди уже. Задержала я тебе что-то сегодня. Коротко попрощавшись с мисс Смит, я пошла на парковку. Стремительно запрыгнула в теплый салон, а после откинулась на кресле, подставляя чуть замерзшие пальцы под теплый воздух из печки. Спустя пару минут, я наконец завела двигатель, включила приятную мелодию и поехала в дом. Впрочем, первый день прошел не так уж и плохо.