Немагическая “Кухня”.

Вечер. Квартира Снейпа. Он открыл дверь сам. Гарри вошёл без слов. — Я купил вино, — говорит Гарри. — Без повода. Просто… вкусное. — Надеюсь, не клубничное. — Ты в меня не веришь? — Я — винофоб. Осторожный. Они сидят на полу. Вино в бокалах. Сыр на тарелке. Лёгкий свет. Никто не говорит о конкурсе. О работе. О Томах. Только — о винограде, аромате и странной привычке Снейпа добавлять каплю соли в шоколад. Долгая пауза. Снейп смотрит на Гарри. Медленно, долго, будто не верит, что тот здесь — и остаётся. — Ты победил, — говорит он наконец. — Мы. — Нет. Ты. Ты смог чувствовать — и не развалиться. Это редкость. Особенно среди тех, кто носит мою форму. Гарри делает глоток. Потом — смотрит в бокал, будто там ответ. — Я хотел доказать, что умею готовить. — Доказал. — А теперь… просто хочу, чтобы ты не прятался. Снейп не отвечает сразу. Только скользит пальцами по краю бокала. И вдруг — тихо, почти хрипло: — Я двадцать лет живу так, будто вкус — это враг. — Почему? — Потому что вкус — это чувство. А чувства… Он замолкает. — …не поддаются нарезке и точному времени варки. — Нет, — шепчет Гарри. — Но они дают голод. И ты устал быть сытым, но пустым. Пауза. Они молчат. А потом — Снейп протягивает руку. Просто ложит ладонь поверх ладони Гарри. Без слов. Без жестов. Просто — рядом. — Останься. Без условий. Без соли. — Я здесь. Без защиты. Без масок. Просто Гарри. И в ту ночь они не поцеловались. Они просто посидели рядом. И этого было достаточно, чтобы изломанный человек понял: он больше не один.