you're not just a choreographer to me.

Сеул, весна 2017. Утро в танцевальной студии казалось обычным. Те же стены, та же затхлая свежесть пота, та же музыка в колонках. Но её больше не было.Сяо Ту уехала неделю назад — на стажировку, о которой мечтала с детства. Она не бросила SEVENTEEN, но временно ушла — чтобы попытаться стать айдолом сама. Джун не сказал ничего, когда она уезжала. Только сдержанно кивнул на прощание. С тех пор они почти не общались. Только короткие сообщения. “Сегодня весь день учили вокал. Я будто теряю голос.” “Не теряй себя. Голос — фигня. Главное — ты.” Он хранил это сообщение как последнее звено с тем, что у них было. Но внутри росла пустота. ––– Pov:Сяо Ту. Ты стояла в маленькой тренировочной комнате. Зеркала, серый линолеум, бутылка воды. На шее висела карточка: “Стажёр №11. Ли Союн”. Ёнджун сидел у стены, вытирая лицо полотенцем. Его голос мягкий, чуть хриплый после вокала: — Ты держишься крепко. Я бы уже сдался. Ты устало усмехаешься: — Просто не хочу возвращаться в никуда. Ёнджун смотрит прямо, долго. Потом кивает. — Тогда я буду рядом. Чтобы ты не падала. Ты не говоришь ничего. Но в груди что-то странно щелкает. Не любовь. Не привязанность. Просто тепло. Тёплое плечо, когда весь мир холодный. --- Лето 2017. Джун всё чаще видел, как в соцсетях появляются фото Ту и Ёнджуна — не интимные, нет. Просто они рядом. Смеются. Готовятся к сцене. Поддерживают друг друга. — Это не твоё дело, — сказал однажды Мингю, увидев, как Джун сжимает телефон в пальцах. — Может, и не моё. Но мне плевать. Я всё ещё думаю о ней каждую ночь. Он удалил Instagram. И впервые за долгое время — опоздал на репетицию. --- Декабрь 2018. Она вернулась в агентство. Уже не стажёр, а почти готовая участница будущей группы IZ*ONE. Но другой. Чужая. Внутри — всё сломано. Юнхо обнял её при встрече. Смотрел на неё, как на сестру, которую не смог уберечь. — Ты сильная, но не железная. Если надо — я рядом. Она только кивнула.