you're not just a choreographer to me.

Октябрь 2016 года. Сеул. Поздний вечер. После удачного выступления на внутреннем шоу Hybe, в честь которого агентство устроило небольшой закрытый вечер для артистов и персонала, все постепенно разбрелись по своим комнатам. Музыка стихла, смех затихал, только огоньки города за окном продолжали мерцать, будто подмигивая кому-то внизу. Сяо Ту стояла на балконе, облокотившись на перила. В руке — стакан с вином. Второй — наполовину пустой — стоял рядом. Щеки немного розовели от алкоголя, взгляд — расфокусированный. На ней была простая белая футболка и спортивные штаны — уже не та строгая хореографка из студии. — Вот ты где, — раздался за спиной голос Джуна. Он закрыл за собой балконную дверь и подошёл ближе. На нём была толстовка, капюшон сброшен назад. Он держал бутылку пива, которой чуть-чуть плеснул в свой стакан. — Ты всегда так внезапно появляешься, — хмыкнула Ту, не поворачивая головы. — А ты всегда так уходишь в себя, — ответил он, вставая рядом. — Всё нормально? — Просто устала. Танцы, планы, мысли. Иногда кажется, что я живу в мире, где нужно всё время доказывать, что ты чего-то стоишь. Молчание. Они оба смотрели на город. — Помнишь, как ты меня ненавидел? — вдруг спросила она. — Я не ненавидел. Просто пытался не влюбиться, — выдохнул он, не глядя на неё. Она повернула голову, удивлённо взглянув на него. — Что? Джун медленно повернулся, его лицо было близко, почти касаясь её. — Это было тяжело — держать себя в руках. Особенно когда ты танцуешь. Особенно когда ты смеёшься. Ты сводишь с ума. — Ты пьян, — тихо произнесла она, но даже не сделала попытки отстраниться. — Немного. Но пьяный я или нет — чувства всё равно настоящие. Он потянулся к её щеке, осторожно касаясь пальцами. Ту не отстранилась. Всё внутри горело. Алкоголь лишь разогнал то, что давно копилось под кожей — чувства, страх, влечение, подавленные желания. Он медленно наклонился. Их губы встретились. Их поцелуй был жадным. Словно оба пытались наверстать месяцы взаимного отрицания. Всё происходило на автопилоте — и одновременно с осознанием, что пути назад уже нет. --- Позже они оказались в её комнате. Всё было словно в тумане: скомканные простыни, сорванные рубашки, затаённые вздохи, дрожащие пальцы, прикосновения, которые были одновременно резкими и нежными. Это была не просто страсть — это было освобождение. От запретов. От внутренней дистанции. От всех «нельзя», что они себе навязывали. Только двое. Только ночь. Только они. --- Утро наступило слишком быстро. Свет пробивался сквозь шторы, щекоча глаза. Сяо Ту проснулась первой. Она лежала на боку, укрытая одеялом, а рядом спал Джун. Его волосы слегка растрёпаны, дыхание ровное. Она села на постели, вцепившись в простынь. Мысли метались. Что теперь? Ошибка? Или это то, чего они оба ждали? Джун пошевелился и открыл глаза. Несколько секунд он просто смотрел на неё, а потом сказал: — Я не жалею. Ту прикусила губу. — Но это всё меняет. Он сел, подперев щеку рукой. — А если я не хочу ничего менять? Если я хочу большего? Она не ответила. Пока что. Просто легла обратно, пряча лицо на его груди. В тот момент ни один из них не знал, насколько всё действительно изменится. И как больно может стать потом.