Императорский Связующий

      Что мы знаем о человеческой судьбе?       Пожалуй, почти ничего. Мы не ведаем, что с нами случится через секунду, час, день, месяц или год. Нам лишь кажется, что, строя планы и тщательно всё просчитывая, мы берём судьбу под контроль и верим: ничего плохого не произойдёт, если не свернём с пути. Однако, составляя эти тщетные планы и тратя на них драгоценное время, мы забываем главное — мы ничего не можем предугадать. Сколько бы мы ни старались всё распланировать до мельчайших деталей, всегда происходит то, чего мы совсем не ждали. Это нечто сметает все наши ожидания и планы, разрушая их в пух и прах.       Мы, люди, не контролируем свою судьбу. У нас нет власти над всем, что нас окружает. Мы не способны управлять каждым шагом, каждым исходом. Мы — слабы и ничтожны.       Я осознал эту правду очень рано, в день, когда мне исполнилось пятнадцать. Меня зовут Кэйл Хенитьюз.       Я — младший сын самого могущественного рода Герцогства Хенитьюз, входящего в состав Империи Роан. Наша семья не только невероятно богата, но и древнего происхождения — мы ведём свой род от Великого Героя.       Герой, что некогда спас наш мир от зла, объединил два континента, уберёг множество миров от разрушения и спас миллионы жизней. Человек, который жертвовал собой ради других и побеждал врагов без единой потери. Это был мой предок — Кейл Хенитьюз. Его имя до сих пор звучит в каждом уголке мира, несмотря на то, сколько веков прошло с тех пор.       Отец и мать часто говорили, что у меня такие же волосы и глаза, как у него. Именно поэтому они и решили назвать меня в его честь.       Но, в отличие от этого «великого», как его называет народ, человека, я был настоящим ублюдком, которому было плевать на всех и вся. Я рос избалованным, капризным и жестоким ребёнком.       Мои родители долго не могли завести детей, и в итоге усыновили двух мальчиков — дальних родственников, потерявших родителей во время страшной эпидемии. Они должны были стать наследниками рода.       Но спустя три года после их появления в доме родился я. Слабый, болезненный младенец-омега, которого берегли, как драгоценный фарфор, — словно я мог разбиться от одного неловкого движения, от любого шороха.       Такое отношение превратило меня в настоящего отброса. Я начал пить рано — где-то в тринадцать лет. Постоянно устраивал скандалы дома, ссорился с родителями и старшими братьями. Затем, захлёбываясь злостью, выбегал на улицу и поднимал шум уже там.       Меня боялись и презирали. Стоило мне появиться в поле зрения — люди сразу же разбегались по домам, лавки спешно закрывались. Я шатался по улицам, пьяный, с бутылкой вина в руке, срываясь на каждого, кто казался мне раздражающим. Я был настоящей головной болью — не только для своей семьи, но и для всего города. И вскоре я поплатился за всё, что натворил.       Мой чёртов язык, которым я раздавал проклятия направо и налево, вдруг отказал. В пятнадцать лет, по непонятной никому причине, я внезапно онемел. С этого момента всё в моей жизни окончательно пошло наперекосяк. Бог начал наказывать меня за все мои грехи. И моим главным наказанием стал человек, которого я полюбил всем сердцем. Ричард Клер.       В годы учёбы в академии Империи Роан он был одним из самых завидных женихов всего высшего света. Наследник богатейшего, благородного и влиятельного рода в королевстве Могору. Единственный сын герцога Клера. Необыкновенно красивый юноша с мятного цвета волосами, ниспадавшими до плеч, и золотыми глазами, сияющими, как солнце.       Он был лучшим в своём классе — умный, мудрый, воспитанный. Его утончённые манеры, речь и ослепительная улыбка были предметом восхищения и разговоров.       Таким его описывали все, кто хоть раз слышал о нём.       Его все любили. Им все восхищались. Им бредили. И, конечно же, я был среди этих «всех».       После того как я потерял способность говорить, я заперся в своей комнате. Месяцами не выходил оттуда, ничего не делал, никого не хотел видеть. Семья не раз пыталась мне помочь, но всё было напрасно. Ничто не могло вернуть меня к жизни.       Мой характер изменился на сто восемьдесят градусов. Я бросил пить, стал сдержанным, отстранённым. Ни к чему не проявлял интереса, почти не улыбался. Мне казалось, что жизнь утратила всякий смысл.       Так продолжалось до тех пор, пока мои братья не заставили меня поехать с ними на весенний фестиваль, который проводился в их академии. Именно там я встретил человека, который перевернул мою жизнь с ног на голову.       Я влюбился в Ричарда с первого взгляда — в тот день, когда мы случайно столкнулись у ворот академии. Увидев его, я подумал лишь одно: он слишком прекрасен, чтобы быть человеком. Он казался ангелом, спустившимся с небес. Я не мог оторвать от него глаз. Он улыбался так светло и мягко, что я едва дышал. Мои мысли рассыпались, тело перестало мне подчиняться — я просто смотрел на него, восхищённый и потерянный, пока он, смутившись, не заговорил, пытаясь вернуть меня в реальность. — С тобой всё в порядке? — спросил он, нежно касаясь моей щеки и заглядывая прямо в глаза.       От его прикосновения по телу побежали мурашки, бабочки в животе взвились в вихре, а лицо вспыхнуло, как спелый помидор. Я рефлекторно отпрянул, спрятал лицо рукой, быстро поклонился в знак извинения, и бросился к старшим братьям, которые уже начали звать меня, заметив, что я отстал.       С того самого мига я не мог выбросить его из головы. Я постоянно думал о нём, мечтая поскорее снова его увидеть. Тогда мне казалось, что день нашей первой встречи был божьим благословением.       Ричард стал для меня спасательным кругом. Он оберегал меня, заботился, был рядом тогда, когда остальные только и делали, что поливали меня грязью и шептались за спиной, бросая косые взгляды. Он стал моей опорой — тем, кто поддерживал меня в самые трудные моменты жизни.       Пока мы учились в академии, я сильно к нему привязался. Я делал всё, что он мне говорил, не задумываясь. Мои братья, которые с самого начала невзлюбили Ричарда, не раз пытались отдалить его от меня. Но я, упрямый и ослеплённый, ссорился с ними каждый раз, когда они пытались вмешаться. Я обижал их, бросал в лицо оскорбления — говорил, что они вовсе не мои братья, а просто приёмыши с окраины, которые хотят лишить меня всего.       Так я испортил с ними отношения. Я видел в них врагов, не понимая, что они всего лишь хотели защитить меня… уберечь от серьёзной ошибки. Ошибки, которую я всё же совершил, не послушав их. Я вышел замуж за Ричарда сразу после окончания академии.       В тот день мне казалось, что я — самый счастливый человек на свете. Я думал, что Бог больше не гневается на меня.       Но я ошибался. Этот день и встреча с ним стали моим проклятием. Ангел, что шептал мне нежности каждый божий день, пока мы были вместе, в одно мгновение превратился в жестокого дьявола.