Between the lines

Глаза сами собой прикрылись. Голова гудела, а ноги отказывались слушаться. В теле чувствовалась жуткая слабость, от которой Накахаре хотелось буквально выть. Всё-таки не стоило соглашаться на эту работу во время болезни. Перевернувшись на спину, он уставился в потолок. Нужно было встать — хотя бы ради того, чтобы переодеться. Моргнув и тяжело вздохнув, парень приподнялся с кровати. Одежда полетела куда-то на пол, а рука уже тянулась к домашней, что стояла у изножья. Мягкая голубая пижама с единорожками на ней, а на ноги были надеты теплые носки с принтом какашек. Переодевшись, Чуя бросил взгляд на часы, стоявшие на столе. 21:54. Поздновато для ужина, но есть хотелось невыносимо. У него была ужасная привычка не перекусывать между основными приёмами пищи, из-за чего приступы голода настигали его довольно часто. Он привык, но стоило избавиться от этой привычки. Шмыгнув носом, Накахара медленно поплёлся на кухню. Казалось, в квартире стало прохладнее, и ему хотелось лишь закутаться в одеяло и не вылезать из него до следующего дня. Попутно он проверял не открыто ли где-то окно, но нет, все были закрыты. Можно было сказать, что каждый на работе счёл себя обязанным прокомментировать его состояние. Даже сам Акутагава, с которым они почти не пересекались, отметил, что тот выглядит болезненно. Конечно же, парень все советы успешно проигнорировал. Раньше бы его отругали за такое халатное отношение к здоровью, а после заставили бы отлежаться дома пару дней. Но сейчас этого человека рядом не было. Зато воспоминания с ним были всегда. Брюнет недовольно закатил глаза, а Накахара уже знал, что его ждёт. Теперь он лишь смиренно ждал — уйти не получится, да и сил особо не было. Но вместо привычных возмущений он чувствует крепкие объятия. Такого он не ожидал и поначалу немного опешил, но затем почти сразу же прижимает родное тело ближе к себе. — Заболеешь ведь, — вырывается у него. Он пытается оттолкнуть, но безуспешно. Молча принимает своё поражение и лишь крепче прижимается, кладя голову парню на плечо. — Придурок, — тихое ругательство всё же вырывается, и на лице больного появляется вымученная улыбка. Парень слегка покачал головой, отгоняя воспоминания. Не хотелось думать об этом — хотя бы не сейчас. Иначе не сможет сдержаться. Стараясь отвлечь себя, пока вода в чайнике грелась, он подошёл к окну. На самом деле, Чуя часто разглядывал чужие окна, иногда замечая в них силуэты хозяев. Забавно, правда? В каждой из этих комнат живёт отдельная жизнь со своей историей. Он задумывался об этом, наверное, всю жизнь и делился этими мыслями с другими. Не каждый его понимал. Обычно все лишь соглашались, а потом сразу же меняли тему — что самому Накахаре не особо нравилось. Послышался свист, от которого парень немного вздрогнул. На скорую руку он соорудил два бутерброда из того, что нашлось в квартире. Мысленно Чуя отметил, что надо бы прикупить продуктов, а то и кушать-то особо нечего. Это дело он ненавидел. Ходить между полок и искать нужное, а после вчитываться в состав, фу. Обычно он просто покупал то, что брали другие, либо подороже. Налив себе кружку горячего чая и сунув подмышку нужные таблетки, он поплёлся обратно в к себе комнату. Спальня была не особо большой, но вмещала всё нужное: кровать, шкаф и прикроватную тумбочку. Да и вообще, вся квартира Накахары была довольно скромной — три комнаты, не считая прихожей. Несмотря на это, в ней находилось всё нужное и ненужное одновременно. Мори-сан, заходя в гости, часто отмечал, что везде бардак. На что Чуя лишь закатывал глаза и бубнил себе под нос ответ. К счастью, гостей он встречал не часто, а Кайто давно привык его беспорядку. С утра он собирался в спешке, потому что не услышал будильник, и поэтому даже не успел застелить кровать. Хотя, признаться честно, во время болезни ему было наплевать на порядок. Главное — поскорее выздороветь. Аккуратно положив скромный перекус на тумбочку, Чуя потянулся к ноутбуку. Хотелось досмотреть сериал, начатый ещё несколько недель назад — раньше времени из-за работы не было. В последнее время Мори-сан требовал всё больше, и каждый из работников хорошенько набегался, стараясь всё успеть и не получить нагоняй от Босса. К счастью, эта «беговая неделя» закончилась, и завтра Накахаре не обязательно было идти на работу. Именно поэтому он решил немного расслабиться. Два бутерброда были быстро съедены, а чай наполовину выпит, когда ему наскучила одна из серий. Всё-таки эти высосанные из пальца драмы не были ему интересны. Подумав, что досмотрит чуть позже, Чуя закрыл вкладку с сериалом и открыл более интересную, с чатами. Было несколько новых сообщений — в основном по работе. Босс писал, что тот может прийти на день-два позже, если не почувствует себя лучше. Сначала Накахаре хотелось ответить, что с ним всё хорошо и он может работать, но немного подумав, он отправил короткое: «Хорошо. Спасибо, Босс!» Писал и Тачихара — рассказывал о чём-то своём. Ответив и ему, Чуя укутался потеплее. Всё ещё казалось, что где-то приоткрыто окно. Да и вообще — как он только умудрился простыть в середине апреля? Хотя, наверное из-за этих мыслей он и заболел. Несколько дней назад забыл посмотреть прогноз погоды из-за чего он попал под проливной дождь и именно в тот день его машину одолжил Тачихара. Экран замерцал, и из динамиков послышалось короткое «динь», оповещающее о новом сообщении. Когда парень взглянул на отправителя, на лице появилась лёгкая улыбка. Это был Кайто Кагэяма — давний знакомый и один из немногих, с кем он до сих пор поддерживал связь. Познакомились они случайно, но сразу же поладили, несмотря на горячий нрав Накахары. Кагэяма был интересной личностью. Не сказать, что шумный, но и тихоней его точно не назовёшь. Имел отличное чувство юмора, и, что больше всего нравилось Чуе, с ним можно было говорить абсолютно на любые темы. Кайто всегда был готов выслушать, а потом давал такие советы, которые действительно помогали и решали любую проблему. В общем — не человек, а золото. «23:15 Кайто Кагэяма: Спать не собираешься?» «23:15 Чуя Накахара: Пока не хочу. Ещё забыл про капли для носа. Думаю, если сейчас лягу, то ночью не смогу дышать. Чё мне делать?» Вновь шмыгнув носом, Чуя нажал на кнопку «отправить». Что-что, а насморк во время гриппа он ненавидел больше всего. Это было отвратительно, и именно поэтому у него всегда хранились капли на случай болезни. Вот только в последний раз он поленился купить запасную упаковку, и теперь вынужден был страдать. Поэтому по плану, он должен был заскочить в аптеку после работы, но благополучно об этом позабыл. Где-то на кровати валялись капли, которых едва хватало, но, по его расчётам, их должно было хватить хотя бы на эту ночь. Поэтому-то сейчас он и мучился от нескончаемого насморка, чтобы ночью не задохнуться. «23:17 Кайто Кагэяма: Уфф, хреново. Могу заказать доставку, а если совсем плохо — сам занесу.» Чуя недовольно нахмурился. Ну уж нет, такого он не допустит. Быстро напечатав ответ, он отложил ноутбук в сторону, чтобы устроиться поудобнее. За это время Кайто успел отправить несколько недовольных смайликов с закатывающими глаза рожицами. Пообщавшись ещё немного, Накахара пожелал другу спокойной ночи — не забыв перед этим назвать его лохом, ведь Кагэяме завтра нужно было на работу. В ответ он получил фотографию, где парень показывал ему средний палец с самым дружелюбным выражением лица. Это только позабавило его. Взгляд упал на время — за перепиской прошло около получаса. Несмотря на усталость и болезнь, спать совершенно не хотелось. В голову пришла одна идея, которую ему, пожалуй, не стоило бы воплощать, но искушение было слишком велико. Рука вновь потянулась к ноутбуку — на этот раз он открыл один из мессенджеров на рабочем столе. Предварительно Накахара сменил аккаунт на запасной, чтобы не попасться. А в случае, если его всё же поймают, то хотя бы не быть пойманным с поличным. На самом деле у парня было по несколько аккаунтов в разных соцсетях — на разные случаи жизни. Этот, например, принадлежал «миленькой блондинке» с несколькими сотнями подписчиков. Конечно же, он сам нашёл их в чатах по взаимным подпискам — иначе кто поверит в пустой профиль? Обычно он использовал этот аккаунт по работе, но иногда, по ночам, он тайно посещал одну-единственную страницу. Введя до боли знакомый ник в поиске, он мгновенно оказался там, где хотел. Узнай кто-нибудь, что Хина Мизуки — это он, они бы сошли с ума. Да и сам владелец страницы вряд ли оставил бы это без последствий. На аватарке — чёрный кот, лежащий на серых простынях и пристально смотрящий в камеру. В описании — строчка и ссылка на песню, которую Чуя даже не раздумывая добавил в свой плейлист, полный композиций по советам этого же человека. Оторвав взгляд от экрана, он медленно провёл глазами по комнате, пока не заметил нужное. Перегнувшись через ноутбук, он протянул руку к кейсу с наушниками. Вставил их в уши, подключил к плееру тот самый плейлист — а заодно и новую мелодию: Poison Tree — Inca Ore/Grouper. Чай давно был выпит, но именно сейчас у него в горле пересохло. Прикрыв глаза на мгновение, он шумно сглотнул. Стало жарко — захотелось сбросить с себя одежду. Но он не отвлекался. Если передумает сейчас — уже не вернётся. Открыв глаза, он снова уставился на экран. 暮れゆく日々 — «Угасающие дни». Просто и мягко. Прямо в его стиле. Сам профиль оформлен в тёмных тонах: чёрный, коричневый, редкие оттенки серого и бежевого — по настроению автора. А большинство публикаций — бессмысленные на первый взгляд снимки, визуально поддерживающие атмосферу страницы. Но стоило нажать, развернуть описание — и ты натыкался на тексты. Чаще всего это были стихи или короткие зарисовки с постоянными героями, которых давно полюбили читатели: Хаято Сагаэцу и Рэндзи Цубамэ. Хаято с первых строк казался сложным и даже эгоистичным. Но с каждой новой работой равнодушных к нему становилось всё меньше. Его история цепляла: кто-то чувствовал жалость, кто-то — ненависть, а кто-то находил в нём самого себя. В этом персонаже было что-то притягательное: тишина, в которой звучала правда. Он не рвался в центр, не делал громких поступков — и всё же именно с ним была связана настоящая глубина. Читая о нём, читатель понимал — он пережил куда больше, чем говорит. И, возможно, никогда не расскажет всё до конца. Но ты всё равно остаёшься, потому что хочешь понять. Потому что боль в нём — будто бы твоя. Рэндзи же, напротив, изначально казался полной противоположностью: громкий, яркий, слишком живой для этого мира. Но потом читатель узнавал то, что меняло всё. За маской весельчака скрывался человек, которого с первого раза никто не замечал. За вспышками — доброта. За шумом — чуткость. Он держал себя прямо, говорил честно и любил — до конца. Даже если знал, что обречён. Он жил так, будто каждый день последний, и любил так, будто каждый — первый. Под каждым постом с ними было по несколько тысяч лайков и столько же комментариев с восхищенными отзывами. Работы автора трогали за душу каждого, вызывая давно забытые всеми эмоции. Тихо листая ленту, Накахара наткнулся на несколько новых постов. Первое было отзывами и впечатлениями о прочитанном за месяц. Две книги от Агаты Кристи, которое Оду, так называл себя автор страницы, оценил на четверку из пяти. Одно из русской классики, как и обычно. Произведение «Белые ночи» от Достоевского. Тут уже отзыв был чуть больше по сравнению с предыдущими. Оду в нескольких предложениях смог раскрыть образ главного героя при этом не давая никаких спойлеров. Чую так увлекло чтение, что он мысленно записал повесть в папку «Мои планы». Следущее вложение было под фотографией с полной луной. Снимок был сделан настолько красиво и качественно, что Накахара задержался чуть дольше, чем обычно, разглядывая его. В описании была небольшая зарисовка с Хаято, где он все же не выдержав напора своих навязчивых мыслей, покончил с собой. Заканчивалась вся эта зарисовка со словами: «Что бы почувствовал Риндзи, когда узнал об этом? Хотя, вернее будет сказать «если». Что бы он почувствовал, если бы узнал?». На секунду Чуя застыл, а после вернулся к началу зарисовки, уж очень она напоминало ему один случай из его прошлого. Звонок поступил в самый неподходящий момент. Именно в то время, когда Накахара допрашивал одного из клиентов, что задолжал приличную сумму Мори. Тихо выругавшись, он потянулся к мобильному, что никак не переставал звонить. Он кинул угрожающий взгляд на избитого мужчину, который стоял на коленях, как бы говоря ему, что если тот издаст какой-то звук, то ему не жить. Посмотрев на экран, он увидел знакомое ему имя. Куникида. В миг Чуя напрягся всем телом, а в душе появилось странное чувстов тревожности, которое с каждой секундой нарастало все больше и больше. Звонки от Доппо он получал крайне редко и только в исключительных случаях, но всех их объединяло одно - Осаму Дазай. — Слушаю, — коротко проговорил он в трубку, принимая звонок. Внимательный взгляд всё ещё был направлен на мужчину, который пытался отдышаться. — Срочно иди домой. Дазай пытается учудить что-то,— послышался взволнованный голос Куникиды, который почти что срывался на крик. Сердцо сжалось и в следующую же секунду Накахара уже бежал в сторону машины, оставив мужчину одного в заброшенном подвале. Все равно тот никуда не денется, но позже ему в любом случае прелетит от Мори, хотя это было последнее о чем Чуя думал в тот момент. Сейчас для него было главным успеть. Успеть до того момента, пока что-то плохое не случилось. По дороге до дома он проклинал всех и вся, а больше самого себя. Он заметил, что с Осаму в последнее время что-то происходит, но не обратил на это должного внимания, хотя должен был. Накахара ненавидел себя за то, что допустил это. За то, что он может не успеть и потерять его. Наплевав на все правила дорожного движения и штрафы, он мчался по трассе. Может ему стоило угнать машину скорой помощи, чтобы эти идиоты на дорогах пропускали его и, чтобы ему не приходилось ждать долгие 15 секунд на светофорах? В подъезд он буквально влетел, по дороге чуть не сбив старушку, которая что-то прокричала ему вслед. Но это не было важно в тот момент, ведь Чуя думал лишь об одном. Успеть. Главное успеть остановить Дазая. Дверь квартиры, к его счастью, была открыта. Ввалившись в неё, Накахара принялся осматривать все комнаты. Дыхание сбилось, сам он вспотел от чего прядки волос прилипли ко лбу. Руки слегка дрожали, а ужасное чувство беспомощности все нарастало. Страх полностью поглотил его, а мысли с содержанием: «А что если я не успею?» заполнили его голову. Как на зло, Осаму нигде не было. Последним оставалась ванная. Перед тем как войти, Чуя застыл перед дверью на секунду и только после этого потянул ручку двери на себя. Она оказалась закрыта от чего паника сразу же захлестнула его. Не разбираясь ни в чем, Накахара со всей силы пнул замок двери. Проделав это несколько раз, он наконец смог выбить чертову дверь. Именно за ней он и нашел Осаму. Чуя поежился от воспоминаний, которые вдруг накатили его. Было болезненно вспоминать обо всем этом, даже несмотря на то, что прошло достаточно времени с этих событий. Даже несмотря на то, что Дазай больше не хочет его видеть и , что он давно исчез из его жизни оставив за собой лишь тишину и странное чувство пустоты. Парень лежал в ванной, а в руках его виднелась окровавленное лезвие, которое с легкостью оставляло за собой глубокие порезы на тонких запястьях парня. Рот Осаму приоткрылся, но тот не смог ничего из себя выдавить. Накахара же напротив издал какой-то непонятный звук, когда увидел возлюбленного в таком положении. Это было похоже на всхлип и аханье одновременно. Он тихо подошел к нему и забрал лезвие, откидывая его в сторону. Мысленно он все также продолжал проклинать себя, но теперь уже намного сильнее. Не смог. Допустил. Проигнорировал. Он буквально возненавидел себя за это. Действовал он машинально, будто бы не задумываясь. Смочив полотенце водой, он взял запястье Дазая в свою руку и осторожными движениями протирал кровь. Действия его были нежными, старался не причинять ему еще больше боли. За все это время Чуя не проронил ни единого слова, хотя ему было что сказать. Когда он с той же аккуратностью перебинтовывал руки Осаму, почувствовал легкое касание к своей щеке. Впервые за все время, как он вошел в эту квартиру, он наконец поднял глаза и встретился взглядом с карими глазами. Дазай смотрел на него со смесью непонятных эмоций, но одно из них он узнал — извинения. Этот идиот только что попросил у него прощения за свой поступок, когда это Накахара должен был на коленях умолять того о прощении за то, что довел все до этого. Чуя не смог сдержать себя и по его щеке покатилась слеза, а потом еще одна, затем и другая. Вскоре он тихонько всхлипывал, отпустив голову вниз. Чувство вины перед Дазаем его сжирала. Он должен был, должен.. Родные руки обняли его, прижимая его голову к груди, пальцы легонько поглаживали его спину, а до ушей доносился ели слышный шепот. Теперь же Накахара уже не сдерживал себя, отдавая всю волю своим чувствам. Он рыдал, хватаясь за кофту Дазая и прижимаясь к теплому телу все ближе и ближе. Чуя прикрыл глаза, поджимая губы. Брови его были недовольно нахмуренны. Ему не стоило этого вспоминать. Встряхнув головой, он встал с матраса. Немного размял ноги, покрутил корпусом и захватив грязную посуду, пошел на кухню. Вновь налив себе кружечку чая, он направился уже к себе. Не стоило ему вообще заходить на страницу Дазая. Никто из окружения Осаму знал о нем, да и сам Накахара случайно узнал. Ну, как случайно, попросил одного из хакеров организации пробить всё, что связанно с Дазаем, так и нашел. С того дня прошло больше двух лет и именно столько он следит за этим профилем. Ему стоило отказаться от этой привычки, но было в этом что-то такое из-за чего это не было возможным. Чуе казалось, что если он перестанет проверять обновления Оду, то он откажется от Дазая полностью, что таким образом он предаст его и забудет. Хотя, наверняка тот уже давным-давно забыл о нем и не вспоминает. От последней мысли он болезненно усмехнулся, но на его лице не было ни капли веселья. Но отказаться и забыть об этой страничке, означало то, что он отрежет последнюю нить, которая связывало его с Дазаем. Снова сев и подтянув ноги под себя, принимая позу лотоса, он поставил ноутбук к себе на колени. Спустился ниже, читая еще один пост, где Оду делился своими переживаниями. «В последнее время, кажется будто в этом мире не существует никого кроме меня и моих мыслей. Иногда, они приятные из разряда: «Нужно взять к себе котенка», но обязательно за ней следует: «Он ведь останется один, если я вдруг решусь». Вы любите котов? Я вот очень. Однажды у меня был рыжий котенок, которого я очень сильно полюбил. Он был очень резвым и частенько царапал меня, порой даже кусал, но все же меня это лишь умиляло, ведь моментов когда он ластился и прижимался ко мне было намного больше. Но в один день, я потерял его. Возможно, это было моя ошибка, ведь в последнее время, я порой забывал о нем. Забывал его покормить или поиграться с ним. Иногда,когда после тяжелого дня на работе, он подходил ко мне, я только раздражался и гонял его от себя. Временами, когда он делал то, что мне не нравилось, я наказывал его игнором и это могло длиться по несколько дней. Мне так стыдно за это. Я очень скучаю по своему котенку. Сильнее, чем я думал. Мы осознаем всю ценность момента, когда оно становится воспоминанием. Поэтому, дорогие мои читатели, никогда не делайте то, о чем вы можете пожалеть или делайте, вы сами в праве распоряжаться своей жизнью. Но никогда не делайте больно тем, кто любит вас. Кто заботиться о вас. Кто вкладывает в вас свое время и энергию. Иначе, позже вы окажетесь на моем месте;)

С любовью,

Ваш Оду.»

Парень несколько раз перечитал пост, впитывая всё, что было написано. Неужели, это то о чем он думает? Да быть того не может.. Но ведь у Дазая аллергия на шерсть из-за чего тот бы не смог завести себе кота, хотя слова о его любви к шерстяным комочкам было правдой. — Что бы делаешь? — непонимающе нахмурился Чуя, когда почувствовал чужие пальцы у себя в волосах. Осаму бросил на него озорной взгляд. — Ты как котенок. Не могу удержаться от того, чтобы не поласкать тебя. В тот момент он лишь недовольно фыркнул, закатывая глаза на слова Дазая. Хотя в душе ему не хотелось, чтобы тот прекращал свои действия. Накахара откинул голову, устремляя взгляд в потолок. Какие шансы того, что «рыжий котенок» о котором говорилось в посте Оду, это он? Их было мало, но они хотя бы были. От этого осознания в душе разлилось тепло, а на лице появилось нечто похожее на улыбку. Чуя медленно повернул голову, смотря на часы. Половина третьего. Он и не удивился, ведь за чтением и анализом прочитанных постов Оду, он мог проводить по несколько часов, а иногда и всю ночь. Голова начинала немного болеть, всё же напоминая ему о его болезни. Но это, конечно же, было проигнорировано с его сторон. Решимость вдруг накатившая его после прочтения, восполнило ему все силы. Переключив аккаунт, Накахара нашел давно пустующий, но уж очень родной ему чат. Всё это время он боялся написать Осаму, ведь думал, что тот давно его позабыл и не хочет того видеть. Возможно, это правда, а может нет. Но раз есть шансы на то, что тот, как и он скучает по ним, то Чуя будет действовать. Правильно, на этот раз он не будет молчать, а сделает хоть что-то для их отношений. Постарается вернуть их, а не промолчит, обиженный на действия Дазая, как в прошлый раз. В течении следующих двадцати пяти минут он то стирал, то снова писал сообщение. Все варианты ему казались глупыми и неуместными, а былая решимость постепенно угасала. Что он мог написать Дазаю после долгого молчания? «Привет, Осаму. Как ты? У меня хреново, скучаю по тебе. Может встретимся? Вернем всё то, что было. Почему я не писал до этого? А, так я думал, что тебе похуй на меня, а сейчас прочитав твой пост с другого аккаунта, я решился написать.» При таком варианте, Дазай сразу послал бы его, а после точно заблокировал. Такого «счастья» Чуе испытать не хотелось, но всё же в голову ничего дельного не приходило. В конце концов, устав придумывать, он напечатал короткое: «Спишь?» и отправил. После мгновенно пожалел и стукнул себя по лбу. — Боже, какое нахрен «спишь?», Накахара? Конечно, он спит. Чем может заниматься любой другой адекватный человек в три часа ночи, — недовольно проговорил он в пустоту. Сразу же после первого сообщения, он отправил второе. «Скучаю. Встретимся?» Пожалел и решил удалить его. Это было слишком. Поддался секундному порыву. Если бы Дазай это увидел, то скорее всего, в лучшем из всех случаев, просто проигнорировал бы. «Короче, нужно встретиться. Ответь, когда увидишь» Коротко и понятно. Чуя нахмурился вновь читая написанное им. Нет, всё же это выглядело глупо. Он вновь отругал себя за это, но в итоге решил не стирать то, что написал. Вместо этого зашел к себе в профиль, чтобы поменять фотографию профиля на более новую. Давно, он не сидел у себя в профиле. Да и заходил он в это приложение только ради того, чтобы прочесть посты Оду. По прошествию десяти минут Накахара напечатал: «Это важно». Уже собирался отложить ноубук, чтобы лечь спать, когда заметил, что привычное «был в сети очень давно», сменилось на «в сети». По коже пробежались мурашки, а в душе появилось приятного ощущение предвкушения. Такое бывает у ребенка перед днем рождением, когда он ждет кучи подарков от родных и друзей. Чуя впился взглядом в чат и практически не моргал, стараясь не пропустить ответа. От этого у него заслезились глаза. Не выдержав, он послал еще одно сообщение. «Вижу, что ты в сети. Не смей игнорировать.» Страх того, что ему не ответят возрастал. Ладони вспотели, а он начал сомневаться в том, что правильно сделал, написав Дазаю через столько времени, но тут его сообщения оказались прочитанными. Долгая минута и он отправляет короткое: «Дазай.», как бы умоляя его об ответе на свое сообщение. Ответ приходит спустя долгие и мучительные, для Чуи, три минуты. Когда он приходит, то Накахара несколько раз перечитывает, чтобы убедиться в реальности происходящего. Мысленно он молится всем богам, хотя до этого не верил в высшие силы вовсе, чтобы это не было сном. «О чём ты хотел поговорить?» Коротко и холодно. В стиле Осаму. Тот часто становился отстраненным, когда обижался на что-то и вымолить, именно вымолить, у него прощение было трудно. Но сейчас же, у Чуи были шанс на то, что тот не так уж и равнодушен к его сообщению. И если его догадка подтвердится, то он больше не упустит свой шанс. Они коротко обмениваются сообщениями и за все это время Накахару хорошенько так штырит на эмоциональных качелях. Начиная от: «Точно скучает», заканчивая: «Ему похуй». Он настолько был напряжен, что аж вспотел. Смахнув пот со лба, он отправил еще одно сообщение. «Пожалуйста». Ему нужно было встретиться с Дазаем. Увидеть его, даже если тому и в правду все равно на него. Просто увидеть, даже если это в последний раз. Пути назад уже нет. Жалеть он об этом не будет. Может, наоборот это будет лучшим решением за последние несколько лет. «Завтра в 18:00 на нашем месте.» Чуя не может удержать довольную улыбку, которая расцветает на его лице. Голова жутко болит, а глаза слипаются, но ему плевать. Шанс есть. Они встретятся. Последнее, что Накахара пишет перед тем, как заснуть было лишь: «Спасибо». — Спасибо, что дал мне второй шанс. Обещаю, ты об этом не пожалеешь, — тихо прошептал он в пустоту.