Конвергенция

Finishing eight or nine?

Tell me, what's the perfect time?

Told you I'll be waiting

Hiding from the rainfall.

      Переезд, с одной стороны, знаменовал весьма радостное событие — поднятие по «карьерной» лестнице, обретение всё больших сил за счёт верующих в него людей и постепенное приближение к заветной десятке лучших героев. Тем не менее, несмотря на все эти плюсы, переезд всё так же оставался тем же переездом: целая гора картонных коробок, куча извечно путающейся под ногами изоленты и размышление над тем, как перевезти крупногабаритные предметы мебели без ненужных последствий. И вроде как сложностей было немного — всего-то нужно было перевезти своё барахло на пару этажей выше, да и только. Но сказать куда проще, чем сделать. Особенно, когда всего этого барахла скопилось немало за столько месяцев жизни на уже обжитом этаже.       Линь Лин, чахнув над очередной картонкой, мерно складывал ту по изгибам в коробку, плотно обклеивая слоем за слоем дно во избежание неожиданной протечки. Кажется, за этот день он точно сбился со счёту, какая эта на очереди шла упаковка, ведь они банально не желали заканчиваться, как и сами вещи Линь Линя. Вроде бы он заехал в башню с минимальным количеством одежды и других принадлежностей, но по итогу их стало каким-то образом в десять раз больше. Чудо, да и только! И стоило только Линь Линю закончить с заматыванием скотчем коробки, как по всему залу эхом неожиданно раздался звонок. В столь ранний час и кто мог быть? Первым человеком, сразу же пришедшим на ум Линь Линю, была Цзюань, любящая врываться вот так посреди дня с целой кипой различных бумаг и указаний. Издав тяжёлый, немного уставший вздох, Линь Лин неспешно поднялся с пола — в этот момент он точно услышал громкий хруст затёкших от сидения костей — проходя с нескольких метров от самого центра зала до украшенной позолотой двери. В глазок смотреть перед тем, как распахивать двери, Линь Лин привычки не имел, поэтому персона, оказавшаяся по ту сторону, изрядно так застала врасплох мужчину. Перед ним в самой что ни на есть обычной, повседневной одежде стоял Найс: разодетый в белую льняную рубашку, да заправленную в чёрные, брючные штаны. Кого-кого, но вот его Линь Лин если и вовсе не ожидал увидеть, так только если в последнюю очередь. И тем более в такой простой одежде, а не геройском костюме. — Доброе утро, Линь Лин. Во всю занят переездом? — нежно улыбаясь, бархатно поприветствовал гость, как бы из-за чужого плеча сразу же приметив целую гору стоящих друг на друге коробок. Выражение лица Линь Линя перед ним заставило разразиться лёгким смешком, очевидно, мужчина ожидал увидеть кого угодно, но уж точно не самого Найса перед собой. И несмотря на то, что после крайней встречи между ними возникли приятельские взаимоотношения, Линь Лин, кажется, ещё не совсем до конца привык к их возможным встречам. — Я как раз хотел предложить тебе свою помощь. У меня выдался свободный денёк в графике, но перспектива чахнуть от скуки на своём этаже меня совсем не радует. Так что скажешь? Не думаю, что лишняя пара рук помешает тебе.       От чужой улыбки и приподнятого настроения, даже сам Линь Лин невольно заулыбался, словно зарядившись чужим энтузиазмом в миг. Одобрительно кивнув, мужчина отходит чуть в сторону, позволяя гостю наконец пройти внутрь. И закрыв следом дверь, Линь Лин наконец подаёт голос: — И тебе здравствуй, Найс. Тут работы, на самом деле, осталось не так много. И я, честно говоря, хотел бы сделать небольшой перерыв, а то уже голова кругом идёт от всех этих коробок. — потянувшись, Линь Лин неспешно побрёл в сторону опустевшей кухни, пока его гость увлечённо разглядывал что-то в помещении. Из посуды у него как раз оставались две кружки и упаковка с чаем, которые он, похоже, или совсем забыл впихнуть в одну из коробок, или специально оставил на случай, если захочется почаёвничать после бесконечной работы. — Надеюсь, ты пьёшь чай? Правда сейчас у меня остался только один вкус и тот с бергамотом. — Не откажусь от предложения. — кратко ответил мужчина, наконец отвлекаясь от созерцания, да перемещаясь следом на кухню за Линь Линем. Их этажи, как заметил Найс, мало чем отличались друг от друга, разве что только размерами: чем выше, тем площадь квартиры становилась больше. А общая отделка так и вовсе повторялась точь-в-точь, разумеется, если владельцу вдруг не взбредёт безумная идея перекроить собственную обитель, но так, как правило, никто не делал в силу больших трат. — И как тебе в роли героя, Линь Лин? — задал вопрос Найс, присаживаясь на пустующий у кухонного островка стул.       Неожиданно поставленный вопрос заставил Линь Линя всерьёз задуматься. Он не порывался сразу давать ответ, лишь коротко промычал, словно перебирая в голове подходящие слова и предложения, параллельно с тем наливая в кружки с пакетиками чая кипяток из чайника. Продолжая всё так же пребывать в раздумьях, Линь Лин ставит одну из кружек с горячим чаем напротив Найса, а сам в то же время присаживается напротив, не поднимая своего взгляда. Подбирать слова ему, на самом деле, было ни к чему, но Линь Лин хотел чётко донести свою мысль, чтобы та была понятна его собеседнику. — Знаешь, сначала, когда я только пришёл сюда, наверное, по воле случая или из чистого любопытства, я воспринимал всё это как одну большую неудачную шутку. В момент, когда всё это так неожиданно для меня произошло, я вообще не хотел быть героем, но общество решило это за меня. — начал свою речь Линь Лин, наконец поднимая взгляд на собеседника. Тот в свою очередь с неприкрытым интересом в глазах наблюдал за мужчиной, точно неотрывно и будто не моргая вовсе. От столь пристального внимания Линь Лин даже несколько опешил, засмущавшись и вновь опустив взгляд к своей кружке с чаем. — Думаю, на то сказывалось моё увольнение и общее подавленное состояние. Но, знаешь, со временем я стал понемногу включаться во всё это. И постепенно работа героем стала приносить удовольствие. Несмотря на все сложности, возможные риски и постоянное давление со стороны общества. — Линь Лин прерывается, делая небольшой глоток чая. — Что ж, встречный вопрос и тебе, Найс. — Вот оно как, интересно всё-таки получилось. Обычно людям остаётся только мечтать о таком шансе, а ты, напротив, не хотел вариться в этой кухне. Ты и правда удивительный человек. — по-доброму усмехнувшись, заметил Найс, также следом делая глоток горячего чая. И точно также, словно задумываясь, он приподнимает подбородок, обращая свой взгляд куда-то наверх и в сторону, будто вспоминая какие-то фрагменты из своего прошлого. — Сколько себя помню, мне всегда хотелось стать героем. Ещё будучи студентом, я проходил бесчисленное количество прослушиваний, испытаний и съёмок, чтобы в конечном итоге прийти к тому, где я есть сейчас. Но, чисто между нами, знай бы я, с чем мне придётся столкнуться и через что пройти в будущем, вряд ли бы продолжал грезить тем, чтобы стать героем, а уж тем более входящим в первую десятку. Тем не менее, мы здесь и сожалеть о чём-то не имеет смысла. Мы оба решили рискнуть и посмотреть, что из этого выйдет в конечном итоге. — сделав ещё пару глотков в тишине, Найс неожиданно охает, словно резко вспомнив что-то. — К слову, каким было твоё первое впечатление обо мне? Уж больно интересно послушать.       И тут Линь Лин как-то нервно хмыкает, следом пригубив уже тёплый напиток, осушая кружку наполовину. Он мог бы сразу и с ходу дать ответ на этот вопрос, расписать всё в деталях и красках, да только если он сразу и без раздумий начнёт толкать свою речь на эту тему, между ними или повиснет неловкое, гнетущее молчание, или оба разразятся смехом от всей нелепости. Но раз у них выдались минутки таких интересных откровений, Линь Линю ничего не остаётся, кроме как сказать правду. Лучше уж так, чем с натянутой улыбкой врать, нагло глядя в лицо своему собеседнику. — Поскольку до всего этого я работал в рекламном агентстве, ведущее по иронии судьбы сотрудничество с тобой, я воспринимал тебя достаточно скептично. — нервно почесав затылок, начал Линь Лин. Так неловко было озвучивать свои мысли и мнение по поводу того, кто прямо сейчас сидит и внимательно слушает. — В моих глазах ты выглядел слишком идеальным и безупречным. Настолько, что я был уверен в том, что весь ты — не более, чем хорошо отыгрываемый образ на публику. И я думал, вернее, почему-то был уверен в том, что за всем этим идеальным фасадом скрывается что-то тёмное, мрачное. Мол, на публику ты хороший и добрый, а в жизни тщеславный до мозга костей, всё время задирающий нос и смотрящий на окружающих свысока. — быстро протараторил Линь Лин, стыдливо отводя взгляд куда-то в сторону. Лишь бы не пересечься с чужим, иначе он точно сгорит от стыда прямо на этом самом месте. — Но после нашего первого знакомства я понял, что мои домыслы оказались не более, чем плодом моей фантазии. И, знаешь, мне было так приятно от этого осознания. Ты оказался очень приятным человеком без двойного дна. Мне ведь всегда отчего-то казалось, что популярность портит людей со временем, но в твоём случае это не отразилось.       Внимательно выслушав чужие мысли, Найс неожиданно разразился громким хохотом, вгоняя собеседника в полнейший ступор. И разразился настолько сильным смехом, что к уголкам его глаз неожиданно даже подступили слёзы. Найс, звонко смеясь без остановки точно с несколько минут, наконец постепенно успокаивается, держась одной рукой за стол, а другой за живот. Каждый раз, задавая такой вопрос собеседникам, Найсу все, как один отвечали почти одними и теми же фразами: «ты всегда казался мне добрым, настоящим, идеальным» и так далее по списку. Но каково же было удивление мужчины, когда он услышал подобный неоднозначный отзыв о себе. На его памяти ему впервые рассказывали о таком первом впечатлении. И это не могло не радовать, ведь хоть один человек смог поставить под сомнение его личность, не слепо идеализируя, как все остальные. — Боже, ты первый человек, кто так отозвался обо мне про первое впечатление. И я не обижаюсь на это, не волнуйся, наоборот, я был приятно удивлён тому, что хоть кто-то решил усомниться и не постесняться сказать об этом прямо в лицо. — наконец успокоившись, смех Найса постепенно сходит на нет. Скопившиеся слезинки он смахивает тыльной стороной ладони, продолжая улыбаться и шумно вздыхать. И вот, наконец вернув себе привычное расслабленное выражение лица, мужчина вновь обращает свой взгляд на Линь Линя, который, судя по его раскрасневшемуся лицу и ушам, продолжал сгорать от стыда. Сие картина невольно заставила умилиться Найса, каким же беззащитным Линь Лин сейчас выглядел перед ним, все эмоции налицо, точно как открытая книга.       Ничего не ответив на чужое замечание, Линь Лин лишь молча поднимается со своего места, возвращаясь к отложенным ранее делам по упаковыванию оставшихся вещей. За ним следом также отправился и Найс, оставляя недопитый чай на островке. Всё-таки раз он вызвался помочь Линь Линю с его переездом, то и отлынивать тоже не стоило бы, выставляя себя в неудачном свете. Поэтому Найс, схватив ещё не сложенную картонку, принялся за работу: по сгибам складывая коробку в нижней части, он, найдя валяющийся посреди всего хаоса скотч, начал заматывать дно в несколько оборотов. И время от времени он не отказывал себе в том, чтобы мельком бросать заинтересованные взгляды на увлечённого работой Линь Линя. Тот, кажется, совсем не замечал подобного внимания со стороны, но оно было и к лучшему — Найс мог без опаски разглядывать чужое лицо, его изгибы и изменения в мимике. До этого ему доводилось рассматривать Линь Линя лишь в короткой поездке, да и то лишь невзначай бросая заинтересованные взгляды. Сейчас мужчина, кажется, выглядел совсем иначе: извечно растрёпанные темные волосы с белой прядью небрежно ниспадали на лоб, от чего тому периодически приходилось поправлять их, пятернёй прилизывая назад. Казалось бы, самые обычные карие, глубокие глаза, сфокусированные на работе, внимательно и неотрывно наблюдали за происходящей в руках Линь Линя процессией. И тот периодически проходился кончиком языка по пересохшим губам, заставляя Найса невольно сглатывать. Вовремя опешив, мужчина, витая где-то в облаках, дал себе мысленную пощёчину, вновь переключая своё внимание и концентрацию на помощь товарищу. И чего он только вдруг так засмотрелся на Линь Линя? — Если ты уже закончил собирать коробку, можешь пока сложить все те вещи со стола и ящиков в неё. Только, пожалуйста, будь аккуратнее, если там окажется что-то хрупкое. — не поднимая взгляда, дал указание Линь Лин, вставая с пола и возвращаясь вновь к кухне, на всякий случай ещё раз проверяя все шкафчики на наличие посуды и остальной утвари.       Отвесив в ответ молчаливый кивок, Найс послушно последовал с пустующей коробкой в руках к неподалёку расположенному компьютерному столу. На нём в хаотичном порядке были разбросаны какие-то записи и распечатки, читать которые, из уважения, мужчина не стал, а просто закинул в коробку. У самого края стола стояла светло-коричневая рамка с аккуратной фотографией внутри и, поддавшись любопытству, Найс взял ту в руки, начиная внимательно разглядывать. Кажется, это было старое выпускное фото из университета, в котором учился Линь Лин. Быстрым взглядом мужчина старался отыскать среди кучи людей из потока самого владельца этой фотографии и лишь спустя несколько минут ему-таки это удалось. Здесь Линь Лин будто бы и вовсе не был похож на самого себя — весь прилизанный, разодетый в костюм-тройку, с академической шапочкой на голове и с дипломом в руках. От подобной картины Найс невольно издал еле слышимый смешок, в голове сравнивая молодого Линь Линя с нынешним. — Нашёл мою выпускную фотографию? — Найс даже и не услышал, как Линь Лин подкрался сзади, выглядывая из-за плеча. Или мужчина уже начал терять сноровку, забывая про бдительность, или же он просто-напросто расслабился в чужом обществе, раз не услышал шагов. — Хорошее было время. Учился на рекламщика. Правда сейчас я ни с кем из своего потока не поддерживаю связь, но, надеюсь, их жизнь и карьера удачно сложились. — Я сначала тебя и не узнал на фотографии. Совсем юный здесь. — заметил Найс, указывая пальцем на изображении точно на Линь Линя. Оба одновременно посмеялись над этим, после чего рамка благополучно переместилась в коробку. Следом шли уже ящики: и опять они встречают Найса целым хаосом из письменных принадлежностей, огрызков бумаг, блокнотов и стикерами с заметками. Будучи перфекционистом, подобное точно вогнало в неподдельный шок и ужас Найса, заставляя появиться в голове какому-то желанию разобрать весь этот творящийся хаос. Он, конечно, знал, что Линь Лин творец, а таким людям, как известно, не чужд творческий беспорядок. Удивительно только, как его этаж пребывал в такой чистоте и идиллии, хотя, быть может, это объяснялось всё грядущим переездом.       Лишь ближе к вечеру им вдвоём удалось расправиться со всеми вещами в доме, упаковав те по коробкам. А их, к слову, было до страшного много — можно хоть смело башню до потолка строить из них. Порядком уставшие от уборки мужчины, точно одновременно плюхнулись на громоздкий диван, сопровождая всё это действо громким, протяжным вздохом. В таком полусидячем-полулежачем неподвижном положении они провели с минут десять, не меньше, не решаясь вымолвить и слова. Сейчас им нужна была небольшая передышка после проделанной работы. — Спасибо за помощь, Найс. Без тебя я, наверное, и до завтрашнего дня не управился бы. Я у тебя в большом долгу, поэтому если что-то понадобится, обязательно зови, договорились? — лениво повернув голову в сторону собеседника, негромким, уставшим голосом произнёс Линь Лин, слегка так улыбаясь. — Считаю, что в завершении столь трудного дня нам нужно отпраздновать всё это за бутылочкой хмельного. Что думаешь? — Читаешь мои мысли, Линь Лин. Вот от этого я уж точно ни за что не откажусь. Как бальзам на душу. — со смешком отвечает Найс, также поворачивая голову к товарищу, встречаясь с ним взглядами. Он, по сути, знаком с Линь Линем всего-ничего: одна случайная встреча, вылазка для съёмок трансляции, да и на этом, пожалуй, всё. Но отчего-то этот человек уже ощущался словно бы близким по духу. Так, будто они знакомы уже не первый год. Это было необычно и приятно одновременно. Последний раз, когда Найсу доводилось испытывать подобные чувства, были во времена, когда между ним и Рэком ещё сохранялась крепкая дружба.       Собравшись с силами, Линь Лин наконец, пусть и с трудом, поднимается с насиженного места, медленной и уставшей походкой идя в сторону холодильника на кухне. Как же им обоим повезло, что мужчине случайно взбрело в голову купить целый ящик отборного пива, поэтому они сегодня могут хоть упиваться им до тех пор, пока сон не возьмёт верх. Выудив из упаковки две стеклянные бутылки, Линь Лин закрывает дверцу холодильника, захватывает по пути пивной ключ и всё той же походкой возвращается к своему пригретому месту, ставя две холодные, освежающие бутылки на стеклянный стол. Сначала открывает бутылку для гостя, тут же протягивая её в чужие руки, а затем уже принимается за свою. Свежий, приятный хмельный аромат сразу же ударяет по ноздрям мужчин, заставляя тех одновременно с шумом выдохнуть от удовольствия. Не забыв чокнуться горлышками в качестве тоста, они наконец делают первые, долгожданные глотки. — Кто бы мог подумать, что одно наше случайное, даже лучше сказать, мимолётное знакомство приведёт к тому, что мы будем пить вдвоём пиво, сидя на диване? — сделав несколько глотков из горла, замечает вслух Линь Лин. Сначала он смотрит куда-то перед собой, будто размышляя, а затем плавно переводит взгляд на собеседника, ожидая ответа уже с его стороны. — Сказал бы кто, то точно не поверил бы. — Быть может, случайности не случайны. Но, тем не менее, это пока лучшее, что происходило со мной за последнее время. — с лёгким таким намёком на некий флёр, отвечает Найс сразу же. Почувствовав на себе чужой взгляд, он также поворачивает голову, встречаясь с омутом карих глаз. Но при детальном рассмотрении — только сейчас Найс заметил — глаза Линь Линя, кажется, отдавали также и каким-то сероватым оттенком, в конец путая героя. Он всматривается внимательно, пристально, не замечая даже, что их переглядывания уже опасно затянулись. — Совсем забыл. Нам нужно обменяться номерами телефонов. А то, боюсь, такие случайные совпадения и встречи не будут на постоянной основе. — отвлекаясь и прерывая зрительный контакт, Найс быстро залезает в карман штанов, вытаскивая оттуда свой смартфон. И протягивает его Линь Линю, чтобы тот мог набрать свой номер. Тот же, быстро печатая по кнопкам, возвращает телефон владельцу, который в свою очередь незамедлительно посылает первый попавшийся нелепый стикер на номер мужчины. — В любом случае, даже несмотря на плотные графики, по вечерам мы можем спокойно видеться друг у друга в гостях. — вовремя подмечает Линь Лин, вновь устремляя свой взор куда-то вперед. Мужчина делает несколько глотков пива, заставляя тем самым выпирающий кадык мерно подниматься и опускаться. И Найс становится случайным свидетелем этого, краем глаза как бы невзначай наблюдая. Чёрт возьми, почему сегодня он так отчаянно и необъяснимо наблюдает за подобными мелочами со стороны Линь Линя?       Время, к сожалению, заставило мирным и душевным посиделкам вскоре завершиться, отправляя Найса обратно в свои покои, да оставляя Линь Линя вновь наедине с собой.