Конвергенция

      В этом мире герои стоят наравне со знаменитостями, будь то актёрами, певцами или телеведущими. Точно так же торгуют своим лицом и именем, снимаются в рекламах, создают собственные бренды и многое другое. Их, как и разных селебрити по всему миру, также приглашают на светские, небезызвестные мероприятия, закрытые показы и приватные вечеринки, организованные богатейшими людьми страны. И нередко такие мероприятия оказываются достаточно полезными для героев с низким рангом и статусом, ведь стоит только произвести на себя хорошее впечатление, проявить харизму и пустить в ход свой подвешенный язык, как с лёгкостью можно отыскать себе потенциального инвестора, способного продвинуть героя в массы. Для героев, чьё имя и без всяких промо-акций на слуху у каждого — как правило, это десятка лучших и ещё парочка уровнем пониже — подобные мероприятия имеют немного иной характер. Это возможность выйти в свет, развеяться, отдохнуть от всей возложенной на плечи ноши и встретиться с коллегами по цеху, обсудив дела насущные за бокалом-другим дорогого просекко.       Для Линь Линя, неожиданно получившего официальное приглашение на подобное приватное мероприятие, все эти пышные, костюмированные вечеринки в кругах элиты были совсем чужды. Он мог бы с лёгкостью вежливо отказаться от приглашения, не мучать себя подбором соответствующего костюма и просто провести один день наедине с собой, да только извечно ворчащая, гоняющая в хвост и гриву менеджер просто не дала ему права выбора, одним словом сказав, как отрезав. Одно лишь радовало во всей этой ситуации — ему не придётся страдать из-за выбора и покупки соответствующего наряда, за него всю работу сделают отобранные швеи. К тому же, как успел разузнать Линь Лин, все эти закрытые вечеринки отличались определённой тематикой, меняющейся из года в год. Чем-то даже напоминало концепцию Мет Гала, только без широкого афиширования на публику. В этом году, кажется, основной темой был маскарад в стиле рококо, и Линь Лин даже со своей богатой фантазией не мог вообразить, как отразить подобное на одежде, передать дух, чтобы не опозориться перед толпой других героев и инвесторов. И несмотря на то, что это была в основном головная боль швей и дизайнера, мужчине не менее интересно было хотя бы прикинуть в своей голове основные элементы.       Вся эта суета длилась, по меньшей мере, несколько дней: сначала к нему захаживал дизайнер, прикидывая для Линь Линя подходящий фасон, затем подоспели и швеи, снимая мерки, а в конце они и вовсе нагрянули все вместе, решая совместно свои вопросы, варианты кроя, тканей и всех прочих мелочей, которыми Линь Лин в последнюю очередь хотел забивать свою голову. С одной стороны мужчине была безумно интересна — как и сама вечеринка — вся эта творящаяся вокруг мероприятия суматоха, но с другой стороны его тревожил факт того, что там уж точно соберутся все самые сливки общества, любящие обсуждать свои возвышенные темы или грядущие бизнес проекты, в которых Линь Лин, откровенно говоря, совсем не разбирался. Он боялся выставить себя дураком, посмешищем там, точно как деревенский мальчик, оказавшийся по совершенной случайности в навороченном мегаполисе.       Потребовалось всего несколько недель для того, чтобы мастера своего дела завершили свою кропотливую работу над костюмом. И одного лишь короткого взгляда хватило Линь Линю, чтобы в один только момент испытать целую смесь противоречивых друг другу эмоций, которые, к тому же, не то от волнения, не то от недоумения отобразились прямо на его лице: глаза его сначала засияли от подобной красоты, но стоило обратить чуть больше внимания на детали, как его физиономия сменила гримаса ужаса, а затем удивления и смущения. Наряд, вне всяких сомнений, выглядел просто бесподобно и эффектно, да только некоторые особо бросающиеся в глаза элементы вызывали, мягко говоря, культурный шок у мужчины, стоило тому примерить и оценить посадку костюма на себе: верхняя часть состояла из полупрозрачной чёрной рубашки, украшенной по рукавам белыми витиеватыми узорами и вставками ручной работы, а откровенный вырез, оголяющий добротную часть груди, тянулся до самой талии, которую в свою очередь подчёркивал массивный алюминиевый, но вместе с тем аккуратно и гармонично выглядящий пояс, а в завершении от ремня сзади тянулся тёмный шлейф до самого пола. Штаны палаццо же, к большому счастью, были выполнены из плотной, приятной чёрной ткани — шёлка, кажется? — вдоль которых, подобно разрядам молний, также тянулась замысловатая белая вышивка. Как позже объяснил свою задумку дизайнер, с неподдельным энтузиазмом разжёвывая даже крохотные, незаметные чужому глазу детали в одежде, декоративные вставки повторяли собой архитектурные элементы и орнаменты интерьера французских имений в стиле рококо. Подобная самоотдача дизайнера и любовь к собственному творению даже несколько воодушевили Линь Линя, напоминая его самого в прошлом, пишущего реплики героям и подбирающего подходящие образы.       Отвлечённый занимательным диалогом — хотя правильнее будет назвать это монологом с подачи дизайнера — Линь Лин даже и не заметил, как в помещении стало на ещё одного человека больше. Стоя чуть поодаль со скрещенными на груди руками, длинноногая женщина громко и характерно присвистнула разодетому в весьма вызывающий, но эффектный наряд мужчине, заставая того врасплох и даже пугая своим неожиданно внезапным появлением. На её лице красовалась неоднозначно довольная ухмылка, а глаза то и дело с любопытством бегали по чужой фигуре, как бы рассматривая и оценивая столь редкую картину перед собой. Находясь под прицелом чужого взгляда, Линь Лин чувствовал себя сконфуженно — ещё никогда прежде ему не доводилось показываться кому-то в столь откровенном наряде, да и чувствовал он себя точно жертвой на мушке у какого-то хищника. А судя по столь неоднозначной бурной реакции со стороны менеджера, та была более чем довольна проделанной работой дизайнера. — В таком наряде ты точно не будешь обделён вниманием инвесторов, да и публики в целом, Линь Лин. Даже мне сложно оторвать от тебя свой взгляд. — по-доброму рассмеявшись, заметила Цзюань и по привычке поправила очки на переносице. — Спасибо большое за проделанную Вами работу, господин Ло. В течение пары дней наша компания вышлет чек с оплатой и гонораром.       Выказав поклон в знак уважения и прощания, дизайнер поспешил удалиться с этажа, в темпе собрав сумки, да помчавшись в сторону лифта на выход, оставляя Цзюань и Линь Линя наедине друг с другом. Те в свою очередь, не проронив и слова, продолжали с некоторого времени смотреть друг на друга: Линь Лин в смущении и круглыми глазами, а менеджер с хитрой такой, лисьей улыбкой, так и норовя сказать что-то, от чего мужчину точно кинет в ещё больший стыд и конфуз. Тем не менее, та, кажется, сумев всё-таки поумерить свой пыл, поспешила воздержаться от дополнительных замечаний и комментариев в сторону мужчины. — На этом мероприятии у тебя будет отличная возможность обзавестись весьма полезными связями. Так что не упусти такую редкую возможность. К тому же, своими глазами увидишь и остальных героев, входящих в десятку лучших. — подойдя поближе, Цзюань с интересом стала пробовать на ощупь ткань чужого наряда. — Званный вечер имеет приватный характер, так что не нужно будет постоянно держать лицо и осанку перед камерами папараций. — Немного волнительно будет находиться в компании столь влиятельных людей. Всё же я совсем далёк от подобных вещей, как бы дров не наломать случайно. — нервно посмеявшись, негромко произнёс Линь Лин и, опустив взгляд вниз, поджал губы. — Просто веди себя естественно и уверенно. Ты у нас очень даже обаятельный и смышлёный малый. — подбодрила женщина, мягко улыбнувшись. — В конце концов, просто отдыхай и наслаждайся вечеринкой. У тебя есть ещё неделя в запасе.

***

      Поздним вечером на улице их уже ожидал чёрный, затонированный Роллс-Ройс, водитель которого смиренно ожидал снаружи, чтобы любезно открыть двери своим уважаемым гостям. Цзюань, что не удивительно, вызвалась сопровождать Линь Линя в пути, первой присаживаясь в кожаный, дорогой салон авто на пассажирское сидение. На фоне мужчины её наряд выглядел неброско, даже слишком скромно и сдержанно, словно бы не желая затмевать собой главную звезду: женщина была одета в чёрные брюки и тёмно-синюю рубашку с золотыми тесёмками по краям, а шею её украшало объёмное жабо. Следом за менеджером на соседнем сидении устроился Линь Лин, правда он, кажется, был несколько напряжён, будто бы боясь даже дышать в столь дорогой и элитной машине. Подобное не осталось без внимания Цзюань, отчего та невольно прыснула в кулак, забавляясь такой реакцией со стороны мужчины.       Путь до места назначения предстоял достаточно длительный, поэтому, чтобы хоть как-то разбавить возникшую скуку, сопровождаемую классической музыкой на фоне, менеджер решила кратко рассказать о влиятельных шишках, что будут присутствовать на мероприятии, дабы исключить возможные неловкие ситуации и прецеденты при знакомствах. Достав смартфон, Цзюань начала в общих чертах описывать гостей, показывая вдобавок их фотографии: среди них были как владельцы обычных прибыльных бизнесов, так и совсем несметно богатые, влиятельные люди, заправляющие целыми монополиями и ресурсами на рынке страны, а также владельцы геройских агентств и компаний, само собой. Скоротав время за небольшим рассказом, они наконец стали подъезжать к ярко горящему особняку, ко входу которого выстроилась немалая очередь из премиальных чёрных машин. Проехав через ворота, машина неспешно заезжает на территорию, останавливаясь в ожидании своей очереди. Линь Лин, поддавшись любопытству, выглянул в окошко, с нескрываемым восхищением разглядывая просто гигантских размеров особняк в классическом стиле: по обе стороны вдоль гранитной дороги, ведущей ко входу в дом, чередуясь с длинными декоративными туями, со слабым напором шумели небольшие фонтанчики, переливающиеся разными цветами. Судя по длине и протяжённости забора, территория не просто была большой, а до неприличия огромной — конца изгороди он даже не мог разглядеть за домом, вокруг простилались бескрайние сады, площадки для гольфа и иные развлечения богатых людей, которые удалось в полумраке кое-как разглядеть Линь Линю.       Наконец очередь дошла и до них. Предварительно надев маскарадные маски на лицо перед выходом, встречающий с лучезарной улыбкой во все тридцать два зуба швейцар открывает дверь машины, протягивая по-джентельменски ладонь Цзюань, помогая той аккуратно выйти из салона. Следом за ней вышел и сам Линь Лин, с нескрываемым восхищением на лице озираясь по сторонам, впечатлённый столь дивной красотой. Прежде он ещё никогда не был в таких местах и особняках — видел разве что в фильмах и на картинках. А в жизни всё это, как отметил Линь Лин, выглядело в стократ лучше, грандиозно и несметно богато. Даже атмосфера здесь будто бы отличалась: в воздухе так и разило величием с богемностью от этого места.       Стоило им переступить порог, неспешно проходя вглубь, тут как тут, юрко маневрируя между гостями, оказался официант, держащий в одной руке поднос с шампанским. Отказываться от предложения было бы плохим тоном, поэтому Цзюань и Линь Лин любезно берут себе по бокалу, успевая отвесить похвалу пареньку до того, как тот вновь молниеносно скрылся из виду, проскальзывая через толпу. Наконец Линь Лин переключает всё своё внимание на просторный зал: светлое помещение, выполненное в бело-молочных тонах, выглядело куда современнее внутри, чем первым делом подумалось самому мужчине. Несколько мраморных колонн подпирали высокие потолки, а по бокам на большом расстоянии друг от друга располагались две закруглённые лестницы, ведущие на второй этаж зала, откуда можно было бы посмотреть на всех собравшихся с высоты. Вокруг царила умиротворённая обстановка — собравшиеся здесь гости мило беседовали друг с другом, обсуждая повседневные вещи, да восхищаясь нарядами друг друга. Костюмы, к слову, как заметил Линь Лин, у всех были сногсшибательны и необычны, в каждом из них была какая-то изюминка и особенность. Рассматривать одно удовольствие! И даже несмотря на скрывающие лица маски, некоторых из знакомых героев Линь Линю всё-таки удалось узнать. — Линь Лин, пойдём я познакомлю тебя с председателем нашей компании, а также виновником сего торжества. — сделав несколько маленьких глотков шампанского, привлекла к себе внимание Линь Линя менеджер, после чего неспешно начала уходить глубже в зал, выискивая знакомые фигуры среди собравшейся толпы. Мужчина поспешил за спутницей, стараясь случайно не смешаться в толпе и не потерять из поля зрения знакомую фигуру. Юрко проскальзывая через толпы собравшихся людей, спустя несколько минут им, вернее, Цзюань, удаётся отыскать важных персон. Поздоровавшись со всем уважением и поклоном перед двумя статными мужчинами в костюмах, то же самое действие повторил и Линь Лин, вставая сбоку от менеджера.       Мужчины, держа в руках наполненные шампанским флюте, с благоговением в глазах и мягкими улыбками на лице взглянули на двух новоприбывших гостей, здороваясь со всем почтением в ответ. И, что не удивительно, их взгляд тут же зацепился на экстраординарном наряде Линь Линя, заставляя того в свою очередь испытать толику неловкости и смущения от неожиданного внимания. Впрочем, долго задерживать взгляды они не спешили, поэтому вновь переместились глазами к чужим лицам. — Спасибо, что приняли моё приглашение. Ты, Цзюань, как всегда входишь в список почётных и желанных гостей на моих мероприятиях, рад видеть тебя в добром здравии. — не переставая улыбаться голливудской улыбкой, обратился седовласый, худощавый мужчина к женщине. — А о тебе, Линь Лин, я наслышан. Восходящая, точно яркая звезда. Подающий надежды герой, стремительно щёлкающий ранги один за другим. Глядишь и скоро сместишь кого-нибудь из золотой десятки. — тихо посмеявшись, продолжил мужчина, после чего сделал небольшой глоток шампанского, прочищая горло. — Прошу прощения за мои манеры, совсем забыл представиться. Ву Сянцзян, владелец этого поместья. — бизнесмен протягивает ладонь Линь Лину для рукопожатия и тот, не медля, отвечает тем же, пожимая руку с улыбкой. — Ли Чжицзян. Соучредитель компании Триман. Приятно наконец познакомиться со своим же подопечным. Основатель, к большому сожалению, не смог прийти сегодня, поэтому я вместо него. — Линь Лин также пожал руку и второму мужчине. Выглядел он значительно моложе своего собеседника-бизнесмена, лишь пара седых неприметных волосков на бакенбардах выдавали чужой возраст. — Хотелось бы лично поблагодарить тебя за вступление в наши ряды, такие герои всегда в дефиците. О, к слову, твой костюм это что-то с чем-то! Невозможно оторваться. — Приятно познакомиться с вами обоими. И спасибо большое за похвалу, но её лучше адресовать мастеру, что работал над этим образом. — тихо посмеявшись, ответил Линь Лин, вслед за другими также делая несколько глотков шампанского, осушая теперь уже до дна. И вновь официант, будто почувствовав, подходит с подносом бокалов, протягивая очередной. Мужчина ставит опустевшую флюте на поднос, меняя её на полную в своей руке. — Это моё первое в жизни посещение такого формата мероприятия, но я уже впечатлён масштабами и интерьером поместья. Сразу видно, с какой любовью к деталям Вы подходили к организации столь масштабного вечера.       В ответ на приятную похвалу по лицу Ву Сянцзяня расплылась мягкая улыбка. Их разговор и обмен любезностями продлился ещё с нескольких минут, пока внимание двух мужчин окончательно не забрала Цзюань, начиная непринуждённую беседу по деловым и рабочим моментам. Вникать в этот разговор у Линь Линя не было никакого желания, да и в этой теме он совсем профан, поэтому поддержать беседу он попросту не мог, как ни старайся. И, приняв решение аккуратно и под шумок ретироваться в другую часть зала, он юрко проскальзывает через толпу, да смешивается с ней, по пути продолжая делать по глотку шампанского.       По краям зала расположились длинные столы с замысловатой, но недурно выглядящей, вписывающейся во весь антураж резьбой. На них стояло множество аппетитных закусок и десертов — точно на любой вкус и предпочтения — при виде которых желудок Линь Линя непроизвольно заурчал, грубо намекая своему хозяину о желании испробовать пару яств. Отказывать себе в таком удовольствии Линь Лин, разумеется не стал, да и пить алкоголь на голодный желудок идея не из лучших, поэтому, резко свернув направо, Линь Лин меняет свой маршрут, подходя к столам. Все предоставленные угощения были до безобразия крохотных размеров, точно как в дорогущих ресторанах с мишленовскими звёздами, где подают молекулярную и высокую кухню за баснословные деньги. У Линь Линя при виде этой картины тут же закрались сомнения в том, что он хоть немного утолит свой голод, даже если уплетёт за раз и половину стола. Но ничего не попишешь, придётся есть, что дают и первым блюдом, заинтересовавшим Линь Линя, оказалась брускетта с лососем — хоть что-то знакомое среди изобилия неизведанных вкусов и яств. Отставив бокал и выудив салфетку из салфетницы, да взяв один кусочек, мужчина принялся старательно и аккуратно есть, судорожно боясь случайно заляпать дорогостоящий наряд. А то глядишь на него за неуклюжесть ополчится дизайнер, выходя с вилами и копьями на Линь Линя. — Ты ли это, Линь Лин? — неожиданно раздался голос где-то за сбоку, от чего мужчина, полностью поглощённый процессом, невольно поперхнулся. Со стороны Линь Лин выглядел донельзя комично: сгорбившись, точно как голодный гоблин, он выверял каждый свой укус, неторопливо откусывая крохотными дольками, чтоб ненароком не оставить крошек. И, резко остановившись, он медленно, как в замедленной съёмке, поворачивает голову к источнику звука. Весь его подбородок и рот запачкался сливочным сыром, отчего собеседник, увидевший эту забавную картину перед собой, разразился громким смехом. — Видел бы ты своё лицо сейчас, боже! Это я, Найс. И ещё, Линь Лин, вытри подбородок. — жестом указав на рот, добавил мужчина.       Глуповато и молча проморгав, неотрывно смотря на потревожившего его гостя, Линь Лин наконец засовывает последний кусочек в рот, разжёвывает и затем вытирает лицо салфеткой, избавляясь от сливочного сыра. Сначала он даже не признал в этом человеке Найса, пока тот сам не обозначился — то ли из-за скрывающей лицо маски, то ли из-за непривычного имиджа. Найс, стоящий перед ним, был на удивление разодет намного скромнее, чем сам Линь Линь — хотя, если мужчине не изменяет память, как раз тот фасон, что сейчас на нём и предпочитает Найс. Приодетый в своё излюбленное сочетание цветов — белый и золотой — на герое был надет расписной пиджак, золотая вышивка, также исполненная под стать рококо, украшала собой весь верх, в то время как на рубашке из плотной ткани с менее вызывающим вырезом, были лишь небольшие вставки по бокам. В отличие от Линь Линя, вырез рубашки Найса выглядел поскромнее, но также завершался на талии, выделяя искусно декорированный пояс-ремень. Белоснежные волосы были непривычно зачёсаны гелем назад, придавая большей статности владельцу. Завидев мужчину в таком образе, Линь Лин на минуту даже утратил собственную речь, молча с ног до головы оглядывая по несколько раз своего знакомого. Если обратить внимание на эту картину со стороны, их наряды точно будут схожи с инь и ян, две противоположности. — Давненько не виделись, Найс. Даже не ожидал встретить тебя здесь. Или, по крайне мере, узнать. — вновь взяв свой бокал со стола, с искренней улыбкой произнёс мужчина, подходя ближе к собеседнику. Он действительно был рад тому, что наконец смог встретить хоть одно знакомое лицо. Беспокоиться о том, как бы скоротать время до окончания мероприятия, больше не было нужды. — Ты выглядишь потрясающе. — словно заворожённый, случайно вслух выпалил Линь Лин и, осознав сказанные им же слова, неожиданно побагровел, начав смущённо кашлять, а затем запивать шампанским. — То есть тебе очень идёт этот костюм. — То же самое могу сказать и о тебе. Не увидев я твоей белой пряди, продолжил бы молча пялиться от изумления, боясь подойти для знакомства. — хмыкнув, ответил Найс, после чего поднял бокал, чокаясь им с чужим, да отпивая пару глотков. С лица не исчезала улыбка, а на душе стало даже неожиданно спокойно, стоило мужчине завидеть своего приятеля. — Какие планы на сегодняшний вечер и ночь? Успел уже познакомиться с кем-нибудь влиятельным, обменяться контактами? — Думал ещё понаблюдать за обстановкой, прогуляться и просто насладиться моментом. А что насчёт тебя? — вновь осушив флюте, коротко ответил Линь Лин и тут как тут вновь объявился официант, заменяя бокалы. Мужчины вместе двинулись обратно вглубь зала, размеренно прогуливаясь, параллельно высматривая что-нибудь интересное по пути. — Цзюань познакомила с владельцем особняка и соучредителем, да и на этом, пожалуй, всё. Не настроен я пока на знакомства, если честно. — Аналогично. Я уже давно варюсь в здешних кругах, поэтому знаком чуть ли не с каждым присутствующим. Так что тоже решил насладиться вечером, а тут и приятная компания неожиданно появилась вдобавок ко всему. — как бы в подтверждении своих слов Найс кинул тёплый взгляд на Линь Линя, после чего вновь продолжил смотреть то перед собой, то под ноги, иногда делая небольшие глотки слабоалкогольного напитка.       Неожиданный звон колокольчика, раздающийся со второго этажа, заставил всю публику в один миг прекратить свои разговоры, обращая всё своё внимание к виновнику торжества. Стоя у самых перил, Ву Сянцзян всё с той же благоговейной улыбкой на лице ожидал, когда весь зал обратит свои взоры в его сторону. Линь Лин вместе с Найсом остановились посреди зала, поднимая головы в ожидании объявления. Обоим стало интересно, что же сейчас произойдёт. — Дамы и господа, прошу минуточку внимания! Как вы все знаете, никакой бал-маскарад не может обойтись без танцев, это всегда было обязательной частью программы в далёкие времена. Поэтому буквально через пару мгновений, как только наш оркестр с живой музыкой будет готов и настроен, я объявлю о начале нашего бала! Попрошу всех разойтись по краям, освобождая центр зала. А пока у вас есть возможность отыскать себе партнёра по танцам и пригласить его к небольшому веселью. — громко произнёс на всё помещение мужчина, поглядывая на расположенную внизу небольшую сцену, на которой занимались настройкой инструментов приглашённые музыканты. Все гости, услышав новость, тотчас же поспешили разбежаться к стенам и углам, освобождая площадку. Ещё несколько минут и наконец раздаётся второй звон колокольчика, сигнализирующий о начале мероприятия. Музыканты, приготовив свои смычки и клавиши, начали игру вначале с медленной мелодии, позволяя гостям приноровиться к темпу.       Переместившись к одной из ближайших стен, мужчины встали в ожидании начала бала, приковав своё внимание к расчищенной площадке. Постепенно одна пара за другой начали выходить в центр зала, предаваясь музыкальному ритму и уходя в нежный пляс. И пока Найс, наблюдая за этой картиной с лёгкой скукой на лице, подмечал про себя из привычки чужие неверные движения и промахи, Линь Лин же, полностью поглощённый, с неподдельным интересом и огнём в глазах наблюдал за всей развернувшейся процессией. Он не разбирался в танцах, да и вовсе не умел плясать, поэтому чужие, такие нежные и плавные движения завораживали его, не позволяя оторвать и взгляда. А Найс же, скрестив руки на груди и тяжело выдохнув, достаточно насмотрелся, обращая своё внимание и взгляд на своего собеседника. И тут что-то неожиданно приятно ёкнуло у героя в груди, стоило ему только завидеть то, какими глазами, с каким интересом и восхищением Линь Лин наблюдает за чужими танцами. В совокупности с этим нарядом, он выглядел донельзя очаровательно, отчего Найс, точно зависнув, не мог отвести своего взгляда от приятеля. И тут у него возникла одна очень смелая, но интересная мысль.       Скрестив руки за спиной, Найс медленно подходит к Линь Линю, вставая прямо перед ним с небольшим расстоянием. Смотрит с нескольких секунд молча, заставляя переключить чужое внимание на себя и, сделав реверанс, протягивает правую руку в приглашающем тоне. От подобного действия Линь Лин в свою очередь несколько даже опешил, удивлённо заморгал глазами, смотря то на протянутую ладонь, то в чужие неотрывно следящие глаза. — Можно пригласить Вас на танец? — продолжая стоять на полусогнутых ногах в реверансе, бархатным голосом поинтересовался Найс, легонько улыбаясь краями губ. Он не ждёт положительного ответа, но очень надеется получить его. — Но я совсем не умею танцевать. Боюсь, я тебе все ноги оттопчу своими умениями. — неловко улыбнувшись, тихо и смущённо ответил Линь Лин. Он мешкался с нескольких секунд, пытаясь взвесить в своей голове на чаше весов верный ответ. Ему хотелось пуститься в пляс, хотелось почувствовать на себе эту лёгкость и задорность от танца, поймать этот момент и отпечатать его в памяти приятным воспоминанием, да только сомнения и страх из-за собственных навыков также давили на него. Поджав губы, Линь Лин немного нахмурился, пытаясь решить эту дилемму. — Тебе не о чем переживать, я буду вести. Просто шагай за мной во время танца. — Найс аккуратно берет чужую ладонь в свою и, неожиданно даже для самого себя, оставляет короткий поцелуй на тыльной стороне. От подобной вольности Линь Лин пуще прежнего наливается краской, но руку, тем не менее, не отдёргивает. И этот удачный момент замешательства ловит Найс: резко выпрямляется и, обхватывая сильнее чужую ладонь, тянет Линь Линя на себя, вытягивая прямо в самый центр бальной площадки.

I was more than just a body in your passenger seat

      Аккуратно укладывая ладонь на чужую талию, Найс переплетает свои пальцы с чужими, приподнимая руки, после чего, вновь одарив успокаивающей, ласковой улыбкой Линь Линя, начинает вальсировать, стараясь направлять своего партнера. Сначала они двигаются медленно, не попадая под ритм музыки, но спустя время, словно приноровившись и обретя уверенность, начинают двигаться быстрее, уже подстраиваясь под темп. Они крутятся, перемещаются ко всем остальным, встраиваясь между другими парами, образовывая замкнутый круг. Кружатся и вальсируют, начиная чувствовать движения и друг друга в танце. Смотрят неотрывно в глаза и это ощущается куда интимнее, чем греховные утехи. Они не просто вальсируют, не просто кружат — они будто бы парят, летают по залу, постепенно добавляя всё больше элементов в свой нежный танец. Жмутся ближе друг к другу, касаясь грудью, ощущая разгорячённые оголённые участки кожи. И будто бы даже их сердцебиения в столь чудесный момент синхронизировались, отбивая один такт. Они почти не дышат, полностью растворяясь друг в друге, сливаясь воедино в вальсе. Смотрят неотрывно в глаза, не желая прерывать зрительного контакта. Этот момент ощущался каким-то нереальным, словно весь мир и время остановились на этот короткий миг, оставляя лишь их двоих в этом прекрасном моменте.

And you were more than just somebody I was destined to meet

      Линь Линя начали обуревать ранее неизведанные эмоции и чувства, целая смесь, характеристику которой тот не мог отчётливо дать. Но он определённо знал — ему это нравится. Он ощущал трепет всем телом и тепло, мягко разливающееся от самых кончиков. Впервые за многие годы он почувствовал себя в безопасности, словно все невзгоды, давящие и съедающие изнутри проблемы со страхами в миг исчезли из его жизни, оставляя лишь приятный рокот и спокойствие. Было ли это от танца? Или дело было в Найсе? Линь Лин не знал, не хотел пока задумываться об этом, желал полностью отдаться танцу и движениям, растянуть этот счастливый миг. А Найс в свою очередь старательно копался в собственной голове, пытаясь, точно как и Линь Лин, понять, что за чувства с головой нахлынули на него, стоило только взять чужую руку в свою, прикоснуться своим телом к чужому и подольше заглянуть в чужие глаза, находя в них мириады звёзд. Никогда прежде Найс не испытывал столь сильных эмоций, столь приятных и окрыляющих, дающих сверхъестественные силы. И вот, стоило музыке наконец плавно потухнуть, как эти двое вместе с ней медленно остановились, продолжая стоять друг напротив друга, глядя в глаза ещё с минуту, ощущая кожей горячее, сбившееся дыхание. И лишь заслышав бурные аплодисменты из зала, они, словно опьянённые, наконец выходят из транса, удивлённо озираясь по сторонам. Площадка была пуста, на ней находились лишь двое — Линь Лин и Найс. Все участники, завидев их чувственный танец, ещё несколькими минутами ранее остановились, лишь бы с упоением понаблюдать за прекрасной картиной.

I see you go half-blind when you're looking at me

      Тяжело дыша, они вновь встречаются глазами, но на сей раз, вернув себе свой рассудок, они будто бы нехотя отпускают друг друга из объятий, с лёгким смущением теперь перемещая взгляды в сторону. Завидев подобное, даже организатор залился бурными овациями, с восхищением смотря со второго этажа на танцевальную пару. Они привыкли быть в центре внимания, привыкли слышать радостные вскрики толпы, но сейчас им отчего-то было непривычно, странно находиться под прицелом у этой публики. Поэтому они, выказав лишь поклон из уважения к зрителям, неспешно покинули площадку в полном молчании. Будто утратив дар речи, они боялись вымолвить и слова перед друг другом, переваривая случившееся ранее в своих чертогах разума, пытаясь отыскать разумное объяснение. Как раз вовремя появился и официант, однако вместо одного бокала каждый взял сразу по два, стремительно выпивая их и обновляя. — Линь Лин, не хочешь выйти на балкон проветриться? — взял на себя ответственность по нарушению тишины Найс, украдкой поглядывая на своего приятеля. Тот в ответ лишь кивнул, следуя за мужчиной, боясь ненароком вновь встретиться с ним взглядом.       Выход на балкон находился в самом дальнем крыле особняка, посему гостей здесь практически и не бывало. Преодолев немалое расстояние, они наконец доходят до места, распахивая стеклянные дверцы, да выходя прямиком на свежий воздух. Тёплый летний ветер приятно обдувал лицо, освежал после жаркого танца. И Линь Лин, облокотившись о перила, первым снимает с себя маску, вдыхая полной грудью кислород. Он, прикрыв глаза, да приподняв чуть подбородок, наслаждался этой драгоценной тишиной. Даже надоедливые мысли невесть куда пропали, оставляя Линь Линя наедине с долгожданным штилем. Рядом, присоединившись и также облокотившись руками о перила, оказался Найс, следуя примеру героя, да снимая изрядно так надоевшую маску с лица. Но в отличие от Линь Линя, его взгляд вновь оказался прикован к чужому профилю, пока ещё оставалась возможность и минутка полюбоваться чужими чертами. — Ты ведь тоже чувствовал это? Во время танца. — не открывая глаз, тихо и спокойно поинтересовался Линь Лин. И пока его собеседник раздумывал над ответом, мужчина также успел добавить. — Эту лёгкость, эмоции. Как будто мы находились в трансе или под гипнозом в тот момент. — медленно открыв глаза, Линь Лин поворачивает голову в сторону Найса, с интересом наблюдая за тем. Его приятель как раз вовремя успел отвести взгляд, устремляя его куда-то вдаль, прямо на виднеющийся неподалёку сад. — Всё так. Не знаю, что это было, но не стану скрывать тот факт, что мне понравилось. — тяжело выдохнув, ответил Найс, одним глотком осушая оставшуюся половину алкоголя. Пока Линь Лин, избавившись временно от головных мыслей, пребывал в долгожданной тишине и спокойствии, Найса же наоборот стали настойчиво обуревать размышления. По поводу этой ситуации, танца, поцелуя в руку. Он даже не мог ответить себе на вопрос, почему решил выкинуть последнее действие, реакция ведь могла последовать какая угодно, вплоть до удара кулаком. И, тем не менее, всё сложилось наилучшим образом. Главное только, чтобы этот вопрос не повис между ними, ведь Найс искренне без понятия, какой ответ давать. — Будто чувствовал себя живым в тот момент.       Ответом послужило вновь повисшее в воздухе молчание, нарушаемое разве что только доносящимися рокотом сверчков. Однако это молчание не было давящим, неприятным, совсем наоборот — им было комфортно молчать в присутствии друг друга сейчас. Каждый погряз в своих размышлениях, не смея мешать и перебивать. Им просто нужно было совсем немного времени, чтобы разложить основные моменты по своим полочкам. И вот, кажется, простояв так с минут пятнадцати, они одновременно поворачивают голову, встречаясь взглядами. Смотрят так с нескольких секунд, не отрываясь, а затем, кивая, вновь надевают маски на лица, возвращаясь в основной праздный зал.       До завершения мероприятия оставалось ещё несколько часов, да вот только Линь Лин, без остановки распивая один бокал за другим, совсем опьянел: походка заметно изменилась, стала совсем неуверенная, глаза стеклянные, а разговоры превратились в непонятную какофонию из звуков. Найс, находясь в относительно трезвости и оценив состояние Линь Линя перед собой, принял решение везти того домой в срочном порядке. Сам он вряд ли сможет даже из машины выйти и подняться на свой этаж, не говоря уже о более сложных действиях. И поэтому, взяв под руку пьяницу, Найс выходит вместе с ним на стоянку перед особняком, подзывая к себе одну из свободных машин с водителем. С трудом усаживает Линь Линя в салон и садится рядом, позволяя тому в полусонном состоянии положить голову на своё плечо. На протяжении всей поездки Найс то и дело заглядывался на посапывающего мужчину, иногда позволяя себе вольность мягко и почти невесомо коснуться, зарыться пальцами в спутавшиеся непослушные волосы. Были они на удивление мягкими, достаточно приятными, от чего желание касаться того возрастало лишь больше. Что-то странное происходило с Найсом, но он пока не мог найти причину и ответ.       Добравшись до башни за час, Найс уже понял, что своим — хоть каким-то — ходом Линь Лин банально не сможет дойти, давным-давно провалившись в глубокий сон. Поэтому, кое-как вытащив Линь Линя из салона автомобиля, мужчина аккуратно берет его на руки, неспешно направляясь к лифту. Мужчина, на удивление, был достаточно лёгким — сила героя, конечно, тоже играла свою роль в этом — и Найс не мог себе отказать в очередном удовольствии, заглядывая в лицо умиротворённо спящего Линь Линя. Он казался до боли беззащитным и уязвимым сейчас, взывая к какому-то глубоко зарытому и необъяснимому желанию к заботе у Найса. Однако, отогнав все лишние мысли прочь, мужчина продолжил идти, неся на руках своего приятеля. Несколько пролётов на лифте и вот они останавливаются на нужном этаже, оказываясь в квартире у Линь Линя. Отыскать кровать не составило никакого труда: положив на неё Линь Линя, Найс аккуратно снял сначала обувь, но стоило только подняться выше, как он замешкался. Руки его остановились на уровне ремня. И в этом ведь не было ничего такого, в конце концов, не незнакомую девушку же раздевает, верно? Собравшись с мыслями и силами, Найс постарался бесстрастно раздеть приятеля: расправился с ремнём, снял штаны с рубашкой и выкинул подальше маску. Однако и тут Найса ждала одна неприятность — он, не совладав с собой и нависнув над спящим Линь Линем, с упоением рассматривал чужое лицо. И, вновь позволив себе вольность, мужчина аккуратно и невесомо касается подушечками пальцев чужого нежного лица, в конце, перед тем как уйти, оставляя ласковый поцелуй на лбу. — Доброй ночи, Линь Лин. — стоя у выхода, тихо произнёс Найс. Ответом послужила лишь тишина.