Навсегда твой

      Честно говоря, Прему просто осточертело торчать в офисе весь вечер c документами, да ещё и терпеть наезды. Поэтому сейчас был готов сдаться и высказать начальнику всё, что тот заслуживал. Он нагло скрестил руки на груди и уверенно посмотрел на Буна, ожидая начала перепалки. Но к собственному удивлению, заметил, что тот не спешил продолжать и выглядел теперь довольно растерянно. Глаза странно бегали по пустому помещению уборной. Оглядываясь по сторонам, Бун сейчас вёл себя по меньшей мере странно. От чего начальник так стушевался, понять было сложно.       Между ними повисла неловкая пауза. В полной тишине Бун неожиданно стянул с себя пиджак и бросил прямо в Према. Тот подхватил его, непонимающе приоткрыв рот от удивления.       — Вот! Надень это и поскорее вышли мне документы, — как-то неуверенно проворчал начальник, нарочито опуская глаза. — Делать мне больше нечего, как торчать из-за тебя весь вечер в офисе.       После чего Бун резко отвернулся и быстрым шагом отошёл к двери, скрываясь за ней из вида. Прем, мягко говоря, опешил и пребывал просто в ступоре от произошедшего. Ощутив на своих руках повисшую небольшим комком мягкую ткань, он наконец-то пришёл в себя и неуверенно глянул вниз. Он ожидал от начальника всего чего угодно: криков, выговора, даже обидных слов, но никак не этого.       Бун отдал ему собственный пиджак? Вот так просто? Сегодня точно нет полнолуния или каких-нибудь магнитных бурь? Иначе Прем просто не мог понять такой разительной перемены в поведении начальника. Ещё несколько секунд он тупо пялился, рассматривая чужой пиджак в собственных руках, потом всё же осторожно надел его. Так и оставив мокрую рубашку свисать с раковины, Прем быстро направился на своё рабочее место.       Буквально минут через пятнадцать все счета были обработаны, и Прем тут же выслал их начальнику. Для пущей убедительности он сообщил об этом в рабочем чате, однако, как и ожидалось, ответа не получил. На отправлении лишь появились две синие галочки, оповещающие о том, что сообщение доставлено и просмотрено. Впрочем, этого было вполне достаточно, чтобы успокоиться и немного выдохнуть, что Прем и сделал.       Откинувшись на спинку кресла, он сладко потянулся, слегка разминая затёкшие мышцы плеч, и глубоко вздохнул, прикрывая уставшие глаза. Именно в этот самый момент почувствовался до боли знакомый аромат. Втянув его носом ещё сильнее, он постарался понять, откуда тот исходит, удивлённо приподнимаясь. Чёрт! Ну, конечно же! Как же он сразу не догадался? Прем слегка стукнул себя по лбу пальцами, мягко улыбаясь собственным измышлениям. Ведь пиджак, так уютно прилегающий сейчас к его телу, принадлежал Буну. В нём он проходил весь день, впитав запах его тела, смешанный с терпким ароматом парфюма.       Прему на ум вдруг пришла забавная мысль о том, что это своего рода непрямые объятия, ведь какое-то время назад одежда была на начальнике, а значит... От этих мыслей внутри что-то ёкнуло, и Прем почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Это заставило его улыбнуться и представить хотя бы на миг, что никакой вражды и ненависти между ними вовсе никогда и не существовало. Пусть не в этой, но в какой-то другой Вселенной они могли бы быть друг другу кем-то большим.       Прему пришлось уехать домой в том самом пиджаке, ведь кабинет начальника был уже закрыт, когда он направился на выход из офиса в тот вечер. Но на следующее утро он всё же заботливо уложил одежду в бумажный пакет, предварительно проверив отсутствие каких-либо изъянов и загрязнений, а затем просто оставил у дверей начальника.       Конечно же, по правилам этикета следовало бы отдать пакет лично, поблагодарив. Но в данном случаем Прем считал иначе: ведь именно Бун испачкал его рубашку намеренно, да ещё и заставил возиться с документами до позднего вечера. Поэтому тот определённо был обязан исправить ситуацию сам. Всё было на этот раз честно.       Рабочий день прошёл относительно спокойно. А вечером все сотрудники получили одно и то же сообщение от начальника, в котором он хвалил их за отличную работу и прекрасные показатели месячных отчётов. В благодарность за труд все были приглашены на вечеринку, которая должна была пройти в узком кругу в небольшом загородном доме. Конечно же, в основном для поднятия коллективного духа. Прем не очень-то любил подобные мероприятия, ведь в офисе близко ни с кем не общался. Но отрываться от коллектива было себе дороже. Поэтому придётся сделать вид, что его всё устраивает: общаться весь вечер с коллегами, выпивать и смеяться над шутками сотрудников, даже если они и будут не смешными.       Конец недели подкрался удивительно быстро, и вот уже весь «дружный» отдел субботним вечером наконец-то собрался вместе. Пришлось потратить свой выходной и выехать в пригород. Хотя это было всё же лучше, чем оставаться в душных каменных джунглях Бангкока. Некоторые сотрудники приехали на собственных автомобилях, а кто-то, как и Прем, заказал обычное такси, чтобы добраться до нужной локации. Расположена она было довольно далеко от суетной столичной жизни, но в этом были и свои прелести.       Небольшой домик располагался в живописном местечке, глубоко в джунглях небольшого поселения. Пышная растительность поражала своим буйством, но определённо радовала глаз. Дом был окутан зеленью, повсюду цвели белые Орхидеи и деревья Плюмерии, отчего приятный аромат распространялся на всю округу. Пение же птиц создавало ещё более расслабляющую атмосферу. Хотя, когда все собрались вместе, солнце уже закатилось за горизонт, и дом погрузился в темноту. Но зато наступила долгожданная прохлада, чему все были только рады.       Внутри дом оказался ещё уютнее: простой интерьер с мягкими тёплыми оттенками и даже небольшой электрический камин, хотя тот на самом деле выполнял скорее декоративную функцию. Всё было оформлено в традиционном тайском стиле, поэтому атмосфера тотчас же навеяла воспоминания о родителях, которых у Према теперь больше не было. Ему вдруг стало немного не по себе, и чтобы не думать о грустном, он постарался отвлечься и помочь другим. Коробок с бутылками и продуктами, а так же с готовой едой было довольно много, поэтому ему точно было чем заняться.       В конце концов, всё было организовано просто и со вкусом, можно даже было сказать по-домашнему. Вечеринка была в самом разгаре. Все коллеги уже успели выпить и были достаточно расслаблены. Даже начальник, казалось, пребывал в хорошем настроении. Прем не часто видел того улыбающимся, но в этот вечер всё было иначе. Он старался не привлекать к себе лишнего внимания, поэтому сидел поодаль ото всех и просто наблюдал. Однако через какое-то время кто-то выкрикнул «Игры» и чья-то крепкая рука потянула Према в круг остальных. Он недовольно фыркнул себе под нос, прежде чем пришлось сесть рядом с остальными. Ведь игры — это то, чего он больше всего не любил. Однако выбора не было.       В основном в игре были задействованы наиболее активные сотрудники, что однозначно радовало. Однако Прему всё же пришлось поучаствовать в «Правде или действии», когда выбор пал на него. Именно тогда коллеги узнали преинтереснейший факт о том, что Прем лишился девственности в семнадцать лет с инструктором по сёрфингу. К счастью, к этому времени все были уже навеселе и не стали вдаваться в подробности о том, была ли это женщина или мужчина, опустив лишь пару пошлых шуточек, после чего перешли к другому участнику. Прем наконец-то выдохнул и слегка успокоился. Но ровно до того момента, пока не заметил начальника отдела, присаживающегося к общей компании в круг.       Теперь же игра сменилась на другую: участнику завязывали лентой глаза и заставляли банально крутить бутылочку. Тот, на кого указывало горлышко, должен был поцеловать его в губы. Напряжение росло. Прем даже попытался под каким-то банальным предлогом отойти, но ничего не вышло. Игра шла весело и довольно забавно. Однако, когда глаза завязали самому начальнику отдела, стало совсем не до шуток.       Бун протянул руку и уверенно крутанул бутылку. Через пару секунд она медленно остановилась, а горлышко чётко указывало теперь на сидящего напротив вдруг резко побледневшего Према. Этого ведь не может быть! Ну же, ещё чуть-чуть! Она должна двинуться ещё пару сантиметров и указать на девушку, сидящую рядом с ним. Ведь так? Но, увы, кусок злополучной стекляшки нарочито лежал в направлении него, словно издеваясь. Все пялились на него с удивлением, а кто-то шокировано прикрывал рот рукой. Наступила странная тишина, и только редкие приглушенные смешки слышались исподтишка. Прем посмотрел на Буна, покорно ожидающего своей участи, затем на остальных, судорожно сглотнул и отрицательно помотал головой.       — Это игра! Отказаться нельзя! — пьяная толпа безапелляционно скандировала во весь голос. — Целуй! Целуй! Целуй!       Прем неуверенно взглянул на начальника и несмело придвинулся ближе. Толпа продолжала свои манипуляции, надавливая на него. У Буна всё равно завязаны глаза, и он ничего не поймёт. Ведь так?       Сердце бешено колотилось под рёбрами, заставляя часто дышать, а ладони, кажется, даже вспотели от напряжения. Прем наклонился, оказываясь максимально близко к лицу начальника. Пухлые губы отчаянно манили и завораживали. Взгляд буквально был прикован к ним. Никогда раньше он не был так близко к Буну. Прем остановился на секунду, судорожно решаясь на отчаянный шаг. Почувствовав на себе чужое горячее дыхание, он наконец-то решился. Собственные губы мягко впечатались в другие, обдавая жаром прикосновения.       Кажется, Прем всю жизнь мечтал об этом моменте, но и не предполагал, что это когда-нибудь может произойти. Да и ещё вот так, при всех. Одна лишь мысль о том, что он целует того, кого любил все эти годы, сорвала оставшиеся границы и затуманила остатки разума. Он углубил поцелуй, напоследок проталкивая мокрый язычок сквозь приоткрывшиеся навстречу губы. В ответ Бун внезапно гортанно простонал прямо в рот, отчего Прему буквально снесло крышу. Все тело обдало внезапно нахлынувшим жаром, и он ощутил электрический разряд, устремившийся прямиком вниз, к самой ширинке.       В этот самый момент начальник подался вперёд, и лента, неплотно завязанная на затылке, частично разошлась, неожиданно сползая с глаз. Бун открыл их, впиваясь взглядом в лицо напротив. Тогда-то Према окончательно поглотила пучина тёмно-каштановых очей, в которых он заметил весь спектр проявившихся в одночасье эмоций: удивление, отрицание, отчаянье, неприязнь и, наконец, откровенную злость. Он растерянно отпрянул назад, но было поздно. Бун поднял руку и тотчас же со всего размаху отвесил смачную пощёчину. Прем подскочил с места, зажмуривая глаза.       — Какого хрена происходит! — рявкнул начальник. Да так громко, что собравшиеся вокруг коллеги застыли в ужасе. — Это уже переходит все границы! Окончательно сдурели со своими играми?       После этих слов он демонстративно скинул всё ещё болтающуюся на его шее ленту, которая совсем недавно была на его глазах, на пол и быстрым шагом удалился прочь, покидая собравшихся и саму комнату, громко хлопнув дверью.       Толпа, ранее так активно подталкивающая к действию, теперь пребывала в шоковом состоянии. Все молчали и тупо смотрели на Према, стоящего в центре. Он всё ещё не решался полностью приоткрыть глаза, виновато смотря в пол. Губа неприятно саднила, а во рту ощущался солоноватый привкус. Он непроизвольно приложил ладонь ко рту, затем посмотрел на неё, замечая кровь на собственных пальцах. Прем обратил внимание, что на вечеринку Бун надел кольца, но никак не ожидал, что одно из них проедется прямо по его лицу.       Губа пульсировала, но боль, которую он ощущал, казалось, исходила вовсе не от неё. Эта боль раздирала на части разорванное в клочья сердце, что билось теперь раненой птицей в грудной клетке, мешая вздохнуть полной грудью. Тот, кого он безоглядно любил, смотрел на него с омерзением и ненавистью, а их первый поцелуй оставил лишь негативные эмоции и горькое послевкусие. Последняя надежда на восстановление отношений потерялась в гулком шуме перешептывающихся коллег, смотрящих на него с сожалением. Две девушки подошли к нему, пытаясь как-то утешить и чем-то помочь. Остальные же постарались перевести всё в шутку и продолжить вечеринку. Однако Прем больше не хотел оставаться со всеми.       Пока коллега пыталась найти аптечку, чтобы обработать разбитую губу парня, Прем достал мобильный телефон и вызвал такси. Больше ни минуты он не останется рядом с тем, кто так жёстко с ним обошёлся. Внутри пылал огонь разочарования и отчаянья. Хотелось кричать, чтобы как-то выпустить эмоции наружу, но он не мог этого сделать. Не здесь, не сейчас, не при всех этих людях, наблюдавших за его унижением.       Оказавшись наконец-то в машине, Прем немного успокоился и всю дорогу думал лишь о том, как ему быть дальше. Наверняка, Бун решит уволить его после случившегося, обязательно найдёт причину избавиться от него навсегда. Да и хотел ли он сам теперь оставаться рядом и ловить на себе осуждающий взгляд каждый день? Определённо нет. Но мысль о том, что он больше никогда не увидится с Буном, если уволится с работы, задевала за живое.       Поздней ночью он наконец-то добрался до дома. Просто упал на кровать и практически сразу вырубился.

***

      На следующий день, когда Бун наконец-то остался наедине с собственными мыслями и ощущениями, пришло осознание того, что произошло накануне. Сказать, что он был в растерянности, значит ничего не сказать. Произошедшее буквально выбило его из колеи, и теперь он мог признать, что определённо переступил черту дозволенного. Зачем, собственно, нужно было давать пощёчину? Да, он не сдержался. Был в ярости, но повёл себя слишком эмоционально, да ещё и у всех на виду.       Его подчинённые наверняка теперь думают о нём невесть что. Но главное, что если этот ненормальный решит обратиться в полицию и зафиксировать побои? Случилось всё при уйме свидетелей, среди которых наверняка найдётся тот, кто согласится всё подтвердить. Тогда ему уж точно светят проблемы на работе.       Чёрт! Кажется, на этот раз он действительно перегнул палку. Но что теперь можно было предпринять и как исправить ситуацию? Захотелось банально сходить в клуб и выпить чего-нибудь покрепче, забыться хоть на какое-то время и отключить перегруженный мозг. Благо, сегодня был выходной, поэтому он всё же решился и вечером отправился в бар неподалёку.       Приглушённый свет и монотонная музыка расслабляли и отвлекали от мыслей. Однако обдумать дальнейшие действия стоило хотя бы немного. Но для начала Бун расположился у барной стойки и сразу же заказал двойной виски. Осушив бокал одним махом, добавил ещё, а потом попросил бармена повторить. Когда голова затуманилась алкоголем, а картинка в глазах слегка поплыла, мысли о Преме внезапно накрыли с новой силой.       Теперь, под алкогольным градусом, что ломал собственные внутренние границы, он мог легко признаться в том, что злость, которую он выпустил, ударив Према, на самом деле была предназначена ему самому. Да, Бун злился на себя. Злился на собственные чувства, которые проросли внутри и не давали жить спокойно вот уже несколько лет. Чувства, которые он испытывал к человеку, предавшему его семью. Любить врага? Да это просто смешно! Ненависть — вот что стоило испытывать. Именно это он и выказывал тому при каждом удобном случае. Но внутренние терзания с каждым разом накатывали всё сильнее, а чувство вины увеличивалось в геометрической прогрессии.       Тяжело вздохнув, Бун развернулся всем корпусом, замечая знакомую фигуру у самого туалета. Вот это совпадение! Или судьба всё же даёт ему шанс? Возле уборной стоял Прем и, судя по тому, как тот выглядел, успел уже изрядно накидаться. Возможно, так будет даже проще, ведь Бун намеревался пересилить себя и попросить прощения за случившееся на вечеринке. Допив одним глотком оставшийся виски в стакане, он приподнялся и направился прямиком к подчинённому.       Однако за несколько шагов до приближения неизвестный мужчина бесцеремонно втащил парня в помещение, грубо лапая того за задницу. Бун недовольно нахмурился, сразу же определяя намерения наглеца. И, судя по лёгким, но всё же сопротивлениям Према, желания его были далеко не взаимные.       Начальник уверенно толкнул дверь и вошёл в уборную, ища глазами ввалившуюся парочку. Как он и ожидал, мужчина грубо припечатал Према к стене. Внутри Буна кипела злость и, кажется... ревность. Не дожидаясь, пока его попросят о помощи, грубо оттащил неприятного типа, откидывая в сторону. Прем же тихо съехал спиной по стеночке и присел на пол. Ноги абсолютно не держали его, а в голове стоял опьяняющий туман.       — Чего тебе надо, придурок? — нагло выпалил мужчина.       — Вали отсюда, уёбок! – рявкнул Бун.       — Чего? Твоя, что ли, жёнушка? — противно заржал мужчина.       — Я тебе мозги уебу, если ты не исчезнешь, урод! — Кажется, Буна оба варианта событий сейчас более чем устраивали. Злость и ярость рвались наружу, и драка была бы как раз кстати. — Хочешь проверить?       — Да ладно, ладно, чувак. Не очень то и надо было.       С этими словами чужак мгновенно скрылся за дверьми. Бун же взглянул на развалившегося на полу подчинённого. Осторожно подойдя ближе, аккуратно подхватил того за талию и медленно потянул вверх, снова поднимая на ноги. Тело парня не слушалось, поэтому он лишь повис на начальнике, прижимаясь ещё плотнее.       — Чего ты так напился то? — нервно пробурчал тот, ощущая тяжесть чужого расслабленного тела на себе. — Мечтаешь снова попасть в неприятности?       — Бун... — внезапно прошептал Прем, утыкаясь прямо в чужую шею.       Парень явно был слишком пьян, чтобы понять, что происходит, ведь никогда раньше не позволял себе называть его просто Буном. Между ними всегда были только рабочие формальные обращения, позволяющие держать дистанцию. Но сейчас Бун чувствовал отсутствие этих границ, отчего всё происходящее ощущалось каким-то нереальным.       Внезапно горячие мокрые губы мазнули по оголённой коже, и Бун почувствовал несильный укус в шею. Всё тело предательски отозвалось на незамысловатые прикосновения, и начальник непроизвольно простонал, ощущая волну возбуждения, накрывшую так молниеносно и неожиданно. Было ли в этом виновато количество выпитого в баре, или собственные чувства просто вырвались наружу? Одно он знал точно: ему сейчас это было очень нужно.       — Бун... — ещё раз произнёс Прем прямо в ухо, заставляя того слегка вздрогнуть.       После чего резко опустился перед ним на колени, уверенно расстёгивая ремень и ширинку на брюках начальника. Бун округлил от удивления глаза и снова непроизвольно хрипло простонал, ощущая, как чужие пальцы мягко смыкаются на его полувозбуждённом члене.