0x1=Crash

Зеркальная стена в танцевальном зале отражала фигуру Тэхёна, уставшего, но не сбавляющего темп. Из колонок лился мощный бит, а тело высекало в воздухе чёткие, отточенные до автоматизма линии. Он повторял связку снова и снова, ловя собственный взгляд в зеркале — строгий, собранный, почти безжалостный. В приоткрытую дверь заглянула Кира с двумя бумажными стаканчиками кофе в руках. Она молча наблюдала, дожидаясь, когда он закончит, зачарованная этим зрелищем силы и грации. Тэхён поймал её отражение в зеркале, и на его серьёзном лице тут же появилась улыбка. Он не остановился, но закончил движение с чуть большим артистичным шиком, чем требовалось, потом замер на секунду, выключая музыку пультом, и только тогда обернулся, тяжело дыша. — Мне показалось, или ты пытался произвести впечатление? — улыбнулась Кира, пересекая зал. — Получилось? — он улыбнулся в ответ, вытирая лицо полотенцем и направляясь к ней. — Это для меня? — Конечно, — она протянула стаканчик. — А этот для меня. Надеюсь, ты не против зрителя. — Я только за, — он сделал большой глоток и с наслаждением выдохнул. — Спасибо. В этот момент дверь снова открылась, и внутрь вкатилась волна смеха и болтовни. — О, Кира! — послышался хор голосов. — Наш талисман! — радостно воскликнул Ёнджун, его глаза сразу же засияли интересом. — Не хочешь присоединиться к разминке? — невинно спросил Тэхён, подходя к колонке. Он сменил мощный бит на лёгкий, чувственный R&B трек. — Ты же знаешь, что мои танцевальные навыки заканчиваются на ритмичном кивании головой под марш, — засмеялась она и стремительно развернулась. — Я, пожалуй, пойду. Не буду отвлекать вас, парни. Но не пройдя и несколько шагов, почувствовала, как её ладонь мягко перехватили и повели обратно. — Никогда не поздно научиться, — сказал Ёнджун, оставляя её в центре зала. — Давай, я покажу тебе базовую связку. Без сложностей. Тэхён мысленно его ударил. Зачем он вообще влез? — Я мастер простых движений. Смотри: раз-два, шаг в сторону, небольшое движение бедром. Элегантно и просто. Кира попробовала повторить и практически сразу сдалась. Собственные движения показались на контрасте с ним абсолютно неуклюжими, робкими. Из угла донёсся сдавленный хриплый смех Бомгю, который тут же превратился в приступ кашля. Субин с Каем беззвучно тряслись от смеха, отвернувшись к стене. — Видишь? Не так уж и сложно! — ободряюще улыбнулся Ёнджун, когда она с горем пополам неуверенно повторила связку. Тэхён наблюдал за этим со стороны, скрестив руки на груди. Его первоначальная игривость куда-то испарилась, взгляд стал прищуренным и слегка холодным. Он молча взял пульт и переключил музыку на еще более медленный трек. — Спасибо, Ёнджун-хён, — сухо сказал он, мягко, но настойчительно встраиваясь между ними и беря руки Киры в свои. — Но, думаю, со мной будет эффективнее. Ёнджун с понимающей ухмылкой отступил, подняв руки в знак капитуляции. Субин, Бомгю и Кай многозначительно переглянулись. — Ладно, ну и что делать? — вздохнула Кира, но в её глазах читалось облегчение. Тэхён встал позади неё, положив свои ладони на её талию: — Забудь всё, что он сказал. Просто слушай музыку. И меня. Его голос был тихим, предназначенным только для неё. Он начал двигать её бедрами вместе со своими, задавая медленный, плавный ритм. Деревянная неуклюжесть куда-то исчезла. Тело, чувствуя его уверенное руководство, начало расслабляться и поддаваться ритму. Она откинула голову ему на плечо, позволив вести себя. Это не было идеальным танцем, но это было удивительно грациозно и естественно — одно целое, движущееся в такт. — Вот видишь, — он прошептал ей прямо в ухо, — Ты можешь. Просто тебе нужен правильный партнер. Ёнджун молча наблюдал за ними с широкой ухмылкой, сидя на полу в позе зрителя, подперев голову руками. "Ох, уж эта ревность, не знающая границ." Кай сделал вид, что очень увлечён шнурками своих кроссовок. Субин и Бомгю украдкой поглядывали в их сторону, пытаясь сохранять невозмутимость. — Ну как? — тихо спросил он, уже не для зрителей. — Может, я всё-таки лучше буду водителем? — прошептала она в ответ, разворачиваясь к нему лицом и обвивая руками его шею. — Ты можешь быть кем захочешь. Главное — рядом со мной, — он плавно скользнул к её губам, но она мягко отстранилась. — Не сейчас, любимый. Из угла донёсся сдавленный вздох умиления от Ёнджуна. Он, поймав её взгляд, подмигнул и приложил руку к сердцу, делая вид, что смертельно ранен этой сценой. А потом раздалось небольшое покашливание Бомгю: — Тэ, прости, но если я сейчас не начну репетировать, я засну. Или расплачусь от умиления. — Ладно, ладно. Спасибо за терпение, — сказал он уже всей группе, нехотя отпуская Киру. И пока Тэхён снова погружался в танец, уже с новой энергией, она ловила его взгляд в зеркале. И он каждый раз отвечал ей тёплой, предназначенной только для неё улыбкой, в то время как остальные участники группы старательно делали вид, что ничего не замечают. Все кроме Ёнджуна, который продолжал наслаждаться спектаклем, который был лучше любого другого.

***

Зал для корпоративов был шикарен: низкое светодиодное освещение, стильные диваны, несколько длинных столов, ломящихся от изысканных закусок. Воздух гудел от смеха, музыки и звона бокалов. HYBE собрала свои коллективы для неформального отдыха. Атмосфера была расслабленной, но под поверхностью скрывалось море негласных правил и социальных динамик. TXT сидели за одним из столов с девушками из женских групп. Тэхён старался сохранять вежливую, но отстранённую улыбку. Его взгляд непроизвольно скользил по залу, выискивая единственного человека, который имел для него значение. Кира, в своей привычной роли водителя, сидела чуть поодаль в кругу менеджеров и координаторов. Она с теплой улыбкой наблюдала, как парни дурачатся, ловя время от времени взгляд Тэхёна. Он подмигивал ей украдкой, и по его лицу было видно, как он скучает по возможности быть с ней рядом открыто. И она так бы и сидела за соседним столом, среди технического персонала, если бы Ёнджун не привел её к ним за стол, шутливо представив "личным хранителем на колёсах". И теперь она сидела почти напротив Тэхёна и с видимым интересом слушала какую-то историю Ёнджуна. Всё было относительно спокойно, пока Соён из (G)I-DLE и та самая девушка, с которой Тэхён пытался забыть Киру три года назад, не скользнула на диван рядом с ним. Её улыбка была ослепительной и натренированной. — Тэхён-а, давно не виделись, — она томно протянула слова, наливая ему соджу в стакан. — Как поживаешь? — Всё хорошо, спасибо, — он кивнул, вежливо, но холодно. Его поза стала скованной. — Слышала, у вас камбэк? — она наклонилась чуть ближе, чем того требовала светская беседа, игнорируя остальных. Её ладонь мягко скользнула по его руке, лежавшей на столе. Тэхён почувствовал, как по спине бегут мурашки. Он мельком взглянул на Киру. Та не смотрела в его сторону, спокойно улыбаясь шутке Ёнджуна, но он знал — она всё видит и слышит. А когда поймал её взгляд, едва заметно поморщился: «Я не приглашал её!». Кира ответила едва уловимым, спокойным кивком. Мол, «я понимаю, всё в порядке». Она действительно не злилась, доверяя ему. — Знаешь, — Соён внезапно понизила голос, придав ему интимную, сладковато-ядовитую окраску, чтобы слышно было не только ему, но и половине стола. — Я до сих пор иногда вспоминаю те вечера. Ты был таким... нетерпеливым. Тэхён замер. Кровь отхлынула от лица. — Соён, я не думаю, что... — попытался он остановить её, но она уже играла на публику. — Ах, эти твои руки, — она снова томно вздохнула, глядя на его пальцы, сжимавшие стакан так, что костяшки побелели. — Такие нежные и... умелые. Я не могу забыть, как они... хм... Мы чуть не опоздали на выход. Помнишь? Было так хорошо. В воздухе повисла густая, неловкая тишина. Бомгю подавился соком. Субин резко откашлялся. Ёнджун смотрел на Соён с нескрываемым презрением. Лицо Тэхёна пылало алым румянцем унижения и ярости. Он чувствовал себя загнанным в угол. Это была наглая, рассчитанная ложь. Они ни разу не были настолько близки. Но как это доказать? Сказать при всех «Это неправда, мы только целовались»? Это прозвучало бы как жалкое оправдание и только раздуло бы скандал. Но самым ужасным было не это. Кира... больше не улыбалась и смотрела прямо на него. И в её глазах он увидел не гнев, не ревность, а вопрос. Тот самый вопрос, который он боялся больше всего на свете. Вопрос о его честности. О том, что он сказал ей в их первую брачную ночь. "Сегодня был... мой первый раз." Он видел, как этот фундамент абсолютного доверия, который они с таким трудом выстроили, дал трещину. И он был парализован. Не мог кричать, не мог оправдываться, оставалось только сидеть и краснеть под пристальными, жаждущими зрелища взглядами, чувствуя, как его будущее с самым дорогим человеком рушится из-за одной наглой, выдуманной истории. Соён, довольная произведённым эффектом, сладко улыбнулась и наконец отступила, оставив его одного в центре тихого скандала.

***

Дорога назад в машине повисла тяжёлым, гулким молчанием. Тэхён сидел на пассажирском сиденье и смотрел в тёмное окно, по которому стекали капли дождя. Он чувствовал каждый поворот, каждое переключение передач — движения Киры были чёткими, точными и безжалостно отстранёнными. — Поговори со мной... — его голос прозвучал почти шёпотом, разрывая плотную завесу тишины. Кира не ответила сразу, лишь бросила короткий взгляд в его сторону. — О чём? — её тон был ровным, профессиональным, будто она везла не своего мужа, а важного пассажира. Машина остановилась на красный свет. Она положила руки на руль, всё так же глядя на дорогу. — Ты злишься? — спросил он, уже почти зная ответ. — Да. Сердце Тэхёна упало. Слишком боялся этого. Он сглотнул, собираясь с силами. — На меня? Кира глубоко вздохнула. Свет сменился на зелёный, она тронулась с места, и только через несколько секунд тихо ответила: — На себя. Он недоуменно вскинул брови, повернувшись к ней. Это был не тот ответ, которого он ожидал. — За что? — За то, что допустила мысль... — она замолчала, подбирая слова, — ...что это могло быть правдой. Хотя бы на секунду. Он смотрел на её профиль, освещённый неоновым светом рекламы. На её сжатые губы, на сосредоточенный взгляд. — Прости, милый, — она наконец выдохнула, и в её голосе впервые за всю поездку появилась знакомая ему нежность, смешанная с усталостью. — Это было глупо. Я знаю, что ты не стал бы лгать о таком. Облегчение, хлынувшее на него, было таким сильным, что он на мгновение потерял дар речи, лишь молча протянул руку и положил свою ладонь поверх её, лежащей на рычаге коробки передач. Она перевернула свою руку и сжала его пальцы в ответ. — Она просто хотела поставить меня на место, — тихо сказала Кира. — Показать, что у неё было то, что есть у меня. Даже если это неправда. — У неё никогда не было и не будет того, что есть у нас, — твёрдо сказал Тэхён, целуя её пальцы. — Никогда. Машина мягко затормозила у их дома. Дождь за окном усиливался, заливая мир струями воды, за которыми никто не мог их увидеть. — Пошли домой, — сказала Кира, выключая зажигание. — Забудем этот вечер. Он кивнул, и в их глазах снова горела та самая любовь и уверенность, которые не могла отнять ни одна ложь на свете.

***

Кира вышла из ванной, закутанная в мягкий махровый халат, с полотенцем на голове. Воздух был наполнен паром и сладким ароматом геля для душа с ванилью и жасмином. Она направлялась в спальню, вытирая наспех кончики волос, но у самого входа её вдруг перехватили сильные руки. — Тэхён! Что ты делаешь? — рассмеялась она, когда он легонько подбросил её в воздух и тут же ловко поймал, как перышко. В ответ он только заливисто рассмеялся, низкий и счастливый смех, который шел прямо из груди. Он не отпускал её, продолжая кружить по комнате в медленном, импровизированном танце, прижимая к себе. — Держу в своих руках самое дорогое сокровище, — прошептал он, уткнувшись лицом в теплую ткань халата где-то в районе её груди. Его голос был приглушенным и бесконечно нежным. Кира застыла в его объятиях, перестав сопротивляться. В его тёмных глазах плясали искорки — смешные и в то же время полные такой бездонной нежности, что у неё перехватило дыхание. — Я даже был готов просить прощения за то, чего не делал, — тихо сказал он, останавливаясь посреди комнаты, но не отпуская её. — Готов был на колени встать, лишь бы не видеть твоей боли. Я ждал криков, ненависти, ледяного молчания... но ты... ты просто сразила меня наповал, моя королева. Твоя вера в меня... она... Он замолчал, не в силах подобрать слов, и просто прижал её крепче, как будто боялся, что она исчезнет. Он сказал это с таким обожанием, с такой беззащитной искренностью, что сердце Киры стремительно таяло, наполняя всё существо теплой, густой нежностью. Она мягко коснулась его щеки, проводя пальцами по его скуле. — Милый, как я могу кричать на человека, который доверил мне самое сокровенное и отдал мне своё сердце без остатка? И который знает, что моё сердце давно уже у него. Тэхён прижал её ещё крепче, зажмурившись: — Я люблю тебя. Знаю, что это звучит банально, но... иногда эти слова — единственные, что есть у меня в голове и в сердце, когда я с тобой. — Это не банально, — она поцеловала его в щёку, потом в уголок губ. — Это всё, что мне нужно слышать. Они стояли так посреди своей спальни, в тёплом круге света от ночника, залитые лунным светом из окна, и весь враждебный внешний мир остался где-то там, далеко за стенами их дома. Им было нужно только это — тихое пристанище в объятиях друг друга. И в тишине их спальни, под мягким светом ночника, весь неприятный вечер окончательно растворился, оставив после себя только тепло двух любящих сердец, бьющихся в унисон.