0x1=Crash

Ёнджун знал, что идея была не самой гениальной. Тихий ужин с Сохи в кафе на крыше, с видом на город, немного вина, немного смеха… и совсем чуть-чуть поцелуев. Он даже капюшон надел, и Сохи была в очках — не модель, а тень от модели. Всё было по плану и под контролем. До того момента, пока какой-то пронырливый человек с телефоном не щёлкнул их за бокалом. — Папарацци, — прошептала Сохи, не отводя взгляда от бокала. — Четыре метра за нами. Вон тот, с «инкогнито»-фейсом и курткой Balenciaga прошлого сезона. Ёнджун выругался про себя. — План "бежать как в дешёвой дораме"? — спросил он. — Придётся. Пробегая улицы, они нырнули в переулок и вбежали в клуб через запасной вход — тёмный, шумный, с липкими полами и тяжёлым битом. Ёнджун выглядел как парень, который сбежал с репетиции и потерял стилиста по дороге. Сохи — словно случайно сошла с обложки. Он держал её за руку, оглядываясь: — Мы как будто в фильме. — Только с худшим освещением, — отозвалась она, поправляя очки, которые уже давно были бессмысленны. Ёнджун отступил в темноту у стены, достал телефон и набрал номер: — Кира? Нам нужна эвакуация. Срочно. Клуб "Mercury", через чёрный ход. — Ёнджун, неугомонная ты моя звезда, — раздался в трубке усталый голос. — Ваша любовь с приключениями когда-нибудь доведёт меня до седых волос. — Ну, пожалуйста. Без тебя мы тут встрянем. — Буду через 10 минут. Держитесь.

***

Спустя семь минут черный внедорожник остановился с такой скоростью, что из-под шин чуть не вылетела искра. Кира выскочила из машины и побежала в клуб, буквально рассталкивая танцующую толпу. Она ринулась на второй этаж и пробежала по слабо освещенному коридору, доставая телефон, чтобы набрать Ёнджуна, но услышала его радостный возглас: — Кира, мы здесь! — Сюда! Быстро! — махнула она им рукой, пропуская в одну из пустых комнат. — Ты выглядишь, как будто на миссии по спасению разведчика. — Я работаю с тобой. Я всегда на миссии. Она сунула в руки Сохи пакет: — Переодевайся. Быстро, без вопросов. Там простое худи и шорты. Ничего гламурного. — А я? — спросил Ёнджун. — У тебя лицо как у манекена — просто надень очки и не улыбайся. Сохи кивнула, скрываясь в уборной. Кира повернулась к Ёнджуну: — Ты — со мной. Сейчас выведу тебя через технический коридор. Голова вниз, лицо не поднимать, понял? — Есть, капитан. — Продолжишь язвить — оставлю. — Обожаю твою поддержку, — усмехнулся он. — Это не поддержка. Это выговор по дороге к безопасности. Они пробирались через склад, мимо ящиков, хранящих, по словам Киры, «все оттенки плесени», пока снаружи кто-то не крикнул: «Там! Это же Ёнджун!» За поворотом парковки пришлось ускориться. — Сиди тихо, — она толкнула его в машину, как чемодан с экспресс-доставкой. — А Сохи? — успел крикнуть он из салона. — Иду за ней. И не геройствуй.

***

Сохи вышла из комнаты уже в коротком худи и шортах и курткой Киры поверх. Она собиралась было двинуться по коридору навстречу Кире, но к ней подошли трое молодых, подвыпивших парней. — Потерялась, крошка? Может, составишь нам компанию? — Нет, спасибо, — коротко ответила Сохи, стараясь обогнуть их по дуге. Но они преградили путь. Один наклонился ближе: — Слышь, ты похожа на ту модель... как её? Может, сфоткаемся? Кира едва поспевала в новый центр событий. — Она сказала "нет". — А ты кто? — Уставшая, голодная и очень, очень злая женщина. Второй усмехнулся и сделал шаг ближе. — А ты тоже ничего, — и потянулся к ней. Она увернулась. — У тебя в коленке есть кость. Она тебе дорога? — Что?... ААА! МОЁ КОЛЕНО! Он опустился на пол, как драматичный лебедь. — Полегче, леди... Второму в солнечное сплетение. Третий закричал: — Ты чокнутая?! Я вызову охрану! — Обязательно вызови! Скажи, что тебе наступила на эго женщина в балетках! — она подхватила Сохи за руку. — Бежим. — Я тебя обожаю! — успела крикнуть Сохи, бросаясь за ней к выходу. Следом доносились крики, ругань, звук погони. Кира распахнула дверь фургона: — Быстро в салон! Кира развернулась — один из парней попытался схватить её за локоть. — Ой, ну зачем? — Кира ударила его сумкой по лицу, второй — получил подножку от Сохи. Они ввалились в машину одновременно с открытием дверей. Ёнджун с восторгом бросил: — А ты страшна в гневе. Кира включила фары и рванув с места, фыркнула: — А как ещё объяснить этим клубным малолеткам, — фыркнула она, поправляя зеркало, — что меня дома муж ждёт? Сохи рассмеялась. Потом посмотрела на Ёнджуна. Он — на неё. И в этом коротком взгляде было всё: адреналин, облегчение… и крошечная искра, что даже среди всего этого хаоса у них что-то может получиться. — Спасибо, — тихо сказал Ёнджун. Кира лишь кивнула, не отрываясь от дороги. — В следующий раз я приеду в пижаме. Они снова рассмеялись. А город снаружи, казалось, впервые за вечер стал чуть спокойнее.

***

Часы почти били полночь, когда Кира осторожно закрыла дверь. На цыпочках прошла через прихожую, скинула куртку, с облегчением сбросила обувь. — Кира. Голос прозвучал из полумрака гостиной. Она замерла, как ребёнок, застуканный на месте преступления. Тэхён сидел в кресле, в пижаме, с пледом на плечах и ноутбуком на коленях. Глаза — тревожные. В руке — кружка, давно остывшего чая. — Где ты была? — спросил он спокойно, но слишком уж ровно. Кира вздохнула. — Сверхурочная работа, милый. Он встал. Медленно подошёл ближе. Вдохнул. Моргнул. — Почему ты пахнешь мужским одеколоном? Кира моргнула. Потом усмехнулась. — Потому что я вытаскивала одного идиота в пальто с "Dior Homme" через чёрный ход, когда нас чуть не поймали пьяные дети из TikTok. Она подошла ближе, положила ладони на его грудь. — Можешь понюхать снова. Там ещё немного адреналина и разбитой коленки одного слишком настырного парня. Тэхён приподнял бровь. — Ты снова кому-то била колени? — Только одно. Неаккуратно. — Угу, — он выдохнул и притянул её к себе в объятие. — Я волновался. — Знаю. — Ты цела? — Конечно, — Кира уткнулась ему в плечо. Впервые за день выдохнула по-настоящему. — А ты? Ты в порядке? — Был. Пока не почувствовал чужой одеколон. Они рассмеялись в голос. А потом Тэхён отвлекся на пришедшее от Ёнджуна сообщение и прошептал: — Следующий раз просто скажи мне, что идёшь спасать любовников с нервным срывом. Я не буду мешать. Даже соберу тебе рюкзак. — И положишь туда биту? — Нет. Аптечку. На случай, если ты всё-таки кого-то сломаешь неудачно. Кира кивнула. — Мудро. Они стояли так ещё минуту. Потом Тэхён зевнул. — Пошли спать, спецагент. — Сначала — душ и... — И поцелуй. — Обязательно. Только не удивляйся, если он тоже пахнет "Dior Homme". Тэхён закатил глаза, но уже спокойно улыбался.

***

Наутро небо было бледным, как лицо стажёра, случайно сливающего новый трек за день до релиза. «КТО ОНА? Чхве Ёнджун в компании таинственной девушки. Камеры зафиксировали бегство!» «Топ-модель и айдол: свидание или скандал?» «Ёнджун в клубе. Не с менеджером. Не с охраной. С кем?!» «Схватка в клубе: кто ударил сына прокурора в колено?!» «Новая пара или конец карьеры?» Ёнджун сидел в конференц-зале агентства. Перед ним был ноутбук. В Zoom — 4 отдела, включая PR, юридический отдел и человека, который только вчера утверждал съёмку нового аромата «Для него — кто всегда скрывается в тенях». В углу зала, в своём кресле, сидел Бан Шихёк. Тот, кто может издавать звук «хм» так, что после этого хочется переписать всё детство и поступить в армию досрочно. — Ты не хочешь рассказать нам, — спокойно начал он, складывая руки на животе, — зачем ты был в клубе с моделью, лицо которой сейчас во всех мировых таблоидах? Ёнджун глотнул воду. Вода, кстати, тоже дрожала. — Это была неофициальная встреча. — С камерой, дракой и Кирой, которая, кажется, пробила колено ребёнку министра обороны. — Это был взрослый парень! — с надеждой вставил PR-менеджер. — Который теперь подает в суд, — добавил юрист. — И в интервью сказал: «меня сбила с ног какая-то бессердечная инностранка, у которой в глазах была гроза». Кира молча пила кофе в углу и прыснула со смеху, но быстро вернула себе беспристрастное выражение лица. — Он пытался схватить модель, — сухо произнесла она. — Я просто объяснила ему границы человеческих прав. Бан Шихёк даже не моргнул. — Мне нравится твоя интерпретация закона. — И, кстати, он не знает моего имени, да и лицо, скорее всего, не запомнил. — Звучит неплохо. Он повернулся к Ёнджуну: — Итак. У нас: ты, модель, клуб, драка, СМИ, камеры. Отрицать не выйдет. Что ты собираешься делать? Ёнджун посмотрел в окно. — Жить. Пауза. — Конкретнее? — Мы уже встречаемся. Несколько месяцев. Но держали это в тайне. Потому что я думал, что если скажу, мир разрушится. И… мир разрушился. Только громче, чем я ожидал. Бан Шихёк посмотрел прямо. — Ты её любишь? Ёнджун замер. — Да. — Тогда, — сказал глава агентства, откидываясь в кресле и складывая пальцы в замок, — сделай так, чтобы каждый снимок выглядел как реклама вашей искренности. Если уж быть в новостях — то со светом, тоном и правдой, которую нельзя опровергнуть. Он поднялся с кресла. — А ещё... через два часа у тебя съёмка с Dior. Надень что-то драматичное. Пусть публика почувствует: ты влюблён, но всё ещё опасен. И вышел, хлопнув дверью без усилия, но с эффектом землетрясения.

***

Сохи, спрятавшись за стойкой визажиста, читает новости и улыбается. К ней подходит Ёнджун — в кожаном пальто, с глазами, как у человека, который прошёл через медиа-битву и вышел со щитом. — Ты это видел? — показывает она. — "Новая королевская пара K-индустрии?" Он наклоняется к ней: — А ты видела, что фанаты уже нарисовали фанарт, где мы с тобой в космосе? И у тебя плащ из света? — Плащ мне идёт, — серьезно говорит она. — А мне — ты. И в этот момент где-то за кадром оператор просит: «Ёнджун, камера. Можешь смотреть в объектив, как будто прячешь любовь под кожей?» Он смотрит и улыбается да так, что все камеры мира уже проиграли.