Ахиллесова пята

На следующий день после сессии Фаенон присылает ему фотографию своих ягодиц с подписью «уже заживают». Мидей соврал бы, если бы сказал, что у него не встал. *** Пожар на восьмом этаже. В здании как минимум двое гражданских, включая семилетнего ребенка. От запаха гари глаза слезятся даже сквозь маску. Мидей умеет адекватно оценивать обстановку и просчитывать наперед, но сейчас даже он в смятении. Фаенон на расстоянии вытянутой руки тяжело и часто дышит. Они торчат внутри уже минут десять, и это слишком. Жар настолько невыносимый, что костюм буквально приплавляется к телу. — Нужно уходить! — орет Мидей. Стальные конструкции над ними опасно трещат, и если упадут, то явно раздавят обоих без минимального шанса на выживание, но Фаенон, кажется, совсем этого не замечает, — с упорством, достойным самого доблестного воина, он пробивается вперед. Дым сгущается плотным маревом так, что даже собственные пальцы с трудом различишь, а он все равно рвется на рожон. Придурок. — Фаенон! — Мидей тянется вперед, намереваясь ухватить напарника за край куртки, но не успевает. Пол между ними рушится, отрезая Фаенону путь к отступлению. — Блять! — рычит Мидей. Рация трещит, а затем из динамика доносится голос Трибби. — Мидейчик, вам нужно убираться оттуда! — предупреждает она. — Знаю! — орет Мидей, руками отмахиваясь от волн жара. «Чертов придурок», ругается он про себя. За плотной черной завесой фигуры Фаенона совсем не видно, и это пугает до усрачки. Подойдя ближе к дыре в полу, Мидей прикидывает возможность преодолеть её одним прыжком. «Не выйдет. Точно не выйдет». Отверстие слишком широкое, а если он сорвется вниз, — пиши пропало. — Фаенон! — зовет Мидей, стараясь вложить в голос всю имеющуюся у него силу. Никакого ответа. Слышно только как где-то падают балки. Ебаный пиздец. Чертыхнувшись, Мидей бежит к пожарной лестнице, и едва ли не со скоростью света спускается вниз, где уже ждут остальные члены команды. Он срывает маску и, вдохнув побольше воздуха, кричит: — Двое гражданских на восьмом этаже! С ними капитан отряда! Нужна помощь с воздуха! Трибби бледнеет, а затем бросается к машине, вызывая подкрепление. Через несколько минут, за которые Мидей успевает поседеть, в воздухе появляется вертолет. Трибби раздает указания, в перерывах пытаясь связаться с Фаеноном по рации. Тот все еще не отвечает, и это просто пиздец. Мидей ненавидит все это дерьмо. Каждый гребанный раз, когда ситуация выходит из-под контроля, Фаенон поступает именно так — глупо, опрометчиво, но до тошноты смело. Придурок. Чертов идиот. Мидей готов придушить его своими руками, а затем запереть в самом глубоком подвале, чтобы точно больше никуда не совался. Это третий, ровно третий раз за месяц, когда Фаенон пытается самоубиться. Рация Трибби трещит, а потом из динамика доносится усталый голос Фаенона. Мидей ненавидит себя за то, какую волну облегчения испытывает от этого звука. И пусть желание прибить Фаенона все ещё скребет черепную коробку, куда важнее то, что он жив. *** Фаенон останавливается у его стола, слегка понурив голову. — Слушай, — начинает он. — Мы ведь… То есть я хотел спросить… У нас все в силе? Я могу прийти сегодня вечером? Про себя Мидей довольно ухмыляется, но виду не подает. Честно говоря, он все ещё ужасно злится. После недавнего инцидента Фаенон вел себя как ни в чем не бывало — веселился, улыбался так, будто ничего не случилось. Будто это не он едва не умер, пожертвовав своей жизнью. — В силе, — сухо отвечает Мидей, не поднимая глаз. — Правда?! В голосе Фаенона слышится щенячий восторг, и Мидею до одури хочется взглянуть на него, но гордость не позволяет. — Ага, — холодно произносит Мидей. — Что ж, — несколько секунд Фаенон неловко топчется на месте, — тогда я рад, — наконец говорит он. — Увидимся вечером! Когда он уходит, Мидей все-таки позволяет себе взглянуть вслед удаляющейся фигуре. Солнечное сплетение сводит от внезапного порыва нагнать, прижать к себе, а затем накричать до сорванных связок, но Мидей обрубает все на корню. Не его это дело. Совсем не его. *** — Привет! — Фаенон врывается в квартиру, принося с собой запах дождя и мокрой земли. — Прости, немного опоздал, пробки, сам понимаешь, — тут же принимается оправдываться он. Мидей только хмыкает. Сегодня он собирается отыграться по полной. И пусть рабочие отношения не должны влиять на личные, он всё-таки готов позволить себе маленькую месть. — Сразу начнем? — спрашивает Фаенон, проходя в гостиную. — А что? Предлагаешь сначала выпить чаю? — язвит Мидей. — Нет, я просто… — на щеках Фаенона проступает розоватый румянец. — Просто подумал, что, возможно, ты хочешь поговорить, и всё такое, — бормочет он. «Говорить нужно было раньше», думает Мидей, распахивая дверь в спальню. — Не хочу, — уверенно отвечает он. — Входи. Фаенон быстро кивает и проскальзывает в полумрак, на ходу стягивая толстовку. «Сегодня он слегка на взводе, поэтому пару минут придётся потратить на расслабление», решает Мидей, внимательно наблюдая за тем, как Фаенон избавляется от одежды. — Скажи, когда будешь готов, — бросает Мидей, натягивая перчатки. Фаенон не заставляет долго ждать, и уже через минуту зовет его. — Сэр. Обернувшись, Мидей с удивлением замечает стоящего на коленях Фаенона. Руки за спиной, плечи расправлены, колени сведены — прямо-таки пример для подражания. Сыто ухмыльнувшись, Мидей делает шаг вперед. «Возможно, тратить время на расслабление не придется», думает он. — Твой цвет? — спрашивает он, чтобы убедиться, что все в порядке. — Зеленый, сэр, — уверенно произносит Фаенон. — Очень хорошо, — Мидей кивает, подходя ещё ближе. Сегодня Фаенон не прячет глаз, открыто глядя на него в ответ, и это отчего-то ужасно заводит. В тусклом свете настенных светильников молочная кожа Фаенона кажется почти прозрачной, и Мидей не решается отказать себе в маленьком удовольствии, слегка касаясь щеки Фаенона. Тот льнет к нему, словно кот, доверчиво потираясь о протянутую руку. — Хороший мальчик, — улыбается Мидей, перемещая ладонь на его затылок. Пару секунд он просто играет с непослушными прядями у кромки шеи, а затем резко прихватывает их, сжимая в кулак. До этого ровное дыхание Фаенона мгновенно сбивается, и он шумно выдыхает через нос. — Открой рот, — приказывает Мидей, свободной рукой касаясь нижней губы Фаенона. Тот мгновенно подчиняется, впуская пальцы Мидея внутрь. Во рту Фаенона горячо и влажно. Рвано выдохнув, Мидей надавливает на язык, проталкивая пальцы в глотку. — Черт, — шепчет он, вынимая и погружая пальцы в узкое горло. — Ты отлично принимаешь меня. В уголках глаз Фаенона появляются едва заметные слезинки, а его лицо краснеет, словно от удушья, но в глубине голубоватых радужек Мидей безошибочно замечает наслаждение. — Как думаешь, — начинает Мидей, медленно вытягивая пальцы, — сможешь принять кое-что побольше? — он проводит мокрой от слюны ладонью по щеке Фаенона, оставляя на ней прозрачные разводы. Тот шумно выдыхает и подается вперед, лицом потираясь о его брюки. От неожиданности Мидей едва ли не стонет, но вовремя берет себя в руки, прикусывая язык. — Сэр, позвольте мне отсосать вам, — просит Фаенон, продолжая тереться о его пах. Член под тканью буквально каменеет, отчаянно желая вырваться наружу. Мидей прикрывает глаза и медленно выдыхает, считая до трех. Он слишком перевозбудился. — Это то, чего ты хочешь? — спрашивает он, когда Фаенон принимается целовать его внизу. — Да, сэр, прошу! — стонет тот, обдавая низ живота горячим дыханием. Закусив губу, Мидей щелкает пряжкой ремня, а затем сбрасывает штаны, оставаясь в одних боксерах, на которых уже заметно пятно от предэякулята. Изо рта Фаенона вырывается сдавленный всхлип, и он тянется к нему, но Мидей останавливает. — Не двигайся, — строго произносит он. — Ты получишь его, когда я скажу, — с этими словами он медленно стягивает трусы, обнажая истекающий смазкой член. Зрачки Фаенона расширяются, почти касаясь кромки радужек. По его телу проходит слабая дрожь, а в глазах появляется обжигающее вожделение. — Теперь можешь открыть рот, — разрешает Мидей, довольно ухмыляясь. Взгляд Фаенона скользит по его обнаженному телу тут и там, и Мидей почти физически ощущает, насколько сильно тот хочет его в себе. — Я попросил тебя открыть рот, — повторяет Мидей, а затем усиливает хватку на затылке Фаенона так, чтобы его голова слегка приподнялась. — Ты понимаешь? — Да, сэр, — шумно сглатывает Фаенон, тут же распахивая губы. — Очень хорошо, — кивает Мидей, прикипая взглядом к ниточке слюны, растянувшейся между зубами. — Не двигайся, — предупреждает он, плавно погружая член внутрь. Жар, исходящий из нутра Фаенона накрывает с головой, и Мидей позволяет себе коротко выругаться. Член упирается в заднюю стенку пульсирующей глотки. Тяжело втянув спертый воздух, Мидей толкается глубже. Горло спазматически сжимается, плотнее обхватывая головку, отчего Мидей рефлекторно тянет волосы Фаенона на себя, заставляя того прижаться еще ближе. Поймав подернутый дымкой возбуждения взгляд, Мидей рвано стонет, двигаясь назад, а затем снова вдалбливается в горячую глотку до самого основания. По щекам Фаенона катятся едва заметные слезинки, но он продолжает смотреть на него снизу вверх, ни разу не дернувшись. — Ты потрясающе принимаешь меня, солнце, — шепчет Мидей, поглаживая Фаенона по мокрым от пота волосам. В ответ тот простанывает что-то неразборчивое, отчего по всему телу Мидея проходит волна вибрации: она ударяет по нервам, заставляя его прижиматься к Фаенону еще ближе. — Прекрасен, — выдыхает Мидей, почти полностью выходя. Он мягко проводит головкой члена по покрасневшим губам, размазывая предэякулят по подбородку, а затем снова толкается внутрь, застывая в самой глубине обжигающе горячего горла. — Блять, — срывается с губ, когда Фаенон плотнее обхватывает его губами, заглядывая в глаза. Крепче ухватившись за волосы на затылке Фаенона, Мидей принимается быстро трахать его в глотку. Комната наполняется бесстыдными звуками. Слюна в уголках рта Фаенона вскипает, превращаясь в белую пену, и стекает по подбородку вниз — к шее. Мидей чувствует, как приближается разрядка. Поясница сжимается от резко накатившего удовольствия, а затем, толкнувшись так глубоко, как только возможно, Мидей бурно кончает. Мозг коротит от целого вороха ощущений, оргазм накрывает с головой так, что даже дышать не получается. Когда черная пелена спадает, Мидей с чмоканьем выходит изо рта Фаенона, отступая на шаг назад, чтобы получше рассмотреть результат своих трудов. Прижимаясь к полу дрожащими бедрами, Фаенон смотрит на него со смесью возбуждения и благоговения, густая, белесая слюна заливает подбородок, собираясь на груди и в ямочках ключиц. Красные от избыточной стимуляции губы слегка приоткрыты, а на щеке виднеется смазанный след от спермы. — Ты выглядишь невероятно, — шепчет Мидей, ощущая, как в груди разливается несравнимое ни с чем чувство полного удовлетворения. Фаенон шумно сглатывает, отчего мокрый от слюны кадык подскакивает вверх под полупрозрачной кожей. — Ты был так хорош для меня, — продолжает Мидей, делая шаг вперед, чтобы мягко провести ладонью по красноватой щеке. — Так хорош, — повторяет он. — Сэр, прошу, — Фаенон опускает взгляд, а затем слегка разводит ноги, демонстрируя собственное возбуждение. Мидей слегка хмурится. — О чем же ты просишь? — спрашивает он, делая вид, что не понимает. — Я… — Фаенон отчаянно заглядывает ему в глаза, потираясь мошонкой о пол. — Я очень возбужден, сэр. — Вижу, — губы Мидея растягиваются в улыбке, и он осторожно касается члена Фаенона мыском, отчего тот захлебывается воздухом. — Но пока слишком рано, — Мидей убирает ногу. Фаенон в отчаянии хватает его за руку, почти крича: — Прошу, сэр! Мидей одаривает его строгим взглядом. — Разве я разрешал тебе касаться меня? — холодно спрашивает он. Фаенон тут же отстраняется, виновато пряча глаза. — Я спросил, — повторяет Мидей, повышая голос, — разве я разрешил тебе касаться меня? — Нет, сэр, — сжимаясь, сипит Фаенон. — Твое неповиновение расстраивает меня, — задумчиво произносит Мидей, отходя к столику, на котором лежат заранее заготовленные наручники. — Как думаешь, стоит ли мне спускать с рук подобное поведение? — Нет, сэр, — облизнув губы, произносит Фаенон. Немного подумав, Мидей решает: — Ложись на кровать. Фаенон подчиняется, на коленях подползая к кровати, а затем укладываясь лицом вниз. Мидей не без удовольствия замечает, как его измученное удовольствием тело подрагивает от каждого легкого движения, создающего волну теплого воздуха. Он не планировал этого, но сейчас, все ещё ощущая фантомную злость, хочет воспользоваться ситуацией, чтобы хоть немного, хоть так, но отомстить. — Твой цвет? — уточняет он, неслышно поднимая наручники. — Зеленый, сэр, — выдыхает Фаенон в подушку. Его бедра дрожат, а пальцы на ногах поджимаются в предвкушении, и это заводит до чертиков. Мидей чувствует, как снова твердеет. — Очень хорошо, — хвалит он. — Сейчас я надену на тебя наручники, — объясняет Мидей, приближаясь. — Знаешь, что делать, если почувствуешь тревогу? — Да, сэр, — стонет Фаенон, подаваясь к нему тазом. Удовлетворенно ухмыльнувшись, Мидей одним движением переворачивает Фаенона на спину, отчего его возбужденный член ударяется о кубики пресса, оставляя на них белесые разводы. — Ты так возбужден, — сочувственно произносит Мидей, защелкивая наручники на запястьях Фаенона, а затем опускается ниже — к ногам, чтобы заковать лодыжки. Фаенон наблюдает за ним с нескрываемым интересом. Его дыхание — сплошной беспорядок — сбивчивое и рваное, словно у дикого зверя. — Потрясающе, — улыбается Мидей, закончив с обездвиживанием. — Теперь ты не сможешь двигаться, — он склоняется над Фаеноном, слегка прикусив сосок. От неожиданности тот вскрикивает, изгибаясь дугой, но Мидей быстро отстраняется, с приятным теплом наблюдая за расцветающим на бледной коже засосом. — Сейчас я переверну тебя, а затем мы немного поиграем, — говорит Мидей, снова отворачиваясь к столику. Давать Фаенону слишком много — не хочется. Они только начали, да и он еще явно не подошел к своему пределу выдержки. Кивнув самому себе, Мидей останавливает взгляд на анальной пробке с вибрацией. От мысли о том, как хорошо Фаенон будет смотреться с ней, как будет умолять его о большем, по телу проходит сладкая волна предвкушения. Перевернув Фаенона так, чтобы он стоял оперевшись на локти, ягодицами к нему, Мидей тянется за флакончиком смазки и, растерев ее между пальцами, чтобы жидкость достигла температуры тела, осторожно прикасается к дрожащему в предвкушении колечку мышц. Фаенон вздрагивает, рвано выдыхая в подушку и сильнее оттопыривает ягодицы. — Так хочешь получить награду? — Мидей ласково оглаживает бледную кожу. — Очень, сэр, прошу, — стонет Фаенон. Мягко смазав сжимающееся отверстие, Мидей поднимает пробку и аккуратно, шаг за шагом, проталкивает ее внутрь, медленно растягивая стенки кишечника. Фаенон вцепляется пальцами в простыни, тяжело дыша. — Прекрасно, — урчит Мидей, оглаживая дрожащую поясницу. — Ты отлично справляешься, — шепчет он, склоняясь к самому уху Фаенона. — Но это еще не все. С этими словами, Мидей отступает к столику и нажимает на кнопку включения на пульте, заставляя анальную пробку вибрировать. От неожиданности тело Фаенона почти подбрасывает. Он приподнимает голову, а из его рта вырывается протяжное: — Ах! Мидей довольно щурится, жалея только о том, что не имеет возможности видеть лицо Фаенона. — Сейчас я нанесу тебе десять ударов флоггером, — произносит он, обхватывая основание плети. — Твоя задача — считать вслух, понимаешь меня? — Да, сэр! — стонет Фаенон, оттопыривая зад. — Хорошо. Размахнувшись, Мидей ударяет Фаенона по ягодицам. Хвосты плети звонко соприкасаются с молочной кожей, оставляя на ней красноватые полосы. Прогнувшись в пояснице, Фаенон хрипит что-то в простыни. Его член болезненно пульсирует от стимуляции, то и дело касаясь мышц пресса. — О чем я попросил тебя? — строго спрашивает Мидей. — Считать, сэр! — вскрикивает Фаенон, когда плеть настигает его во второй раз. — Два! — тут же добавляет он. Три, четыре, пять, — Фаенона бьет мелкая дрожь, на ягодицах красными пятнами расцветают следы от ударов. Шесть, семь, восемь, — от множества ощущений Фаенона потряхивает, он быстро, рвано дышит, то и дело глядя на Мидея затуманенным взглядом из-за плеча. — Девять! Когда хлысты касаются его кожи, Фаенон замирает. Его пальцы сжимают простыни до хруста суставов, словно он сдерживается из последних сил. — Я позволю тебе кончить на десять, — рычит Мидей, занося руку. — Да, сэр! — Фаенон прогибается еще сильнее. Его ягодицы блестят от смазки и пота, а ноги дрожат так, словно в комнате минусовая температура. Выдохнув сквозь плотно сжатые зубы, Мидей наносит последний удар. Тело Фаенона замирает, а потом от макушки до самых пяток его прошивает волной неудержимого удовольствия. С громким, отчаянным стоном, вжимаясь в простыни, Фаенон кончает, пачкая все вокруг густой спермой. Пару секунд Мидей просто наблюдает за тем, как он бьется в оргазме, а когда последние судороги отступают, даря блаженное расслабление, подходит ближе, чтобы расстегнуть наручники и вынуть пробку. Аккуратно вытянув покрытую смазкой игрушку, Мидей высвобождает закостеневшие запястья, а затем проделывает то же самое с лодыжками. — Твой цвет? — успокаивающе спрашивает он, поглаживая Фаенона по голове. — Зеленый, сэр, — бормочет тот, расслабленно прикрывая глаза. — Замечательно, — шепчет Мидей, а затем поднимается, чтобы взять мокрое полотенце и бутылку воды. — Позволь мне позаботиться о тебе, ладно? — мягко спрашивает он, присаживаясь на край кровати. — Да, сэр, — не открывая глаз, бормочет Фаенон. После оргазма его тело напоминает податливую глину. Мидей осторожно стирает остатки спермы с живота и ключиц, а затем проходится по местам, где нежной кожи касались наручники. Фаенон довольно урчит, подставляясь под его движения. — Ты был очень хорош сегодня, — ласково приговаривает Мидей. — Так хорош для меня, — продолжает он, откупоривая тюбик с мазью. Растерев ее между пальцами, Мидей мягко касается покрасневшей кожи на ягодицах, не без удовольствия отмечая, что синяки, оставшиеся от прошлого дома почти сошли. Ебаный ублюдок. Когда-нибудь они непременно поговорят об этом, и тогда… Тогда, что? Мидей внезапно замирает, пораженный ходом собственных мыслей. Что он собирается сделать? Разве это его дело? Фаенон беспокойно ерзает, так что Мидей возвращается к нанесению мази, но его сознание больше не здесь. Теперь он играет в пинг-понг с собственным мозгом, пытаясь осознать, а что же, собственно говоря, происходит. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Мидей, закончив наносить мазь. — Восхитительно, — мурчит Фаенон, глядя на него из-под спадающей на лицо челки, которую ужасно хочется смахнуть в сторону, чтобы губами коснуться ровного лба. Мидей отказывает себе в этом. Они не влюблены. Секс-партнерство — это просто секс-партнерство, не более. Он не должен переступать эту черту, поддаваясь эмоциям от сессий. — Сейчас ты сделаешь три глотка воды, а затем вернешься ко мне, хорошо? — отстраненно спрашивает Мидей, протягивая Фаенону бутылку. Тот с готовностью приподнимается и жадно пьет, пока Мидей наблюдает за ходящим вверх-вниз кадыком, отчаянно желая впиться в него зубами, чтобы вырвать из и без того обессиленного Фаенона новый звук, так ласкающий его уши. — Фаенон? — отбросив лишние мысли, зовет Мидей. — Ага, — улыбается тот, возвращая ему бутылку. — Это было просто… — Фаенон откидывается на подушки, блаженно щурясь. — Просто офигенно. — Рад, что тебе понравилось, — сухо отрезает Мидей, поднимаясь. Задерживаться не стоит. Кто знает, чем все это может закончится, если он позволит себе лишнего. — Все в порядке? — спрашивает Фаенон, заметив перемену его настроения. — В полном, — все также сухо отвечает Мидей. — И кстати, тебе уже пора, — добавляет он под аккомпанемент отчаянно протестующего сердца.