Император Тейгу

Золотистые лучи утреннего солнца пробивались сквозь густую листву, окружавшую базу “Ночного Рейда”. Неделя после той ночи, когда Шелли узнала правду о Татисе, прошла в напряжённой подготовке к новым миссиям. Надженда, получив сведения от своих информаторов, созвала всех в главную комнату для обсуждения. — Новая цель, — она развернула карту столицы, указывая на район роскошных особняков. — Дайчи Кибо. Официально — успешный торговец предметами искусства. На деле — один из крупнейших поставщиков запрещённых наркотиков в Империи. Леоне присвистнула: — Знаю его. Многие в трущобах покупают его дрянь. Она убивает медленно, но верно. — Именно, — кивнула Надженда. — Он не только разрушает жизни простых людей, но и устраняет неугодных с помощью своих “особых смесей”. Есть подтвержденная информация, что несколько политических оппонентов Министра были отравлены именно его товарами. — Кто займётся этим делом? — спросил Лаббок, разминая пальцы, готовые управлять его Тейгу. — Тацуми и Булат, — ответила Надженда, переводя взгляд на названных. — Цель находится на роскошном корабле “Ласточка”, который сегодня вечером отплывает в круиз по императорскому каналу. Богатые гости, изысканные развлечения, и под всем этим — масштабная сделка по продаже новой партии наркотиков. Татис кивнул, сохраняя на лице выражение боевой решимости, хотя внутренне анализировал ситуацию с точки зрения наследного принца. Дайчи был не просто наркоторговцем — он был частью коррумпированной системы, выстроенной Министром. Его устранение нанесёт удар по этой системе и одновременно избавит народ от ядовитой отравы. — Возьмём его тихо, — произнёс Булат, положив руку на плечо Тацуми. — Никто и не заметит, как исчезнет эта крыса. Спустя несколько часов Татис и Булат расслаблялись в общественной бане в одном из центральных районов столицы. Их план был прост: отдохнуть, восстановить силы перед заданием, а также провести разведку — многие знатные клиенты Дайчи посещали эту баню перед вечерними развлечениями. Горячая вода обволакивала тело, снимая напряжение последних дней. Татис прикрыл глаза, наслаждаясь редким моментом покоя. — У тебя отличное телосложение, Тацуми, — заметил Булат, не скрывая восхищения. — Всего 19 лет, а выглядишь как опытный воин. Мускулатура, шрамы — всё говорит о тяжёлых тренировках. Татис слегка напрягся, но сохранил непринуждённое выражение лица. Да, его тело не соответствовало легенде о деревенском юноше. Годы тренировок с Михаэлем, безжалостные спарринги, подготовка к миссии возвращения трона — всё это отпечаталось на его коже историей шрамов и рельефом мускулов. — В деревне не забалуешь, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Охота, работа в поле, тренировки с мечом… Всего понемногу. Булат хмыкнул, явно не вполне удовлетворённый ответом, но решил не продолжать эту тему. — Сегодня будь особенно осторожен, — сказал он, понизив голос. — Что-то подсказывает мне, что это задание сложнее, чем кажется. Татис внимательно посмотрел на своего товарища. Булат был не просто сильным бойцом — за годы службы в Имперской армии он развил почти сверхъестественную интуицию на опасность. — Думаешь, нас ждёт ловушка? — тихо спросил он. — Возможно, — кивнул Булат. — Просто будь готов ко всему. И помни — что бы ни случилось, мы прикрываем друг друга. В это же время в Императорском дворце, в личной столовой юного Императора, происходил весьма странный диалог. Мальчик и грузный Министр сидели за столом, уставленным изысканными блюдами, но их внимание было сосредоточено на листе бумаги, лежащем между ними. — Я всё ещё не понимаю, — произнёс юный Император, ковыряя вилкой десерт, — почему вдруг генерал Эсдес заинтересовалась… любовью? Министр, с аппетитом поедая огромный кусок торта, вытер жир с подбородка дорогой салфеткой. — Ваше Величество, это вполне естественно, — ответил он с покровительственной улыбкой. — Каждый человек в определённый момент начинает интересоваться противоположным полом. И Эсдес, несмотря на всю её… уникальность, всё же женщина. Даже ей не чужды такие инстинкты. Он отрезал себе ещё кусок торта, продолжая: — Взять хотя бы генерала Грокса. Когда он уходил в отставку в прошлом году, сразу же взял себе десять наложниц! А ведь он был таким суровым солдафоном, многие думали, что он вообще не интересуется женщинами. Император задумчиво посмотрел на лежащий перед ним листок — тот самый список требований, который Эсдес представила как описание своего “идеального мужчины”. — Но найти человека, соответствующего всем этим требованиям, кажется невозможным, — заметил мальчик, вчитываясь в написанное. "Пять условий для «идеального мужчины» Достойный меня: Он должен иметь неограниченный потенциал, хочу лично воспитать из него нового Генерала.Он должен быть моложе меня, чтобы подчинялся.Он должен быть рождён за пределами столицы, как и я.У него должен быть опыт в охоте на опасных зверей.У него должна быть добрая искренняя улыбка." Император тяжело вздохнул: — Почти все, кого мы знаем, не проходят даже по первому пункту. Министр усмехнулся, отправляя в рот очередной кусок торта: — Эсдес — человек гордый. Она не примет того, кто слабее её, — он на мгновение задумался. — Хотя, учитывая, что сильнее Эсдес в Империи, пожалуй, никого нет, ей придётся довольствоваться кем-то… менее совершенным. В его голосе звучало удовлетворение — даже поиск любви для Эсдес был обречён на неудачу, а это значило, что её внимание останется сосредоточенным на служении Империи. Точнее — на служении ему, Министру, через марионетку-императора. Роскошный корабль “Ласточка” сиял сотнями огней, отражавшихся в тёмных водах императорского канала. Трёхпалубное судно было произведением искусства — резное дерево, позолота, мраморные статуи на носу и корме. За внешним великолепием скрывались потайные комнаты и тайники, где проворачивались грязные сделки. Татис и Булат проникли на борт незаметно, используя прибрежные тени и момент, когда команда была занята погрузкой последних ящиков с провизией. Булат активировал свой Тейгу, Инкурсио, становясь невидимым, а Татис следовал за ним, ориентируясь по едва заметным колебаниям воздуха. — Согласно данным разведки, Дайчи должен быть в главной каюте на верхней палубе, — прошептал Булат, когда они укрылись в тени за штабелем ящиков. — Сначала найдём его, затем уничтожим товар, и лишь потом займёмся целью. Татис кивнул, сжимая в руке рукоять своего оружия. Что-то в атмосфере корабля вызывало у него тревогу. Интуиция, отточенная годами выживания, кричала об опасности. Они начали передвигаться по коридорам, избегая встреч с охраной и гостями, которых становилось всё больше по мере приближения времени отплытия. Наконец, они добрались до верхней палубы и замерли перед резной дверью главной каюты. — Готов? — шепнул Булат, и Татис увидел, как воздух вокруг него слегка сгустился, выдавая очертания его фигуры в доспехах Инкурсио. — Готов, — коротко ответил он. Они ворвались внутрь одним слаженным движением, готовые встретить охрану и самого наркоторговца. Но вместо этого их встретила пустая комната, идеально чистая, без единого признака присутствия хозяина — ни личных вещей, ни документов, ни даже бокала с недопитым вином. — Ловушка, — выдохнул Булат, и в тот же миг дверь за их спинами с грохотом захлопнулась. Татис мгновенно развернулся, выхватывая свой Тейгу-револьвер, но было поздно. В воздухе перед ними возникли три фигуры — две женские, одна мужская, все в военной форме особого покроя, отмеченной символикой личной гвардии генерала Эсдес. — “Ночной Рейд”, — произнесла одна из женщин, молодая девушка с чёрными волосами и пустыми глазами, жующая что-то похожее на печенье. — Какая удача, что вы так легко попались. — “Три Зверя”, — процедил Булат, принимая боевую стойку. — Личная гвардия Эсдес. Татис внутренне похолодел. Он знал об этой группе — трёх особо отобранных воинах, прошедших личную подготовку у самой Эсдес. Каждый из них был владельцем Тейгу и опасным противником даже поодиночке. Дайдар — огромный мужчина с шрамами на лице, использующий Тейгу в виде боевого топора. Ливер. И Мьяу. — Так вот почему цель не появилась, — прошептал Булат. — Дайчи — всего лишь приманка. — Генерал Эсдес будет довольна, когда мы принесём ей ваши головы, — произнёс Дайдара, поднимая свой массивный топор. — Ничего личного, просто приказ. Татис и Булат обменялись быстрыми взглядами. Без слов они поняли план действий — Булат займётся Дариусом, как самым физически сильным. Битва началась без предупреждения. Дайдар обрушил свой топор на то место, где только что стоял Булат, но встретил лишь пустоту — Инкурсио увеличивал скорость своего владельца в несколько раз. Койя атаковала Татиса ледяными стрелами, но он увернулся и выстрелил из своего револьвера, вынуждая её отпрыгнуть в сторону. Мьяу оказался самым опасным противником. Бой превратился в хаос. Ограниченное пространство каюты, заполненное ледяными шипами, мертвецами и гигантом с топором, стало настоящей ареной смерти. Татис использовал все свои навыки, накопленные за годы тренировок. Каждый выстрел из его Тейгу находил цель. Булат тем временем сражался с Дариусом. Два могучих воина обменивались ударами такой силы, что стены каюты трещали от каждого столкновения их оружия. — Признаю, ты силён, — прохрипел Дариус, когда его топор вновь столкнулся с мечом Булата. — Но мы — элита Империи. Вы не можете победить. — Я был частью этой “элиты”, — ответил Булат, отражая очередной удар. — И знаю, что под маской силы скрывается лишь жестокость и коррупция. Минуты сражения растянулись в вечность. Татис чувствовал, как усталость начинает затруднять его движения. — Булат! — крикнул Татис, видя, как его товарищ пошатнулся. Увидев ранение Булата, в Татисе пробудилось нечто древнее, императорское — ярость защитника, ярость воина, ярость правителя, чьи подданные оказались под угрозой. Его глаза на мгновение вспыхнули алым, и движения стали столь быстрыми, что казались размытым пятном. Он выстрелил в Мьяу, попав ей прямо в грудь. Девушка отлетела к стене, её тело обмякло, а Тейгу выпал из ослабевших пальцев. Ливер, видя падение соратника, бросилась к Татису с отчаянным криком, создавая ледяной кинжал. Он встретил его ударом, настолько точным и мощным, что мужчина рухнул, не издав ни звука. Когда последний враг пал, Татис бросился к Булату. Тот уже сидел, прислонившись к стене, его дыхание было тяжёлым, а по губам стекала тонкая струйка крови. — Яд… — прошептал Булат. — Быстродействующий… У нас мало времени. Татис осмотрел рану — глубокая, с чёрными краями, явный признак сильного токсина. Простые методы здесь не помогут. — Нам нужно выбираться отсюда, — сказал он, поддерживая Булата. — Корабль скоро отплывёт, а нам нужна медицинская помощь. Они пробирались обратно, избегая столкновений с охраной и гостями, многие из которых уже слышали шум сражения и в панике покидали корабль. Добравшись до чёрного хода, они спустились по трапу к спасательным шлюпкам. Булат терял силы с каждым шагом. Когда они достигли шлюпки, он уже едва держался на ногах. Татис помог ему забраться внутрь и быстро спустил лодку на воду. Они отплыли на безопасное расстояние от корабля, и тут Булат потерял сознание. Татис, убедившись, что никто не видит их, тихо произнёс имя, которое обычно не произносил вслух: — Михаэль. Золотистое сияние прорезало ночную тьму, и крылатая фигура опустилась рядом со шлюпкой, зависнув в воздухе. — Мой принц, — Михаэль окинул взглядом ситуацию. — Ваш товарищ серьёзно ранен. — Помоги нам, — сказал Татис. — Доставь нас ближе к базе, но так, чтобы мне пришлось нести его некоторое расстояние пешком. Нельзя вызывать подозрений. Михаэль кивнул, поднимая шлюпку вместе с находящимися в ней людьми. Его могучие крылья разрезали ночной воздух, быстро перенося их к безопасному месту недалеко от базы “Ночного Рейда”. — Я могу немного замедлить действие яда, — сказал Михаэль, когда они опустились в лесной чаще. — Но полностью исцелить не в моих силах. Такие яды созданы людьми и требуют человеческих средств. Он коснулся раны Булата, и чернота немного отступила, а дыхание раненого стало ровнее. — Спасибо, — поблагодарил Татис. — Дальше я справлюсь. Последний километр до базы Татис нёс Булата на плечах, чувствуя, как тот постепенно приходит в сознание. Когда они были уже почти у цели, Булат открыл глаза. — Тацуми? — пробормотал он. — Ты… нёс меня всю дорогу? — А ты думал, я брошу тебя умирать? — прошипел Татис, частично от усталости, частично от раздражения таким вопросом. — Ты нужен мне и “Ночному Рейду”. Мы все… мы все команда. Булат слабо улыбнулся, его рука невольно скользнула по плечу Татиса: — Знаешь, ты удивительный парень… — НО Я НЕ ПРО ЛЮБОВЬ! — резко перебил его Татис, встряхивая плечами, чтобы сбросить руку. — ХВАТИТ МЕНЯ ЛАПАТЬ, Я НАТУРАЛ! Булат тихо рассмеялся, закашливаясь от боли: — Какой же ты прямолинейный… Но за это я тебя и уважаю. Они приближались к базе, и Татис знал, что впереди их ждёт тяжелая ночь борьбы за жизнь Булата. Но он был готов сделать всё возможное, чтобы спасти этого человека — не только потому, что тот был силен и полезен для его планов, но и потому, что за короткое время Булат стал для него настоящим товарищем, почти другом. “Три Зверя” пали, но Татис понимал, что это только начало. Эсдес не остановится, узнав о смерти своих элитных бойцов. Напротив, её гнев будет страшен, и охота на “Ночной Рейд” станет ещё более ожесточённой. Впереди обе стороны ждало ещё много потерь и страданий. Рассветное солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, окружавших замаскированную базу “Ночного Рейда”, расщепляя утренний воздух на полосы золотистого света и прохладные тени. Татис стоял на тренировочной площадке, наблюдая за Булатом, который с методичной точностью наносил удары по деревянному манекену. Капли пота стекали по лбу опытного воина, но его дыхание оставалось ровным, а движения — чёткими и отточенными, будто смертельный танец. “Невероятно,” подумал Татис, скрестив руки на груди. “Всего неделю назад он балансировал на грани жизни и смерти, а сегодня уже тренируется в полную силу.” Михаэль хорошо выполнил свою работу. Ангел-хранитель не мог полностью исцелить Булата из-за собственных ограничений — его сила была предназначена в первую очередь для защиты императорской семьи — но он сумел очистить кровь воина от большей части яда, давая время противоядию Шелли подействовать. Заметив наблюдающего Татиса, Булат остановился и повернулся к нему, на его лице проступила знакомая широкая улыбка. — Любуешься, Тацуми? — он подмигнул, вытирая пот с лица полотенцем. — Не стоит так смотреть, я могу неправильно понять. Татис не смог сдержать улыбку. Эта легкомысленная манера общения стала своеобразным ритуалом между ними. — Просто удивляюсь, как быстро ты восстановился, — ответил он, протягивая Булату фляжку с водой. — Большинство людей после такого ранения месяцами приходили бы в себя. Булат сделал глубокий глоток и утер губы тыльной стороной ладони. — Я не большинство людей, — в его глазах мелькнуло что-то серьезное. — К тому же, умереть так глупо… это было бы оскорблением для Инкурсио. Татис намеренно не упомянул о помощи Михаэля. Булат не знал — и не должен был знать — об истинной природе своего чудесного выздоровления. Татис позволил этому маленькому обману жить, как и многим другим, необходимым для поддержания его тщательно выстроенной легенды. Прохладный ветерок пронесся между ними, принося с собой запах свежеприготовленного завтрака. Леоне, скорее всего, уже накрывала на стол. — Пойдем? — Татис кивнул в сторону главного здания. — Шелли обещала приготовить свои особые тонизирующие блины. Говорит, они ускоряют восстановление. Булат хмыкнул. — Я бы предпочел твою стряпню. По крайней мере, она не пытается добавить в еду свои экспериментальные снадобья. Они двинулись к дому, шагая по влажной от росы траве. Утренний свет играл на металлических компонентах здания, превращая простую конструкцию в нечто почти волшебное. “Странно,” подумал Татис, глядя на своего наставника. “За этот короткий период он стал мне почти как брат. Возможно, именно так должен чувствовать себя принц, защищающий своих подданных — видеть в них не просто инструменты, а людей, заслуживающих заботы.” В большой общей комнате атмосфера была необычно оживленной. Леоне громко смеялась над чем-то, что сказал Лаббок, Майн спорила с Акаме о правильном способе чистки оружия, а Шелли, сосредоточенно хмурясь, переворачивала блины на большой сковороде. Когда Булат и Татис вошли, Шелли подняла взгляд, и её глаза на мгновение задержались на Татисе. В этом мимолетном взгляде промелькнуло столько — забота, привязанность, беспокойство, тайное знание, разделенное только между ними двоими. — Как раз вовремя, — сказала она, возвращаясь к своему занятию. — Садитесь, пока Леоне всё не съела. — Эй! — возмутилась Леоне, уже с полным ртом. — Я растущий организм! — Растущий вширь, — пробормотала Майн, но достаточно громко, чтобы все услышали. — От маленькой девочки слышу, — парировала Леоне, демонстративно выпячивая грудь. Акаме молча ела, методично уничтожая содержимое своей тарелки, словно выполняя еще одну миссию. В этот момент дверь отворилась, и в комнату вошла Надженда. Её механическая рука тихо жужжала при движении, а единственный глаз внимательно окинул собравшихся. Несмотря на утреннюю расслабленность обстановки, лидер “Ночного Рейда” всегда сохраняла некую военную выправку. Комната мгновенно стихла. Было что-то в осанке Надженды, в напряженности её плеч, что говорило о важных новостях. — Доброе утро всем, — её голос был спокоен, но с характерными командными нотками. — Закончите завтрак, у нас важный разговор. Татис поймал её взгляд и заметил едва различимый кивок — сигнал, который они отработали за это время. Что-то, касающееся их особого плана. Завтрак продолжился, но уже в атмосфере ожидания. Когда все закончили, Надженда встала у края стола. — У меня две новости, — начала она. — Во-первых, благодаря уничтожению Трёх Зверей нам удалось предотвратить масштабную карательную операцию против северных провинций. Тысячи жизней спасены. Её взгляд остановился на Татисе и Булате. — Вы должны гордиться собой. Особенно ты, Тацуми. Для новичка ты показываешь исключительные результаты. Татис скромно склонил голову, хотя внутри испытал искреннюю гордость — не за признание, а за реальное достижение. Спасение невинных жизней всегда было его истинной целью, даже если путь к трону требовал иногда жестоких решений. — Во-вторых, — продолжила Надженда, и её тон стал серьезнее, — я должна отправиться в путь. Одна. Комната наполнилась удивленными возгласами. Лаббок вскочил на ноги. — Босс, это слишком опасно! Позвольте мне сопровождать вас! Надженда подняла руку, призывая к тишине. — Это необходимо. Я должна доставить Тейгу, захваченные у Трёх Зверей, нашим союзникам в Революционной Армии. Кроме того, нам нужно пополнение. После… последних событий, — она деликатно не упомянула смерти прежних товарищей, — нам требуются новые силы. — Это задание только для меня, — её тон не допускал возражений. — Акаме остается за главную. Продолжайте миссии по списку, но избегайте прямой конфронтации с имперскими силами, особенно с Эсдес. Упоминание этого имени заставило воздух в комнате словно сгуститься. Даже Булат, обычно невозмутимый, нахмурился. — Когда вы вернетесь? — спросила Акаме, её красные глаза встретились с единственным глазом Надженды. — Через две недели, если всё пойдет по плану, — ответила лидер. — Держите базу в полной боевой готовности. Когда общее собрание закончилось, Надженда сделала едва заметный жест Татису, призывая его следовать за ней. Они встретились в её личном кабинете — небольшой, аскетично обставленной комнате с картой Империи на всю стену. Как только дверь закрылась, Надженда повернулась к нему, и её официальная маска лидера сменилась выражением глубокого уважения. — Мой принц, — тихо произнесла она, слегка склонив голову. — Во время моего отсутствия вы должны быть особенно осторожны. Татис кивнул, чувствуя странную неловкость, как всегда происходило, когда Надженда называла его настоящим титулом. — Вы действительно отправляетесь к Революционной Армии? — спросил он. — Да, но не только за этим, — ответила она, опираясь на свой рабочий стол. — Я встречусь с “Семерыми”. Пришло время координировать наши действия более тесно. Татис напрягся при упоминании своей личной гвардии — элитных воинов, которых он собирал по крупицам во время своего изгнания. — Они здесь? В столице? — Прибыли три дня назад, — подтвердила Надженда. — Рассредоточились согласно плану. Скоро они начнут занимать ключевые позиции. Татис медленно кивнул, осмысливая эту информацию. — А как насчет турнира? Решение принято? — Да, — серьезно ответила Надженда. — Ты отправишься туда как только я вернусь. Твоя легенда готова. Лаббок обеспечил безупречные документы для Райта Фаерхарта — наемника из южных земель с впечатляющей боевой историей. Татис задумчиво потер подбородок. — Эсдес… она действительно настолько опасна, как о ней говорят? Надженда на мгновение закрыла глаз, словно пытаясь сдержать нахлынувшие воспоминания. — Она хуже, — тихо ответила бывший генерал. — Я видела, как она заморозила озеро вместе с тремя сотнями беженцев просто потому, что среди них мог скрываться повстанец. Она не просто сильна — она наслаждается чужими страданиями. Предупреждение повисло в воздухе между ними. — Будьте осторожны, мой принц, — добавила Надженда. — Ваша жизнь принадлежит не только вам. Она — надежда Империи. Татис выпрямился, в его зеленых глазах на мгновение мелькнул красный отблеск — признак его особой генетической линии. — Я знаю свой долг, Надженда. И я не подведу. В тот же день, за много миль от базы “Ночного Рейда”, на окраине столичного военного кладбища стояла одинокая фигура. Эсдес, облаченная в белоснежную форму с золотыми эполетами, смотрела на три свежие могилы перед собой. Её ледяные голубые глаза не выражали скорби — лишь холодную сосредоточенность хищника, планирующего охоту. Легкий снег, неожиданный для этого времени года, кружился вокруг неё — побочный эффект её эмоционального состояния, который она даже не пыталась контролировать. — Вы были слабы, — её голос, как хрустальный лед, разбивался о могильные камни. — Потому и погибли. Пальцы Эсдес сжались на рукояти её меча — имперской реликвии, наполненной силой стихии холода. — Но вы были моими людьми, — продолжила она. — И я отомщу за вашу смерть. Не из сентиментальности, а потому что так требуют законы войны. Вокруг неё усилился снегопад, превращаясь в настоящую метель, ограниченную лишь пространством вокруг могил. — “Ночной Рейд”… — произнесла она, словно пробуя имя на вкус. — Я заморожу каждого из вас. Медленно. Так, чтобы вы чувствовали, как лед кристаллизует вашу кровь, вену за веной. В её голосе не было гнева — лишь клиническая точность обещания, которое она намеревалась исполнить с безжалостной эффективностью. Эсдес повернулась, снежный вихрь стих так же внезапно, как и начался. Её каблуки четко печатали шаг по брусчатке кладбищенской дорожки. “Турнир,” подумала она. “Я найду достойных заменить павших. И, возможно, найду нечто большее…” В её холодную улыбку не верилось, но где-то глубоко внутри неукротимого генерала теплилась странная надежда — на то, что среди претендентов найдется мужчина, достойный встать рядом с ней. Не как подчиненный, но как равный. Эта мысль была настолько чуждой её обычному мировоззрению, что Эсдес почти рассмеялась. Почти. Императрица Льда не смеялась. Она просто шла вперед, оставляя за собой иней на камнях дорожки и обещание неминуемого возмездия. Императорский дворец утопал в утреннем тумане, который серебристой вуалью окутывал величественные башни и изящные колоннады. В восточном крыле, отведённом под военный штаб, Эсдес стояла у массивного окна, наблюдая за тренировками дворцовой стражи. Её стройный силуэт оставался неподвижным, но ледяные глаза жадно впитывали каждое движение солдат внизу. “Слабы,” думала она, чувствуя знакомое разочарование. “Все они так предсказуемы, так ограничены своими человеческими слабостями.” Тонкие пальцы медленно скользили по гравированной рукояти её меча — Демонической Экстракции — Тейгу с силой абсолютного льда. Прикосновение к оружию всегда приносило странное успокоение, словно холод металла резонировал с ледяным сердцем внутри неё. — Генерал Эсдес, — послышался почтительный голос за её спиной. — Первые кандидаты прибыли. Она не обернулась, лишь слегка наклонила голову в знак того, что услышала. — В конференц-зале, как вы приказали. Все документы проверены. — Хорошо, — её голос звучал мелодично, что странно контрастировало с её репутацией. — Передайте им, что я скоро буду. Когда адъютант удалился, Эсдес наконец позволила тонкой улыбке коснуться своих губ. Не от радости — такое чувство было ей почти незнакомо. Это была улыбка охотника, предвкушающего интересную добычу. “Сегодня я создам новую силу,” размышляла она, направляясь к своей личной оружейной. “Моих новых ‘Егерей’. И, возможно…” Эсдес остановилась перед зеркалом, оценивающе разглядывая своё отражение. Безупречная красота, которая никогда не интересовала её саму. Инструмент, не более. Как и всё остальное. “…возможно, найду того, кто достоин встать рядом со мной.” Она взяла со стойки чёрную маску с серебряными вставками, закрывающую верхнюю половину лица, и аккуратно надела её. “Сначала — проверка силы. Потом всё остальное.” Вейв глубоко вдохнул морской воздух, прежде чем осознал, что находится в сотнях миль от побережья. Столичный воздух был тяжёлым, насыщенным запахами многотысячного города — специями с рыночных площадей, дымом из кузниц, ароматами дорогих духов знати и… чем-то неуловимо гнилостным, что, казалось, исходило от самих стен дворца. “Так отличается от флота,” подумал он, поправляя красный шарф с якорем — символ его личной справедливости. “Но именно здесь я могу принести настоящую пользу Империи.” Вейв был красивым, хорошо сложенным молодым человеком с короткими тёмно-синими волосами, цвета глубокого моря. Его синяя кожаная куртка поверх белой рубашки с одной синей полосой посередине выделяла его среди серой массы обычных солдат. Серые джинсы и тёмно-синие ботинки завершали образ человека, привыкшего к действию, а не к придворному этикету. За его спиной была закреплена Тейгу — Великолепный Грандшарион, скрытый в своей нерабочей форме. Оружие, выбравшее его за чистоту сердца и непоколебимую веру в справедливость. Следуя указателям по мраморным коридорам дворца, Вейв наконец остановился перед массивной дубовой дверью с табличкой “Конференц-зал №3”. Он сделал глубокий вдох, выпрямился и решительно открыл дверь. Первое, что он увидел, заставило его застыть на пороге. В центре комнаты сидел огромный мускулистый мужчина, полуобнажённый, в белом противогазе со швами и чёрными линиями над глазами. К противогазу крепилась скрученная ткань, а на запястьях виднелись массивные браслеты. Но самым впечатляющим были три параллельных шрама на груди — словно следы от когтей гигантского зверя. “Святые моря… Это что, пыточная?” пронеслось в голове Вейва. Он медленно закрыл дверь, сделал шаг назад и внимательно перечитал табличку. Нет, всё правильно — конференц-зал. Он снова открыл дверь и заставил себя войти. — Э… добрый день, — неуверенно произнёс он. Человек в маске повернулся к нему, и Вейв непроизвольно напрягся, готовый в любой момент активировать свою Тейгу. — Здравствуйте, — донёсся из-под маски неожиданно мягкий, почти застенчивый голос. — Вы тоже один из кандидатов? Контраст между устрашающей внешностью и робким тоном был настолько разительным, что Вейв на мгновение потерял дар речи. — Д-да, — наконец выдавил он. — Вейв, морской отряд особого назначения. — Болс, имперский пожарный корпус, — мужчина слегка склонил голову. — Приятно познакомиться. Вейв неуверенно кивнул и сел на достаточном расстоянии от странного собеседника. В комнате повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь тихим свистом воздуха, проходящего через фильтры противогаза Болса. Дверь снова открылась, и в комнату вошла миниатюрная девушка с чёрными волосами, собранными в два хвоста. Её красные глаза мельком окинули присутствующих, но гораздо больше внимания она уделяла бумажному пакету в своих руках. Невозмутимо пройдя к креслу, она плюхнулась в него и достала из пакета печенье. Вейв, пытаясь разрядить атмосферу, улыбнулся ей: — Привет! Я Вейв, а это Болс. Ты тоже кандидат в новый отряд? Девушка медленно повернулась к нему, продолжая жевать: — Куромэ, — лаконично представилась она. Затем, заметив, что взгляд Вейва задержался на пакете с печеньем, она резко прижала его к груди. — Не дам. Мои вкусняшки. Вейв поднял руки в примирительном жесте: — Да я и не просил… Дверь снова открылась, и в комнату вошёл элегантный молодой человек со светлыми русыми волосами и золотистыми глазами. Он был одет в белый халат поверх чёрной рубашки и брюк с коричневым поясом. За левым ухом виднелась булавка с пером, а на шее — аксессуар, напоминающий ошейник. — Доброго дня всем, — произнёс он мягким, приятным голосом. — Полагаю, мы все здесь по одному поводу? Меня зовут Ран. Следом за ним вошла энергичная девушка с короткими светломандариновыми волосами и жёлтыми глазами. Её яркая улыбка словно осветила комнату. — Приветики всем! Я Серью Убикитас! Рада знакомству! — она практически подпрыгивала от возбуждения, сжимая в руках странное существо, напоминающее собаку-игрушку. “Странная компания,” подумал Вейв, наблюдая, как Серью бережно гладит своего питомца. “Но каждый из них наверняка обладает выдающимися способностями, раз их вызвали сюда.” Последним в комнату вошел высокий мужчина с чёрными колючими волосами и голубыми глазами за очками. Его жёлтый костюм с синей рубашкой и галстуком выглядел безупречно, как и белоснежный халат поверх всего этого великолепия. Особенно поразило Вейва то, что вокруг вошедшего в воздухе кружились… лепестки роз? Он моргнул, не веря своим глазам, но нет — увлекаемые невидимым потоком воздуха, розовые лепестки действительно сопровождали каждый шаг мужчины. — Приветствую вас, коллеги, — произнёс он, изящно поправив очки. — Доктор Стайлиш к вашим услугам. Я вижу, мы все подготовились к этой встрече… стильно. Его взгляд задержался на противогазе Болса, и на его лице мелькнуло что-то вроде профессиональной оценки. — Интересный выбор аксессуара, мой уважаемый коллега. Авангардно и функционально. “Сумасшедший дом какой-то,” подумал Вейв, разглядывая собравшуюся компанию. Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вошла фигура в чёрном облегающем костюме. Лицо незнакомца скрывала серебристо-чёрная маска, не позволяющая разглядеть даже глаза. Без единого слова фигура встала перед собравшимися, оценивающе оглядела их… и атаковала. Движение было настолько стремительным, что Вейв едва успел среагировать. Он отскочил в сторону, уворачиваясь от удара, инстинктивно потянувшись к своей Тейгу. — Что происхо… — начал было он, но договорить не успел. Таинственная фигура уже оказалась рядом с Болсом, нанося сокрушительный удар. К удивлению Вейва, массивный мужчина в противогазе проявил поразительную реакцию, блокируя атаку и отвечая своим ударом, который незнакомец легко парировал. Куромэ, казалось, только этого и ждала. Она отложила свой пакет с печеньем и молниеносно выхватила два кинжала, скрытые в рукавах. С невозмутимым видом, словно это была обычная тренировка, она атаковала незнакомца сзади. Ран не отставал, активировав свою Тейгу — Тысячу Миль — и создав ураган из перьев, которые кружились вокруг, словно ища малейший просвет в обороне противника. Стайлиш с элегантной улыбкой отступил назад, наблюдая за происходящим. Серью, напротив, бросилась в бой с диким энтузиазмом, а её маленький питомец внезапно увеличился в размерах, демонстрируя ряды острых зубов. “Это проверка,” внезапно осознал Вейв. “Нас проверяют!” Он активировал Грандшарион, и его тело покрылось морской бронёй. С боевым кличем он присоединился к схватке, координируя свои атаки с остальными. Незнакомец двигался с нечеловеческой грацией и скоростью, уклоняясь от большинства атак и блокируя остальные. Вейв никогда не встречал такого мастерства. Кем бы ни был этот человек, он обладал боевыми навыками, выходящими за пределы обычных возможностей. Бой продолжался несколько минут — напряжённый, интенсивный танец атак, блоков и контратак. Никто из присутствующих не сдерживался, понимая важность момента. Решающий момент настал, когда Куромэ, воспользовавшись отвлекающей атакой Вейва, сумела провести молниеносный выпад. Её клинок прошёл в миллиметре от лица незнакомца, разрезав маску, которая с тихим звоном упала на пол. Все замерли, глядя на открывшееся лицо. Эсдес, генерал империи и сильнейший воин континента, улыбалась им — холодной, довольной улыбкой хищника. — Впечатляюще, — произнесла она, отбрасывая остатки маски. — Очень впечатляюще. Вейв почувствовал, как холодок пробежал по его спине. Знаменитая “Ледяная Королева”, генерал Эсдес, лично проверяла их боевые навыки! — Вы все показали себя достойно, — продолжила Эсдес, не выказывая ни малейших признаков усталости после напряжённого боя. — Особенно ты, — она кивнула Куромэ. — Хороший удар. Куромэ молча кивнула, доставая новое печенье из пакета, словно ничего особенного не произошло. Эсдес обошла комнату, останавливаясь перед каждым из них. — С этого момента вы — “Егери”. Элитный отряд под моим непосредственным командованием, — её голос был лишён эмоций, но глаза горели странным, почти голодным блеском. — Наша основная задача — уничтожение революционеров и, в первую очередь, “Ночного Рейда”. Она остановилась перед Серью, которая всё ещё сжимала своего питомца — Хекатонхейра, который уже вернулся к своей безобидной форме. — Я слышала, ты уже сталкивалась с двумя членами “Ночного Рейда”, — произнесла Эсдес с намёком на одобрение в голосе. Глаза Серью загорелись фанатичным блеском: — Да, генерал! Я сражалась с ними! Не смогла победить, но ранила одного! — она крепче прижала к себе Коро. — В следующий раз мы с Коро уничтожим этих злодеев! Эсдес позволила себе лёгкую улыбку: — Твой энтузиазм похвален. Они действительно опасны — недавно они убили моих “Трёх Зверей”. По комнате пронеслось напряжённое молчание. “Три Зверя” были легендарны своей силой и жестокостью. И “Ночной Рейд” смог их одолеть? — Именно поэтому я собрала вас, — продолжила Эсдес. — Каждый из вас владеет Тейгу. Каждый из вас — лучший в своей области. Вместе мы очистим Империю от этой заразы. Вейв выпрямился, чувствуя прилив гордости. Вот оно — его предназначение! Сражаться за справедливость, защищать Империю от террористов и убийц! — Мы не подведём вас, генерал! — произнёс он с искренним рвением. Эсдес посмотрела на него своими ледяными глазами, и Вейву показалось, что она заглядывает в самую его душу. — Я знаю, — просто ответила она. — Иначе бы вас здесь не было. Она повернулась к окну, глядя на раскинувшуюся внизу столицу. — Завтра мы начнём тренироваться как команда, — она сделала паузу. — А через десять дней нас ждёт особое задание. Готовьтесь. Серью в возбуждении подпрыгнула, сжимая Коро так сильно, что если бы он был обычным существом, то уже задохнулся бы: — Да! Наконец-то я смогу принести справедливость! — она погладила своего питомца. — Мы ведь хотим справедливости, правда, Коро? Существо тихо пискнуло, словно в знак согласия. Вейв обвёл взглядом своих новых товарищей по команде: загадочная Куромэ, вновь погружённая в свой мир вкусняшек; элегантный и спокойный Ран; пугающий внешне, но, кажется, добродушный Болс; эксцентричный доктор Стайлиш; энергичная и преданная Серью… и над всеми ними — легендарная Эсдес, чья сила и репутация не знали равных. “Странная команда,” подумал он. “Но мы будем сражаться за правое дело. Я в этом уверен.” За спиной Эсдес, в окне, солнце начало клониться к закату, окрашивая комнату в кроваво-красные тона. Этот день ознаменовал начало новой главы в истории Империи — рождение “Егерей”. И никто из присутствующих не мог предвидеть, какие испытания ждут их впереди, и как переплетутся их судьбы с судьбой “Ночного Рейда” и скрытого наследника императорского престола. Солнце медленно сползало за горизонт, окрашивая узкие столичные улицы в оттенки червонного золота. Старая книжная лавка Рэймонда Кейна, втиснутая между пекарней и скобяной лавкой, выглядела непримечательно — именно то, что нужно для тайного пункта связи между разрозненными союзниками. Колокольчик над дверью мелодично звякнул, когда Татис переступил порог. Запах старой бумаги, кожаных переплетов и свечного воска окутал его, принося странное ощущение покоя. Здесь, среди тысяч книг, хранящих историю Империи, он чувствовал себя ближе к своему истинному наследию. — Добро пожаловать в скромную обитель знаний, — раздался голос из глубины лавки. Рэймонд Кейн, мужчина средних лет с проседью в темных волосах, собранных в хвост, появился из-за высокого стеллажа. Его проницательные серые глаза мгновенно оживились при виде Татиса, хотя выражение лица осталось сдержанным. — Давненько не заглядывали, молодой человек, — произнес он обычным тоном книготорговца, хотя в его взгляде читалось почтение, скрытое от посторонних глаз. — Был занят, — просто ответил Татис, проходя вглубь лавки. В дальнем углу, за массивным дубовым столом, он заметил Лаббока, лениво перелистывающего страницы какого-то старинного фолианта. Леоне, расположившаяся на потёртом диванчике у окна, приветливо махнула рукой. Рэймонд тщательно запер входную дверь и перевернул табличку “Закрыто”. Затем, убедившись, что ставни на окнах надежно закрыты, он опустил тяжелые шторы. — Теперь мы можем говорить свободно, — произнес книготорговец, и его голос неуловимо изменился — исчезла напускная услужливость, появились командные нотки человека, привыкшего к серьезным делам. Татис кивнул, принимая изменение атмосферы: — Что у нас нового, Рэймонд? Леоне потянулась на диване, как большая кошка: — Ого, в такие моменты ты даже говоришь по-другому, Тацуми. Сразу видно — не простой деревенский парень. — Просто адаптируюсь к обстоятельствам, — ответил Татис с легкой улыбкой, мастерски сохраняя свой образ. — Итак, зачем вы меня позвали? Лаббок оторвался от книги, поправив свои защитные очки: — У нас есть интересные новости. Из дворца, — он многозначительно улыбнулся. — И возможность, которую было бы глупо упустить. Рэймонд достал из-под прилавка бутылку тёмного вина и четыре бокала: — Думаю, это стоит обсудить с комфортом. Когда все расположились вокруг низкого столика в задней части лавки, Рэймонд разлил вино — глубокого рубинового оттенка, наверняка из личных запасов, которые он берёг для особых случаев. — Эсдес, — начал Лаббок, делая глоток из бокала, — объявила о проведении турнира. — Турнира? — Татис слегка нахмурился. — С какой целью? — Официально — для пополнения элитных имперских подразделений, — Рэймонд медленно покачивал вино в бокале. — Неофициально — для формирования личного отряда под её командованием. “Егерей”, как я слышал. — Она уже собрала основной состав, — добавила Леоне, закидывая ноги на стол и игнорируя неодобрительный взгляд Рэймонда. — Но ходят слухи, что ей нужен ещё один участник. И не просто боец. Татис приподнял бровь, ожидая продолжения. — Скажем так, — Лаббок наклонился вперёд с лукавой улыбкой, — генерал Эсдес, кажется, ищет не только воина, но и… мужчину для себя. — Это абсурд, — отрезал Татис. — Но это правда, — спокойно возразил Рэймонд. — Мой источник в императорском дворце абсолютно надёжен. Эсдес действительно составила список качеств, которыми должен обладать её избранник. И победители турнира будут проходить… личное собеседование с ней. Татис задумчиво потёр подбородок: — И вы предлагаете мне участвовать в этом турнире? — Именно! — Леоне хлопнула ладонью по столу, заставив бокалы подпрыгнуть. — Представь, какие это открывает возможности! Внедрение в самое сердце вражеского стана! — К тому же, — добавил Лаббок, — призовой фонд впечатляет. Пятьсот золотых монет за первое место. Нам бы пригодились эти деньги для операций. Татис сделал глоток вина, обдумывая ситуацию. План был рискованным, но потенциально очень выгодным. Если ему удастся завоевать доверие Эсдес… — Сколько у нас времени на подготовку? — Три дня до начала турнира, — ответил Рэймонд. — Я подготовил документы на имя Райта Фаерхарта — наёмника из южных провинций. История безупречна, никто не заподозрит подвоха. — Тебе нужно только принять решение, — Леоне наклонилась к нему с озорной улыбкой. — К тому же, тебе не помешает развеяться. А то сидишь всё время на базе, никакого веселья! Она наигранно надула губы: — Я даже ревновать начинаю, когда вижу, как вы с Шелли воркуете… Может, мне тоже стоит быть поагрессивнее? Леоне игриво подмигнула, испытывая границы их дружеского общения. Татис ответил ей спокойным взглядом, в котором читалась мягкая, но твёрдая дистанция. — Пятьсот золотых, говоришь? — он повернулся к Лаббоку. — Неплохая сумма. — Как два наших обычных заказа, — кивнул тот. — И это не считая стратегических преимуществ. Татис сделал последний глоток вина и решительно поставил бокал на стол: — Хорошо. Я участвую в этом турнире. Подготовь всё необходимое, Рэймонд. Книготорговец уважительно кивнул: — Всё будет готово к утру, можешь не сомневаться. В то же время на базе “Ночного Рейда” Шелли сидела в своей комнате, вглядываясь в древний манускрипт, описывающий различные ядовитые растения Империи. Сосредоточиться было трудно — мысли то и дело возвращались к последним двум ночам, проведённым с Татисом. “Странно,” думала она, рассеянно водя пальцем по строчкам текста. “Раньше я никогда не чувствовала ничего подобного. Всё моё существование было подчинено работе, науке, мести… А теперь я не могу думать ни о чём другом.” Она закрыла глаза, вспоминая прикосновения его рук, жар его дыхания, тот особый взгляд — властный и нежный одновременно — которым он смотрел на неё в моменты близости. “Он такой… необычный,” размышляла она. “В нём есть что-то особенное, что-то, что выделяет его среди других. Неудивительно, что я так попалась.” Эти мысли тревожили её гораздо больше, чем она готова была признать даже самой себе. Шелли с детства привыкла полагаться на логику, на факты, на то, что можно измерить и проанализировать. Но чувства, которые вызывал в ней Татис, не поддавались рациональному анализу. Настолько глубоко она погрузилась в свои мысли, что не услышала, как открылась дверь её комнаты. — Шелли, ты здесь? Акаме спрашивает, не хочешь ли ты… — Майн остановилась на полуслове, увидев выражение лица подруги. На лице Шелли читалась такая мечтательность, такая открытая страсть, что Майн невольно покраснела. — Великие духи! — воскликнула розоволосая снайпер. — Посмотри на себя! Ты сидишь тут и буквально истекаешь желанием! Шелли вздрогнула от неожиданности, едва не уронив древний манускрипт. Её лицо мгновенно залилось ярким румянцем. — М-майн! — она попыталась принять обычное невозмутимое выражение, но безуспешно. — Я просто… изучала… редкие яды… Майн скептически скрестила руки на груди: — Да неужели? И поэтому у тебя такие горящие глаза и румянец до шеи? — она покачала головой. — Хватит уже с ума сходить по этому деревенщине! Что ты в нём нашла вообще? Шелли открыла рот, чтобы возразить, но вместо этого лишь беспомощно выдохнула. Что она могла сказать? Что за неуклюжими манерами новичка она разглядела нечто большее? Что ночами он превращается из скромного юноши в страстного, властного мужчину? — Ты не понимаешь, — наконец произнесла она, опуская взгляд. Майн нахмурилась, подходя ближе: — Тогда объясни мне. Потому что я вижу, как ты меняешься, и это меня беспокоит. Мы все рискуем жизнью каждый день, Шелли. Неосторожные эмоции — это прямой путь к ошибкам. А ошибки в нашем деле смертельны. В этом была правда, и Шелли знала это. Но она также знала то, чего не могла сказать — что её чувства к Татису вышли за рамки простого увлечения, став чем-то большим и глубоким. — Я знаю, с кем связалась, — тихо ответила она, поднимая взгляд на подругу. — Верь мне. Майн вздохнула, присаживаясь рядом: — Я волнуюсь за тебя, глупая. Для тебя всегда существовали только книги, яды и месть. А теперь вдруг появляется этот парень, и ты как с цепи сорвалась. Она взяла руку Шелли в свою: — Просто… будь осторожна, ладно? Береги своё сердце. Шелли слабо улыбнулась, тронутая неожиданной заботой обычно колючей Майн: — Обещаю. И… спасибо. Майн неловко кивнула и сменила тему: — Так вот, Акаме спрашивала, не хочешь ли ты помочь с ужином. Сегодня твоя очередь, вообще-то. — О! — Шелли вскочила на ноги, внезапно вспомнив о своих обязанностях. — Я совсем забыла! Майн закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку: — Как я и сказала — совсем голову потеряла. Вместе они направились на кухню, и только выйдя в коридор, Шелли вспомнила о древнем манускрипте, оставленном открытым на странице, описывающей афродизиаки имперского двора. Но возвращаться было уже поздно — если она это сделает, Майн точно что-то заподозрит. “Мне нужно быть осторожнее,” подумала Шелли. “Многое стоит на кону. Не только моё сердце, но и наша общая борьба.” Она выпрямила спину и ускорила шаг. Время для мечтаний прошло — наступило время действий. И первым шагом будет приготовление ужина, достойного её товарищей по оружию… и особенно того, кто занял прочное место в её сердце.