Цепочка триггеров

Утро следующего дня выдалось холодным и серым, но Нил уже встал и методично выполнял свои утренние ритуалы. Он двигался на автопилоте, мышцы слегка болели после ночной пробежки. Повторяющиеся движения: растяжка, чистка зубов, натягивание толстовки, давали ему возможность сосредоточиться на чем-то. Одевшись, он сел за стол перед раскрытым учебником, делая вид, что учится. На самом деле его мысли были далеко, он прокручивал в голове события последних нескольких дней. Он наконец-то разрушил империю Кенго Мориямы. Ичиро был под его контролем, и падение Рико было лишь вопросом времени. Нил должен был чувствовать себя победителем, даже триумфатором, но вместо этого его охватило смутное беспокойство. Его телефон завибрировал, нарушив тишину. Взглянув на экран, он увидел имя Стюарта. Нил помедлил, прежде чем ответить. — Дядя, — поприветствовал он нейтральным тоном. Послышался голос Стюарта, ровный и спокойный. — Натаниэль. Есть минутка? Нил нахмурился. — Да. Что происходит? — Я работал над твоим маленьким проектом по вызволению Жана Моро из Гнезда, — сказал Стюарт резким тоном. — Но все сложно. Даже несмотря на то, что империя Морияма в руинах, это место по-прежнему укреплено, как чертова военная база. Нил фыркнул, потирая затылок. — Я так и думал. Гнездо всегда было чем-то большим, чем просто тренировочным комплексом. Это практически крепость. — Крепость это или нет, но она не неприступна. Проблема в самом Жане. Малыш настолько привык к поводку Рико, что даже не думает о побеге. Он не видит никакой жизни за пределами Гнезда. Он слишком им предан. Челюсть Нила сжалась: — Он не предан. Он напуган. Вот в чем проблема. Если мы будем давить слишком сильно, он будет цепляться за Рико еще крепче. Мы должны заставить его понять, что свобода — это не очередная ловушка. Голос Стюарта немного смягчился. — Натаниэль, не все такие, как ты. Ты вырвался на свободу, потому что был готов рискнуть всем. Жан? Ему долгие годы говорили, что он ничто без Рико. Не так-то просто избавиться от такой установки. Нил прижал пальцы к вискам, борясь с разочарованием. — Я знаю. Но если мы ничего не предпримем, он никогда не выберется. Рико пережует его и в конце концов выплюнет. Я не могу просто оставить его там. — Тогда тебе придется найти способ связаться с ним. Убедить его, что жизнь на свободе — это не смертный приговор. Губы Нила искривились в горькой улыбке. — Он считает, что ошейник — это все, чего он заслуживает. Это будет тяжело, но мы не остановимся. У меня есть незаконченное дело с Рико, и я хочу убедиться, что он останется совсем один, когда придет время. Стюарт задумчиво хмыкнул. — Что ж, подумай об этом. А я тем временем продолжу искать лазейку. Но Натаниэль... — Да? — Если Жан не захочет уходить, ты не можешь заставить его. Иногда... людей нельзя спасти, как бы сильно ты этого ни хотел. Эти слова задели сильнее, чем Нил ожидал. Ему была ненавистна мысль о том, чтобы бросить кого-то. После всего случившегося он все еще не мог отделаться от мысли, что, если бы кто-то протянул ему руку помощи раньше, возможно, его жизнь не была бы такой кровавой и изломанной. — Я не собираюсь бросать его там, — твердо сказал Нил. — Я знаю, — ответил Стюарт. — Просто... не дай себя убить, пытаясь спасти того, кто не хочет быть спасенным. Я буду на связи. Нил едва успел осмыслить разговор, как телефон зазвонил снова. На этот раз от имени на экране у него скрутило живот. Гарсия. Нил сглотнул комок в горле и ответил. — Янг слушает. Голос Гарсии звучал профессионально, но в нем чувствовалась неуверенность. — Натаниэль. У меня новости о твоем отце. Нил крепче сжал трубку. — Что случилось? — Они назначили дату казни. Двадцатое января. На мгновение Нил потерял дар речи. Он знал, что этот день настанет. Даже мечтал о нем. Но теперь, когда это стало реальностью, в груди стало тесно и холодно. — Ты здесь? — поторопил Гарсия. Нил выдавил из себя ответ. — Да. Я здесь. — Это еще не все. Мы разрешаем членам семьи посещение накануне. Это твой выбор, но я подумал, что ты захочешь знать. У Нила пересохло во рту. Мысль о том, что ему придется увидеть отца в последний раз, вызвала приступ тошноты. И все же... он не мог упустить шанс встретиться лицом к лицу с человеком, который стал причиной его ночных кошмаров. — Да, — сказал Нил, его голос был едва слышен. — Я приеду. Гарсия замолчал, словно оценивая его реакцию. — Я все устрою. У тебя будет пропуск. Позвони, если передумаешь. — Спасибо. Когда звонок закончился, Нил прерывисто выдохнул. Его руки дрожали. Он уставился на них, заставляя себя успокоиться. Снова увидеть отца. Это будет последним испытанием, доказательством того, что он наконец свободен. Он построил всю свою жизнь на том, чтобы сбежать от Натана Веснински. Убегая от своего прошлого. Выживая. Теперь, когда Морияма пали и казнь его отца была неизбежна, у него почти не осталось поводов для страха. Но страх — это не то же самое, что ненависть. Он ненавидел своего отца, ненавидел человека, который заставил его усомниться в собственной ценности, который превратил его в оружие, а затем попытался сломать. Встретиться с ним лицом к лицу означало бы... Освобождение. Мысли Нила прервал стук в дверь. Мэтт заглянул в комнату, широко улыбаясь: — Эй, чувак. Девочки вернулись. Притащили с собой Сета. Позже пойдем ужинать. Ты с нами? Нил заставил себя улыбнуться: — Ага. Я приду. — Круто. Ты в порядке? — спросил Мэтт, выражение его лица смягчилось от беспокойства. Нил кивнул. — Да. Просто... у меня много всего на уме. Мэтт похлопал его по плечу. — Скажи мне, если тебе что-нибудь понадобится. И не позволяй Сету втягивать тебя в его дурацкие пари. Он выиграл последние три и теперь считает себя богом или кем-то в этом роде. Нил фыркнул. — Ты же знаешь, я не делаю ставки, но договорились. Когда Мэтт ушел, Нил еще некоторое время посидел за столом, собираясь с мыслями. Новость потрясла его больше, чем он хотел признать, но он не мог позволить себе зацикливаться на этом. Он слишком много раз сталкивался лицом к лицу со смертью, чтобы позволить страху парализовать его сейчас.

***

Лисы решили поужинать вместе в уютной, слегка обшарпанной закусочной в паре кварталов от кампуса. Место не было шикарным, зато казалось знакомым и дешевым, а персонал не обращал внимания на их шумные разговоры. Они сдвинули несколько столиков в глубине зала, чтобы занять это пространство. Тусклое освещение и старые кожаные диванчики создавали странное ощущение уюта, безопасного убежища после хаоса каникул. Эндрю сидел между Нилом и Кевином. Напротив них расположились Ники, Эллисон и Ной, в то время как Мэтт и Дэн заняли дальний конец с Сетом и Рене. Аарон, как и ожидалось, сел как можно дальше от Эндрю, не отрывая взгляда от телефона. Как только все устроились, они заказали свои привычные блюда. Ники взял молочный коктейль и бургер со всевозможными добавками, Кевин выбрал что-то белковое — сэндвич с курицей-гриль и двойную порцию салата. Нил заказал, как обычно: простой сэндвич и картофель фри. Эндрю ограничился только кофе, и Нил сделал мысленную пометку заставить его что-нибудь съесть позже. Официантка приняла остальные заказы и исчезла, оставив Лис наедине. Знакомый звон посуды и приглушенные разговоры других посетителей создали вокруг них негромкий, уютный гул. Эллисон тут же повернулась к Ники, буквально светясь от предвкушения. — Ну как там Таймс-сквер? Горячие парни? Пожалуйста, расскажи мне все. Сет, сидящий рядом с ней, ворчал, вонзая вилку в картошку фри с большей силой, чем это было необходимо, чем вызвал смешки за столом. — Боже мой, Элли, — сказал Ники, заговорщицки наклоняясь вперед. — Как будто все модели в городе решили собраться там специально для меня. Так много красивых лиц. Эллисон приподняла бровь. — Ты действительно получил какие-то номера или просто пялился издалека? Ники усмехнулся. — Прошу прощения, я мастер флирта. У меня есть номера. Я просто... приберегаю их на потом. Знаешь, не хочу показаться слишком доступным. Сет пробормотал: — Как будто это когда-нибудь останавливало тебя раньше. Эллисон ухмыльнулась. — Я просто хочу сказать, Ники, что у тебя есть определенная репутация. — Репутация? У меня? — ахнул Ники, драматично прижав руку к груди. — Чтоб ты знала, я джентльмен. Утонченный и культурный человек. Мэтт, сидевший напротив, фыркнул в свой напиток. — Ага. А я пасхальный кролик. Ники отмахнулся от него. — Вы, люди, просто не можете оценить мое обаяние. Тем временем, на другом конце стола Ной был поглощен разговором с Кевином и Дэн о предстоящем сезоне экси. Рене, сидевшая рядом с Мэттом, рассказывала о своих каникулах. — Большую часть времени я провела с мамой. Мы поехали в тот маленький домик на севере, только вдвоем. Много гуляли, пекли. Было тихо. Приятно просто... быть. Мэтт ухмыльнулся. — Звучит умиротворяюще. Тебе наверняка это было нужно после всего случившегося. Рене кивнула. — Это полезно для восстановления сил. В последнее время мама стала больше интересоваться моей жизнью. Я думаю, она беспокоится, что я слишком зациклена на учебе и экси. — Думаешь, она права? — мягко спросил Мэтт. Рене мягко улыбнулась. — Может быть, немного. Но я люблю команду. Я бы ни на что ее не променяла. Несмотря на непринужденную атмосферу, Нил не мог не заметить скрытого напряжения между Аароном и Эндрю. С тех пор, как они сели за стол, братья не обменялись ни словом, и Аарон упорно не отрывался от телефона. Эндрю, напротив, казался совершенно равнодушным, переводя взгляд с кофе на шум закусочной. Наконец принесли еду, и все принялись есть. Ники откусил огромный кусок от своего бургера, задумчиво прожевал, затем повернулся к Эндрю с озорным блеском в глазах. — Итак, — начал Ники, переводя взгляд с Нила на Эндрю. — Тебе понравилось проводить каникулы с замечательными мамами Нила? Я так завидую! Ты ел стряпню Линды и видел свирепый мамин взгляд Амелии. Выкладывай! На секунду за столом воцарилась тишина, и все головы одновременно повернулись к Эндрю. Дэн приподняла бровь. — Подожди, Эндрю провел каникулы с Нилом? Как так вышло? У Эллисон отвисла челюсть. — С каких пор вы двое вообще проводите праздники вместе? Даже Ной казался заинтригованным, хотя и пытался скрыть это, сосредоточив внимание на своей тарелке. Сет только пробормотал что-то о «странных отношениях», но даже не потрудился поднять голову. Эндрю с невозмутимым видом отпил кофе. — Больница, в которой я лежал, принадлежит тете Нила. Она выписала меня пораньше, и Линда пригласила меня остаться у них. Я не видел смысла возвращаться в Пальметто, поэтому согласился. Ники наклонился вперед с озорной ухмылкой. — Ты пробыл с ними все каникулы? Это очаровательно. Линда тебя избаловала? Она заставляла тебя есть, верно? Нил всегда говорит, что она готовит на целую армию. Эндрю пожал плечами. — Она настойчивая. Нил фыркнул. — Настойчивая — это мягко сказано. Они с эоммой набивали его едой. Однако я не слышал, чтобы он жаловался. Эллисон ухмыльнулась. — И вы не поубивали друг друга? Впечатляет. Нил не смог сдержать улыбку. — Это было... приятно, — признался он, стараясь говорить непринужденно. — Просто гуляли, смотрели фильмы, готовили. Обычные праздничные вещи. Ники бросил на Нила знающий взгляд. — Ага, но с Эндрю. Ты должен признать, что это неожиданно. Вы двое даже не смотрели друг на друга в начале года, а теперь играете в домик? Я чувствую, что меня лишили всех пикантных подробностей. Нил одарил его сердитым взглядом. — Ничего не произошло, Ники. Ты просто выдумываешь. Ники приподнял брови. — Правда? Праздничные ужины, уютные киносеансы — все это звучит по-домашнему. Кевин раздраженно прервал его со своей обычной прямотой. — Почему тебя это волнует, Ники? У нас есть более важные вещи, о которых нужно подумать, чем о том, с кем Нил проводит каникулы. Ники надулся. — Потому что это интересно! Обычно Эндрю избегает всей этой «семейной» чепухи. Эндрю бросил на него равнодушный взгляд, давая понять, что не собирается подыгрывать. В конце концов Ники сдался и вернулся к своему бургеру. Дэн, сидевшая напротив, что-то прошептала Рене, а Эллисон бросила на Нила взгляд, в котором читалось «Мы поговорим об этом позже». Нил просто закатил глаза и сосредоточился на еде, стараясь не слишком задумываться о том, насколько комфортно ему было рядом с Эндрю. Покончив с едой в закусочной, Лисы медленно направились обратно в общежитие. Как только они добрались до Лисьей башни, группа разделилась: одни направились в свои комнаты, другие задержались в гостиной, чтобы продолжить разговоры. Нил, однако, едва дождался, пока остальные разойдутся, прежде чем поймать взгляд Эндрю. Он слегка кивнул в сторону лестницы, и Эндрю без слов последовал за ним. Они поднялись наверх и, толкнув тяжелую дверь, ведущую на крышу, вышли на свежий воздух. Небо было темным и чистым, звезды казались острыми уколами на фоне иссиня-черной пустоты. Холодный воздух щипал кожу, но, казалось, ни одного из них это не беспокоило. Нил достал из кармана пачку сигарет, закурил одну и протянул остальное Эндрю. Тот взял одну и наклонился, чтобы Нил прикурил. Они стояли у края, почти соприкасаясь плечами, дым спиралями поднимался в ночное небо. Отдаленный шум студенческой жизни внизу едва доносился до них, приглушенный высотой и свежим воздухом. Эндрю первым нарушил молчание. — Ты напряжен. Нил медленно затянулся, позволяя дыму осесть в легких, прежде чем выдохнуть. — Немного. Эндрю взглянул на него краем глаза, ожидая, что Нил объяснит причину. На мгновение Нил не знал, как об этом сказать. Он уставился на тлеющий кончик своей сигареты, наблюдая за мерцанием уголька, прежде чем, наконец, заговорил: — Мне сегодня звонил Гарсия. По поводу моего отца. Выражение лица Эндрю не изменилось, но Нил знал, что тот слушает. — Они назначили дату, — продолжил Нил, его голос стал тише. — Двадцатое января. В этот день его казнят. Эндрю никак не отреагировал, но тишина между ними стала как будто тяжелее и плотнее. Нил не отрывал взгляда от темного кампуса внизу, заставляя свои мысли оставаться ясными. — Он... умрет, — сказал Нил, как будто произнесение этого вслух могло сделать это более реальным. — И я... не уверен, как к этому относиться. Эндрю медленно затянулся, устремив взгляд на горизонт. — Ты хочешь его смерти? Нил фыркнул, но в этом не было ничего смешного. — Да. По крайней мере, раньше хотел. Больше всего на свете я хотел, чтобы он умер. Хотел, чтобы он исчез из моей жизни, из моих ночных кошмаров. Но теперь, когда это происходит на самом деле... Он замолчал, не зная, как выразить словами ноющее чувство в груди. — Когда это становится правдой, все по-другому, — сказал Эндрю тихим, ровным голосом. — Да, — кивнул Нил, его руки слегка дрожали, когда он сделал еще одну затяжку. — Я так долго думал об этом, мечтал об этом, о том, как освобожусь от него. Но теперь, когда это окончательно установлено, я чувствую... Я не знаю. Пустоту. Эндрю долго молчал, позволяя тишине воцариться в разговоре. Наконец, он спросил: — Ты собираешься с ним увидеться? Нил поколебался, прежде чем кивнуть. — Да. Гарсия сказал, что я могу навестить его девятнадцатого. В последний раз. Мне просто... нужно увидеть его. Убедиться, что это по-настоящему. Эндрю взглянул на него, в тусклом свете глаза его были проницательны. — Тебе нужна точка в этой истории. — Возможно, — Нил сжал челюсть. — Мне просто нужно, чтобы он знал, что не победил. Что я все еще здесь, несмотря ни на что. Что я его больше не боюсь. Слова повисли в холодном воздухе. Эндрю протянул руку и постучал сигаретой по перилам, позволяя пеплу развеяться по ветру. — Иногда это все, что ты можешь сделать, — сказал Эндрю. — Встретиться с этим лицом к лицу. Дать ему понять, что это тебя не сломило. Нил горько усмехнулся. — Забавно слышать это от тебя. Эндрю не ответил, лишь сделал еще одну медленную затяжку, устремив взгляд в какую-то далекую точку за деревьями. Нил запрокинул голову, глядя на звезды и чувствуя, как холод кусает щеки. — Я думал, что все будет по-другому, понимаешь? Что я почувствую облегчение. Что я почувствую себя... в большей безопасности. Но я чувствую только пустоту. Эндрю некоторое время рассматривал его, затем спросил: — Что ты хочешь от него услышать? Нил моргнул, его пальцы крепче сжали сигарету. — Не знаю. Может быть, признание. Извинение. Или просто... доказательство того, что ему всегда было наплевать на меня. Думаю, мне нужно услышать это из его уст. Чтобы отпустить. Эндрю кивнул, похоже, понимая. — А если все пойдет не так, как ты ожидаешь, что тогда? Нил пожал плечами, заставляя себя дышать ровно. — Наверное… Я разберусь с этим, когда придет время. Но я буду знать, что пытался. Ветер кружил вокруг них, ночь тянулась, пока Нил пытался разобраться в запутанном хаосе своих эмоций. Дело было не только в смерти Натана Веснински. Дело было в той части жизни Нила, которая умрет вместе с ним, в последних остатках прошлого, от которого он все еще пытался убежать. Эндрю повернулся к нему лицом, его взгляд пронзал темноту. — Что бы ни случилось, ты все еще здесь. Вот что важно. Нил посмотрел на него, и тяжесть в его груди немного спала. Эндрю не был сторонником утешительных слов, но каким-то образом это резкое заявление заставило что-то внутри Нила расслабиться. — Я знаю, — пробормотал Нил. — Но приятно слышать. Эндрю не ответил, но в этом и не было необходимости. Они стояли плечом к плечу, молча куря, пока внизу затихал кампус. В этот момент Нил почувствовал, как на него снизошел хрупкий покой, словно он наконец-то встретился лицом к лицу с тьмой, а не бежал от нее. На крыше по-прежнему было тихо, их сигареты давно превратились в окурки. Нил бросил свой на пол и раздавил подошвой, а Эндрю позволил своему упасть из пальцев, наблюдая, как гаснет огонек. Нил искоса взглянул на Эндрю, колеблясь, прежде чем заговорить. — Итак… как долго это будет продолжаться между тобой и Аароном? Выражение лица Эндрю не изменилось, но Нил заметил, как слегка дернулась его челюсть. — Это не моя проблема, — категорично отрезал он. — Это он со мной не разговаривает. Нил тихо фыркнул. — Верно. Но это все равно утомительно. Вы двое такие с тех пор как... ну, Колумбия. Эндрю ответил не сразу, просто уставился на горизонт, словно там был какой-то ответ. Нил понимал, что лучше не давить слишком сильно, но это молчание мучило его весь день. Не то чтобы он хотел, чтобы Эндрю и Аарон стали лучшими друзьями, но напряжение между ними было невыносимым, особенно для всех остальных, кто застрял между ними. Медленно вздохнув, Нил, наконец, сказал: — Ты не думал о... терапии? Я имею в виду, совместной. Эндрю бросил на него резкий взгляд, скорее удивленный, чем враждебный. — С Аароном? Нил кивнул, сохраняя непринужденный тон. — Да. Вы оба и так ходите к Би. Может, она поможет понять, какого черта вы вечно вцепляетесь друг другу в глотки. Или, по крайней мере... почему Аарон продолжает вести себя так, будто тебя не существует? Эндрю не сразу заткнул его, что Нил воспринял как хороший знак. Тем не менее, его молчание было тяжелым, взгляд прикован к бетону у них под ногами. — Би не может все исправить, — наконец сказал Эндрю, его голос был тише обычного. — Я знаю, — ответил Нил. — Но никогда не знаешь наверняка. Может, дело не в том, чтобы что-то исправлять, а в том, чтобы понять, где все пошло не так. Между вами накопилось много дерьма. Возможно, стоило бы вытащить часть этого наружу. Губы Эндрю сжались в тонкую линию. — Это не моя проблема, если Аарон слишком упрям, чтобы прислушиваться к голосу разума. — Возможно, — согласился Нил, слегка пожав плечами. — Но ты сам это сказал. Он твой брат. Он никуда не денется, и ты тоже. С таким же успехом можно придумать, как сосуществовать, чтобы вся команда не страдала от последствий. Эндрю не стал с этим спорить. Он просто молчал, и Нил практически видел, как у него в голове крутятся шестеренки. Это не было согласием, но и не отказ. Нил не стал настаивать дальше. Он знал, как работает Эндрю, и любая лишняя фраза заставит его еще сильнее упереться. Вместо этого он сменил тон на более беззаботный. — Просто… подумай об этом. Тебе не обязательно решать прямо сейчас. Эндрю не ответил, но напряжение в его плечах спало. Нил прислонился к перилам, краем глаза наблюдая за Эндрю. В его голове уже созрел план. Завтра, когда Кейт вернется с зимних каникул, он поговорит с ней. Она умела смягчать упрямство Аарона, и если кто и мог подтолкнуть его к терапии так, чтобы это не казалось принуждением, так это она. На данный момент Нил решил оставить эту тему. Он не собирался подталкивать Эндрю к чему-то настолько личному, не сейчас, когда тот все еще переваривал все, что произошло за последние несколько недель. Они пробыли на крыше еще какое-то время, стоя бок о бок, и их молчание теперь стало более уютным. Нил не знал, сколько времени это займет, но он сделает все, что в его силах, чтобы помочь Эндрю и Аарону найти хоть какой-то компромисс. Однако сейчас он позволил ночи тянуться своим чередом, наслаждаясь редким, мирным моментом, который они выкроили для себя.

***

На следующее утро Нил направился в общежитие Кейт. Коридоры гудели от возвращающихся студентов, которые тащили свои чемоданы и обменивались историями о зимних каникулах. Нил заметил, что дверь в комнату Кейт приоткрыта, и услышал знакомый звук ее тихого пения, когда она распаковывала вещи. Он легонько постучал в дверной косяк. — Эй. Кейт подняла голову, и ее лицо тут же озарилось яркой улыбкой. — Нил! Ты вернулся! — Она поспешила к нему и быстро обняла. — Как прошли каникулы? Нил слегка улыбнулся, пожимая плечами. — Неплохо. Провел их в Сан-Франциско. Кейт отстранилась и шутливо толкнула его в плечо. — Держу пари, это лучше, чем хаос во Флориде. Моя кузина чуть не свела меня с ума, планируя вечеринку. Клянусь, я никогда не видела столько блесток в одном месте. Нил усмехнулся, прислонившись к ее столу: — Рад, что у меня нет твоих проблем. Она вернулась к распаковке, сортируя одежду по стопкам: — Итак, что привело тебя сюда? Так сильно скучал по мне? Нил слабо улыбнулся, но поколебался, прежде чем ответить. Он не был уверен, как сформулировать свою просьбу, чтобы это не прозвучало слишком прямолинейно. — Вообще-то... я хотел поговорить с тобой кое о чем. Это касается Аарона. Кейт замерла с вещью в руках и взглянула на него через плечо. — А что с ним? Нил набрал в груди воздуха. — То, что происходит между ним и Эндрю. Все... плохо. Они не разговаривают. Ну, скорее, Аарон не разговаривает с Эндрю. Это продолжается с самого начала каникул, и становится только хуже. Кейт нахмурилась, на ее лице появилось беспокойство. — Да, я заметила. Аарон избегает этой темы всякий раз, когда я ее поднимаю. У него сразу становится такой вид, понимаешь? Упрямый и взбешенный. — Точно, — согласился Нил. — Я тут подумал... может, им стоит попробовать терапию. Вместе. Кейт приподняла бровь, чуть медленнее складывая футболку в руках. — Терапия? Ты имеешь в виду с Бетси? Нил кивнул. — Да. Они оба и так ходят к ней по отдельности. Может, если они проведут пару сеансов вместе, это поможет. Я знаю, что это не гарантированное решение, но это лучше, чем если бы они игнорировали друг друга и заставляли всех остальных чувствовать себя как на минном поле. Кейт прикусила губу, явно обдумывая предложение. — Идея неплохая... но ты же знаешь Аарона. Как только я заикнусь об этом, он сразу закроется. Нил пожал плечами. — Вот почему я подумал, что от тебя это прозвучит лучше. Он доверяет тебе и прислушивается. Кейт вздохнула, проведя рукой по волосам. — Я попробую. Но ничего не обещаю. Если он решит, что это какая-то уловка, чтобы помирить его с Эндрю, он упрется еще сильнее. — То же самое с Эндрю, — признался Нил. — Вчера вечером я упомянул о терапии, и он не то чтобы отказался, но и не поддержал меня. Думаю, если я подниму этот вопрос позже, он, возможно, передумает. Кейт задумчиво посмотрела на него, затем ухмыльнулась. — С каких это пор вы с Эндрю планируете что-то вместе? Нил колебался, но понимал, что не сможет вечно избегать этого разговора. Он опустил взгляд, потирая затылок. — Э-э... насчет этого. Есть... кое-что, что ты должна знать. Кейт перестала распаковывать вещи и повернулась к нему лицом, прищурившись от любопытства. — Так... выкладывай. Нил перевел дыхание, пытаясь подобрать правильные слова. — Эндрю и я... мы... вместе. Вроде того. Брови Кейт взлетели вверх. — Вместе в смысле... встречаетесь? Нил медленно кивнул. — Да. Улыбка появилась на лице Кейт, и она практически подпрыгнула на месте. — Боже мой! Нил! Это… подожди. Серьезно? Он не смог удержаться от смешка, увидев ее реакцию. — Да. На самом деле я пока не планировал никому об этом рассказывать. Это... вроде как в новинку для нас. Мы все еще пытаемся это понять. Улыбка Кейт смягчилась и стала более искренней. — Ну, черт возьми. Я рада за тебя. Я не думала, что Эндрю в твоем вкусе. Нил посмотрел на нее с легким недоумением. — В моем вкусе? Кейт рассмеялась. — Знаешь, эмоционально сдержанный, задумчивый, склонный к убийствам. Нил хмыкнул. — Да, ну что ж... Думаю, теперь это мой вкус. Кейт покачала головой, все еще улыбаясь. — Вы двое на самом деле подходите друг другу, каким-то странным, безумным образом. Если он делает тебя счастливым, это единственное, что важно. Улыбка Нила смягчилась. — Это так. Кейт игриво толкнула его. — А ты полон сюрпризов, Джостен. Сначала защищаешь Аарона и Эндрю, а теперь встречаешься с одним из них. Что дальше? Нил не удержался и фыркнул. — Не сглазь. В последнее время у меня было достаточно сюрпризов. Кейт закатила глаза, но улыбка не исчезла с ее лица. — Ладно. Я поговорю с Аароном о терапии. Не жди чуда, но я сделаю все возможное, чтобы достучаться до него. — Спасибо, — сказал Нил с искренним облегчением. Кейт одарила его дразнящей улыбкой. — И тебе лучше держать меня в курсе ваших с Эндрю дел. Я не позволю тебе скрываться. Нил только покачал головой, но на его щеках проступил слабый румянец. — Да, да. Так и сделаю. Когда Кейт вернулась к распаковке вещей, Нил невольно почувствовал себя немного легче. По крайней мере, теперь у него была союзница в попытках наладить напряженные отношения близнецов.