Мыльные Пузыри

Теодор Нотт-младший Гермиона оглядела всех присутствующих в кабинете и тихо поставила на журнальный столик опустевший стакан из-под огневиски. Не сказав ни слова, она поднялась на ноги и прошла мимо притихшего Забини к трехногой вешалке, на которой висела ее мантия. Достав из кармана пачку сигарет и спички, Гермиона вернулась на свое место. Взмах палочкой и пустой стакан превратился в пепельницу. Грейнджер достала из пачки сигарету и привычным движением прикурила ее от зажженной спички. Первая затяжка осела в легких горечью и принесла легкое головокружение, вторая помогла упорядочить мысли и успокоить слегка трясущиеся руки. Гермиона положила открытую пачку на столик, безмолвно предлагая сигарету каждому, кому она может понадобиться. — Слава богу, блядь, ты куришь, — это была Пенси. Она схватила пачку, будто та была ее личным спасательным кругом, и подкурила сигарету, используя свою палочку как зажигалку. — Тут любой закурит, — Блейз был следующим, кто угостился сигаретой. — Слабаки, — усмехнулся Тео, однако не отказался, когда Пенси протянула ему подкуренную сигарету. Так они и сидели, молча куря, думая каждый о своем. Гермиона наблюдала за тем, как с каждой затяжкой руки Паркинсон прекращал бить мелкий тремор, как к Забини возвращался естественный цвет лица и как, кажется, Тео стал менее дерганным и не пытался каждую секунду сменить позу. Когда была затушена последняя сигарета, Гермиона поднялась на ноги, показывая, что пора продолжать. За эту короткую передышку Грейнджер смогла взять себя в руки и запереть как можно дальше все мысли и чувства. Во всяком случае, пока она не посмотрит последнее воспоминание и не поделится своим. — Кто следующий? — тихим уверенным голосом спросила Гермиона, переводя взгляд сначала на Забини, а потом на Нотта. — Может ты? — оскалилась Пенси, стоило Грейнджер остановить свой взгляд на Тео. Гермиона в удивлении подняла брови. По воинственной позе Паркинсон было не сложно догадаться, что та защищала Нотта. Неужели эти двое?.. Гермиона не успела оформить мысль, Тео резко поднялся с дивана, одним движением схватил фиал со своими воспоминаниями, и вылил в Омут. — Прошу окунуться в мир моего кошмара, мон ами, — Тео говорил с напускным весельем, но Гермиона заметила, как подернулись пленкой его глаза и как пульсировала вена на лбу. — Тео! — воскликнула Пенс, но было уже поздно. Дымчатый вихрь воспоминаний успел закрутиться в омуте, приглашая их всех погрузиться в события четырехлетней давности. Тео никак не отреагировал на возмущение Паркинсон и, улыбнувшись слегка безумной улыбкой, погрузился в собственные воспоминания. Им ничего не оставалось как последовать за ним.

***

Они очутились в просторной спальне, которую заливало оранжевым светом закатное солнце. Тео, стоящий впереди, словно дворецкий махнул рукой в сторону самого себя из прошлого, становясь позади Гермионы и Пенси. Гермиона сделала решительный шаг вперед к рабочему столу, за которым сидел Теодор из прошлого. Тот старательно что-то писал, сгорбившись над рабочей поверхностью. Грейнджер не смогла отказать себе в том, чтобы не заглянуть через его плечо. Первое, что бросилось в глаза — это было фото, но не просто фото, а именно магловская фотография, на которой застыло изображение красивой девушки с длинными вьющимися волосами и голубыми глазами. Она безмятежно улыбалась, взгляд излучал нежность. Гермионе не нужно было спрашивать, чтобы понять: это та, кто был дорог Тео и в доказательство этому, она заметила, как Нотт, оторвавшись от письма, с нежностью прикоснулся к фото. За спиной раздался тихий хлопок, заставив Гермиону повернуться. Она так и не смогла увидеть, что именно писал Нотт, тот быстро накрыл фото и письмо толстым томом учебника по трансфигурации и повернулся на звук. Это был домашний эльф. — Мастер Тео, хозяин Нотт зовет вас. — Насколько срочно Тобби? У меня дела, — Тео поднялся со стула и направился в сторону платяного шкафа в другом конце комнаты. — Хозяин сказал, что это срочное дело и велел вам передать, что ждет в кабинете, — не дойдя до шкафа, Тео резко остановился. Гермиона видела, как напряглись его плечи, как сжались кулаки. Секунда и он, расслабившись, повернулся к эльфу. — Ну раз это так срочно… Передай, моего драгоценному отцу, что я с удовольствием присоединюсь к нему через несколько минут, — голос Нотта сочился язвительностью и Тобби, это маленькое создание с испугом посмотрел на Тео. — Иди Тобби, я сейчас спущусь. Тобби исчез так же тихо, как и появился. Но вместо того, чтобы сразу направиться к отцу, Тео снова подошел к письменному столу и вытащил из-под книги недописанное письмо и фото. Взмахнув палочкой, Тео заставил оба предмета исчезнуть. Уверившись, что все спрятано надлежащим образом, он неспеша отправился на выход из комнаты.

***

Они довольно быстро добрались до кабинета лорда Нотта на первом этаже и остановились перед дверями из темного дерева. Гермиона пристально следила за Тео из прошлого и не могла не заметить, как исказилось ненавистью его лицо, прежде чем он коротко постучал. Услышав властное «Входи», Тео зашел в кабинет, а вслед за ним и Гермиона с Блейзом, Пенси и Тео из настоящего. Нотт-старший стоял у окна, заложив руки за спину. Гермиона с интересом рассматривала лицо одного из ближайших приспешников Волан-де-Морта. На удивление, тот выглядел вполне довольным жизнью и пышущим здоровьем. Темные как у Тео волосы с легкой сединой на висках, глубокие карие глаза, высокие скулы — при других обстоятельствах Гермиона даже назвала бы его красивым мужчиной. Только вот что-то в его глазах, что-то бездонное и неживое портило первое впечатление. Без лишних приветствий, Нотт-старший подошел к встроенному книжному шкафу и нажал на скрытый рычаг на одной из полок. — Идем сын, я хочу кое-что тебе показать, — голос, полный заботы, звучал слишком фальшиво и Гермиона вся подобралась. Это было не к добру. — Разве есть что-то, что может заинтересовать меня в твоих подземельях, отец? — с явной насмешкой спросил Тео, оставаясь стоять на прежнем месте, у входа в кабинет. Гермионе показалось, что он не просто так выбрал не идти дальше. Если что-то пойдет не так — будет проще сбежать. — Однозначно заинтересует. Я бы даже сказал, что ты будешь в восторге, — что-то в словах Нотта-старшего заставило Гермиону насторожиться. Она нутром чувствовала, что Тео не стоит идти с отцом, но разве у него был выбор? — Хорошо, — в глазах Тео из прошлого, Гермиона прочитала собственное недоверие и страх. Но несмотря на это, Тео без колебаний подошел к отцу. — Иди первый, — лорд Нотт слегка подтолкнул сына вперед, заставив того сделать шаг на первую ступень. Тео недобро глянул на отца, однако начал спуск. Они последовали за ними. Гермиона шла позади лорда Нотта и могла отчетливо видеть то, что происходило за спиной Тео. — Теодор, ты же в курсе про проклятье нашего рода? — спросил мужчина, пока они продолжали спуск вниз. — Я его узнал, наверное, раньше, чем научился ходить, — усмехнулся Тео, взглянув через плечо на отца. Его глаза напоминали холодные воды океана и у Гермионы от его взгляда пробежали мурашки. — Для защиты и продолжения рода отец не может совершить убийство сына, как и сын не может убить отца — ибо это грозит падением всего дома Ноттов. Пока Тео насмешливо декларировал слова так называемого проклятья рода Ноттов, Гермиона увидела, как его отец вытащил палочку из кармана мантии и направил на Тео. Грейнджер задержала дыхание, с ужасом ожидая что будет дальше. Они продолжали спуск. — Верно. Мы не можем допустить падения нашего рода, ни через убийство, ни тем более через осквернение. — Что ты?.. — Тео не успел договорить. Он застыл изваянием посреди лестницы, когда его собственный отец наслал на него Империо. — Ступай вперед, сын, — Гермиона видела, как Тео силясь сбросить с себя путы заклинания дернулся раз, потом второй. Она замерла в надежде, что у него получится, но третьего раза не последовало. — Иди, — снова распорядился лорд Нотт и Тео, беспрекословно развернувшись на каблуках, зашагал вниз, спускаясь все глубже в подземелья. Гермиона обернулась в надежде по реакции Тео понять, что будет дальше, но в темноте лестницы смогла увидеть лишь его остекленевший взгляд, словно он также, как и его двойник попал под Империус. Грейнджер коротко вздохнула и последовала вниз, скоро она сама все увидит. В полном молчании они спустились вниз, впереди них шел темный коридор и лишь один факел перемигивался неровным светом в самом конце. Они продолжили свой путь не останавливаясь, миновали несколько открытых камер, пока не подошли к последней в самом конце коридора. Именно там, где был зажжен факел. Нотт-старший взмахнул палочкой и решетчатые двери с лязгом отворились, пропуская Тео вперед. Гермиона на секунду замерла на месте, пропуская вперед Пенси и Блейза. При тусклом свете, который давал висевший позади факел, она могла лишь увидеть, как Тео из прошлого остановился посреди камеры подобно оловянному солдатику и как в темном углу кто-то пошевелился. Она не могла понять почему именно в это мгновение, ей так сложно было сделать шаг вперед. Все внутри переворачивалось от догадки, кем может быть сгорбленная фигура в углу, и ей отчаянно не хотелось подтверждать свою догадку. Гермиона не слышала, как Тео из настоящего подошел к ней вплотную, поэтому, когда на ее плечо внезапно опустилась тяжелая рука, она дернулась как от удара. — Не стоит стоять на входе, ты хотела все знать, мон ами, так смотри. Специально для тебя место в первом ряду, — голос Нотта был холоднее камня в подземельях, и Гермиона невольно поежилась. Он чуть сильнее сжал ее плечо, продолжая стоять за спиной и наблюдать за ее реакцией. Гермиона знала — Тео прав. Это она настояла на этих прогулках по коридорам памяти, и она не имела права избежать того, что ей собирался показать Нотт. Сбросив тяжелую ладонь со своего плеча, Грейнджер как можно тише вздохнула и зашла в камеру, как раз в тот момент, как лорд Нотт, словно он находился на светском рауте, а не в подземельях, вальяжно подошел к Тео. Схватив тонкими бледными пальцами подбородок сына, он повернул его лицо в сторону лежащего на полу человека. — Посмотри кого я тебе тут приготовил, — с явным удовольствием проговорил Нотт-старший, магией заставляя пленника подняться. Гермиона сразу узнала ее. Девушка на фото в комнате Тео. Она распахнула слипшиеся ресницы и с животным страхом взглянула на лорда Нотта, который отпустив сына подошел к ней. — Я тут кое-что узнал, дорогой сын, — продолжая удерживать девушку с помощью магии, Нотт-старший провел кончиками пальцев по ее щеке, — Оказывается мой единственный сын, продолжатель нашего рода, якшается с маглой. Последнее слово отец Тео выплюнул с особой ненавистью и отдернул пальцы от ее лица. Он отошел обратно к сыну, вытирая пальцы белоснежным носовым платком с гербом дома Ноттов. Бросив платок на пол, лорд Нотт встал позади сына. — Ты, наверное, думал, что никто не узнает. Что ты сможешь спрятать свой маленький грязный секрет в мире маглов, — в тишине камеры, шепот отца Тео был прекрасно слышен. Он любовно погладил Тео по голове, проговаривая: — О сын, тебе еще учиться и учиться. — Тео, — всхлип в тишине. Голубые глаза смотрели со страхом и надеждой. Гермиона не выдержала этого отчаянного взгляда и обернулась к Тео и его отцу, как раз в ту минуту когда Тео резко дернулся, подаваясь всем телом вперед. — Лизи, — он успел сделать лишь шаг, прежде чем его снова опутали чары Империо. — Ты посмотри на себя! В тебе течет кровь наших предков. Ты мог бы стать сильнее, а вместо этого… — лорд Нотт скривился в отвращении. — Давай, я тебе расскажу занимательную историю. — Дети, дети, дети, — цокнул он, левитируя практически бессознательную Лизи на стул и накладывая на нее Инкарцеро. — Вы думали, что Орден вас защитит? На этих словах Гермиона подалась вперед, внимательнее вслушиваясь в то, что говорил лорд Нотт. — Он бы мог, однозначно. Но, зачем ему помогать сыну пожирателя смерти и какой-то магле? — отец Тео повернулся и вытащил из складок мантии тонкий кинжал с серебряной рукояткой. — Что ты мог предложить Кингсли? Вот именно, дорогой сын, ни-че-го. Нотт-старший подошел к сыну и вложил в его руку кинжал, сжимая его ладонь вокруг рукоятки. — Держи крепко, сынок. Это фамильная реликвия, — отойдя на пару шагов, Теодор-старший остановился, переводя взгляд с привязанной девушки на сына, который стоял прямо напротив нее с кинжалом в руке. Кивнув сам себе, он продолжил: — Пришлось, конечно, раскошелиться, отдать несколько артефактов, назвать пожирателей, которые пустились в бега, а с этим и намекнуть на делишки Люциуса. Но это так мелочи. Важнее было то, что меня вычеркнули из списков, не реабилитация, но тоже неплохо. Гермиона продолжала внимательно слушать Нотта-старшего, мысленно составляя список тех, кто падет от ее руки. Естественно, после Малфоя. — Но твоя затея с побегом. Да еще и с маглой, — лорд Нотт покачал головой, словно разговаривал с неразумным дитя, — она могла все испортить. Но это было лишь дело времени, когда мне передадут информацию о ваших планах. Лорд Нотт еще раз обошел по кругу стоящего без движения Тео и привязанную к стулу Лизи и, когда удостоверился, что все на своих местах, продолжил: — Ты должен был отправиться вместе со мной, туда, где нет этой заразы в виде маглолюбцев. Но ты… — на этих словах Нотт-старший практически захлебнулся от злобы, но быстро взял себя в руки. — Твоя прямая обязанность — продлить наш род. И я излечу тебя от этой скверны. Голова Тео из прошлого снова дернулась, он пытался что-то сказать, но Нотт-старший был достаточно сильным волшебником. — Я не позволю марать наше имя связью с маглами, — прошипел лорд Нотт, вытаскивая палочку из кармана и направляя на Тео. Рука, в которой был зажат кинжал поднялась, и Тео сделал первые шаги по направлению к испуганной девушки. — Тео, пожалуйста, Тео, не надо, — тихие всхлипы разрезали давящую тишину. И Тео резко остановился. Его рука не опустилась, но в данную минуту, Гермиона отчетливо видела, как Тео борется. — Ты упрям, это наша фамильная черта, — с извращенной гордостью проговорил Нотт-старший, снова наводя палочку на Тео, — Но у тебя ничего не получится. Иди. Тео из прошлого подошел вплотную к Лизи, занося над ней кинжал. Гермиона видела, как дрожит его рука, как грудь резко поднимается и опадает, и как глаза наполняются слезами. — Тео, это не ты, слышишь, это он, твой отец. Ты не такой, борись, Тео, любимый, борись, — Лизи продолжала шептать сквозь задушенные рыдания, стараясь достучаться до Тео. — Лизи, — хриплый, идущий пряма из груди голос Тео, заставил Гермиону вздрогнуть. Рука с кинжалом начала опускаться вниз, медленно, миллиметр за миллиметром, но Грейнджер видела, как Нотт борется с Империо. — Как мило, — бесстрастный голос Нотта-старшего прозвучал как выстрел и слился с криком Тео. — Нет, — он не смог опустить руку, не смог остановить движение кинжала, который вошел в грудь Лизи, чуть ниже сердца. Хлынула кровь. Крик боли отразился от каменных стен, Гермиона услышала тихий плач. Она повернула голову и увидела Пенси, которая, зажав рот ладонью, не мигая наблюдала, как Тео сквозь собственный крик и слезы продолжал наносить удары. Плечо, грудь, запястье, живот… —Тео, все хорошо, слышишь. Все хоро… — она не договорила, захлебнувшись кровью, Лизи в последний раз улыбнулась мягкой улыбкой и закрыла небесно-голубые глаза. Рев Тео отражался эхом в пустом коридоре, множась и улетая наверх, в блестящие залы Нотт-менора. Он отбросил от себя кинжал, падая на колени рядом с бездыханным телом своей возлюбленной. — Нет, Лизи, нет, нет. Я не хотел. Лизи, Лизи, — хаотичными движениями, он гладил девушку по волосам, лицу, стирая кровь с ее губ. — Ты мерзок, сын. Это будет отличным уроком для тебя, — Гермиона обернулась на Нотта-старшего, чтобы как следует запомнить его лицо. Лорд Нотт, больше не смотрел на сына, он вышел из камеры и направился в сторону лестницы, по которой они спустились сюда. У этого человека не было души, но у него было сердце и Гермиона в очередной раз пообещала себе, что поможет вырвать его сердце во чтобы то ни стало. Но ее ярость быстро угасла, когда она вновь развернулась к Тео и Лизи. Он уже успел избавить ее от пут, постоянно повторяя: — Прости, прости, прости меня, — Гермионе казалось, что у нее разорвется сердце от этой картины. Она смотрела, как Тео гладит изуродованное лицо Лизи, целуя щеки, брови, губы, продолжая повторять: — Прости меня, Лизи, прости, прости. Она не знает сколько они пробыли в камере. Когда рыдания Тео затихли, в камере с тихим хлопком появился домовик. Он неуверенно жался к холодным стенам, поглядывая на залитого кровью Тео и бездыханное тело девушки в его объятиях. — Мастер Тео, — пропищал эльф, прижимая длинные уши к голове. — Тобби, скажи рядом с могилой матери есть место? — безжизненным голосом спросил Нотт. — Да, мастер Тео. Там есть прекрасное место под ивой, — прошептал Тобби, не сделав ни шага по направлению к Тео. — Хорошо, хорошо. Тобби перенеси Лизи в мои покои и подготовь все необходимое. И мне понадобится лопата. — Мастер Тео, давайте я?.. — Нет! — крик Тео настолько испугал эльфа, что тот, не удержавшись, осел на пол. — Прости, Тобби, нет, я должен сделать это сам. Это я… Когда Тобби исчез вместе с телом Лизи, Тео словно на шарнирах поднялся и подошел к одному из камней, что за столько лет успели выпасть из кладки. Встав на колени, он поднял крупный булыжник и занес его над своей правой рукой. Гермиона зажмурилась, когда послышался треск. И еще один, и еще. Когда она отважилась открыть глаза, Тео продолжал кромсать собственную руку, пока она не превратилась в кровавое месиво.

***

Они вернулись в кабинет Забини еще более угнетенные, чем после воспоминаний Пенси. После темных подземелий и металлического запаха крови, уютная обстановка кабинета показалась чужой и неприветливой. Гермиона сжимала и разжимала ладони, пытаясь совладать со своим гневом: на психопата Нотта-старшего, на Орден, на тех, кто подставил Тео. Повернувшись в его сторону, Грейнджер задала интересующий ее вопрос: — Кто должен был вам помочь спрятаться? — она поняла, Тео не ожидал этого вопроса. Его покрасневшие глаза смотрели с удивлением, а рот слегка приоткрылся. — Через Перси Уизли я вышел на Кингсли, который обещал убежище в магловском мире, — хрипло ответил Нотт, отворачиваясь. — Ублюдки, — прошипела Пенс, Блейз кивнул в знак согласия, а Гермионе подумалось, что возможно не только Перси Уизли и Кингсли замешаны в этом всём. — Надеюсь, у тебя найдется еще выпить? — обратилась Пенс к Забини. — На ближайшую неделю, я закрыл бар, так что все виды алкоголя в нашем распоряжении. И никто нам не помешает, — ответил Забини, взмахом руки открывая дверь из кабинета. — Ты знаешь, как угодить, Блейзи, — Тео криво усмехнулся и шатаясь вышел. Через минуту Гермиона услышала звон бокалов. Пенси выскочила следом. Они с Блейз остались в тишине кабинета вдвоем. — Я буду следующим, — тихо проговорил Забини, складывая руки на груди и наблюдая через дверной проем, как Нотт разворовывает его бар. — Ты уверен? — Гермиона прекрасно понимала, что это бесполезный вопрос, но не могла не спросить и следом предложила: — Я могу, если ты еще не готов. — Нет, Грейнджер. Следующим буду я. Кажется мне, что твое воспоминание вызовет у нас куда больше эмоций, — больше ничего не говоря, Забини вышел. Гермиона хмыкнула — действительно ее воспоминание не просто трагичное — оно покажет истинное лицо того, с кем общались Забини, Паркинсон и Нотт.