Мыльные Пузыри

Гермиона не знала, сколько она пролежала в комнате, перематывая раз за разом все, что произошло. Она облажалась, не смогла в очередной раз справиться с эмоциями, и все закончилось тем, что они ничего не добились. Зарычав на собственную слабость и несдержанность, Грейнджер подскочила с кровати и принялась вымеривать широкими шагами путь от двери до окна и обратно. Если все так пойдет и дальше, если она не сможет держать себя в руках, она ничего не узнает. Гарри, скорее всего, что-то обнаружил, раз так срочно прислал патронус. И как только она узнает, где держат Малфоя-старшего или, хотя бы, кто владеет этой информацией, клятва обяжет ее рассказать все Малфою и помочь ему. — Блядь, — выругалась Грейнджер, ударяя ногой по ножке кровати. Эффекта было ноль, но часть раздражение она все же выпустила. Контролируй свои эмоции. Без контроля ты всего лишь оружие, бомба замедленного действия. Не дай своей злости поглотить тебя. Слова Эшли эхом отдавались в воспоминаниях. И сейчас Гермиона как-никогда понимала его увещевания. Если она не сможет себя сдержать, не угомонит эту всеобъемлющую ярость, что бурлит в ней ежеминутно, она ни к чему не придет. И это было меньшим из зол, бесконтрольной яростью она погубит тех, за кого взяла ответственность. Гермиона остановилась посреди комнаты и, запрокинув голову, тяжело вздохнула. О чем она только думала, когда решила создать род? Зачем ей это нужно было? За дверью послышался тихий смех и бормотание, и Гермиона прикрыла глаза, отвечая на собственный вопрос: потому что ее могли понять только те, кто прошел через такой же ад, как и она. Гермиона могла бы культивировать недовольство собой и злость на Малфоя до конца дня, но решила, что это ни к чему хорошему ни приведет. А время неумолимо утекало. Набрав в грудь воздух, Грейнджер вышла из комнаты. Пройдя к теперь уже полноценной гостиной, она увидела Тео и Пенси, сидящих на уже привычных местах около камина. Они тихо переговаривались между собой и даже не заметили ее приближения. — О чем разговор? — подала голос Гермиона, подходя ближе к креслам. — Да вот, обсуждаем новый артефакт, — Пенси повернулась к Гермионе и протянула ей тонкое серебряное кольцо с россыпью мелких черных и красных камней. Украшение на первый взгляд выглядело довольно простым, но в то же время Гермиона отчетливо ощущала, как от кольца исходили слабые волны магии. — Красивое, — Гермиона взяла из рук Пенси украшение и поднесла ближе к лицу, чтобы рассмотреть. Она не ошиблась, изделие и вправду было напитано магией, но настолько слабой, что в другой ситуации Гермиона не обратила бы на него никакого внимания. — Да, вот только пока что оно абсолютно бесполезно, — вздохнул Тео, откидываясь на спинку кресла. — А что оно должно делать? — Гермиона подошла к низкому столику, на котором стоял кофейник и несколько чашек, и налила себе кофе, продолжая перекатывать в ладони прохладное серебро. — Фамильное кольцо. Защита и передача. У всех старинных семейств есть такие, — ответил Тео, протягивая руку Гермионе, и она без слов вернула кольцо ему. — Угу, — промычала Грейнджер, делая глоток и размышляя. — А зачем оно тебе? — Не мне, а нам, во-первых. А во-вторых, с ним будет проще знать, что все мы живы и относительно здоровы, — Гермиона на секунду замерла, задумываясь. Она никогда не слышала о таких артефактах, но не раз замечала у чистокровных подобные перстни. — Понятно, — скупо ответила она. — И в чем загвоздка? — В кольце, — насупился Тео, словно ювелирное украшение нанесло ему жуткое оскорбление. — А я говорю, что и с таким получится, — вставила Пенс. Видимо, этот диалог они вели давно и так ни к чему и не пришли. — Объясните подробнее, — вздохнула Гермиона и огляделась. Малфоя нигде видно не было. Неужели ушел? — Для фамильных перстней принято использовать серебро гоблинской работы. Оно впитывает в себя магию, закаляется само и закаляет своего хозяина. Даже меч… — Меч Гриффиндора впитал в себя яд Василиска, — кивнула Гермиона, вспоминая как Невилл убил тем мечом Нагайну. Тогда она думала, что все плохое осталось позади. Как же наивна она была. — Именно. А простое серебро ничего не впитывает. Мы можем нанести на него руны и заклинания, но со временем их нужно обновлять, в то время как гоблинское серебро впитывает в себя все, что может его закалить. Посмотри на это, я его напитал таким запасом магии, что можно было бы стереть с лица земли половину леса, а итог… В общем видишь сама, — Тео махнул рукой и бросил кольцо на столик. Гермиона кивала на каждое слово Нотта машинально, размышляя о том, что иметь такой артефакт было бы крайне удобно. — Но гоблинское серебро дорого стоит, — подытожила Грейнджер и посмотрела на Тео и Пенси. — Стоимость не проблема, — отмахнулась Пенс, закидывая ногу на ногу. — Тогда в чем проблема? — В том, что нам его никто не продаст, — опять надулся Тео и отвернулся к противоположной стене. — Поэтому, я предлагаю украсть, — Пенси подняла вверх пальчик и стрельнула зелеными изумрудами в сторону Грейнджер. Гермиона стало не по себе от такого внимания, и она даже слегка поежилась. — Тем более у одного из нас уже есть опыт кражи со взломом. — Там не было взлома, это раз, — Гермиона уткнулась в чашку, стараясь не обращать внимание на искрящийся смехом взгляд Паркинсон. — И мы ничего не будет красть, это два. И вообще с каких это пор, вы занимаетесь артефактами? — Не мы, а я, — буркнул Тео. — Хорошо, почему ты решил заняться созданием артефакта? Насколько я знаю, это довольно затратное в магическом ключе занятие. Я уже не говорю об опасности. — Потому что мне нужно чем-то себя занять, — Тео всплеснул руками, и Гермиона заметила легкий румянец на его бледных щеках. — Я не могу не думать, не вспоминать, не могу спать. И это… — Да, я поняла тебя, Тео, — мягко прервала его Гермиона и на минуту задумалась. Ведь тогда, четыре года назад, она смогла пережить все, что с ней произошло, только благодаря тренировкам и обучению в аврорате, и только это помогло ей не вернуться к состоянию постоянного опьянения. С Тео было так же, ему нужно было чем-то занять свой ум и тело, чтобы не тянуться к наркотикам. — Я повторюсь, воровать мы ничего не будем. Но найдем другой способ достать для тебя серебро. Тео с Пенс ей не ответили, но в их лицах Гермиона отчетливо увидела скепсис. Нахмурившись, она приняла самое разумное решение — оставить этот разговор на потом, и задала волнующий ее вопрос: — Где Малфой? — Ушел час или два назад. Прилетала сова и он сразу же свалил. Оставил тебе вот это, сказал тебе будет полезно и передал, что вернется через три дня, — Пенси протянула Гермионе фолиант в кожаном переплете, и Грейнджер нахмурилась. На кой черт Малфой передал ей книгу? Когда же она увидела название, сердце сделало внезапный кульбит. На титульной странице из дубленой кожи серебряными буквами было выгравировано: «Легилименция. Разум, эмоции, контроль. Продвинутое пособие». Гермиона почувствовала, как лицо обдало жаром и, взяв книгу в руку, постаралась спрятать свои пылающие щеки за упавшими на лицо прядями волос. — Интересно, — протянул Тео. Гермиона подняла на него глаза и, встретившись с хитрой улыбкой, направленной к ней, прищурилась. — Что тебе интересно? — резко спросила она, сжимая корешок книги. — Как ты поможешь нам найти гоблинское серебро, а ты что подумала, мон шери? — Гермиона понимала, что Тео имел ввиду что-то иное, но не она ли себе пообещала быть сдержаннее? — Не смейте ничего воровать, — в третий раз наказала Гермиона, поднимаясь на ноги и направляясь к своей комнате. — Еще не хватало, чтобы нас обнаружили из-за того, что вам приспичило сделать украшения. — Эй, это не украшения, — обиженным тоном воскликнул Тео, но его выражение лица говорило само за себя. — Да, да, — махнула рукой Гермиона и скрылась за дверью своей комнаты. Отчего-то Гермионе захотелось лично поблагодарить Малфоя за такую предупредительность. Он отлично понял во время их сеанса, что у нее были определенные трудности с контролем эмоций и потому — то ли ради желания помочь, то ли, чтобы быстрее расквитаться с условиями клятвы — он передал ей это пособие. Внутри зарождалась благодарность, но стоило ей только вспомнить его саркастичное выражение лица и язвительный тон, все мысли о том, чтобы сказать: «Спасибо» исчезли в ту же минуту. До встречи с Гарри еще было время, и Гермиона, отбросив все размышления и треволнения, устроилась поудобнее в своей кровати, открыв книгу на первой главе: «Спокойствие разума — сила магии».

***

Бар Забини, как всегда, встретил Гермиону тишиной и пустотой. Ей отчего-то показалось, что это заведение, с которым она познакомилась еще будучи курсантом в аврорате, уже давно перестало обслуживать посетителей. Исключением была только Гермиона. Грейнджер, сделав глоток отличного черного кофе, поставила себе мысленную пометку, в следующий раз поинтересоваться у Блейза так ли обстоят дела. С принятием своей эмоциональной проблемы Гермиона смогла принять и то, что алкоголь не самый хороший помощник в том, чтобы учиться контролировать свои эмоции. Ее умозаключения были подтверждены первой главой «Пособия по легилименции». Любые вещества, будь то питье, еда или что-то иное, которые затуманивают разум — лишают контроля над ним. И вновь Гермиона вспомнила Эшли и его хмурый взгляд, когда он встречал ее, сидящей в компании рокса с огневиски, в этом самом баре. Хитрый лис, однозначно что-то понимал. Гермиона тяжело вздохнула. Мысли о Коэне отдавались острой болью и тягучей тоской. Ей не хватало старшего наставника, который стал ей другом, даже несмотря на то, что в большинстве случаев этот ирландец ее ужасно раздражал. Тихое покашливание вернуло Гермиону в реальность. Она так сильно задумалась и настолько расслабилась, что даже не заметила Гарри, который уже некоторое время стоял рядом с ее столиком. — Привет, — Гермиона было хотела улыбнуться, но увидев выражение лица Поттера, сразу напряглась. — Что-то случилось? — Ты мне скажи, — на стол перед ней упала листовка. Такие вешали в аврорате на доске «Розыск». С бумаги на нее смотрела своим фирменным потусторонним взглядом Полумна Лавгуд. Под ее колдофото жирными буквами было написано: «Полумна Лавгуд. Разыскивается за сокрытие информации об уцелевших Пожирателях Смерти». — Хрень собачья, — выплюнула Гермиона, сжимая в руке довольно потрепанную листовку. — Думаешь? — Гарри тяжело сел напротив и хмуро посмотрел в ее сторону. — Ты меня в чем-то подозреваешь? — Гермиона прямо встретила взгляд Поттера. Без сомнений ей было что скрывать: создание рода с Забини, Ноттом и Паркинсон, сделка с Малфоем — только этого хватило бы на статус предательницы и преступницы, но Грейнджер абсолютно была уверена, что Гарри не мог обо всем этом знать. Тем временем, Поттер молча буравил ее внимательным взглядом, словно пытался найти намеки на ложь. — Ты помнишь нападение на Министерство в день выпуска? — внезапно спросил Поттер, откидываясь на спинку дивана и сложив руки на груди. — Еще бы. Переполох был знатный, — не совсем понимая к чему он клонит, ответила Гермиона. — Да, — кивнул Поттер, продолжая рассматривать Грейнджер. Ее это начинало нервировать, внутри под слоем кофеина вперемешку с никотином заворочался червячок раздражения. — Насколько я помню, это ты тогда нашла Полумну на одном из уровней, якобы она потерялась. — Да, — Гермиона скопировала позу Поттера, стараясь дышать как можно ровнее. Мозг быстро подкинул нужные воспоминания, Нотт, взрыв, Малфой, темнота, Полумна, которая помогла ей. Полумна, которая не должна была находиться на административном уровне, но тем не менее там оказалась. Гермиона на секунду задержала дыхания, догадка пришла быстро, она буквально находилась на поверхности — нужно было лишь сложить все недостающие детали пазла. — Что-то интересное вспомнила? — от натренированного взгляда аврора Поттера не укрылась секундная заминка Гермионы. Но и Грейнджер проходила ту же подготовку, так что на этом поле они были равны. — Скорее подумала, — Гермиона постаралась сохранить ровный тон голоса. — Почему именно сейчас? — В смысле? — Гарри опешил, и все его напускное грозное выражение лица пошло рябью. Гермиона мысленно ухмыльнулась, как же все-таки легко было иногда управлять его ходом мыслей. — Почему именно сейчас объявили Полумну в розыск? Почему не год назад, не два? Что произошло такого, что именно сейчас она вдруг превратилась в пособницу Пожирателей? — Пропали документы, — Гарри отвел взгляд, словно не готов был продолжать. — Какие документы? — Гермиона подалась вперед, интуиция буквально кричала, что все это было как-то связано с Малфоем. — Точно не могу сказать, — Поттер вновь вернул взгляд на Гермиону и нервно взлохматил волосы. — Знаю, что это были засекреченные данные. Скорее всего в курсе группа особого реагирования, которую снарядили на розыск Луны. Меня же, по причине близкой связи и дружбы с ней, мило попросили постоять в сторонке. Гарри горько усмехнулся и достал пачку сигарет. В каждом его движение сквозило недовольство сложившейся ситуацией, и Гермиона его прекрасно понимала. Когда твоего друга объявляют в розыск, последнее, что ты хочешь — это быть в стороне. — Симус, Дин и Рон, — прошептала Гермиона, вспоминая членов отряда. Они же были причастны ко всем нападениям, теперь же Министерство решило натравить их на Полумну. — А насчет того, что ты меня просила разузнать, — Гарри так резко перевел тему, что Гермиона сначала даже не поняла, о чем он говорит. Все ее мысли были заняты как минимум двумя из группы особого реагирования. — Я не смог найти ни одного упоминания о том, где держат Малфоя, но… Гарри сделал паузу и внимательно посмотрел на нее, отчего Гермиона вся подобралась. — Но, — нетерпеливо проговорила она. — Но я нашел кое-что интересное в старых отчетах по практическим занятиям в центре подготовки в аврорат в тот год, когда мы все там обучались, — Гарри опять замолчал, словно был не уверен стоило ли ему говорить о своей находке или нет. Гермиона отчетливо видела в его глазах внутреннюю борьбу и терпеливо ждала. Сейчас не время было подгонять, он должен был все решить для себя сам. Поттер поднял глаза на Гермиону, и она тихо выдохнуло, в его взгляде читалась решительность и уверенность в правильности собственных поступков. Гарри продолжил: — Симус, Дин и Рон были приставлены к некоему заключенному под номером двадцать восемь для этапирования. После его слов на их кабинку в углу бара обрушилась гнетущая тишина. Гермиона прикрыла глаза, но не от шока, нет, скорее от собственной слепоты. Прямо под ее носом столько лет эти трое были руками нового правительства — а она погрязшая в своей ненависти к Малфою была так слепа. — Место назначения, я так понимаю, не указывалось, — это был не вопрос, Гермиона прекрасно понимала, что такие данные не будут в свободном доступе. — Правильно понимаешь. Гермиона, — голос Гарри звучал глухо с нотками отчаянья. — Мне нужно все знать. Грейнджер открыла глаза и посмотрела на Гарри. Гарри, который на первое место всегда ставил друзей и считал предательство друга — самым тяжким преступлением. Гарри, который в свое время пощадил даже Хвоста, хотя тот был напрямую повинен в смерти его родителей. Гарри, который до сих пор не мог поверить, что те, кого он считал друзьями были повинны в смертях и нападениях на мирных жителей магической Британии. Взгляд Гермионы смягчился, как бы она ни хотела уберечь своего лучшего друга от всего, что происходит — пора было приоткрыть для него завесу. — Ты же без меня во всем уже разобрался, — вздохнула Гермиона и потянулась за пачкой сигарет на столе. — Министерство решило сыграть в игру, которую начал Том. Натравить один пласт общества на другой, и у него как видишь это прекрасно получается. Либо вы с нами, либо вы против нас. Чистокровные не просто лишились своих преференций, они буквально уничтожены; я так подозреваю, что закон об интеграции будет работать на взращивание нового поколения в среде, которая выгодна Министерству. Никакого свободомыслия, никакого серого цвета, есть только черное и белое, где белое ­ это то, что говорит Министерство. — А причем тут Малфой? — иногда Гарри был слишком прозорлив. — В раскладе Министерства все просто. Уничтожить семьи священных двадцати восьми, отдать своим людям их места в Визенгамоте, арестовать, а после изъять все ценное на благо страны и общества. А Малфои ­ одна из старейших семей, я уже не говорю о том, что их менор полон артефактов и ценных фолиантов, а сейф ломится от галеонов. С семьями Нотт, Забини, Паркинсон, Гринграсс, Селвин и остальными, они уже так и поступили. Те, кто поумнее или везучее — бежал, а может им помогли бежать, — Гермиона прикурила сигарету и сделала глубокую затяжку. Сейчас, проговаривая все вслух, она как никогда отчетливо видела масштабы бедствия под названием: Новое правительство. — Те, кто не успел, были лишены рода и буквально выброшены как ненужный мусор. А мы с тобой стали символами нового мира — мальчик-который-выжил и маглорожденная девочка, которая помогла этому мальчику победить зло. Ну что за красота. — А как же Рон и семья Уизли, они же чистокровные, — Гермиона горько усмехнулась. Как же тяжело отказываться от тех, кого ты считал семьей. — Разве не Уизли в первых рядах поддерживали Бруствера? — вопрос, на который Гермиона не ждала ответа, поэтому тут же продолжила: — Перси, насколько я знаю, работает при Кингсли, Рон в отряде специального реагирования. Два сына в сердце Министерства, один из которых еще и герой. Да и еще и Гарри Поттер, как будущий зять, и Гермиона Грейнджер… — Гермиона осеклась и оскалилась при воспоминании о времени, проведенном в Норе, и о той удушливо-приторной атмосфере. — Точно, Гермиона Грейнджер сорвалась с крючка, какая незадача. Но вот ты, избранный, герой, отважный аврор и любящий парень, до сих пор в лоне заботливой семьи. Скажи, Гарри, Молли или Джинни уже начали говорить о свадьбе или может о детях? Внутри Гермионы все клокотало. Это была не та всепоглощающая ярость, это было чувство омерзения, которое внезапно обрело форму, стоило ей только вспомнить это рыжее семейство. Мерлин, она даже не задумывалась о том, насколько была разбита и поломана, когда жила в Норе. — Тебя это не касается, — огрызнулся Гарри и резко поднялся на ноги. Гермиона никак не отреагировала на его выпад, продолжая молча курить и обдумывать то, что только что ощутила: — Информацию я для тебя достал, так что думаю, мне пора. — Гарри, — Гермиона окликнула Поттера, когда тот уже развернулся на выход. — Возможно мои слова звучали жестоко, но такова правда. Скоро тебе придется выбрать на чьей ты стороне. — Не волнуйся, Гермиона. Ты об этом узнаешь первая, — бросил Поттер и широкими шагами пошел от нее прочь. Гермиона затушила последнюю сигарету и вышла из бара в прохладную ночь Лютного. Сейчас ей абсолютно не хотелось возвращаться домой, нужно было многое обдумать. Поэтому крутанувшись на месте, Грейнджер перенеслась на набережную магловского Лондона, чтобы немного проветрить мозги. Она неспешно шла по мостовой, раздумывая над всем, о чем сегодня узнала. Особенно, ее беспокоила Полумна. Какова вероятность того, что именно она поставляла информацию Малфою, когда еще он с Тео, Пенси и Блейзом искали Люциуса? Логика буквально кричала, что все это не простое совпадение и, скорее всего, Лавгуд знала больше, чем Гермиона могла себе представить. А это значит, что Грейнджер стоит найти Полумну раньше, чем это сделает Министерство. — А что это у нас за красотка в такое время и одна, — хриплый голос за спиной заставил Гермиону затормозить. Слишком знакомый голос. — Эй, красотка, не хочешь со мной и другом пойти выпить? — Гермиона неспеша развернулась, не веря в собственную удачу. — Что за?! Грейнджер, ты! — Дин и Симус стояли в паре шагов от нее, и по их виду Гермиона могла с уверенностью сказать, что они были изрядно пьяны. — Привет, — Гермиона постаралась придать своему лицу максимально дружественное выражение и улыбнулась, словно была рада видеть старых друзей. — Грейнджер, — Дин икнул и сделал неуверенный шаг в ее сторону. — Где тебя носило? Рон говорит, ты пропала. Гермиона удивилась, она не ожидала, что Уизли будет распространяться о том, что она исчезла. Но это было и не важно, все равно они никому не смогут рассказать, что видели ее. — Не говори глупостей, Дин, — рассмеялась Гермиона. Рука под длинным рукавом пальто незаметно сжала палочку. — Я просто решила немного отдохнуть, вот и все. — Ага, — Симус прищурился и осмотрел ее с ног до головы. — Выглядишь уставшей. — Было много дел, — пожала плечами Гермиона, внимательно следя за каждым движением Финнигана и Томаса. Дин, конечно, был пьян, но вот Симус еще уверенно держался на ногах, и Гермиона была бы дурой, если бы решила, что они не представляют для нее угрозы. — Давай, мы тебя проводим в Нору, Гермиона. Все-таки уже поздно, — напряженно предложил Симус, медленно продвигаясь по касательной. Грейнджер оставалась на месте, тем не менее не сводя с них внимательного взгляда. — Я переночую в городе, — ответила она. — Не думаю, что это хорошая идея, — голубой луч Остолбеней полетел в Гермиону без предупреждения, но она была к этому готова. Отразив атаку Симуса, Гермиона перенаправила его заклятье в Дина, отчего тот кулем рухнул на землю, так и не поняв, что только что произошло. — Ты кое-что забыл, Симус, — улыбнулась Гермиона, разворачиваясь всем корпусом к Финнигану и отражая очередное заклинание. — Да? И что же это? — он использовал Протего и снова пошел в атаку. Гермиона с легкостью отбивала каждый его выпад, улыбаясь. — Я сильнее тебя, — очередной луч, теперь уже Бомбарды, отрикошетил от блокирующего Грейнджер и взорвал рядом стоящее дерево, напугав несколько голубей. — Сука! — взревел Симус, в эту секунду Гермиона, пригнувшись, выстрелила в него заклинанием вечного сна. Симус с глухим звуком упал рядом с Дином на мостовую. Гермиона поднялась на ноги и, отряхнув испачканные джинсы, подошла к Дину и Симусу. Посмотрев на них внимательней, Грейнджер усмехнулась. Ей сегодня несказанно везло. На всякий случай, связав их волшебными путами, Гермиона брезгливо дотронулась до каждого, чтобы аппарировать. Сначала она выяснит всю нужную информацию, а после Пенси Паркинсон получит долгожданный подарок.