Между мирами и отчаянием

      Ло выдвинул свои условия, и Доктор, после короткого колебания понимает, что другого выхода нет, что Ло — единственный, кто может помочь им в расшифровке записей.       Однако Ло не «жизненная иллюзия». Он знал, что Организации нельзя доверять, и что они в любой момент могут нарушить свои обещания. Поэтому он решил действовать самостоятельно.       Первым делом его перевели в лабораторию, где он мог бы работать с записями. Он настоял на том, чтобы ему предоставили все необходимые инструменты и ресурсы, а также временно его не отвязывали.       Доктор выполнил его требования, хотя и с большой неохотой. Он понимал, что Ло дают слишком много свободы, но у него не было выбора. Раз высшее руководство так решило, значит так и будет.       В лаборатории Ло начал работу. Это его значимые записи. Он знал, что время не на его стороне, и что Организация рано или поздно попытается его обмануть.       И его предчувствия не прогадало.       Однажды ночью, когда Ло работал над очередным фрагментом записей, в лабораторию ворвались штурмовики. Они схватили его и, по необъяснимым причинам, выволокли из лаборатории.       Ло устоял, но силы были неравны. Его затащили в темную комнату, где уже стояли несколько человек в черных плащах. Среди них был и Доктор. — «Что происходит?» — спросил Ло, его голос дрогнул, но он пытался не подавать виду.       Доктор молчал. Вместо этого он заговорил с одним из людей в плащах. — «Ты предал нас», — произнес он. — «Мы знаем, что ты связался с внешним миром. — «Это ложь!» — воскликнула Ло. — «Я ничего не делал.» — «Не лги нам», — сказал штурмовик. — «У нас есть доказательства».       Он повернулся и подошёл к Ло.       Ло отступал, как загнанный зверь, но его путь преграждали четверо массивных штурмовиков. — «Что это значит?» — прохрипел он, глядя на шприц в руке одного из них. — «Не важно» — презрительно усмехнулся человек. — «Не тратьте время на сказки. У нас есть способы более убедительные».       Он пытался отступить, но штурмовики бросились на Ло. Один удар кулаком по животу, отчего у Ло перехватило дыхание и потемнело в глазах. Второй схватил его за волосы и дернул голову назад.       Ло пытался вырваться, закричать, ударить, но его голос утонул в хрипах боли. Штурмовики били его методично и безжалостно, как будто отрабатывали приемы на манекене. Удары сыпались градом — в живот, в грудь, в лицо.       Кровь хлынула рекой, заливая подбородок и шею. Ло чувствовал, как хрустят ребра, как вспыхивает боль в каждой части тела. Он пытался защититься, закрыв лицо руками, но это лишь вызывало новые волнующие удары. — «Рассказывай!» — рычал доктор, стоя над ним. — «Где остальные записи?       Ло молчал. Он стиснул зубы, сдерживая крики, отказываясь дать им то, чего они хотят. Он знал, что если раскрыть это, то подпишет смертный приговор не только себе, но и Персику.       Тогда один из штурмовиков достал из кармана нож. Лезвие блеснуло в тусклом свете, и Ло похолодел. — «Не надо… Тебе же хуже будет» — сказал он, но его слова были заглушены новым ударом.       Штурмовик опустился на колени и приложил нож к его щеке. Легкое движение — и на лице Ло появилась тонкая, кровоточащая полоса. — «Будешь говорить?» — прошипел штурмовик, надавив на нож.       Ло снова промолчал. Он смотрел в глаза своему мучителю, полные напряжения и презрения.       Штурмовик последовал и надавил сильнее. Нож вошёл в плоть, и Ло зашипел от боли. — «Я говорю в последний раз», — произнес человек в плаще, его голос был холоден и бесстрастен. — «Где остальные записи?       Ло смотрел на них, окровавленный, избитый, сломленный. И он понимал, что больше не может сопротивляться.       И тогда он закрыл глаза и произнес одно слово: «Персик… Гусыня».       В этот момент что-то сломалось. Он предал их. Он предал себя. И больше не видел смысла в сопротивлении. — «Хорошо», — прошептал он. — «Я расскажу вам».       Прошептав это его сознание начало угасать, погружаясь в пучину отчаяния и самобичевания. Он больше не чувствовал боли, только нарастающий страх за Персика и гусыню.       Внезапно дверь в комнату с грохотом распахнулась, и внутри ворвался э отряд штурмовиков в знакомой, но в то же время чуждой форме, а за ними Луиза. Автоматы в их руках палили огнем, и пули, как осы, разрывали воздух.       Все произошло за считанные секунды. Человек в плаще, штурмовики-палачи — все они оказались под огнем. Комната наполнилась криками, запахом пороха и крови. Ло видел, как тело падает на пол, как пробиваются стены, как разлетаются осколки.       Он чувствовал резкую боль в плече, но не придал ей значения. Его сознание ускользнуло, и он увидел происходящее как бы сквозь пелену.       И тут...! Резкая, пронизывающая до самых костей, боль в животе. В него воткнули нож...       Луиза подошла к нему «Хм… Отнесите его в медпункт» — сказала она.       Он пытался что-то сказать, но не смог. В глазах потемнело, и он провалился в темноту.       Ло очнулся от боли в голове. Он лежит на койке в белоснежной палате, увешанной мониторами и датчиками. Пахло антисептиками и лекарствами. Он попытался приподняться, но резкая боль во всем теле заставила его лечь обратно. — «Не двигайся», — услышал он знакомый, такой же ровный как и всегда, голос.       Луиза сидела недалеко от него, ее лицо было усталым, а рядом крутился Малецки, пытаясь не раздражать ее, но в то же время беспокоился о друге. — «Что произошло?» — прохрипел Ло. — «Где я?» — «Ты в медпункте», — ответил Малецки. — «Ты был тяжело ранен. Тебя чуть не убили». «Кто напал?» — спросил Ло. — «Те люди…» — «Они были предателями Организации», — перебила Луиза. — «Мелкие сошки, которые хотели завладеть Башней и использовать ее в своих целях». — «Предатели? У вас и такие есть? … Хах… Действительно у вас много разных существ… Бери на любой вкус» — съязвил Ло, пытаясь осознать услышанное и заглушить боль. — «Но зачем им было меня пытать?» — «Они думали, что ты знаешь больше, чем говоришь», — ответил Малецки. — «Они хотели выведать у тебя все секреты Башни, чтобы использовать их в своих странностях». — «А Персик и гусыня?» — спросил Ло, его сердце забилось сильнее. — «С ним всё в порядке?»       Малецки изменился в лице. - «Персик .........». Повисла тишина. — «Где Персик?» — уже более уверенным тоном произнес Ло. — «Ты только не волнуйся… Он… Он…» — замялся Малецки — «Мы не знаем. Все это произошло быстро, что из-за всей этой заварухи с тобой, наших ребят там постреляли и забрали твоего пса. Гусыня же была найдена в другой ветке, мы тогда все так охренели. Ну да ладно… Твоего пса уже ищут.»       Ло был в полнейшем шоке он не знал, что сказать. Его мир так быстро рушился и он не мог его спасти…       Ло резко вздохнул, кислорода стало чертовски мало, пульс зашкаливал и сердце отбивало бешеный ритм, который можно было услышать даже в другой ветке. Эта новость была единственным кошмаром на данный момент. — «Что будет дальше?..» — спросил он. — «Дальше… мы должны подавить предателей и попутно найти пса, я так полагаю», — ответила Луиза. — «Мы должны раскрыть их планы и предотвратить катастрофу.»       Ло посмотрел на нее, его взгляд был полон сомнений. - «Почему я должен вам верить?» — спросил он. — «Вы тоже меня предали. Вы использовали меня, чтобы получить информацию о Башне». - «Я знаю», — ответила Луиза, - «Но сейчас это взаимовыгодно. Подумай.»       Ло молчал, обдумывая ее слова. Он не знал, кому верить, кому доверять. Он был один против всего мира. Но если то, что сказала Луиза, правда, если Башня действительно угрожает мироходцам, то он не мог оставаться в стороне. - «Что я должен сделать?» — спросил он.       Луиза улыбнулась. - «Помоги нам расшифровать записи», — ответила она. — «Только ты можешь раскрыть тайны Башни и предотвратить катастрофу».       Он повернулся. К нему подошло двое штурмовиков. Его снова отвели в камеру и оставили.       Ло лежал без движения, его сознание было затуманено. Он понимал, что предал не только себе, но и всех тех, кто в него верил.       Но самым страшным было то, что он поставил под угрозу жизнь Персика и гусыни. Персик ....