Kendo

— У-Уэнсдей, прошу... не надо... я боюсь крови и боли... — последнюю фразу Энид проговорила как скороговорку, голос её дрожал. Уэнсдей медленно нависала над ней, провела чёрным, безупречно наманикюренным пальцем по щеке блондинки. Та вздрогнула и покраснела, сама не понимая — от страха или от чего-то иного. — Оу, Энид, Энид... Какая же ты трусиха. И ещё с этими ублюдками водишься, — произнесла Уэнсдей насмешливо. Энид вскинула бровь, приподняв голову. Стыд, бывший секунду назад, испарился. — Ты... ох... — она споткнулась на словах, глядя в лицо, полное презрения и ледяной пустоты. — Ты ох... охуела?! Я не трусиха! — рванулась, пытаясь вывернуться, надавить, хоть что-то сделать — безуспешно. Уэнсдей лишь слегка улыбнулась, приблизившись, кривя губы от стона одного из побитых друзей Энид. — Материшься, волчонок? Ай-ай. — Она пригрозила пальцем, кокетливо коснувшись носа Энид. Та тут же вспыхнула, глаза расширились. — Ты... ты что... — слова застряли в горле, она уставилась на лицо готки, освещённое закатным светом. — Ах, точно, забыла. Я ж тебя покалечить должна... или убить? — произнесла Уэнсдей, будто рассуждая вслух. Энид вздрогнула, когти впились в запястья, которыми Уэнсдей удерживала её. Та тихо зашипела от боли. — Нет, Уэнсдей, п-прошу... Я же тебе ничего не сделала... — О, ты ещё как сделала, — прошептала Уэнсдей, наклоняясь почти впритык. — Своими смешками. Издёвками. Ужасным вкусом в одежде. Энид тяжело дышала. Её взгляд метался — от глаз Уэнсдей к её губам. Та это заметила. — Неужели тебе не наплевать на чужие насмешки? А мой стиль — моё дело! И тут Уэнсдей вдруг осознала: почему её вообще это задело? Она же никогда не обращала внимания на слова. Но сейчас — что-то нарушило правила. — Я... — она растерялась. Уэнсдей Аддамс. Растерялась. — Блядь, — вырвалось с её губ. Энид рассмеялась. Её позабавило удивлённое лицо Уэнсдей. Но тут же вспомнила — расстояние между ними меньше пальца. Слова застряли в воздухе. Слишком близко. — Мы ещё долго так будем лежать? Бетон холодный, я простудой заболею, — буднично сказала Энид. — Тебя, блядь, волнует простуда? Сейчас?! — Уэнсдей отстранилась, чтобы лучше видеть её лицо. Зыркнула с раздражением. — А что ещё должно волновать? — Твоя смерть, — ответила готка без тени шутки. Они ещё несколько минут лежали так. Вокруг начали оживать тела. Кто-то застонал, зашевелился. — Какого хрена... Где эта сука? — Рид с трудом приподнялся, глядя мутным взглядом. — Энид! Держись! Он попытался подняться и пополз к ним. Уэнсдей схватила палку кендо и, не раздумывая, ударила его по голове. Он рухнул на землю, застонал. — Ах ты ж, блять! — заорал он. — На неё, все! Его дружки начали подниматься, но походили больше на зомби из дешёвого хоррора. Уэнсдей лишь ухмыльнулась. Взяла Энид под руку, в другой — палку, и побежала к выходу с кампуса. Блондинка сначала вырывалась: — Отпусти меня, сволочь! Но потом облокотилась на её плечо, продолжила бежать. Они остановились у края леса. Уэнсдей толкнула Энид к дереву. Та ударилась спиной. — Ай, чёрт... Зачем так грубо? Ответа не последовало. Уэнсдей смотрела назад — погони не было. Вздохнув, она присела рядом, облокотившись о дерево. — Фух... Ещё и не самый быстрый волк, — фыркнула Уэнсдей, потирая ступни. — Перестань называть меня недооборотнем, — фыркнула Энид, выделяя слово. — Я тебя так не называла, — пожала плечами Уэнсдей. — Намекнула. Как и Рид с его «свитой»... — Энид сжалась, опустив голову на колени. — Так зачем ты вообще с ними водишься? — Я... не знаю, — пожала плечами блондинка. — Хотела хоть как-то влиться. В круг себе подобных. — Влилась? — насмешливо спросила Уэнсдей. — Пошла ты... — пробурчала Энид. — Я не в восторге была, когда они переключились на тебя... Впервые она посмотрела ей в глаза, наклонившись ближе. Уэнсдей вглядывалась в её лицо, как будто впервые увидела. — Кхм... Так почему не убила? Или не покалечила? — попыталась сменить тему Энид. — Помешали твои дружки, — хмыкнула Уэнсдей. — Врёшь. — Может, и вру, — вновь пожала плечами готка. Они сидели в тишине. Минут десять. Может больше. Потом Уэнсдей откашлялась: — Ты мне нужна... Для дела. — Какого? — После этого... твои «хищники» не дадут мне спокойно жить в кампусе. Так что ты будешь моим живым щитом. Энид поморщилась. — В смысле? Я должна получать пизды вместо тебя?! С какого перепугу?! Уэнсдей молча приложила палец к губам Энид. — Ты будешь двойным агентом. — Ты охренела? Почему я должна?! Уэнсдей наклонилась ближе. Её голос стал тише, но холоднее. — За то, чтобы остаться целой. Договор? Энид вздохнула. Подумала. — ...Договор.