Последняя любовь

Прошёл год. Жизнь шла, как могла. Я была женой сына заведующей. Он стал для всех идеальным мужем. Только не для меня. Я жила — как будто шла по льду, тонкому и чужому. Дни в садике сменялись ночами в пустом доме. Мы с Оксаной больше не говорили. Она отдалилась. Захлопнулась, как ставни в шторм. Но однажды всё изменилось. Это был обычный день. Я пришла утром — а Оксаны нет. На её месте — пусто. Только фартук висел, аккуратно сложенный. Мне стало не по себе. В обед зашла заведующая, глаза были красные. — Оксана в больнице. Инсульт… И всё вокруг меня померкло. Я поехала к ней сразу после смены. Она лежала, глаза полузакрыты, лицо искажено болью. Но когда я взяла её руку — пальцы чуть дрогнули. — Прости… — выдохнула она одними губами. — Я… так любила… Но я боялась. Я села рядом, не в силах сдержать слёзы. — Я всё ещё люблю тебя. Я ни дня не жила по-настоящему с тех пор, как ты исчезла. Она улыбнулась. Лишь уголком губ. И прошептала: — Я знала… Даже тогда, когда ты была с ним… всё равно чувствовала. Ты была моей. Ты — моё сердце. Через два дня её не стало. На похоронах я стояла, не в белом — но вся в её любимом цвете, винно-красном. У меня в руках был тот самый крабик, в который она всегда собирала волосы. Я положила его ей в гроб, прямо в ладонь. — Чтобы не забыла, Оксана… — прошептала я. — Чтобы там, где ты сейчас, я была у тебя хоть капелькой ближе. После похорон я ушла. Навсегда. Ни мужа, ни сада, ни города. Я сожгла всё, что могло удерживать меня в прошлом. Прошло много лет. Я состарилась. И вот однажды, разбирая вещи в старом доме, я наткнулась на фото — мы вдвоём, на кухне, в том самом вечере. Она смеялась, а я смотрела на неё так, как смотрят только раз в жизни. Я уснула с этим фото на груди. И во сне она пришла ко мне — в том фартуке, с волосами, собранными в крабик. Села рядом. — Пора домой, Гульнур. Пошли со мной. Я соскучилась. И мы ушли. --- Фотографию нашли утром. В руках старой женщины, которая улыбалась во сне. На задней стороне было написано: *"Оксана. Моё навсегда."*