Его зовут Северус Снейп

      Улыбка встречающего ребят Драко и так была нервной, а едва он заметил состояние Гарри — и вовсе увяла. Тот был бледен, но несмотря на это улыбался почти как обычно. И все же что-то в его выражении лица было неуловимо несчастным. Малфой привычно поздоровался — Поттер и Снейп прибыли портключом последними. Рон, Гермиона, Панси и Блейз уже попивали чай на диване в этой же гостиной.       Поначалу все обменивались впечатлениями от проведенного дома Рождества, но беседа быстро сошла на нет, и все, не сговариваясь, вопросительно уставились на Гарри. Тот даже слегка растерялся, взглядом ища помощи у Северуса.       — Гарри, что-то случилось? — нарушила общее молчание Гермиона, проницательно вглядываясь в его глаза.       Поттер вздохнул, нервно потер переносицу, поправил очки, и неожиданно для всех воззрился на Драко:       — Родители ведь рассказали тебе?       — В общих чертах, — отрывисто кивнул он, бледнея. Не то чтобы он не верил родителям, но до конца хотелось думать, что им приснился страшный сон. Ну или что домовики Блэков рассыпали галлюциногенный порошок в гостиной на Рождество.       Гарри отзеркалил его кивок, и, набрав воздуха в легкие, принялся за рассказ.       По ходу повествования в воздухе становилось все тише. Прерывистые вздохи друзей резали Гарри без ножа. Где-то на середине истории увидев в глазах девушек слезы, а в глазах Рона — неприкрытое сочувствие, Поттер в отчаянии бросил взгляд на Драко — и там нашел спасение. Остаток истории он рассказывал будто только ему, находя спокойствие в ответном нечитаемом взгляде ртутных глаз.       Малфой ни за что не признался бы, каких душевных сил стоила ему эта невозмутимость — но, видя, что Гарри это помогает, он мысленно вознес хвалу Мерлину за то, что так умеет. Он прекрасно понимал, что такое терять последние крупицы самообладания из-за сочувствия близких, и лучшей поддержкой считал спокойствие, в котором можно найти опору. Даже если внутренне он сам хотел оживить чертового Темного Лорда, чтобы расчленить самостоятельно за каждый миг страдания в глазах напротив.       Гарри закончил рассказ и устало прикрыл глаза. Но тут же распахнул их, ощутив прикосновение — это Снейп, глядя куда-то в сторону и кусая губы, накрыл его руку своей, сжимая в молчаливой поддержке. Поттер в ответ приласкал его ладонь большим пальцем, но дальнейшее взаимодействие спугнул голос Рона:       — Мне жаль, дружище, — голубые глаза, полные неподдельного участия, столкнулись с зелеными, и Гарри громко выдохнул — оказалось, предыдущую минуту он не дышал вовсе. Решившись взглянуть на остальных и краем сознания жалея о покинувшем его руку тепле Снейпа, Гарри закусил губу: в родных лицах он видел отражение своих чувств. Ужас, неверие, печаль и сочувствие. Первой не выдержала Гермиона, и, тоненько всхлипнув, метнулась к другу с соседнего кресла, крепко обнимая. Невольно зарывшись носом в непослушные кудряшки подруги, Гарри зажмурился, прижимая девушку к себе. Та тихонько всхлипывала, уже не скрывая слез, и тихо бормотала:       — Прости… Я сейчас… Это просто…так… Мне так жаль, Гарри…       Она гладила его по голове, словно ребенка, и по щеке парня скатилась первая слеза. Он не плакал с момента магического выброса в доме Вальбурги, и впервые отпустил себя в разговоре с Джеймсом. Предсказуемо, но там он выплакал не все.       — Это реальное дерьмо, — сочувственно отозвался Блейз, ощущая сжавший горло спазм. Рядом всхлипнула Панси, и парень, понимающе вздохнув, приобнял подругу, давая выплакаться на своем плече, при этом сам не отрывая глаз от рыдающей Гермионы, что словно пыталась унять боль друга своими касаниями, поглаживая его по голове и прижимая к груди, как мать свое дитя.       Малфой смотрел на несчастного Поттера, что прятал заплаканное уже лицо на груди у подруги, и сердце обливалось кровью. Внутри становилось тесно от горечи, смешанной с желанием помочь и его несбыточностью. Он перевел взгляд на шевельнувшегося Снейпа — тот снова накрыл свободную руку Гарри своей, и, заметив внимание Драко, слегка нахмурился, но руку не отнял. Пальцы аристократа с силой сдавили подлокотник. «Черт побери, я даже…» но закончить мысль ему не дал Гарри, что слегка гнусавым от слез голоса выдавил:       — Простите за это. Я думал, выдержу пересказ лучше.       — Да о чем речь, — фыркнул Блейз, поглаживая по плечу уже успокаивавшуюся Панси. — Друзья мы, в конце концов, или так — одно название? — и подмигнул Поттеру, привычно сверкая улыбкой.       — Да, — шмыгнула носом Панси, — мы вообще-то тоже за тебя переживаем, что бы ты ни думал, — почти воинственно закончила она, и нервным движением достала из кармана платок, чтобы утереть слезы.       — Спасибо, я это ценю, и ничего иного не думал, — мягко отозвался Гарри, утирая слезы с лица Гермионы каким-то заботливым братским движением, на что та несмело улыбнулась в ответ. И тут же развернувшись к Снейпу, обняла его, шепнув так, чтобы только он слышал:       — Я так рада, что Гарри прошел через это не один, и ты был рядом, спасибо.       Снейп, ошарашенный, не нашелся, что ответить, а Гермиона уже упорхнула обратно в свое кресло.       — Это какой-то кошмар, не представляю как вам было тяжело, — подытожила она, качая головой и тоже слегка гнусавя. — Может, мы можем чем-то помочь? С поисками в библиотеке, хотя бы…       Гарри отрицательно помотал головой.       — Библиотека Хогвартса особо ничем не поможет, а родовые тебя к себе не пустят.       — Не пустят? — озадаченно переспросила Гермиона.       — Можно, конечно, получить разрешение от главы рода, — отозвался Драко, — но родовые книги очень своенравны, особенно у темных родов — таких, как Блэки и Малфои. Несмотря на разрешение они могут элементарно скрывать от тебя часть информации, даже если не станут напрямую вредить. Так что это зря потраченное время.       — Не переживай, взрослые займутся поисками, — ободряюще улыбнулся ей Гарри. — Они знают в этом толк — там одна Вальбурга чего стоит, а уж когда за дело возьмутся все вместе…       — Как Дорея с Карлусом, кстати? — осведомился Драко. Они были и ему не чужими людьми — эти двое были самыми добрыми его дядей и тетей, и их состояние его тоже волновало.       — После разговора с Джеймсом они как будто больше решительны, чем печальны, и это меня радует, — отозвался Гарри. — Но пока он не очнулся, на них было страшно смотреть.       — А им было страшно смотреть на тебя, — буркнул Снейп, глядя себе под ноги. Все головы повернулись к нему. — Что? — с вызовом глянул он на Гарри, что повернул к нему голову вместе со всеми. — Ходил хуже призрака, не ел и молчал. Ты даже не представляешь, как мы за тебя перепугались! — заметив, как губы напротив сложились в хитрую улыбку, слизеринец досадливо закусил губу, жалея, что не прикусил язык чуть раньше.       — Представляю, как ты переживал за Гарри, — понимающе отозвалась Гермиона, за что получила строго опаливший взгляд от Северуса. Стойко игнорируя его недовольство, она добавила: — Я бы с ума сошла, наверное.       — Я просто переживал за брата, — буркнул Гарри, отводя взгляд. — Он, конечно, скотина, но все-таки я его люблю.       — Помните, как часто Дамблдор говорил, что большая сила кроется в любви? — задумчиво отозвалась Гермиона. Заметив красноречивые взгляды, она весело фыркнула: — ладно: Я заметила, что он часто это упоминает в своих речах — в начале года, в конце, на праздниках… Сейчас вот подумала — может, это не такая уж иносказательная вещь? Может, не расти Джеймс в любящей его семье, последствия жизни с крестражем проявились раньше и были бы куда страшнее?       Все притихли, раздумывая над ее словами.       — Ну, по крайней мере благодаря любящей семье за его проблему основательно возьмутся, так что тут с директором не поспоришь, — хмыкнул Рон, и все согласно закивали.       — Спасибо вам за поддержку, ребята, — искренне произнес Гарри, поочередно глядя на каждого. — Мне правда полегчало, и стало спокойнее от мысли, что вы в курсе и я смогу с вами об этом говорить. Но вынужден еще раз напомнить — больше никто не должен знать!       Друзья почти хором заверили парня, что дальше них эта информация не уйдет, и Драко, обведя всех взглядом, произнес:       — Ну что, провести вам экскурсию по мэнору? Или можем остаться…       — Конечно, пойдем, — улыбнулся Гарри. — Я хоть и бывал здесь, но дальше гостиных зал не заходил.       — А я вообще не так много волшебных жилищ видела, так что с удовольствием осмотрюсь, — с энтузиазмом закивала Гермиона.       Остальные тоже покивали, и Драко едва заметно опустил напряженные плечи. Он думал, что ребята откажутся — слишком уж печальным был рассказ Гарри.       — Я не смогу показать вам хозяйское крыло — туда доступ только у родителей — но весь остальной мэнор в нашем распоряжении.       — Что, и спальню ледяного принца увидим? — поддел его Гарри, весело щурясь.       — Обязательно, Поттер, сможешь даже покувыркаться на кровати, — оскалился Драко, и за его спиной задохнулся от смеха Блейз.       Гарри весело расхохотался, и, подмигнув хихикающей Панси, поднялся с дивана вслед за остальными.       Снейп смотрел прямо перед собой, сжимая руками колени. Оказавшись в доме, чего уж тут таить, соперника за сердце Гарри, он на время отвлекся на историю с Джеймсом, но теперь все вернулось на круги своя, и сердце зашлось в пугливом ритме. То, что шуточки Малфоя становились все провокационней, беспокоило, а беспечная реакция на них Гарри это беспокойство умножало в разы. «Гарри плевать на деньги, плевать на положение, но все же… Все же…» — метались мысли в голове, болезненно отдаваясь в сердце — как можно такому оборванцу соперничать с чертовым Малфоем?! Даже опуская положение — для таких, как Гарри, важна семья, и Драко уже отчасти к ней принадлежит, а что Снейп? Представит ему алкаша-отца, тирана и ублюдка, который ненавидит магию? Паника накатывала с головой, за безмятежные (до инцидента) дни наедине с Гарри весь мир отошел на задний план, но сейчас вновь обрушился на Снейпа своей неотвратимостью — в этом мире полно партий достойней, чем он. Из мыслей его выдернуло всего одно слово, сказанное дорогим ему голосом:       — Идешь? — Гарри обернулся, заметив, что слизеринец так и не поднялся вместе со всеми, и сейчас весело и даже как будто ласково смотрел на парня, протягивая руку.       В горле Северуса встал ком. «Будь смелее!» — вновь шептала ему Гермиона где-то в голове. Он схватился за предложенную руку и одним рывком оказался на ногах почти нос к носу с Поттером.       — Куда уж вы без меня, — фыркнул он с максимально независимым видом.       — Никуда, — широко улыбнулся Гарри, и, протянув свободную руку к слизеринцу, заправил за ухо выбившуюся прядь волос. Снейп затаил дыхание, изумленно глядя на лицо напротив — взгляд Гарри стал мягче и будто теплее, и в сердце болезненно отозвалась надежда.       — Эй, голубки, не отставайте! — весело окликнул Блейз, и Северус было залился краской, собираясь ответить что-то едкое, но Гарри только весело расхохотался:       — Уже идем!       И, подмигнув Снейпу, потащил его за собой, не размыкая рук.       Северус не мог понять, что полыхает больше: его щеки от смущения, или кончик уха от теплого прикосновение минутой ранее. Краем глаза он поймал брошенный в их сторону взгляд Драко, и от холода в ртутных глазах его внутренности смерзлись ледяным комом.       Он неосознанно вцепился в руку Гарри еще крепче, и тот ободряюще глянул на него через плечо, истолковав все как-то по-своему.       «Он мой. Мой», — упрямо подумал Снейп, буравя взглядом платиновый затылок Малфоя, что начал невозмутимо вещать о своем родовом гнезде.       Со временем напряжение стало отпускать, и Снейп все с большим интересом слушал Драко — тот действительно здорово рассказывал. Парень очевидно любил свое поместье, где провел детство, и много знал об истории своих предков. И, конечно, повествование весомо скрашивалось ощущением сильной руки Гарри — тот так и не разомкнул их рук спустя час, иногда перехватывая узкую кисть поудобней, запуская по телу Снейпа волну тепла.       Поттер едва мог сосредоточиться на словах Драко — тот очень интересно рассказывал, но все мысли гриффиндорца уплывали к ладони Снейпа в своей руке. «Он не против? Он понимает, почему я это делаю? Неужели я тоже ему нравлюсь?» — сердце трепетало от восторга, замирая в предположениях, на которые он раньше бы не решился. Но вот он здесь — смело коснулся волос так мило смутившегося Снейпа и взял его за руку, не получив в свой адрес ни одного проклятия. И каждый раз, перехватывая его руку своей, испуганно замирал — вдруг сейчас вырвется? Скажет, что хватит таскать его за собой словно маленького? Но нет — он позволяет, словно нарочно не глядя в его сторону, но то и дело сжимая его руку в ответном пожатии, цепляясь сильнее. И от этого молчаливого дозволения Гарри по-хорошему сходит с ума.       Гермиона, поглядывая на парочку двух нерешительных мальчишек (именно так она называла их про себя в голове, обязательно — с ласковой интонацией), не могла сдержать улыбки, и в один из таких моментов ее пальцы переплел со своими Блейз, склоняясь над ухом:       — Не смущай наших голубков, они сами еще не разобрались.       — По-моему, вот-вот разберутся, — с улыбкой шепнула девушка в ответ.       — Очень надеюсь на это. Не понимаю, как можно так долго притворяться слепыми.       — Слушай, а Драко… Ну, он как, в порядке?       Они обменялись долгими взглядами, и губы Блейза тронула теплая улыбка:       — Все-то ты видишь. Обязательно будет.       Девушка понятливо кивнула, крепче сжав чужие пальцы меж своих.       Драко завел всех в библиотеку, из последних сил сохраняя самообладание.       — Это общая часть, не родовая, так что тут вам ничего не грозит, — предупредил он вопрос уже открывшей было рот Гермионы. — Можем здесь пока передохнуть — вон там диванчики, на них можно сидеть читать или просто наслаждаться тишиной. Мне всегда здесь нравилось, — губы тронула легкая улыбка ностальгии.       — Драко, а можно..? — в легком нетерпении почти пританцовывала на месте Гермиона, оглядывая уходящие ввысь бесчисленные полки.       Библиотека Малфой-мэнора выглядела просто потрясающе: сквозь огромные окна лился дневной свет, стеллажи уходили ввысь под высокие своды, и лабиринт этих стеллажей изгибом сворачивал куда-то вглубь помещения — судя по всему, где-то там была и граница с родовой частью библиотеки.       — Можно, — хмыкнул Малфой. — Если что-то понравится — могу даже дать почитать, — загоревшийся в глазах всезнайки блеск стоил этого щедрого предложения, и Драко вновь улыбнулся. — Блейз, сопроводи даму, хорошо?       — Конечно, — белозубо улыбнулся тот, и поспешил вслед за возлюбленной.       Остальные расселись на диванчиках приятных зеленых и бежевого цветов, а благодаря расторопным эльфам на столиках появились напитки.       — Я сейчас вернусь, отдохните пока, — как-то скомканно произнес Драко, и развернулся на выход.       Гарри кусал губы, смотря ему вслед и будто на что-то решаясь. Не успел Северус спросить, в чем дело, как гриффиндорец наклонился к его уху, быстро шепча:       — Извини, я отойду, мне нужно переговорить с ним. Я быстро, ладно?       Они встретились взглядами, и Снейп, стойко игнорируя завязавшийся в животе узел страха, смог только кивнуть.       — Скоро буду, — добавил Гарри, ободряюще улыбаясь и сжимая напоследок руку парня в своей, чтобы после отпустить ее и покинуть комнату вслед за хозяином дома.       Снейп ощутил, что с уходом Поттера стало как-то холодно и пусто. Сердце взволнованно билось в груди, и парень как умел отгонял назойливые мысли. И чуть не подпрыгнул на месте, когда заговорила Панси:       — Как ни прискорбно мне это признавать — все-таки я дружу с Драко с детства — за сердце Поттера он тебе не соперник, — авторитетно заявила девушка, задумчиво постукивая пальцем по чашке с горячим чаем.       — Да, Гарри глаз с тебя не спускает, так что не переживай, — вторил ей Рон, тоже не преминувший угоститься напитком. — Зная его — у них просто какой-то нерешенный вопрос, и Гарри увидел возможность его решить с глазу на глаз.       — Да вы… Да я же не… — не находил слов Снейп, с долей отчаяния глядя то на одного, то на другую.       Рон по-доброму улыбнулся, и от этого стало чуть спокойней:       — Вы с Герми не одни такие умные и наблюдательные, знаешь ли.       Панси смешливо фыркнула и согласно закивала. Северус, отчаянно краснея, все же из упрямства недовольно закатил глаза, и ребята заливисто расхохотались.       Поттер выбежал из библиотеки, но в коридоре Малфоя уже не было. Повертев головой, Гарри обреченно вздохнул, и, набрав в легкие воздуха, крикнул:       — Малфой! Ты где?!       Драко, услышав приглушенный стенами крик, невольно вздрогнул. В голове вихрем роились мысли. Он вообще-то пришел в эту пустующую небольшую гостиную, чтобы выпустить пар — от вида держащихся за ручки Снейпа и Поттера хотелось кого-нибудь ударить. Он не ожидал, что они так быстро сблизятся — но, с другой стороны, оно было и понятно.       Поттер окликнул его снова. Драко зло оскалился, дернув палочкой и тут же пряча ее в карман — во избежание.       Гарри увидел, как отворилась одна из дверей, и верно поняв приглашение, поспешил туда.       Драко стоял в центре комнаты и смотрел в окно, заложив руки за спину.       — Я не помешаю? — осторожно поинтересовался Гарри — фигура перед ним была очевидно напряжена, но он не понимал, что могло случиться за последние несколько минут.       — Нет, что ты, — бесцветно отозвался парень, не оборачиваясь. — Чего ты хотел?       Гарри нервно взъерошил волосы на голове, собираясь с мыслями.       — Я бы хотел извиниться за тот раз на башне… Мне Гермиона объяснила, насколько это…интимный процесс. Я честно не знал.       «Еще бы ты знал, дурной», — мысленно фыркнул Малфой, невольно вспоминая, как Гарри потянулся к его магии, вдыхая ее запах, пробуя ее на вкус… По рукам пробежала едва заметная дрожь.       — Знаешь, что забавно, Поттер? — каким-то непривычным тоном отозвался тот, все еще не глядя на собеседника. — Что единственный, кому я бы дал попробовать свою магию, сейчас просит у меня за это прощения.       — Чт…что? — отупело переспросил Гарри.       — Думаю, нам нужно как-то компенсировать оскорбление, как считаешь? — резко развернулся на него Малфой.       — Ну…д-да… Ты требуешь дуэли? — с опаской рассматривал его гриффиндорец.       — Нет, Гарри, — отозвался тот, глядя на него с пугающей лаской. — Я требую, чтобы ты распробовал меня до конца.       И тут же в комнате словно разлилось море — на Поттера обрушился свежий морской бриз, оставляя соленый привкус на кончике языка, и одновременно дохнуло морозной свежестью с легкой кислинкой яблок. Драко, прикрыв глаза, буквально источал сейчас свою магию — но с магией шло что-то еще. И, поняв, что это, Гарри почти испуганно воззрился на друга, что сейчас улыбался краешками губ.       Спустя пару минут неожиданного откровения все стихло, и Драко, вобрав магию обратно в себя, открыл глаза, что словно светились серебром.       — Теперь ты все знаешь, Поттер. Я не требую от тебя взаимности, потому что знаю, кто тебе дорог. По этой же причине я и не решился требовать твою магию. Мне всего лишь хотелось показать тебе себя целиком. Чтобы ты хотя бы знал, от чего отказываешься.       — Но это же…       — Да. Прости, я представляю твое потрясение, но я больше не мог скрывать.       В комнате воцарилось потрясенное молчание. Поттер лихорадочно обдумывал случившееся — сердце заходилось в неровном беге, все случилось слишком неожиданно.       Драко же с удивлением ощутил, как на него снизошло спокойствие. Он словно скинул с плеч тяжелую ношу — теперь не нужно притворяться, отгораживаться ледяной стеной — Гарри знает, и даже если ценой знания будет потеря его дружбы... Пусть так, слизеринец примет это. И будет знать, что сделал все, что мог.       В несколько шагов он оказался прямо возле гриффиндорца, и спокойно встретил его растерянный взгляд.       — Драко… — жалобно произнес тот. — Я не могу…       — Я знаю, — тихо оборвал его парень. — И не требую от тебя взаимности. Мне просто… — изящные пальцы коснулись щеки гриффиндорца, и тот слегка вздрогнул от неожиданности. «Теплый…» — в сердце защемило, но Малфой провел подушечками пальцев от виска ниже, к подбородку. — Мне оказалось важным, чтобы ты это знал. Я пойму, если ты решишь прекратить общение.       Гарри слегка подвис. «Прекратить? С чего бы?»       — Не вижу для этого причин, если только ты сам не хочешь этого. Если тебе тяжело, или… — он замялся. Говорить о чувствах к нему самому казалось чем-то сюрреалистичным.       — Мне тяжело, — неожиданно легко согласился Драко, и в сердце у Гарри тоскливо заныло при виде серебристых глаз — на дне их плескалась тоска, но Поттер не мог исцелить ее так, как Малфою бы хотелось. — Но это не значит, что я бы хотел потерять твою дружбу. Я ничем тебя не обременю, обещаю.       Прохладные пальцы приласкали подбородок и вернулись выше, огладив скулу и чуть задевая очки.       — Тогда… Ладно, — хрипло отозвался Гарри, растерянно замерев под аккуратными касаниями. — Я бы тоже хотел быть тебе другом.       — Хорошо, — голос Драко звучал непривычно открыто, тепло и искренне, и Гарри хотелось плакать от того, как несправедливо обошлась с ним судьба. Поэтому он позволял касаться своего лица, без слов заверяя, что он не оттолкнет его так жестоко, как, возможно, тот подсознательно ждал. Ртутный взгляд блуждал по лицу гриффиндорца, и, с очевидным сожалением проведя пальцами по теплой коже в последний раз, Малфой отнял руку и произнес, глядя в изумрудные глаза темно-серой грозой: — А теперь вернись к остальным, иначе я за себя не ручаюсь. Я скоро буду.       В горле пересохло, и Гарри только отрывисто кивнул, отступая.       Стоило двери за гриффиндорцем закрыться, как Драко упал на колени, ударяя кулаком мраморный пол под собой. Грудь его сотрясли глухие рыдания, и парень с остервенением приложился саднящими костяшками еще пару раз.       — Черт… — почти беззвучно произнес он. — Ты же знал, знал, ЗНАЛ!.. Идиот, — ругнулся он сам на себя.       «Больно… как же больно…»       «Больно…» — думал Гарри, стоя перед закрытой дверью библиотеки. Взгляд Драко — отчаянный, потерянный и тоскливый — стоял перед глазами и выворачивал чувствительную душу наизнанку. Он всегда относился к парню с затаенным теплом — настолько по-детски началась их вражда, что по-настоящему ненавидеть было невозможно, оставалось только по-доброму наблюдать за его недовольствами. И сейчас, когда они сдружились, пустить его в свое сердце оказалось легче легкого. Малфой быстро стал одним из тех, кому Гарри ни за что не желал бы причинить боли. А вышло… «Несправедливо», — тоскливо подумалось парню. В своих мыслях он распахнул дверь в библиотеку.       Его тут же нашел глазами Северус — он выглядел взволнованным, и теперь быстро осматривал его фигуру, что-то выискивая. На душе потеплело.       И тут же пришло решение.       — Извините, ребята, — как можно спокойней произнес он, и на него тут же внимательно взглянули сидящие на диванчике Рон с Панси. — Мне что-то… Я немного устал, и хотел бы домой. Ничего, если оставлю вас? Повеселитесь тут без меня, ладно?       Ребята недоуменно переглянулись.       — Нужна помощь? — отозвался Рон, но Гарри отрицательно помотал головой, и посмотрел на выжидающе молчавшего Снейпа:       — Северус, ты со мной, или побудешь тут?       Тонкие брови сошлись к переносице, и слизеринец поднялся на ноги.       — С тобой, прослежу, чтобы ты не натворил глупостей, — автоматически съязвил он, и на сердце у Гарри разлилось тепло от такого привычного Снейпа.       — Передайте Драко мои извинения и скажите, что я еще напишу ему.       — Хорошо, давай не хворай, — обеспокоенно произнес Рон, провожая парочку взглядом.       — Думаешь, они с Драко только что…? — произнесла Панси, когда эти двое исчезли во вспышке порт-ключа.       — Хм, — неопределенно отозвался Уизли.