Клон

Не выдержав сопротивления шатена, эльф одним ударом лишил его сознания. Перекинув бесчувственное тело через плечо, словно мешок с зерном, Тадмавриэль направился к своему кабинету. Малый вес пленника был единственным утешением в этой грязной работе. Тёмные улицы, словно хищные пасти, провожали его, и эльф, настороженно оглядываясь, всматривался в густую пелену ночи, боясь незваных свидетелей. В доме он без церемоний швырнул тело Лололошки на скрипучий деревянный пол, окружённый молчаливыми книжными шкафами. – Теперь это твой новый дом, Лололошка… – прошипел Тадмавриэль, и в голосе его звучала зловещая насмешка, а на лице застыла жуткая, хищная ухмылка. Он возвышался над поверженным мальчиком, словно тень над светом. Решив не тратить время, пока пленник находился в забытьи, эльф подошёл к столу, где уже были приготовлены инструменты. Взяв в руки шприц, он вернулся к распростёртому на полу гласгарфцу. Одним отточенным движением Тадмавриэль вонзил иглу в тонкую вену на запястье, набирая драгоценную кровь. Закончив, он небрежно отбросил руку мальчика и вновь склонился над своим алхимическим столом, переливая свежую кровь в стеклянную пробирку. Прошли часы, пока не завершилась его зловещая работа. Теперь перед ним стоял двойник Лололошки, его идеальное отражение, плод тёмной науки и безумной цели. Ранние лучи солнца не смели проникнуть сквозь плотно зашторенные и наглухо заколоченные окна. Комнату окутывал полумрак, рассеиваемый лишь тусклым желтоватым светом настенных фонариков. Его едва хватало, чтобы различить очертания предметов в этом царстве теней. Лололошка очнулся, сонно потирая глаза. Оглядевшись, он узнал знакомый интерьер. Мелькнул в памяти тот день, когда Эграссель, тайком, провел его по коридору, и дверь в кабинет Тадмавриэля оказалась слегка приоткрыта. Взгляд его упал на хозяина кабинета и стоящего рядом мальчика. Зрачки Лололошки сузились от ужаса. Рядом с эльфом стоял его точный двойник. Продолжение следует…