Виртуальность

      Саймон въехал в Мелроуз Дистрикт и затормозил на Гленроза авеню у шикарного двухэтажного дома. Я вылез из машины и охуел еще раз. Сколько, блять, нужно зарабатывать, чтобы позволить себе жить здесь? Продолговатое здание с колоннами было в юго-западном современном стиле. Плоская крыша, огромные окна по всему фасаду, терракотовая плитка, большой участок с ландшафтным дизайном. Я рассмотрел дорожки из траверина, какие-то пустынные злаковые растения и кучу высоких толстых кактусов, а еще крытое патио на заднем дворе и бассейн. Поэтому шагал я за Райли к качественной массивной кованой входной двери и вертел головой по сторонам, чуть ли не рот раскрыв от удивления. А потом вдруг случилось это. Никаких необычных или странных ощущений вроде тремора, звона в ушах или головной боли. Меня просто выбросило из реальности.       ***       Мы резались в карты на базе в комнате отдыха. Газ сдавал и, судя по довольной роже, отхватил себе как минимум роял флэш. Я смотрел на Саймона. Он улыбался краем губ и был таким красивым, что у меня скулы сводило от желания его поцеловать. И почему я все никак не мог решиться на то, чтобы как-то дать ему понять о своих чувствах? Стеснялся наверное. Просто сложно вот так ни с того, ни с сего подойти к боевому товарищу и сказать: «Слушай, сегодня Манчестер играет. Давай посмотрим вечером. Заодно полижемся на диване под пиво.» Я вздохнул.       — Юх-ху! Съели?! — Газ заорал, и вправду выкатив на стол комбинацию из туза, короля, дамы, вальта и десятки. — Денежки мои!       — Да иди ты! — я фыркнул и хлопнул картами об столешницу. Те разлетелись среди фишек и купюр, которые радостно сгребал к себе, растопырив пятерни, Гэррик. — Мухлюешь, как всегда.       — А нихуя! Вы играть не умеете. На мордах все сразу читается.       — У Райли на морде читается? — я заржал и нагнулся под стол поднять упавшие туда двадцать баксов. — У него эмоций меньше, чем у кирпича.       Призрак тихо хмыкнул и тоже потянулся за двадцаткой одновременно со мной. Наши пальцы соприкоснулись. Меня будто прошибло током от пяток до макушки. Я застыл, смотря в его глаза. Он глядел в мои. Мы тонули друг в друге, словно нас в водоворот затягивало. Будто время остановилось, и мир исчез. И остались только одни его глаза напротив. И я понял, что мог бы сидеть вот так вечно, до скончания времен, лишь бы была возможность смотреть на него. И всё. Мне больше ничего не нужно. Ни Кайл, который не замечая ничего вокруг продолжал собирать выигрыш. Ни база. Ни миссии. Ни. Че. Го.       — Так, завязывайте с играми. — вошедший в комнату Прайс прислонился к косяку, доставая из нагрудного кармана свою любимую сигару. — Появилось одно интересное дело. Завтра в Финикс вылетаем.       Я вздрогнул и неловко отстранился от Призрака, чуть не впечатавшись башкой в стол. Увидел, как он едва видимо усмехнулся. Да, блять. Веду себя, как влюбленный щенок, а ему хоть бы хны. Сидит вечно с невозмутимым лицом. Еще и забавляется. Я нахмурился. А Саймон повернулся к Прайсу и сказал:       — Какого черта мы в Америке забыли?       — МИ-6 совместно с ЦРУ работает над одним секретным проектом. Нас выбрали в качестве тестовой группы.       — Шутишь, кэп? — Газ хохотнул. — С каких пор наше бюро с янки сотрудничает?       — С тех самых. — капитан помял в пальцах сигару, раскуривать не стал, спрятал назад. — Сразу скажу, наше участие добровольное. Каждый должен будет сам решить, хочет он в это ввязываться, или нет. Прилетим на место, послушаем заучек, если что самолет будет ждать на аэродроме.       — Ну ничего себе привилегии. — я протянул задумчиво. — Не миссия, а мечта. Всегда хотел на Красный Каньон посмотреть. Нам выходные-то хоть предоставят?       — Ага, — Прайс кивнул, глядя на меня насмешливо. — И экскурсию оплатят.       — Понял, понял. Приобщение к природе отменяется.       — Все, харе трепаться. Подорвали задницы и погнали на медосмотр. — кэп махнул рукой. — Утром возьмете снаряжение у Роджерса. В штабе подпишете документы о получении оружия и ознакомлении с планом миссии и правилами ROE. На всё про всё сутки. Всем понятно?       — Так точно, капитан.       Вразнобой загудели мы, потянувшись к выходу.       ***       Я очнулся от этого состояния так же внезапно, как и погрузился в него. Саймон обеспокоенно тряс меня за плечо. Я помотал головой и перевел на него расфокусированный взгляд.       — Джонни, ты чего? Ты застыл. Всё в порядке?       Голос Райли сочился тревогой. Я сглотнул и провел ладонью по взмокшему лбу. Только что я вот точно так же смотрел в его глаза, только… Где, блять? В галлюцинации? В другой реальности? В причудливом сне наяву? Захотелось от всей души выматериться. А рассказывать Призраку о своих фантомных иллюзиях почему-то не хотелось. Он был там. Саймон из моих воспоминаний. Солдат. Мой напарник. Друг. Человек, в которого я был влюблен. И он был здесь. Другой. Странный. Но все тот же. Любимый. Мой муж… Поэтому я отмахнулся от ненужных мыслей и улыбнулся ему.       — Просто вспомнил кое-что. Дом увидел и нахлынуло. Не переживай так, в обморок падать не собираюсь.       Саймон заметно расслабился, и мы наконец вошли в помещение. И неожиданно дом и правда показался мне знакомым. Как будто я уже не раз бывал здесь. Внутри меня ждал элегантный и стильный интерьер. Открытая планировка, объединяющая гостиную, столовую и кухню в большое светлое пространство. Высокие трехметровые потолки. Паркет из ценных пород дерева и плитка из натурального камня. Стены были отделаны венецианской штукатуркой в бежевых и серых тонах. Я разглядел дорогущую технику марки Sub-Zero и панель у входа для системы «Умный дом». Похоже, мы с Райли и правда не нуждались в деньгах.       Призрак суетился вокруг меня и намеревался провести экскурсию по дому. Но, когда я сказал, что помню планировку, просиял радостью и ускакал на кухню готовить ужин. Я удивился — ни в одной из знакомых мне реальностей Райли не увлекался кулинарией, — но придираться не стал. Поднялся на второй этаж и расслабился под горячим душем в ванной, больше похожей на купальню какого-то арабского шейха — столько в ней было мрамора и позолоты. В спальне я порылся в шкафу и извлек из него домашний спортивный костюм серого цвета. Ткань была приятной к телу и дорогой. И я поймал себя на мысли, что такая жизнь мне начинает нравиться.       Спустился в столовую. Саймон накрыл на стол и откупоривал бутылку вина. Я выгнул бровь в удивлении.       — Ты уверен, что хочешь вино пить? Не виски, не бурбон, не? — я подошел к нему и уцепил пальцами бутылку, поворачивая к себе этикетку. — Domaine de la Romanée-Conti? Господи, что оно такое вообще?       — Нет, не виски и не бурбон. — Райли мягко засмеялся. — У нас сегодня запеченный лосось на ужин. Это подойдет гораздо лучше.       — Ты с каких пор гурманом стал? — я плюхнулся за стол, обозревая фарфоровую посуду, серебряные приборы и бокалы из хрусталя, в которые Призрак разливал рубиновую жидкость. — Всегда думал, что к рыбе лучше белое.       — Нет, это прекрасно подойдёт. Оно комплексное. — Призрак уселся напротив меня и прикрыл колени накрахмаленной салфеткой. — И вообще, это ты всегда на меня кричал за манеры. И говорил, что ужинать нужно в соответствующей обстановке, а не пиццей из коробки. Тем более у нас сегодня праздник. Ты наконец-то снова дома.       Он улыбнулся и протянул ко мне бокал. Я решил сделать вид, что совсем не охуеваю от такого Саймона, и поднял свой. Мы чокнулись, выпили. Вино и правда было отменным, с премиальным ярким вкусом. Сомневаюсь, что в своей прошлой жизни я такое пробовал. Я подцепил вилкой кусок лосося с овощами, смотря, как уплетает свою порцию Райли. Хоть это все и казалось мне странным и неестественным, но, как будто в противовес логике, вызывало внутри ощущение правильности. Словно здесь и было мое место. Рядом с ним. Поэтому я решил заткнуться и есть молча. Тем более действительно было вкусно. Никогда не подумал бы, что Призрак способен хорошо проявить себя на кухне.       Мы поужинали, помыли посуду вместе, болтая на нейтральные темы. Говорил в основном Саймон. Рассказывал о своей работе, о новых контрактах на строительство какой-то высотки в Дубае. У него, оказывается, было свое архитекторское бюро, которое работало с заказами по всему миру. Я воспринял эту новость спокойно. После сегодняшнего дня я, честно говоря, уже ничему не удивлялся. Скажи он мне, что является внучатым племянником королевы Елизаветы, я бы наверное только пожал плечами и попросил не заводить слишком много корги.       После того, как мы закончили с рутиной и поднялись в спальню, Призрак ушел в ванную, а я разделся до боксеров, влез в кровать и неожиданно разнервничался. Вот сейчас он помоется, выйдет, ляжет рядом и… А что делать-то, блять? Ну да, мы типа муж и муж. Хоть я и не помню нихуя из нашей семейной жизни, но раз мы в браке, значит и спим мы тоже вместе. И не только спим, но и «спим», блять. И как теперь? Он-то помнит все прекрасно, и для него это привычное дело. А для меня, как будто в первый раз. Да я вообще не думаю, чтобы когда-либо в своей жизни занимался сексом с парнем. Та влюбленность в Райли, флэшбэки от которой я сейчас ловлю, была для меня новой и единственной в своем роде. По крайней мере в той реальности. А эту я не то, чтобы помню. И поэтому не буду знать, что делать, и как себя вести. И вообще… Ебанный пиздец.       Когда Саймон вернулся в спальню, я уже накрутил себя до такой степени, что лежал под одеялом красный, как пожарный автомобиль, и комкал в руках простыни. Призрак окинул меня недоуменным взглядом, вздохнул, покачал головой. Погасил верхний свет, оставив только бра над прикроватными тумбочками, и медленно опустился рядом со мной. Я сглотнул, как кролик в логове льва. Райли хохотнул и нагнулся ко мне, поцеловав в лоб, а потом откинулся на свои подушки и достал книгу из ящика, а вместе с ней и очки, нацепив их себе на нос и став похожим на профессора из Гарварда. Я вылупился на него изумленно. В жизни не думал, что увижу, как он читает. Тем более что там?... Я скосил глаза на обложку. «Над пропастью во ржи» Сэлинджер. А я-то наивно предполагал, что больше ничему сегодня не удивлюсь.       — Джонни, ты выглядишь сейчас, будто слона в посудной лавке увидел. — Призрак улыбнулся краем губ и перелистнул страницу.       — Да что-то типа того… — я протянул озадаченно и нервно потер пальцами переносицу. — А ты читать будешь, да?       — Да. Я всегда читаю перед сном. А ты постарайся уснуть. Доктор Парсонс сказал, что тебе нужно усиленно отдыхать.       — А ты разве не хочешь?... — я запнулся и ощутил, что снова краснею. — Ну… Эээ…       — Трахнуть тебя? — Райли выдал невозмутимо, не отрывая взгляда от книги в своих руках. — Хочу. Но я могу потерпеть, пока ты не будешь себя комфортно чувствовать.       — Ага. Класс. Круто. Да. Спасибо. Наверное.— я пробормотал, чувствуя себя идиотом, и перевернулся на бок.       Призрак тихо хмыкнул, а я вздохнул и с силой зажмурился. Вот же я дебил… Сам накрутил себя. Навыдумывал черт знает что. Вот Саймон заметил и повел себя как джентльмен. А я теперь жалею, что он и вправду не стал пытаться требовать с меня исполнения супружеского долга. Мысли внезапно скакнули к тому, что было бы, если бы Райли меня поцеловал. Я представил себе ощущение его губ на моих. Шершавых, сухих, горячих. Я почему-то совершенно четко знал, что они будут твердыми и горячими. И будут пахнуть фруктами из-за вина. И они будут на моих, мягко сминая… А потом он пройдется по ним языком… И нависнет надо мной, углубляя поцелуй… Прижмется ко мне идеальным тренированным телом… Блять. Я вздохнул еще раз, уже от того, что мне стало жарко, и повертелся с бока на бок, пытаясь успокоиться. Призрак не реагировал на мои копошения, как будто не замечая. Я покрутился еще. И еще. И еще. А потом неожиданно уснул. И спал крепко и глубоко. Пока меня снова не выбросило в другую реальность.       ***       Лаборатория была стерильно чистой, выглаженной под линеечку, выстроенной по струночке. Мы вошли в просторное помещение, освещенное ярким искусственным светом люминесцентных ламп. В пространстве, огороженном белыми стенами и похожем на какой-то фантасмагоричный бокс космического корабля, стояло несколько столов с мониторами компьютеров на них, со странным мигающим оборудованием и округлыми обтекаемыми шлемами с торчащими из них трубками, смахивающими на VR. У стен притулилось несколько капсул со стеклянными панелями, похожих на медицинские. От центрального стола поднялся тощий дерганный парень с блондинистыми волосами и в очках на курносом носу. Он был одет в черные брюки и голубую рубашку, а поверх нее в белый халат, с правой стороны которого висел бейдж. Я напряг зрение и прочитал: «Секретный Научно-Исследовательский Центр «Арес». Отдел Имерсивных Симуляций и Нейровиртуальной Интеграции. Профессор Дж. Бауерс». И подавил желание фыркнуть. Новоявленному профессору на вид было лет двадцать пять от силы.       Бауерс радостно заулыбался и замахал приветственно руками.       — Капитан Прайс, сержант МакТавиш, лейтенант Райли, сержант Гэррик. Прошу, проходите. — он воодушевленно перечислил наши имена, слегка запинаясь. Выглядел при этом, как заика-ботан если честно. Мы переглянулись и сдержали улыбки. — Спасибо, что приехали так быстро. Пожалуйста, присаживайтесь.       Он указал на стулья, что стояли посреди комнаты прямо перед его столом, и мы расселись. Сам профессор оперся бедрами о столешницу и воззрился на нас с энтузиазмом. Как будто любящий папочка на милых детишек. Хоть и смотрелись мы тут как инородное тело в своих униформах и экипировке. Еще и Призрак, как всегда маску свою напялил. Чем заставил Бауерса время от времени бросать на него нервные взгляды. Я скептически оглянулся и сказал, глядя на профессора:       — Секретный Научно-исследовательский центр значит? Выглядит скорее как научно-фантастический фильм.       — Можно и так сказать. — ученый взволнованно улыбнулся. — Но поверьте, все, что вы видите, это вполне реальная наука.       — К делу, профессор. — Прайс бросил на меня предостерегающий взгляд, и я воздержался от дальнейших замечаний. — Нам сказали, у вас есть что-то, что может изменить правила игры.       — Совершенно верно, капитан. — Бауерс кивнул, собираясь с мыслями. — То, над чем мы работаем здесь, имеет потенциал революционизировать подготовку солдат и их боевые возможности. Мы назвали это проектом «Аргус». По имени Аргуса Паноптеса. Гиганта со множеством (часто упоминается сто) глаз, что делало его чрезвычайно бдительным и эффективным стражем на службе у Геры.       — «Аргус»? И что же этот «Аргус» из себя представляет? — вступил в разговор Райли. — Очередной экзоскелет или лазерная пушка?       Я тихо фыркнул, Саймон покосился на меня. Я был уверен, что под маской он ухмыляется. Хорошо устроился. Прикрыл рожу своей черепастой балаклавой и сидит, как вежливый мальчик. А мне приходится мышцы напрягать, чтобы держать серьезное лицо. А то капитан бросает недовольные взгляды.       — Нет, лейтенант. — профессор покачал головой, кажется не уловив подвоха в вопросе. — Мы идем глубже… Гораздо глубже. В человеческий разум.       — Ого. В разум? — Гэррик загорелся азартом. — Это типа осознанные сны? Я вроде что-то такое слышал.       — Именно, сержант. Но не просто осознанные сны. — Бауерс завелся, попав в свою стихию, и оттолкнулся от стола, бегая перед нами взад-вперед и размахивая руками. — Мы разработали технологию, позволяющую не только погружать испытуемых в полностью контролируемые сновидения, но и интегрировать в этот процесс элементы виртуальной реальности в режиме реального времени.       Я слушал его слова и кусал губы. То, что он рассказывал, походило на какой-то бред сумасшедшего. И поэтому я сказал:       — Погружать солдат в сны? И как это сделает из них «супер солдат»? Звучит как какая-то эзотерика.       — Дело в нейротрансмиттерах, сержант, и в пластичности мозга. Во сне мозг гораздо более восприимчив к обучению и перепрограммированию. — дерганый ученый не смутился нашим недоверием и продолжал увлеченно жестикулировать. — Представьте себе: мы создаем идеальные сценарии боевых действий, адаптирующиеся к действиям солдата в реальном времени через VR-интерфейс. Они переживают бесчисленное количество тренировок, сталкиваются с различными угрозами, принимают решения под давлением – и все это в контролируемой среде их собственного разума.       — И что это дает на практике? — спросил Прайс. — Они просыпаются и внезапно становятся Рэмбо?       Бауерс засмеялся. Взъерошил волосы и поправил очки, то и дело сползающие на кончик носа. Мы тоже заулыбались.       — Не совсем мгновенно, капитан. Но многократное переживание таких сценариев формирует новые нейронные связи. Улучшается реакция, принятие решений становится инстинктивным, страх притупляется. — пояснил профессор. — Они учатся на ошибках без реальных потерь. Мы можем оттачивать их навыки владения любым оружием, тактику боя в различных условиях, даже психологическую устойчивость к стрессу.       Мы затихли, переваривая полученную информацию. Это было необычно, звучало, как фантастика, и было интересно, чего уж там. Как будто мы разом попали в будущее и мир новых технологий. Я посмотрел на Райли, который сидел с невозмутимым видом, а потом спросил своим привычно хриплым голосом, от которого я неизменно ловил мурашки:       — То есть, вы загружаете им в голову опыт, как программу?       — В некотором роде, лейтенант. — согласился Бауерс. — Но это гораздо сложнее и органичнее. Мы создаем иммерсивную среду, в которой они сами учатся и адаптируются. Виртуальная реальность обеспечивает сенсорную обратную связь, а осознанный сон позволяет мозгу обрабатывать и закреплять эту информацию на глубинном уровне.       — И насколько это безопасно? — Газ выразил то, о чем я уверен, мы все сейчас задумались. — Вы же не собираетесь запереть нас в каком-нибудь кошмаре?       — Ну что вы, что вы. — замахал руками очкарик, казалось оскорбившись самой только мыслью об этом. — Безопасность — наш главный приоритет. Процесс строго контролируется. У нас есть системы мониторинга мозговой активности, которые позволяют нам вмешиваться и выводить испытуемого из сна в случае необходимости. К тому же, осознанный сон подразумевает, что солдат знает, что он спит, и может в определенной степени контролировать происходящее.       — И вы уже проводили испытания? Какие результаты? — подвел итог Прайс.       — Да, капитан. Результаты многообещающие. — с гордостью высказался профессор. — Испытуемые демонстрируют значительное улучшение когнитивных функций, скорости реакции и боевой эффективности после курса тренировок в «Аргусе». Они действуют более уверенно, принимают более взвешенные решения и лучше адаптируются к неожиданным ситуациям.       — Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. — я протянул с сомнением и потер затылок ладонью. — В чем подвох?       — Как и любая новая технология, «Аргус» находится на стадии разработки. — Бауерс вздохнул. — Мы все еще изучаем все тонкости и потенциальные риски. Но мы верим, что это будущее войны. Будущее, в котором наши солдаты будут на шаг впереди любого противника.       Мы замолчали, взвешивая услышанное. Гэррик пялился на капсулы. Я уставился на Райли, который сидел с каменным лицом. По крайней мере, так я думал, что оно у него сейчас каменное. Он не любил все эти штуки. Допустить мысль о том, что он позволит кому-то ковыряться в собственном мозгу, было абсурдно. Он был не из тех, кто впускает к себе внутрь чужаков. Ну а я… Я хотел попробовать. Мне стало любопытно, как только я услышал описание процесса от Бауерса. Нет, ну правда. Это же почти как игра с полным погружением. Counter-Strike на максималках, мать его за ногу.       — Так а от нас вы что хотите, профессор? — спросил Прайс. — Почему мы здесь?       — Нам нужны… Опытные бойцы. — Бауерс посмотрел на него в упор. — Те, кто не боится бросить вызов своим пределам. Те, кто готов стать первыми полевыми испытателями проекта «Аргус».       И я понял, что с этого момента все в наших жизнях изменится.