Краски твоей крови...

Прошло три месяца. Киёль всё ещё просыпалась по утрам — не потому что хотела, а потому что должна. Так обещала. Он держал её за руку, умирая, и просил только об этом: “Живи. И не делай с собой ничего.” И она жила. Не рисовала. Не писала. Не смеялась. Но дышала. Каждый день был похож на предыдущий: чай без вкуса, книги без смысла, окна без света. Иногда она смотрела на фотографии — не их общие, а те, где его тень отражалась в её глазах. Она разговаривала с ним по вечерам. Шептала. Смеялась в одиночестве. И иногда — ей казалось, что он рядом. Воздух становился чуть теплее. Лампочка мерцала. Сон казался чужим телом, которое всё ещё хранило его прикосновения. --- В тот день был дождь. Она возвращалась с продуктами, хмуро натянув капюшон. Переходила улицу на зелёный. Всё произошло слишком быстро. Сигнал. Скольжение. Гул шин. Тело подброшено в воздух. Мир стал тише. Она очнулась в больнице. Белые стены. Капельница. Глухой шум в ушах. Голова не поворачивалась, пальцы не слушались. Только глаза — всё ещё искали его. Доктор наклонился. Голос был мягким. — Вы... держитесь. Но... Она знала. Чувствовала. Смерть была рядом. Но она не звала её. Она выжила после него. Она выполнила обещание. Она жила. Не убила себя. Не ушла следом. Выжгла эту любовь в себе до конца. Слабая улыбка дрогнула на её губах. — Я тебя ждала... — прошептала она, глядя в потолок. И в ту секунду... Воздух рядом изменился. Стал тёплым. Знакомым. Он сидел у её койки. Тот самый. В чёрном, с усталой улыбкой, глазами, полными бесконечной любви. — Ты пришёл... — выдохнула она. Он взял её за руку. — Я ждал, когда ты сдержишь обещание. И теперь — я снова могу держать тебя. Её дыхание стало медленным. Сердце — тише. — Я скучала, Хёнджин. — А я — считал минуты. До тебя. И тогда, в белой комнате, без крика, без боли, она ушла. Но не в темноту. А в него. Прямо в его руки. И в эту секунду, два сердца — вновь стали единым. А потом, однажды, бабушка. Старушка с ясными глазами, с лёгкой улыбкой, которую не коснулась старость. Она пришла к могиле. Принесла две чашки кофе. Остановилась. Поставила на землю. — Ну что, мои упрямцы... — прошептала она. — Снова нашли друг друга, да? Ветер прошелестел в листве. Она улыбнулась — мягко, с грустью. — Никто и никогда вас не разлучит. Ни смерть, ни время. Души, связанные навсегда... они не тонут. Они ждут. — И снова встречаются. Она закрыла глаза. И где-то в тишине, вне тел, вне боли, он и она — снова вместе.