Начало Возрождения

По посту авиантов Лололошке погулять не дали, сразу потянув к каменному строению. Единственное, что он мог рассмотреть — крылатые обитатели поста в таких же фраках, несколько эльфов и кого-то покрытого красноватой чешуею. Его привели в просторную комнатушку с двумя кроватями у стен, между ними, прямо под окошком, стояла широкая тумба с засохшим цветком в прозрачном стакане. -Тебе, как я понимаю в медпункт не надо? — спросила Бриджит, проходясь взглядом по Ло и его грязной одежде. -Не-а, но я бы сходил в душ, — сказал он, кидая сумку на табуретку у его кровати. -Прямо по коридору, справа, будет дверь в очиститель. Можешь сразу и вещи свои ополоснуть, а то выглядишь ты так, будто я бомжа в приличное место притараканила. -Представляю, — Лолошка усмехнулся, потирая шею, — А ты куда? Ответа не последовало. Бриджит молча развернулась и ушла, после своих слов, оставив миротворца на неопределённое время. В голове крутилась мысль о неприязни в этих местах к людям. Нужно узнать об этой ненависти по-больше. Ещё немного поелозив сапогами по полу, не решаясь вставать в них на коврик в центре комнаты, Лололошка подошёл к двери и надавил на ручку. Та протестующе пискнула и легко открылась, вновь показывая вид на коридор с каменными стенами и полом, который был укрыт узорчатым ковром. И первым делом пошёл на лево. Стена встретила его через метра четыре и слева спуск по лестнице, от куда он и пришёл. Посмотрев на голую стену как баран на новые ворота, он развернулся и пошёл в другую часть коридора. Его конец находился намного дальше и если он вглядывался вперёд, то казалось, что здание было закруглённым. Чтобы украсить свой путь, он разглядывал вязаные кружева на стенах, яркие кустовые цветы в узких длинных горшках у стен, переодично появляющиеся одинаковые двери, которые отличались только цифрами в порядке увеличения. Лололошка был в гостинице. Почти пустой гостинице, потому что все двери были приоткрыты, а за ними ни души. Накатившую вновь тишину развеивал глухой стук сапог и приглушённые обрывки разговоров существ с улицы, даже лампочки не гудели. Наконец изменения: идти дальше было не куда, слева лестница, ведущая только вверх, а справа две двери без ручки. Ну и куда ему?Приглядевшись, на одной из дверей заметил рисунок с крылатым человеком, рядом с которым было существо со змеиным хвостом вместо ног и надпись «крупногабариты». На другой двери другой силуэт с эльфом и дворфом — «малогабариты». Значит в малогабариты идти. Интуитивно приложив ладонь к треугольнику на двери та бесшумно открылась. Как же это помещение контрастировало с остальным миром. Оно было словно монолитным: идеально гладким и белоснежным. Нерешительно зайдя в комнатушку, дверь закрылась. Под руку что-то ударило и на маленьком табло высветило надпись, требующую положить одежду в правый отсек, чья крышка и открылась. -Ладно пистолет объяснить можно, но это ещё что? — в пол голоса Лололошка озвучил мысли, пытаясь собраться. Создавалось ощущение, что это либо сон, либо чья-то шутка. Ничего не менялось, поэтому было принято решение подчиниться. Вот будет хохма, если он не туда пришёл и Бриджит говорила про своё право, стоя к нему лицом. Хотя, там ничего не было, кроме спуска. Пока Лололошка раздевался и думал о своём, с шорохом открылась ещё полупрозрачная дверца, только намного больше, не как фасад. Вещи он быстренько сложил, а точнее аккуратно скомкал и кинул в нужный ящичек. Он сразу же закрылся и тихонько загудел. За только открывшейся дверцей был привычный душ и скромные безликие баночки с разным мылом. После очистителя дышать стало проще и в сон перестало так сильно клонить. Чистая одежда приятно пахла свежестью и он, свежий и довольный шёл обратно по коридору, делая пометки в голове: подняться по той лестнице, погулять по городу, поговорить с местными обитателями. Гуляя в своих мыслях он не заметил как кто-то вышел из своей комнаты и Лололошка врезался в него. -Ой, извините! -Ис-свеняю, — очень шепелявый голос раздался от куда-то сверху, — Редко з-здес-сь эльф-фы вс-стречаютс-ся. -это что за ху… — от неожиданности он негромко выразил мысли в слух, но во время опомнился, когда это, если так можно сказать, ушла. Лололошка даже не понял, что его смутило больше: что это была высокая женщина, которая заканчивалась на уровень талии и продолжалась дальше длинным змеинным хвостом или то, что её человеческий верх был абсолютно обнажен, не считая бисерных украшений на шее, лысой голове и талии. Липкая прохлада её жёлтой кожи всë ещё была на его лбу. Миротворец уже намного расторопнее шёл в комнату. К счастью или нет, но больше он никого не встретил. Прямо у комнаты, Лололошка остановился, услышав знакомые голоса и подошёл к лестнице, уже ведущей вниз. -…опять? Рукой хоть шевелить можешь? — донёсся обрывок фразы авианта с мягкой манерой речи, когда из любопытства парень подошёл ближе к лестнице. -Кри-кар с мясом вырвали. Не переживай, Афид, я быстро восстановлюсь. -С хусками давно уже нужно что-то делать, — сказал Фьерр, стукнув кулаком о ладонь. -Я пыталась, но становится только хуже. -Почему ты не обращаешься за помощью в город? — Афид, — птица, очень похожая на Фьерра, только в полностью белом костюме без рукавов и перчатками по локоть, показалась перед лестницей, стоя к ней боком. -Ты себя слышишь? Пока им ничего не угрожает, остальное их не волнует. — ответил за друида Фьерр. -Всему есть исключения, — многозначно хихикнула Брижит, — Будите если вдруг что. Разговор был окончен, а Лололошка еле успел забежать в комнату, чтобы не быть замеченым за подслушивание. Не самый лучший поступок, для начала знакомства. Он запрыгнул на свою кровать, на которой лежала сумка, быстро достал тетрадь и уголь и замер, обдумывая с чего бы начать. Послышались почти незаметные шаги, которые прошли мимо двери. Это немного сбило с мысли, но удалось вновь сконцентрироваться. «Упавшая звезда. Местное светило находится в центре, но из-за того, что оно сильно заземлено, то свет не распространяется по всей площади мира. Раньше это компенсировалось большим количеством таких деревьев… » «И палка стреляет. «В Освящённых Друидских лесах появился агрессивный народ дикарей — хуски, которые докучают местным обитателям всё сильнее и сильнее, без возможности получить помощь от правительства. Встретившись с ними во второй раз, я обнаружил у одного из нападавших пистолет (приблизительно кольт Уокер). Это не было бы так странно, если бы у остальных было похожее оружие, а не палки и импровизированные костеты с гвоздями. Группы хуски ставят лагеря в различных местах и патрулируют лес, иногда натыкаясь на других существует, что зачастую заканчивается для вторых не самыми лучшими исходами… » «Ванная Нарния» «На посту, невиданной нигде ранее расы, я попал в гостиницу. Она ни чем особо не примечательна: полностью каменное строение, по ощущениям закруглённое, но, когда я пошёл в ванную комнату (очиститель), меня встретило максимально футуристичное белоснежное помещение со встроенными электроприборами… » Далее сделал пару грубых набросков увиденного напротив описанного текста. Между заметками он оставил прилично места, чтобы позже дополнить их. Ручка двери провернулась, в комнату зашла двуид и тяжело села на кровать. Она выглядела намного свежее, особенно без её кучи тряпок, которые она, положив на колени, начала складывать. Вместе с ними она будто двадцать человеческих лет сняла и стала похожа на дрыщавого подростка. -Брижит, — Лололошку проигнорировали, — Бриджит. Друид что-то пробурчала под свой нос. -Бриджит. -Ну чего тебе? -Что у вас за ванная такая? -Самый обыкновенный очиститель, — она подняла голову на человека, — И да, раньше все города были такими... Технологичными. Миротворец подхватил табуретку одной рукой, стоящую у изножья кровати, и поставил её в шаге от ног друида, которая наблюдала за его резкими действиями. Во второй руке Лололошка держал тетрадь с углем. -Ну ладно, а можно тогда тебя осмотреть, пока есть время? — Лололошка протянул руку, ожидая ответа. Его разгоревшийся исследовательский интерес явно смутил женщину. -В смысле осмотреть? — Бриджит слегка наклонила голову на бок. -Я ранее не встречал расу друидов и мне интересно. Позволишь хотя бы руки осмотреть? — Немного помявшись, она достала правую руку из-под стопки лёгких тканей, положив её на протянутую ладонь Лололошки. Её широкая ладонь с длинными пальцами, была холодной, хотя в помещении было достаточно тепло. На тыльной стороне руки от костяшки начинался витиеватый узор и уходил дальше по предплечью к локтю и выше к ключице, шее и лицу. Парня впечатлил выделяющийся угловатый сустав локтя и плеча. Теперь он не так удивлëн почему она даже с одной рукой на такую высоту забралась. -Тебе холодно? — спросил Лололошка. -Для моей расы это нормально, — она не собиралась продолжать, но ждущий взгляд собеседника за цветными стёклами очков вынудил её продолжить, — На холоде ускоряется метаболизм, а в тепле наоборот. Эдакая эволюционная адаптация из-за близости жизни к древу Си’ихаисс. При нëм было довольно жарко. Пока она рассказывала, миротворец осмотрел её худощавое телосложение с плохо выраженными именно женскими отличиями. Лучше разглядел овальное лицо друида: то, что он принял за возрастные морщины оказались теми самыми узорами и тонкими полосами шрамов. И стала она выглядеть намного моложе. -А как у вас физически показывает себя взросление? -Ты имеешь ввиду старость? — Бриджит заглянула в тетрадь, куда Лололошка активно конспектировал и зарисовывал увиденное, — Ну по росту и ширине, но тут от вида зависит, — прозевала она. -А можешь… -А можешь отстать от меня и дать отдохнуть, раз сам не спишь, пожалуйста? -Скажи хотя-бы, что за люди-змеи. -Не вздумай при одной душе такое ляпнуть! Это наги. Иди погуляй по посту я спать хочу, — Бриджит закинула ноги на скрипнувшую кровать и укрылась своими тряпками с головой. После тихого «извини» путишественник отошёл от неё, захватив с собой тубаретку. Поставил еë на место и последовал примеру спутницы, отправившись на боковую.

***

…Ступая по мягкому ковру его шаг был очень тихим и на слух врядли можно было сейчас его услышать. Он только что зашёл в дом после заката солнца. Лололошка пошёл бы дальше, если бы его не привлёк тихий хруст в самом дальнем углу тëмной комнаты с завешеными окнами.

-Опять мыши? — сказал парень одними губами и вздохнул.

Сделав несколько шагов в сторону звука, его источник вдруг сам поднялся в полный рост. Это случилось так внезапно для парня, что тот аж слегка подпрыгнул. Взлохмаченную сном голову сзади обрамлял вялый луч лунного света, выбивающийся между плохо сведëнными шторами.

-Вернулся, блудный сын, — тихо хохотнул предполагаемый мыш и откусил с тем самым хрустом морковь.

-С чего это блудный? — возмутился Лололошка.

Глаза потихоньку привыкали к темноте, но черты лица были слишком смазаны и не менялись, — Саш, а ты чего вместо сна морковку погрызть решил?

-Не спалось и решил тебя дождаться: интересно было, когда ты прийдешь.

-Доволен? Спать иди, — он обошёл брата и достал из мешка и себе морковь.

-Как сегодняшний день провёл? — решил продолжить разговор Саша, садясь на прямоугольный сундук, за которым спрятался ранее.

-Не поверишь, — Лололошка открыл окно и по полу комнаты моментально растекся холодный свет.

-Сидел с очередной заумной книжкой на природе или бегал с ножом по лесу? — он убрал лезущие в глаза прямые и послушные в отличие от старшего брата волосы, за ухо.

-Не-а. Во-первых на природе не очень удобно читать из-за непостоянного источника света, во-вторых то не нож, а коротких меч: я с им тренируюсь, — на одном дыхании выпалил Лололошка, — Сегодня глубже погрузился в теорию стихийной магии и ещё раз убедился, что не в ладах с ней.

-Ого! Помню, как ты в детстве сжëг половину соседского дома того мерзкого пацанëнка, который тех гноллов постоянно задирал, когда мы в войнушки играли. Помнишь? Что это было, если не карма?

-Нашел, что вспомнить… По сей день в глаза его родителей смотреть стыдно, — парень усмехнулся и его взгляд зацепился за задравшийся край рукава ночной рубашки брата, — Столько шуму тогда поднялось.

-А ты чего взяться за это решил? То дело уже магией закончить хочешь?

-Нет уж, — Ло старался сдержать улыбку, но не смог, — Своих дел хватает. Мне она нужна для питания одного сложного механизма, так же пригодится в моих путешествиях. К слову о путешествиях, где побывал? Слышал, что ты тоже надолго ушёл…

-Я был в мире с такими развитыми технологиями! — Саша восхищённо развёл руками, — Ты бы видел: и поезда, и светящиеся всеми цветами вывески, и высоченные дома! И там про магию и не слышали.

-Ты не встречал раньше таких миров? На самом деле их даже больше, чем привычных нам, — удивился Лололошка.

Саша лишь неверяще округлил глаза, смотря на зевающего брата.

-Я расспрошу тебя о твоих похождениях, но, старшой, иди-ка спать.

-Ты не первый кто мне об этом сказал, — с таким же тихим шагом Ло быстро поднялся по лестнице и скрылся за деревянной дверью своей, захламлëнной бумагами, комнаты.

Даже не посмотрев на заботливо растеленную кровать, парень присел за письменный стол. Взял любимый уголь, вместо пера или карандаша, и поправил широкий исчерченный лист. Ещё немного и можно будет оставить в покое чертёж и начать работу.

Лололошка всё-таки решил лечь спать только тогда, когда луна, хорошо виднеющаяся из единственного окна, приблизилась к горизонту, а в глазах начало плыть. Красивый рассвет испортили чёрной акварелью.

***

Лололошка открыл глаза. Вместо деревянного привычного потолка холодный камень. Он поднялся, спустил ноги на пол и огляделся. Изменилось только освещение, став более тусклым. Особенно всё контрастировало после сна-воспоминания. Миротворец закинул сумку за плечо, поправил задравшуюся пелерину и лёгким шагом вышел из комнаты, следуя совету Бриджит. Жаль, часов нигде не висело, чтобы время отследить. Перед ним открылся вид на тот же коридор. Чëрт его дёрнул посмотреть в потолок и спровоцировать табун неприятных мурашек: он был густо обвешан натянутыми проводами разной толщины, закреплённые перпендикулярными верёвками, образуя что-то на подобие насечек у насекомых; мало того нередко в проводах, под густым слоем пыли и редких перьев, мелькали различного рода неприятные многоногие насекомые. Эта толща проводов окутывала потолок всего видимого коридора и раздваивалась только у лестницы по обе стороны стен. По ней он и спустился, не переставая следить за путём электропроводки и считать висевшие на одном проводе маленькие лампочки, в таком виде напоминающие унылую гирлянду. -Здравствуй, эльф, — окликнул парня уже знакомый женский голос. -Здравствуй, я Лололошка, — он протянул руку в знак знакомства. -Я Афид, — она замешкалась, переводя взгляд то на его руку, то в глаза, — Фьерр попросил проводить вас в столовую. Афид руку так и не пожала и пошла дальше по широкому коридору. Напротив лестницы стоял длинный деревянный стол вдоль стены, за ним пару закрытых шкафов и масивная деревянная дверь, через которую его и привели сюда. Только Лололошка загляделся на более богатый, но всё такой же интерьер из камня, успел потерять шуструю Афид из виду. Пришлось бежать за ней, чтобы не потеряться. Ближе к предполагаемой столовой начали появляться другие авианты, одинаково одетые, крупные змее-люди и даже где-то заметил низких дворфов. -Ты видел подскочившие цены на оружие? — донёсся шепелявый голос за спиной от одного из проходящих мимо. -Сейчас бы покупаться слетать! Жаль, что рано пока, — Ло сразу узнал знакомый дворфийский говор. -Эльфы в последнее время совсем оборзели… Гомон существ лёгким эхом расходилось по просторному помещению, когда Лололошка повернул направо, идя за основной массой обитателей. Длинные деревянные столы и лавочки, на которых кто-то сидел и что-то ел. В нос только сейчас ударил разномастный запах еды, смешанных со спертым воздухом, жжëным деревом и потом. Парень и не сразу понял, что пришёл к месту назначения, ожидая увидеть двери, табличку или ещё один футуристичный сюрприз. Плечо вдруг ощутило тяжесть чьей-то руки. -Это общая столовая: здесь питаются все, кто не может или не хочет прокормливать себя сам, — миротворец развернулся и облегченно выдохнул — Афид сама его нашла, — Прости, что оставила вас. Из меня очень плохой сопровождавший: фельдшер как-никак, — вот почему она в белом костюме. Авиант виновато прижимала крылья к спине. Рукой она указала на огороженный тëмным стеклом прилавок вдоль противоположной стены. Возле него столпилась приличная очередь. Поблагодарив фельдшера, Лололошка подошёл к гудящей толпе. Как оказалось окошек, из которых руки в жёлтых силиконовых перчатках выдавали подносы с одинаковым, как оказалось, завтраком, было больше пяти. Пока стоял в очереди, он рассматривал закрученные рисунки на стёклах, редкие плакаты с экзотичной едой, на одном из них был салат из личинок и червей, заставивший подкатить к горлу горький ком, и историческими личностями разных рас. К слову, самый крупный и качественный, который зацепил взгляд, изображал эльфа с загорелой кожей, белëсой шевелюрой (эту странную причёску по-другому назвать нельзя), роскосыми карими глазами. Его, а точнее её, лицо не выражало ничего. Внизу красовалось имя этой особы, написанное каллиграфическим размашистым подчерком: Алдарион Аксан. Оно ни о чем не говорило. Пока Лололошка глазел по сторонам, успел отстать от очереди и случайно пропустить двух наглых дворфов. На миг захотелось придраться к ним за то, что обогнали, но передумал. Через минуту-две он уже стоял у окошка из которого выглянула круглолицая эльфийка с чёрными волосами, собранными в толстый аккуратный пучок. Она ничего не сказала и лишь поправила сползшую жёлтую перчатку с локтя. Не уходя с поля зрения она гаркнула что-то непонятное, поднимая ещё больше шуму, но уже со стороны кухни. И тут эльф выдвинула зелёный поднос с тарелкой и граненным стаканом, параллельно пытаясь сдуть с прилипшей ко взмокшему от пота лбу непослушную прядь. Лололошка взял поднос и отошёл от гудящей очереди. Существам других рас выдавали подносы другого цвета с другой едой. Например: авиантам — жёлтые; дворфам, встававшим на ящики, — синие; нагам — красные. Так же помимо уже слышанного языка он успел распознать ещë минимум три других. По всей столовой постоянно кто-то бегал, толкался, спорил. Любопытный взгляд миротворца не успевал засекать местные потасовки, стараясь не споткнуться о хвосты, пушистые крылья, чьих-то детей… а ой, это дварфы. Наконец, недалеко от каменной стены он нашёл подходящее местечко и только сейчас разглядел что ему дали на предполагаемый завтрак. -Что это? — случайно вылетело вслух, разглядывая синюю однородную кашецу с салатом из красных и жёлтых витиеватых трав. Выглядело всё очень уж несъедобно, если не обращать внимания на аппетитный запах. А в стакане и на вид, и на вкус горячий зелёный чай. Уже закончив трапезу, что-то заставило поднять голову на ближайшую стену от него и замереть. Лололошка знал, что раньше немало слышал про арахнофобию, но не сильно понимал почему пауков так боятся. Да и по сей день, но внутни что-то панически завизжало, заставив пропустить табун ледяных мурашек по плечам. Чёрный, с рыжими полосами на длинных членистых лапках и щетинистой головогрудью паук прожигал миротворца своими шестью глазками-бусинками, сидя на стене в метрах четырёх от пола. Он, немного покрасовавшись, потихонечку спустился со стены, перебирая ножками. И меньше чем за минуту паучище стоял перед ним. Подвигал жвалами, поправил платок c бахромой на условном поясе. — Алоха, эльф, — тихо прострекотал паук, нервно перебирая передней парой лапок. — Алоха, — поприветствовал в ответ Лололошка и заметил прищур всех шести красных глаз и будто в смешке поддрагивающую головогрудь. — В ответ надо есть: хало, — собеседник тревожно покрутился, — Слух я. Друид — женщина сдох ходок! Есть женщин страшно! — переваливаясь к миротворцу через стол, с неясной тревогой стрекотал арахнид. Слова застряли в горле и смог вырваться только сдавленный смешок. На удивление, такой ответ удовлетворил паука и тот поспешил оставить ошарашенного Лололошку. Миг, и его силуэт расстворился среди других существ. Рука машинально потянулась к сумке, за тетрадью. Да, речь паука была… специфичной и некоторые слова было уж больно трудно распознать, но записать всë же решил. И добавил, чтобы успокоиться: «Особенно без майонеза». Безликая квадратная тарелка, стеклянный стакан, необычного вида вилка с двумя широкими короткими зубчиками и только резной поднос с уже привычными закруглёнными узорами и красивым пышным цветком в центре хотелось разглядывать и разглядывать. От маленького пестика шли к углам три длинные линии-тычинки с редкой бахрамой на кончиках. Интересно, а на других подносах такие же рисунки или нет? Лололошка шёл по почти стертой светлой линии на полу. Она должна была привести его к сдачи подносов с грязной посудой, а заодно и подносы рассмотреть можно будет. Сдать он сдал, только вдруг голову прошибла, словно стрелой, мысль: «Господи, Лололошка, чем ты занимаешься?». Грëбанная амнезия сбила, как ему казалось, крайне важные планы. Какие? Да хрен его знает, но они были. Они есть. Опаснее всего — неизвестность, а потому было принято решение, не сильно отличавшееся от первоначального плана: пошататься по посту. От этого он и решил отталкиваться. Собрать информацию, а потом найти способ вернуть память, если она сама к тому времени не вернëтся. -Баб-Бая опять куда-то пропала, слышал? — подслушал Лололошка разговор двух округлых воробьëв. -А ты слышал, что нужно меньше ебалом щëлкать возле ДсО-шек? Миротворец прошëлся дальше к выходу, еле разбирая слова из-за шума, а некоторые вообще на своих языках между собой разговаривали. -Вот поклонялись бы древу Алда и проблем бы с Божественным сквадом не было! — возмутился русоволосый эльф, воткнув вилку в потрëпанный деревянный стол. Никто бы не обратил на ту компашку, если бы не эта фраза длинноухого. -Эльфов не спрашивали. -Сехвойя с тобой не согласилась бы. -Ну, так тогда их два было, а сейчас-то одно! Значит поклоняться нужно ему как сильнейшему! А дальше эльфу полезли бить морду и его собеседники и некоторые окружающие. Лололошка медлить не стал и быренько свалил от греха подальше. Скрипнула тяжёлая дверь и в лицо ударил холодный ветер, мешающий нормально еë открыть. На удивление на улице было тихо: все старались быть в гостинице, от куда Ло только что вышел. Сырая земля звонко хлюпала под сапогами-говнодавами, хоть и большая часть дороги была вылажена плиткой из гладкого камня. Первый торговый прилавок на пути привлёк чём-то блестящим: деталями для механизмов, инструментами, чёрными металлами. Только Лолололошка подошёл поглазеть, так сразу выползла желтокожая нага с парой оранжевых пятен на плечах из дверного проëма. -Давно не выдилис-сь, — удивлённо прошипела женщина, — Я С-сафа. Приглянулось что из-с моих товаров? — она очень старалась произносить слова без акцента. -Хало, — он Ло представляться не стал, — Просто смотрю товар. -С-с-с! Хам! — только и прошипела Сафа, сверля спину взглядом уходящего клиента. Издалека он порассматривал ещё несколько прилавков с различными товарами и их продавцами. Напитки, зверушки, безделушки, сладости, одежда, личное оружие, впрочем, как и бывает на подобных рынках, только очень тихо и не было торговцев овощами и мясом. Заставила его остановится белая статуя, которая неожиданно показалась из-за тëмного ствола дерева. Она изображала три фигуры без лиц: высокой, нет, высоченной эльфийки с пышными бëдрами, в её длинных волосах, обхватывающих основание статуи, рукой запутался парень почти в два раза ниже эльфа, с другой от него стороны стоял человек ещё ниже в цилиндре и тоже с собранными в хвост дымящимися волосами. Два человека и эльф. Под ногами эльфийки была такая витиеватая каллиграфическая надпись, что хрен прочтёшь. И овальная смешная рожица держала руками табличку этой писаниной. — …Тээб Мээм и А-Рено считаются общепризнанными богами, — долетел откуда-то за статуей обрывок фразы и Лололошка подошёл ближе послушать, — Они — материя и хаос. Дискуссии об Боге времени, он же Инкогнито, последние пару десятков лет затихают, принимая его. А вот Богу пустоты — Нихилу туго с принятием. -Зачем признавать пустоту? — спросил рассказчика ребёнок. -Затем, что с неё всё и началось. Маги, как считают многие, берут энергию не от Мээм, а именно от Нихила. Потому что всё зарадилось в Великом ничто! -Бред людской! — возразил мальчишка-двафр, вскидывая пухлые ручки вверх. -С чего-то да всё появилось! Невозможно такое! Глупости! Папа прав был, шарлатанка! — поддержали дварфа другие ребята. -Глупо отрицать действительность. Если не Боги разозлятся, то накажет всех Сателит, — спокойно парировала возмущение рассказчик и ребята притихли, после последнего имени, — На сегодня всё. Не забудьте перед сном помолиться и да будет Алда цвести вечно! -Да будет с нами её свет! — ответили хором дети. Лололошка оглядывал предположительный храм, пока подстущивал разговоры. Он был скромно обставлен парой расписных горшков по углам, деревянными лавочками, коричневым длинным ковром. Внимание привлекла икона на противоположной стене от входа, на которой очевидно изображалась та Мээм с чëрными, аккуратно прилизанными за острые уши, волосами. Она держала руки на светящейся изнутри груди. Углубляться в религию очередного мира желания не было, поэтому Ло пошёл дальше. Пост представлял собой длинный коридор, в который можно зайти и выйти через гостиницу. Оказывается, она служила и домом для местных и оборонительной стеной. В целом, ничего особо интересного не встретилось больше. Только он об этом подумал, как на обратном пути на него выпрыгнули из одного прилавка дворфы, как два чертика из табакерки. -Чë вы тут забыли, а? — выпятил грудь первый с короткой бородой, — Хватай свою рыжую подружку и пиздуйде обратно в При-Алду своим мозги промывать! -И так своих проблем хватает, так ещё и эльфы припёрлись со своими «высшими сущностями», — вклинился второй, парой седых прядей кудрявой бороде. -Вы меня с кем-то перепутали. Я ничего и никому не промывал, — скрестил на груди руки Лололошка. -Ну да, ну да. Всё вы, эльфы, так: сначала смелые и правильные такие, а как встречаетесь с последствиями, так это не они. -Я пришёл не из города и никак не., — с мысли его сбила чья-то рука на плече. -Этот молодой человек пришёл вчера с Секвойн. И просвящение населения очень важно для единства. Нас и так мало, поэтому мы, несущие волю Высших, преследуем лишь благие для всех цели. Мы должны объединиться и дать отпор Всадникам, — вдруг вклинилась, судя по мягкому голосу, та самая рассказчица из храма. Она поправила толстую рыжую косу и под маты и проклятия дварфов. Повела обратно к храму. -Я Алмарэа, — девушка сделала полупоклон, когда они зашли за статую. -Я Эграссель, — да, в голову ничего лучше не пришло и хотелось избежать лишних вопросов, раз он пока под статусом "эльфа", — Рад знакомству. -Видела вас совсем недавно: вы были на открытом уроке местных детишек, который я проводила. Эграссель, вы так необычно выглядите, но я ни разу не видела вас в городе. Могу поинтересоваться от куда вы? — она мило улыбнулась, но её голубые глаза остались холодными. -Мне жаль, но нет. В городе я не живу и был в нём один раз, — парень почесал затылок, — в раннем детстве. -Очень и очень жаль! В нëм очень безопасно и всё более приветливые. Те, — она кивнула в сторону, от куда они пришли, — живут, как на пороховой бочке, боясь за свою жизнь и жизнь своиз близких каждый день. Вы-то как никто другой понимаете о чëм я говорю. Я могу помочь вам основаться там, в городе! Эльфы благородная, но крайне малочисленная раса, а потому нам необходимо держаться всем вместе, чтобы дать отпор общему врагу! Лололошка опешил от такого напора новой знакомой. Она так настойчиво держала его за руку весь монолог, что парню было неловко. -Согласен с вами. Им необходимо дать отпор, но сначала я предпочёл бы забрать свои вещи из номера, — Лололошка не знал насколько улыбка получилась реалистичной, но Алмарэа отстранилась и, прикрыв губы бронзовой ладонью, негромко прочистила горло. -Скоро прибудут с пограничного поста летуны. Я буду ждать вас у одной из стоянок на крыше, — эльф вновь улыбнулась, убрала непослушную прядь с загорелого лба и ушла вглубь храма. И вот что теперь делать: радоваться или пугаться того, что во что-то вляпался и один хрен прибудет в город? Лололошка не знал, но нужно всё равно опросить Бриджит об услышанном, когда она проснётся. На пути к запасным воротам (решил ещё скоротать время, а то преключений мало), он разглядывал внимательнее худые деревья с плавучими листьями, аккуратные клумбы с экзотичными цветами, особенно тёмную лозу, которая обвивала некоторые дома, деревья, прилавки. Вгляделся в сине-зелëное небо и губы тронула лёгкая улыбка. Всё-таки было приятно видеть хотябы отголоски привычного света. Свет. На краю сознания мелькнули родные черты лица, а за ними мягкий смех. Он звучал в голове приятным звоном, перебиваясь на смазанные фразы, а потом становился всё заливистее и громче. Искренний смех перерос в душераздирающий крик. -РАЗРЫВ!!! — вывели Ло из сладких грёз различные голоса тех, кто был на широкой каменной стене, в которой частично была та гостиница. Удивляться тому, что на ней, оказывается, были патрули времени не было. Мужчины и женщины выбегали из домов бежали или летели к стене, сбивая замерших от ужаса прохожих. Лололошка побежал вместе с толпой, чтобы не раздавили, и кидал взгляды на распахнутые двери гостиницы и выбегающих из них существ. Они присоединялись к общему потоку, располагаясь у парадных и запасных ворот порта. Кто-то уже с оружием взлетал в небо. Было очень тяжело дышать из-за поднявшейся пыли, разнокалиберные голоса орали, казалось, в уши, острыми суставами пихали в ребра, пах, топтали ноги. Отодвинуться от существа или покинуть поток было сейчас за гранью фантастики. Сердце начинало безумно колотиться и болеть. При каждом стуке боль от него распространялась дальше по сосудам. Большая часть осталась внизу, а остальные поднялись по узким лестницам. Миротворец проклял эту лестницу вдоль и поперёк. Ну от куда здесь их столько? На одном из крупных пролëтов Ло в попыхах подхватил арбалет, который кто-то оставил на широком подоконнике. Оказавшись на верху, он вгляделся в спокойные лесные пейзажи. В лицо ударил холодный ветер и стало легче, будто ничего и не было пару минут назад. Сердце немного успокоилось. Что за кипиш на пустом месте? Наступила абсолютная тишина, не считая лёгкого шума ветра, редкого покашливания и шуршания одежды и укреплённой кожаной брони. Взгляд зацепило одно существо, на которое смотрели многие. Он был очень похож на высокого человека в мощном металлическом доспехе с гравированным автоматом в руке. Шлем на его голове был необычной формы, закрывающий только верхнюю часть головы с кожанными «рожками» на макушке, уши и затылок прикрывала плотная жёлтая ткань с бахромой. Он замер с поднятым вверх вредплечьем и вглядывался куда-то в даль. -Что происходит? — шепнул Ло одному дварфу, который стоял рядом. -Ты из какой жопы вылез? — не сразу ответил ему мужчина, — Прорыв происходит, тупень ты стиеросовый. Прорыв. Тот ушастый, думаешь, по-приколу на краю стоит и лапой машет тем тварям? -Извините, — миротворец потер затылок, — у меня была сильная травма головы и я ничего не помню… -Прорыв — спонтанный выброс энергии. Из-за которого, в основном, появляются уроды, которые местный народ терроризируют, — ответил ему уже воробей, стоящий от Ло с другой стороны, — Слухи ходят, что и хуски тоже от туда, но это не факт. Вдруг, Лололошка ощутил лёгкую дрожь под ногами. Мужчина воспехах заметно напрягся, проверяя свой огнестрел. Миротворец подошёл ближе к краю, вглядываясь в тëмную гущу леса. И тут ушастый спрыгивает с края и пускает очередь в кусты, которые начали утробно стонать и кровоточить. Они встали на ослиные ноги, помогая себе множеством хрустящих веток, и поскакали к стенам. Их было штук двадцать. За ними с небольшим промедлением спрыгнули с проснувшихся деревьев комочки бесформенного пульсирующего мяса и покатились вперёд кустов. Вылезали ещё кто-то, но их уже он не сумел разглядеть, потому что поднявшийся шум бойцов не дал этого сделать, начав обстрел всем имеющимся арсеналом. Перед тем, как его откинули от края вооружённые пиками, Лололошка услышал скрип ворот, уголок их дверцы и выбегающая из них орущая толпа. Парень забрался по-выше для лучшего вида, зарядил арбалет и прицелился в куст. Промах. Ещё промах. От волнения сильно дрожали руки и стрелять нормально не было возможности. Ещё выстрел и очередной промах в юркую цель. Психанув, побежал вниз, оставил арбалет на одном из пролётов длинной лестницы, стырил с какого-то прилавка с оружием по пути двуручный меч и ринулся за ворота. Первым же делом на него покатился мясной комок, который был разрублен пополам. Они, к слову, были не выше колен, но таранили и ломали колени на раз два, как он уже успел заметить краем глаза. Уже было пару раненых ими существ. По лицу хлестнули острые ветви, чудом не скидывая очки. Щека и лоб начали гореть. Куст, который было не понятно куда бить, авианты залили маслом и подожгли, других обстреливали автоматами и арбалетными болтами. Страшнее всего было не стать обедом неприятных чудовищ, а быть избитым союзниками, входящими в такой боевой азарт, что невольно задумываешься на какой ты стороне. Убегая дальше от сражающихся существ, загляделся на бой авиантов с огромными мухами-осами и летающими червями на кожистых крыльях. И не зря. Ло увидел падающую шипустую тушу на пару мелких существ, которые особо вверх не смотрели, особенно сейчас. Рывком он кидается к ним, хватает их за шиворот и в последний момент ускользает из-под мëртвого тела крылатого монстра. Спасëнные, оказавшись авиантами киви, ошарашенно смотрели то друг на друга, то на Лололошку. Он поставил парочку на ноги, отдал салют и побежал обратно в бой. «Тефтели» и живые кусты больше не приходили, но на их замену пришли другие. Атаки шли волнами, одна страшнее и насыщеннее другой. О мёртвые тела своих и врагов уже было сложно не споткнуться, особенно в пылу сражения. Ло уже успел рискнуть полежать в окровавленной траве, когда увеличивал дистанцию с перенакачанным хуской без кожи. Мелькали разряды, магические шары и купола, вступивших в бой, заклинателей. Всё неожиданно утихло, когда Лололошка прибил мечом к дереву очередную страхоёбину, снося её плоскую голову. Парень выдохнул, оглянулся, посмотрел на запыхавшихся союзников, что тащили за ворота раненых, осматривали убитых и территорию. У самих стен были сложены горочки трупов: они пытались перелезть через стену ценой жизни себе подобных, но были заколоты пиками. Небо приобрело тёмные оттенки, а значит отражение атаки длилось почти весь световой день. Руки мелко дрожали, адреналин медленно сходил на нет, оставляя после себя тяжёлую усталость. Но настроение было приподнятым. И опять та тишина, не считая стоны раненых. Лололошка зашёл за ворота на ватных ногах, отряхнул меч от крови, поднял взгляд на противоположную стену порта и ужаснулся. Еë видимая часть была разрушена. Стена, толщиной достигавшая метров 6 разрушена, а обломков нет, словно так и было. Бегающие вокруг неë существа, заколачивали досками дыру, носили камни из лесу, убирали обломки и отгоняли глазеющих зевак. Его завораживала слаженная работа такого количества совсем разных рас. Дома, в его мире, такой микс казался чём-то нереальным. Подходя к гостинице он заметил кучу сваленных брëвен и соломы с углем под ними, образуя кострище прям на площадке перед главными воротами. Это что ещё такое? Вокруг копошились наги и авианты. Обходя ещё одно начинающееся событие Лололошка зашёл в гостиницу. Его чуть не сбили с ног несколько воробьëв в белых одеждах, пролетавших мимо. Никто из них не остановился, а продолжил как ни в чëм ни бывало спешить куда-то. -У вельдшеров сейчас всё перья в мыле. Много пострадавших, — вдруг обратился к Лололошке Фьерр, сидящий на кресле у стены, — Старайся не пересекаться с местными эльфами. Не хочу видеть здесь тебя в последний раз, — орёл встал и подошёл к нему. -А что случилось со стеной? -Обычный случай: расстворили смертники. И так нехватка рабочих рук, так ещё сильнее прийдется распыляться. -Получается, ваша численность населения на прорывы влияет напрямую, — Лололошка поправил пыльные очки. -А ты сообразительный для амнезика. Только на При-Алду это не распространяется по понятным причинам. -Фьерр, ты знаешь, что вообще это за древо? -Не в моих полномочиях знать о таком, — с лёгкой досадой улыбнулся авиант. -Майор Фьерр! — прибежал, вытянулся стрункой и размеренно доложил уже забытый всеми Варон, — Летуны вышли на связь и передали, что надвигается дождевой поток. Ожидать его нужно уже в этот луч. И немного раньше прибудут летуны. Что делать с костром? -Как же вовремя, — орёл поправил воротник, — Разбирайте его, а доски укройте в погребах, чтобы те не промокли. После циклона уже проведём обряд. -Извините, что вмешиваюсь, но что за обряд? -Варон, свободен. Продолжай следить за новостями от летунов и передай Кааи, чтобы он и его авианты следили лучше за погодой, — Варон уверенно кивнул, расслабился и чуть ли не полетел обратно, от куда пришёл, не обратив ни капли к внимания миротворцу, — У нас нет возможности ухаживать за колеками, а потому их просто усыпляют и сжигают вместе с умершими. Все они остаются героями, — у Лололошки глаза на лоб полезли. -А как же протезы? -Уважаемый путних Секвои, если так делается, значит так необходимо. Если у ходоков дома всегда было так — это не значит, что твоë так везде, — майор обошёл миротворца и вышел на улицу, аккуратно прикрыв за собой тяжёлую дверь. Классно поговорили. В носу защекотало и Лололошка зевнул, сворачивая челюсть. Голову сверлил больше всего один вопрос: насколько здесь людей загнобили, что его ни в какую им не признают? Даже, казалось, людское обращение «человек» стало здесь общим для всех рас. И на статуе при храме их аж двое. Поднимаясь по ступенькам на второй этаж, его вновь встретила тишина. Только если хорошенько прислушаться, то было слышно стоны откуда-то сверху. Лололошка быстрым шагом отправился к лестнице, ведущей наверх, ступая по редкому мусору на полу. -Отправляйтесь к себе в комнату, — басовито рявкнул ушастый мужчина в тëмных доспехах, что стоял посреди лестницы, когда парень парень открыто вглядываться за спину стражника. -Что там, на верху? — Ло наклонился в бок, вглядываясь в зелёные шторки, закрывающие обзор на третий этаж. -Калеки. -А подняться почему нельзя? -С ними в костёр хочешь? — показалось, что «рожки» на его шлеме дрогнули, и мужчина выразительно положил широкую ладонь в кожаной перчатке на рукоять оружия за поясом. -Понял. Широким шагом миротворец развернулся и зашёл в очиститель. Тот мужчина был похож на того, кто стоял на себе во время осады. Ещё одна раса. Люди, эльфы, друиды, авианты, дварфы, наги, пауки и эти рогатые. Хуски и всадники под большим вопросом. Жестокая война. А может ли война быть связана с этими разрывами? Вот тебе конец дня и забитая вопросами голоса.