Долгая дорога в длинных чулках

***

Когда я была маленькой, я всегда говорила, что никогда не стану взрослой. Теперь, когда мне исполнилось восемьдесят семь лет, могу с уверенностью сказать: я сдержала это обещание. По крайней мере, внутри. Моя рыжая копна давно превратилась в серебряную, но я всё еще заплетаю волосы в две косички, торчащие в стороны. Это стало моей визитной карточкой, и когда я прогуливаюсь по улицам Стокгольма, люди улыбаются: "Смотрите, вот идёт та самая Пеппи Длинныйчулок!" Конечно, теперь я хожу с тростью, которая, я вас уверяю, временами превращается в пиратскую саблю или волшебную палочку. Вы спрашиваете, была ли моя жизнь одинокой? Иногда. Но чаще — переполненной приключениями и удивительными людьми. Моя вилла "Вверхтормашками" до сих пор стоит там, где стояла, хотя теперь это музей, куда приводят детей. Я там больше не живу — слишком много лестниц для моих старых костей. Но каждую неделю прихожу и рассказываю истории ребятишкам, собравшимся на лужайке. Они смотрят на меня так, словно я сошла со страниц сказки. В каком-то смысле, так и есть. После детства я очень много путешествовала. Несколько лет провела с отцом, настоящим морским королем Эфрасимом I на южных морях. Именно там, среди аборигенов, я научилась ценить жизнь в её простых проявлениях: звёздное небо, песни у костра, детский смех. Отец повторял: "Пеппи, неважно, сколько сокровищ ты соберёшь. Важно, сколько моментов счастья ты сумеешь запомнить". Когда мне было двадцать, я отправилась в кругосветное путешествие на своём корабле "Шалунья" (названном в честь той самой лошади, которая жила со мной, когда я была маленькой). Я встретила множество людей с разными историями и узнала, что странности и чудачества — не просто моя особенность, а то, что делает мир интересным. Вы спрашиваете о семье? Да, она у меня есть, хотя совсем не такая, какую многие представляют. Я никогда не выходила замуж — не встретила человека, который был бы настолько же свободен духом, как я. Но у меня есть дочь — Пиппалотта-младшая. Я удочерила её, когда мне было тридцать пять. Мы нашли друг друга в Бразилии, в маленькой деревушке у Амазонки. Её родители погибли от лихорадки, и шестилетняя девочка осталась одна. Когда местные привели меня к ней, она стояла на руках посреди хижины и считала пауков на потолке. В тот момент я поняла, что она — моя. Пиппалотта-младшая выросла такой же необычной, как и я. Сейчас она знаменитый антрополог, изучающий традиции коренных народов. У неё трое детей, и все они носят разноцветные чулки, даже мальчики. Особенно мальчики. Томми и Анника, мои детские друзья, остались в моей жизни навсегда. Томми стал архитектором, сделал невероятную карьеру и построил несколько знаменитых зданий в Европе. Анника стала известной защитницей прав детей, создала целую сеть организаций, где несчастные дети могут найти помощь и поддержку. Мы с ней часто смеёмся, вспоминая, как она боялась каждого моего безумства, а теперь сама учит детей быть смелыми. Они оба женаты (не друг на друге, хотя я и пыталась их свести), у них чудесные семьи, и все их дети и внуки зовут меня "тётя Пеппи" и приходят, когда им нужно что-то совершенно невозможное. Помните мой чемодан с золотыми монетами? Он не иссяк, хотя я тратила довольно щедро. Большую часть денег я направила на создание "Фонда Пеппи" — мы строим необычные детские площадки и отправляем книги в самые отдалённые уголки мира. Одно из правил фонда: на каждой площадке должно быть то, на чём можно стоять вверх ногами. Я также финансировала ряд экспедиций по поиску "шпунтиков" — несуществующих существ, о которых я так любила рассказывать в детстве. И, представьте себе, в джунглях Борнео обнаружили новый вид насекомых, которые теперь официально называются Spuntikus Longstockingus. Они живут вверх ногами на ветках деревьев. Учёные назвали их в мою честь, и это одно из величайших достижений моей жизни. Что касается моей невероятной силы — с годами она уменьшилась, но не настолько, чтобы это стало проблемой. Даже сейчас я могу поднять своего правнука одной рукой, что вызывает его бесконечный восторг и ужас его матери. Я всегда верила, что воображение — самая мощная сила в мире. С возрастом эта убежденность только окрепла. Когда людям становится слишком тяжело жить в реальности, я учу их создавать собственные миры — но не для побега, а для того, чтобы черпать в них силы и возвращаться в действительность с новым взглядом. Сейчас я пишу книги — истории о моих приключениях и путешествиях. Некоторые из них полностью правдивы, другие лишь чуть-чуть приукрашены. Как отличить одни от других? А это уже игра для читателя. Была ли моя жизнь всегда счастливой? Конечно, нет. Я пережила потерю отца, нескольких близких друзей. Были периоды, когда даже я не могла найти причины для смеха. Самым тяжёлым испытанием стала болезнь моей дочери, когда ей было всего шестнадцать. Врачи давали мрачные прогнозы, и впервые в жизни моя сила и деньги казались абсолютно бесполезными. Три месяца я просидела у её постели, рассказывая невероятные истории — некоторые настоящие, другие выдуманные, чтобы она не сдавалась. В те дни я поняла ещё одну истину: иногда самое смелое, что можешь сделать — это просто оставаться рядом и продолжать верить. Пиппалотта выздоровела, врачи назвали это чудом. Я назвала это победой силы воображения над реальностью. Многие спрашивают, почему я продолжаю носить разноцветные чулки, когда мне давно перевалило за восемьдесят. Ответ прост: это напоминание самой себе и всему миру, что необязательно становиться скучным, чтобы стать мудрым. Мудрость не в том, чтобы перестать играть, а в том, чтобы понять, когда игра действительно важна. Иногда самые серьёзные проблемы можно решить, посмотрев на них с той непосредственностью и смелостью, которая есть у детей. Последнюю декаду я провожу, обучая "искусству Пеппи" — моему методу взгляда на мир. Ко мне приезжают люди со всего света: уставшие от жизни бизнесмены, потерявшие вдохновение художники, родители, забывшие, как веселиться со своими детьми. Мы вместе стоим на руках, ищем несуществующих существ и заново учимся видеть мир вверх ногами. Удивительно, как это меняет перспективу. Теперь, когда мой горизонт ближе, чем когда-либо, я часто думаю о времени. О том маленьком рыжем торнадо, который когда-то ворвался в городок и перевернул его с ног на голову. О девочке, которая поднимала лошадь и отправляла полицейских играть в классики. Люди говорят, что я была проводником хаоса. Возможно. Но я предпочитаю думать о себе как о хранительнице детской радости в слишком серьёзном мире. В восемьдесят семь лет я всё ещё каждое утро прыгаю с кровати (хорошо, теперь это больше напоминает осторожное сползание) и спрашиваю себя: "Что самое удивительное я могу сегодня сделать?" Иногда ответ простой: "Погладить кота, не используя руки". Иногда сложнее: "Помочь кому-то поверить в невозможное". Я не боюсь конца своего путешествия. В конце концов, как я всегда говорила, жизнь — самое замечательное приключение. А хорошие приключения всегда заканчиваются началом новых. Недавно моя правнучка спросила меня: "Бабушка Пеппи, ты проживёшь вечно?" Я улыбнулась и ответила: "В каком-то смысле — да. Пока дети продолжают стоять на руках и верить в невозможное, часть меня будет жить в каждом из них". И знаете что? Я действительно в это верю. С любовью и вверх тормашками, Пиппалотта Виктуалия Рульгардина Крисминта Эфраимсдоттер Длинныйчулок (87 лет, но всё ещё достаточно сильная, чтобы поднять лошадь)