fictitious marriage

Глава 1: Кабинет отца Ли Минхо был воплощением власти и успеха. Панорамные окна открывали вид на сверкающий огнями Сеул, массивный дубовый стол казался неприступным бастионом, а запах дорогой кожи и сигар въелся в самые стены. Минхо сидел напротив отца, сохраняя внешнее спокойствие, которое стоило ему немалых усилий. Внутри бушевало глухое раздражение. «Ты понимаешь, Минхо, насколько это важно?» — голос отца, обычно властный и уверенный, сейчас звучал с непривычной настойчивостью, почти мольбой. Минхо кивнул, стараясь не встречаться с отцом взглядом. Он понимал. Он всегда понимал, что от него требуется. Как старший сын, наследник Lee Corporation, он нес на своих плечах груз ожиданий и ответственности. Но это… это было уже слишком. «Слияние с Han Group — это не просто выгодная сделка, это спасение для обеих компаний, — продолжал отец, постукивая пальцами по лежащему на столе контракту. — Наши позиции на рынке пошатнулись, их тоже. Вместе мы сможем противостоять конкуренции, выйти на новый уровень». «И единственный способ сделать это — фиктивный брак?» — холодно поинтересовался Минхо, наконец поднимая глаза. В них плескалось ледяное презрение. Отец вздохнул, откинувшись в кресле. «Иногда, Минхо, приходится идти на жертвы ради общего блага. Тем более, это всего лишь формальность. Бумажная сделка». «А чувства? О них вы подумали?» «Чувства — это роскошь, которую мы не можем себе позволить в бизнесе, — жестко отрезал отец. — Тем более, речь идет о Хане Джисоне. С его… репутацией». Минхо скривил губы. Репутация Хана Джисона шла впереди него. Дерзкий, импульсивный, талантливый музыкант, наследник Han Group, известный своими выходками в клубах и участием в нелегальных гонках. Полная противоположность сдержанному и расчетливому Минхо. «Именно поэтому вы решили нас свести?» — саркастически поинтересовался Минхо. — «Чтобы уравновесить?» «Чтобы обеспечить стабильность, Минхо. Чтобы положить конец этой бессмысленной вражде между нашими семьями. Этот брак — символ нашего объединения, гарантия серьезности наших намерений». На столе лежал контракт. Черные буквы на плотной бумаге казались приговором. Минхо взял его в руки, пробегая глазами сухие юридические формулировки. Условия были четкими: фиктивный брак сроком на два года, взаимные обязательства по поддержанию имиджа супружеской пары на публике, пункт о конфиденциальности и раздел имущества в случае развода. «А что, если… что, если что-то пойдет не так?» — глухо спросил Минхо, чувствуя, как в груди поднимается холодная волна тревоги. «Ничего не пойдет не так, если вы оба будете вести себя благоразумно, — отрезал отец. — Вы взрослые люди, Минхо. Вы понимаете, что на кону стоят судьбы тысяч людей, работающих в наших компаниях». У Минхо не было выбора. Он знал это с самого начала. Семейный бизнес всегда был для него приоритетом, даже ценой собственного счастья. Он вздохнул и взял ручку. ———————————————————————————————————————————Хан Джисон встретил новость о своем скором замужестве с громом и молнией. Его крики были слышны, наверное, во всем особняке Ханов. Он швырял вазы, ругался на чем свет стоит и отказывался верить в происходящее. «Это бред! Вы с ума сошли!» — орал он на своего отца, мечась по гостиной, словно загнанный зверь. — «Я никогда не женюсь на этом… этом высокомерном снобе Ли Минхо!» Отец Джисона, обычно мягкий и уступчивый, сейчас был непреклонен. Он сидел в своем любимом кресле, сохраняя поразительное спокойствие, что еще больше бесило Джисона. «Джисон, успокойся, — устало произнес он. — Это необходимо. Han Group сейчас не в лучшем положении. Слияние с Lee Corporation — наш единственный шанс выстоять». «А мои чувства?! Моя жизнь?! Вам плевать?» «Твои чувства здесь ни при чем, Джисон. Речь идет о будущем нашей семьи, о будущем компании. Ты должен понять это». «Понять, что меня продают как скот?! Что моя жизнь теперь принадлежит какому-то чокнутому бизнесмену, который смотрит на всех свысока?» «Не говори так о Минхо, — одернул его отец. — Он достойный молодой человек, очень талантливый руководитель». Джисон фыркнул. «Талантливый? Единственный его талант — делать вид, что он лучше всех». «Вы даже не знакомы толком!» «А мне и не нужно! Я видел его на нескольких приемах. Его надменный взгляд прожигал меня насквозь!» В комнату вошел Хван Хёнджин, друг Джисона. Он попытался успокоить разбушевавшегося парня, положив руку ему на плечо. «Джисон, полегче, — тихо сказал он. — Ты же знаешь, как важна сейчас эта сделка для твоей семьи». Джисон скинул его руку. «А мне какое дело до их сделок?! Моя жизнь рушится!» Подписание контракта было назначено на следующий день. Джисон чувствовал себя как приговоренный, которого ведут на казнь. Он сидел в машине рядом с отцом, глядя в окно на проплывающий мимо Сеул, и в душе зрела глухая ярость. Первая встреча «молодоженов» состоялась в нейтральной обстановке — в переговорной комнате одного из фешенебельных отелей. Атмосфера была напряженной до предела. Минхо вошел первым, одетый в строгий черный костюм, подчеркивающий его холодную элегантность. Он держался сдержанно и отстраненно, словно происходящее не имело к нему никакого отношения. Джисон появился позже, в сопровождении отца и Хёнджина. На нем была кожаная куртка и рваные джинсы, что явно противоречило официальному дресс-коду. Его лицо выражало открытое презрение и неприязнь. Они сели за длинный полированный стол друг напротив друга, разделенные внушительным расстоянием и взглядами, полными враждебности. Родители с обеих сторон старались поддерживать вежливую беседу, но напряжение висело в воздухе, словно наэлектризованная буря. После формального представления и обмена ничего не значащими фразами наступила тягостная тишина. Минхо первым нарушил ее. «Хан Джисон-ши, — его голос был ровным и официальным. — Надеюсь, вы понимаете серьезность ситуации». Джисон вскинул брови. «О, поверьте, понимаю. Меня продают в рабство». Минхо слегка нахмурился, но проигнорировал колкость. «Речь идет о взаимовыгодном сотрудничестве». «Сотрудничестве, которое начинается с фиктивного брака. Очень… оригинально». В голосе Джисона звучала неприкрытая издевка. «Это необходимое условие для слияния компаний». «А нельзя было обойтись без этого цирка?» «К сожалению, нет». Их взгляды встретились — холодный, пронзительный взгляд Минхо и вызывающий, полный сарказма взгляд Джисона. Между ними проскочила искра неприязни, которая, казалось, могла воспламенить всю комнату. После подписания контракта, которое прошло в атмосфере ледяной вежливости, родители начали обсуждать детали предстоящей свадебной церемонии и их совместное проживание. Минхо и Джисон старались не вмешиваться в разговор, обмениваясь лишь короткими, язвительными репликами, когда это было неизбежно. «Где мы будем жить?» — спросил наконец Джисон, скрестив руки на груди. «В моем доме», — ответил Минхо, не глядя на него. «В твоей… холодной, бездушной крепости?» «Это просто дом». «Для меня это будет тюрьма». «Если вы будете вести себя благоразумно, ваше пребывание там будет вполне комфортным». Джисон фыркнул. «Благоразумно? Это не про меня». Первые дни их совместного проживания напоминали холодную войну. Они старались избегать друг друга, проводя время в разных частях огромного дома Минхо. Общение сводилось к коротким, формальным фразам, полным скрытой напряженности. Минхо был образцом пунктуальности и порядка. Его день был расписан по минутам: работа, встречи, благотворительные мероприятия, занятия танцами. Он ожидал такого же уровня дисциплины и от своего новоиспеченного «супруга». Джисон же, напротив, жил в своем собственном ритме. Он мог проспать до обеда, затем запереться в студии и часами играть на гитаре или писать музыку. Вечерами он часто пропадал в клубах или на нелегальных гонках, возвращаясь под утро пьяный и пропахший сигаретным дымом. Минхо это раздражало. Его идеальный мир рушился под натиском хаоса, который принес с собой Джисон. Он не понимал его беспечности, его пренебрежения к правилам и обязательствам. ——————————————————————————————————————————— ——————————————————————————————————————————— Однажды вечером Минхо не выдержал. Он застал Джисона на кухне поздно ночью, курящего сигарету прямо у открытого окна. В воздухе висел густой запах табака, который Минхо терпеть не мог. «Нельзя курить в доме», — холодно произнес Минхо, стоя в дверном проеме. Джисон вздрогнул и обернулся. Его глаза были красными и уставшими. «А тебе какое дело?» — огрызнулся он, затягиваясь сигаретой. «Это мой дом, и я устанавливаю здесь правила». «Ты забываешь, что теперь это и мой дом тоже». «Только формально». Джисон усмехнулся. «О, поверь, я это прекрасно помню. Каждый раз, когда ты смотришь на меня своим ледяным взглядом». «Просто соблюдайте правила приличия». «Приличия? Ты говоришь мне о приличиях? Ты, который женился на мне по расчету?» «Это было обоюдное решение наших семей». «Мою семью поставили перед фактом!» — взорвался Джисон. — «Меня просто продали тебе!» «Не драматизируйте». «Не драматизирую?! Да моя жизнь катится к чертям благодаря тебе и твоей драгоценной корпорации!» «Вы слишком эмоциональны». «А ты слишком бесчувственный!» Между ними повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием догорающей сигареты в руке Джисона. Минхо чувствовал, как внутри нарастает гнев, но старался держать себя в руках. «Просто не курите в доме», — повторил он более спокойно. Джисон затушил сигарету в пепельнице с нарочительной грубостью. «А что ты сделаешь, если я не послушаюсь? Запрешь меня в подвале?» «Не вынуждайте меня прибегать к крайним мерам». Он развернулся и ушел, оставив Джисона одного в полумраке кухни, с клубящимся внутри него чувством обиды и ярости. Несмотря на взаимную неприязнь, им приходилось появляться вместе на публике, изображая счастливую супружескую пару. Эти выходы в свет были для них настоящим мучением. Они обменивались натянутыми улыбками перед камерами, держались за руки с таким видом, будто прикасаются к чему-то отвратительному, и отвечали на вопросы журналистов заученными фразами. После одного из таких мероприятий, ужиная в дорогом ресторане в окружении деловых партнеров и репортеров, Джисон не выдержал. После очередного приторно-сладкого комментария о том, как они прекрасно смотрятся вместе, он демонстративно отдернул руку Минхо и залпом выпил бокал вина. Минхо бросил на него испепеляющий взгляд, но промолчал, стараясь сохранить лицо перед собравшимися. Весь вечер он провел в напряжении, опасаясь очередной выходки своего непредсказуемого «супруга». По дороге домой в машине царила ледяная тишина. Минхо был взбешен. «Ты мог бы хотя бы попытаться вести себя прилично на публике», — наконец процедил он сквозь зубы. «А зачем?» — вызывающе ответил Джисон, откинувшись на сиденье. — «Чтобы все поверили в эту фальшивку?» «Это часть нашего контракта». «Да плевал я на твой контракт!» «Тогда подумай о своих родителях. Этот брак важен для их компании». Джисон замолчал, отвернувшись к окну. Минхо знал, что задел его за живое. Несмотря на всю свою дерзость, Джисон был очень привязан к своей семье. «Все это… это несправедливо», — пробормотал Джисон спустя некоторое время. «Добро пожаловать во взрослую жизнь», — сухо ответил Минхо. ——————————————————————————————————————————— Однажды вечером Минхо вернулся домой позже обычного. Он был уставшим и раздраженным после тяжелого рабочего дня. Открыв дверь гостиной, он замер на пороге, удивленный увиденным. Джисон сидел за роялем, погруженный в игру. Комната была наполнена красивой, меланхоличной мелодией. Минхо никогда не слышал, как он играет, и был поражен его талантом. В этот момент Джисон казался совсем другим человеком — не дерзким и язвительным, а хрупким и ранимым. Минхо тихо прошел в комнату и сел в кресло, не желая нарушать эту хрупкую атмосферу. Джисон не заметил его присутствия и продолжал играть, вкладывая в музыку всю свою боль и тоску. Когда мелодия закончилась, в комнате повисла тишина. Джисон опустил руки на клавиши и вздохнул. Только тогда он заметил Минхо. Он вздрогнул, словно его застали за чем-то запретным. Его лицо снова стало настороженным и враждебным. «Что ты здесь делаешь?» — резко спросил он. «Я вернулся домой», — спокойно ответил Минхо. — «И был приятно удивлен». Джисон нахмурился. «Тебе не понравилось?» «Мне понравилось. Ты очень талантлив». Джисон промолчал, отвернувшись от него. Минхо чувствовал, как между ними возникает что-то новое, неопределенное. На мгновение их враждебность отступила, уступив место чему-то похожему на… понимание? Но эта хрупкая связь быстро оборвалась. Джисон встал из-за рояля и направился к выходу. «Не строй иллюзий, Ли Минхо, — бросил он через плечо. — Это ничего не меняет». И он ушел, оставив Минхо одного в тихой гостиной, с отзвуками прекрасной и печальной мелодии в ушах. ———————————————————————————————————————————