Секретарь

      Вернулся Арсений домой поздно и жутко усталым. Ольга уже спала, так что парень тихо сходил в душ и, мысленно вознося хвалу любящей и заботливой сестре, в один присест умял ужин, оставленный для него на столе. Сеня даже не стал его разогревать: есть хотелось так, что желудок прилип к позвоночнику и уже не в первый раз выводил утробные рулады.       Признаться, на обедах Котин экономил. Кушать в местном кафе ему было не по карману, а из дома носить казалось постыдным. Поэтому парень брал с собой лишь пару бутербродов, которые быстро уничтожал на рабочем месте, пока начальство отлучалось по делам. Да и работы было невпроворот, так что не хотелось уходить с «поста» надолго. И так приходилось каждый день задерживаться на два-три часа, разгребая рутину, исправляя ошибки предыдущих секретарей, наводя порядок в документации.       Шеф обычно засиживался допоздна, и Арсений чувствовал себя не вправе уходить раньше него. Так они и куковали дружно в офисе до самого вечера. В принципе, Сеню это не напрягало. Он даже наловчился брать на работу учебники и в свободное время читать тему-другую, благо сидел он в приёмной один и никто ему не мешал заниматься тем, чем он хочет. Правда, выкроить для учёбы время удавалось далеко не всегда.       Своим новым начальством Сеня восхищался всё больше и больше. Роман Максимович часто оставлял дверь в кабинет неплотно закрытой, и парень мог без всякого стеснения слушать, а иногда наблюдать за любимым боссом. Мужчина привлекал его уверенностью в себе, какой-то цельностью и очевидной недоступностью. Сеня часто ловил себя на мысли, что сам не знает, чего бы он хотел больше: быть таким, как Ольшанский или быть с самим Ольшанским.       Мысли эти были неуместными, поэтому парень гнал их от себя поганой метлой. Ему невероятно повезло получить работу в серьёзной компании, и он был не намерен рисковать выпавшим ему незаслуженным шансом. Он лишь в мыслях «облизывался» на статную фигуру мужчины, не позволяя себе даже мимолётного «неправильного» взгляда.       Внезапная некрасивая попойка подточила идеальный образ шефа в глазах молодого парня. Роман Максимович всегда казался ему рассудительным, строгим, глубоким. А тут пьяные крики в обнимку с Михаилом Петровичем, обычно не менее серьёзным и деловым. Сначала Арсений не особо вслушивался в эмоциональный разговор за неплотно закрытыми дверями. Однако громкость голосов мужчин оказалась прямо пропорциональна количеству выпитого крепкого алкоголя, а Сеня впоследствии нашёл три опустошённые литровые бутылки.       Из бессвязных фраз собеседников Сеня с трудом, но составил общую картину проблемы. Та не показалась ему такой уж трагичной, но то, как расстроился Ольшанский, говорило о степени важности для любимого директора угодить гостю. В голове парнишки начали возникать варианты решения проблемы, но он быстро заставил себя упокоиться и выкинуть даже мысли о своем участии в этом сомнительном деле.       Казалось бы, чем может Арсений поспособствовать в удовлетворении запросов неизвестного ему Павла Игнатьевича? Полом, скажем так, не вышел. А вот была у парнишки тайна! Даже не тайна, а так, глупость, которой он иногда занимался по просьбе горячо любимой, безбашенной сестры.       Ольга обожала свою работу аниматором и всеми силами пыталась разнообразить развлекательную программу детских праздников, стараясь сделать её максимально весёлой и запоминающейся. Бюджет у её начальства был весьма скромным, удивить детей разнообразием костюмов и другим интересным реквизитом возможности не было. Да и бесконечное соперничество между коллегами заставляло Ольгу изыскивать всё новые способы впечатлить детей и их родителей своим представлением, ведь её заработок напрямую зависел от частоты выбора её программы, а инвестировать в шоу личные средства не было возможности.       Предприимчивая девушка постоянно рыскала по просторам интернета, выискивая недорогие в исполнении, но захватывающие и оригинальные трюки, сценарии, конкурсы. Однако её соперники изучали тот же контент и выделиться оригинальностью становилось всё сложнее. К тому же коллеги были более свободны в средствах и частенько опережали Ольгу в качестве и разнообразии реквизита, в пошиве красивых, ярких костюмов. А поскольку кумиры у маленьких клиентов менялись довольно часто, то и вкладываться в них приходилось с неприятной периодичностью. Девушка исхитрялась держаться на плаву, многое компенсируя неуёмной харизмой и жизнерадостностью, но желание найти свою фишку, которую невозможно будет повторить, становилось всё сильней.       Одно время Ольга очень увлекалась фокусами и «созданием» магии. Но многие трюки требовали дорогостоящих механизмов или реактивов, а, как говорится, из продукта жизнедеятельности человека и палок получался лишь соответствующий по качеству результат. Но не была бы Оля Олей, если бы не придумала то, чего точно не мог повторить ни один из её пресловутых коллег.       Вдохновил девушку старый ролик, в котором рассказывалось о невероятных фокусах, которые проворачивали ушлые близнецы в одной из европейских стран в прошлом веке. В репортаже говорилось, что те тщательно и довольно успешно скрывали информацию о том, что их двое, пользуясь своей феноменальной похожестью. Вся их программа была завязана главным образом на «фантастическом» подрыве законов физики. Они виртуозно обыгрывали «мгновенное» перемещение, переодевание или побег из куба с множеством замков и запоров.       Увиденное так впечатлило Олю, что у Сени не осталось ни единого шанса отказаться от помощи сестре. И даже то, что им далеко до идентичных близнецов совершенно не убедило деятельную девушку в нереальности реализации её задумки. Возраст маленьких клиентов давал надежду на отсутствие особой внимательности, а красочность представления и избыточный макияж должны были отвлечь от разницы во внешности между братом и сестрой.       Честно сказать, Арсений с детства завидовал сестре. До удивления похожие они производили совершенно противоположное впечатление у окружающих, и парень год за годом пытался найти разгадку этому феномену. Он часами разглядывал их фотографии, пытаясь найти отличия. Затем тщательно искал изъяны в зеркале, отталкивающие от него девушек, которые ему, честно говоря, были абсолютно не интересны. Но сам факт!       В общем, Оля серьёзно подошла к вопросу внешности брата. Впрочем, как и ко всему вообще. Волосы у Сени были перекрашены, брови выщипаны, лицо подверглось истязаниям скрабами, маскам и другими пыточными процедурами. Тело по большей части лишилось волосяного покрова в видимых местах, правда, и до тех пор, белокурый Арсений не отличался особой волосатостью.       Далее начались мучительные часы подбора макияжа, причёски, гардероба. С помощью одежды удалось скрыть кадык, ширину плеч, излишнюю угловатость. Оле пришлось купить им одинаковую обувь и напихать в носы своей пары вату: она была ей на два размера больше, чем нужно.       Первые опыты был совершенно неудачными. Выбранные платья не подходили по стилю, фасону, сам Сеня не мог их ни надеть, ни застегнуть, путаясь в застежках, заклёпках и завязках. Ходить в туфлях даже на маленьком каблуке казалось невыносимым. Коса не заплеталась, а губная помада размазывалась по насупленному лицу. Однако Арсений всегда был настойчивым мальчиком. Встречаясь с любой проблемой, он не отступал, пока полностью не изучал вопрос и не находил первоисточника возникшей трудности.       Так Сеня научился краситься. Не бог весть как, но наложить дневной или вечерний макияж парень теперь был вполне в состоянии. Как он смог научиться этому? Легко! Арсений призвал на помощь интернет, телевидение и любимую сестру. А к её тремору рук и нервному тику после обучения старательного брата тонкостям использования грима он не имел совершенно никакого отношения.       Так парень стал обладателем нескольких комплектов женской одежды. Сеня перемерил весь гардероб сестры, и они пришли к дружному выводу, что ему больше всего идут платья с юбкой колокольчиком. Его прямые, стройные ноги, совершенно не впечатляющие для мужчины, очень выгодно смотрелись на высоких устойчивых каблуках. Небольшой вес, общая гибкость позволяли ему после непродолжительной практики двигаться на этих страшных на первый взгляд приспособлениях довольно шустро и, как ни странно, чувствовать себя вполне комфортно.       Волосы у Арсения были длинными и очень густыми. Сестра не могла похвастаться таким же объёмом шевелюры, что компенсировалось у неё прекрасным белоснежным цветом. Оттенок волос брата, к сожалению, был сероватым, и на фоне яркой сестры смотрелся совершенно безжизненным. Однако эту проблему помогла решить качественная краска. Что и как делала Оля для парня осталось абсолютной тайной, но результат поразил до глубины души. Последнее время он щеголял, привлекая взгляды золотистым оттенком своей необъятной гривы.       Ну, а лёгкий, едва заметный макияж словно стирал унылое нечто с лица Котина, превращая его почти в полную копию прекрасной Оленьки. Так и повелось, что каждые выходные Арсений был вынужден помогать девушке выступать, оставаясь по большей мере в тени, показываясь лишь на несколько минут для эффекта внезапности.       Парень был не сильно рад такому времяпровождению, однако со временем стал ловить себя на мысли, что ему нравится прятаться за красивой личиной сестры. Он не просто переодевался, он будто превращался в неё. Брат нехотя копировал её походку, голос и манеру поведения. Арсений позволял себе перевоплотиться в другого, красивого человека. Он не хотел стать женщиной, нет! Он словно снимал с себя собственную кожу и уже не был Сеней Котовым. Он был какой-то красивой, очень похожей на его сестру девушкой.       Вот тогда он и заметил, что в их внешности есть хоть и небольшая, но определённая разница. Глаза Сени были нежно-зелёными, тогда как у сестры скорее болотного оттенка. У парнишки был более курносый нос с россыпью мелких, солнечных веснушек, у сестры же лицо было совершенно гладким. И ноги. У Арсения оказались необычайно длинные, стройные ноги, не заметные в мужской одежде, однако в женском платье он быстро почувствовал эффект от своей изменившейся внешности. Парень к собственному неудовольствию мог похвастаться массой заинтересованных мужских взглядов.       Ольга, в свою очередь, не могла нарадоваться: она и не ожидала от зажатого и меланхоличного брата такого артистизма. Дела на работе сразу пошли в гору, её выступление при всём желании невозможно было повторить. Да и начальство отметило девушку и завалило заказами.       В шкафу Арсения уже больше года красовалась полочка с яркой, красивой одеждой. Принадлежала она, по словам парня, Сонечке, как он шутливо называл своё вынужденное альтер эго.       И вот вернувшись домой и плотно поев, Арсений плотно закрыл дверь в свою комнату и уставился на гардероб той, кто мог бы помочь любимому боссу выкрутиться из щекотливой ситуации. От одной мысли предстать перед Романом Максимовичем в образе прелестной Сони теплело в паху. Почему-то парню казалось, что мужчина не смог бы устоять перед прелестями красивой «девушки». И Арсению срывало крышу от одной мысли хоть раз словить заинтересованный взгляд желанного начальника в свою сторону.       Здравый смысл вопил во всю глотку, что мысль абсолютно неудачная и не стоит рисковать своим шатким положением. Но красочные картины завтрашнего дня, наполненные скорее эмоциями, чем какой-либо конкретикой смывали любые сомнения и доводы, оставляя Сене лишь незамутнённое чувство правильности происходящего.       От вязких переживаний и нервного напряжения парень так и не смог заснуть. Он, словно маленькая мушка, увяз в собственных липких фантазиях, обычно так ему не свойственных. Сеня без остановки крутил в голове сюжеты завтрашнего дня, меняя поведение, фразы, ситуации всех участников, неизменным оставляя лишь одно лицо: смуглое, широкое, с орлиным носом и тяжёлым подбородком. И заинтересованным, жарким взглядом, направленным в его сторону.       Арсений сам не понимал, что с ним происходит. Парень обычно руководствовался логикой, являясь приверженцем фактов и презирая неуместные эмоциональные порывы. Теперь же он чувствовал себя в центре бури, которая неумолимо сужалась вокруг него, грозя поглотить и развеять без малейшего упоминания о его существовании. Котин вспоминал, как вёл обмякшего мужчину в такси, наслаждаясь его невольной близостью и дурея от жара и запаха перегара с ноткой чего-то мятного и древесного. Он чувствовал упругость мышц под дорогим костюмом, незаметно дотронулся до густых, курчавых волос, необычайно шелковистых и манящих запустить в них руки.       Когда босс хватал его за грудки, рассматривая мутным, ничего не видящим взглядом, Сеня мечтал лишь о его губах, сухих, узких, поджатых. Он даже не заметил, насколько сильно возбудился, пока молчаливый таксист не увёз его сокровенную мечту со стоянки. Сеня ещё нескоро ушёл домой, пытаясь вернуть утраченное чувство близости и эфемерного тепла желанного, мощного тела.       Он согласен был предстать перед боссом в каком угодно обличье, только бы вновь почувствовать его руки, горячие, твёрдые, требовательные. И запах. Арсений терпеть не мог алкоголь, но после вчерашнего тот стал ассоциироваться у него с податливым, накачанным телом, до которого Сене посчастливилось дотронуться так, как ему хотелось. Не скрываясь, сильно и в своём праве.