Камера в дальнем углу

      Дни приобрели рутинность, как Секби того давно и хотел. Пока не появился Джаст. Он не ломал какие-то устои, не врывался и не устраивал праздник или дебош — этот студент делал разные мелочи, которые не то чтобы вписывались в привычный день. Сел возле стойки, вызвал шипперский припадок, иначе Секби бы его не называл, у Ви и Хайди разом, упал в обморок, заставив бариста переживать за него — ничего особенного, но из серых будней он выделялся.       — Он тебе нравится, просто признай — заводит диалог с утра Хайди.       Среда. Начало рабочего дня. Секби должен отработать в «Шкафу» только до обеда, а потом ехать в «Утку» подменять какого-то стажёра.       — Нравится кто? — не понимает Секби.       — Ну этот… Которого ты вчера ловил. Я имя не помню — тараторит Хайди.       — Его зовут Джаст — безэмоционально отвечает парень.       — То есть то, что он тебе нравится, ты не отрицаешь? — хитро щурится друг.       — Что ты всё заладил? Нраица-не-нраица — вспыхивает Секби, но тут же отвлекается на звон колокольчика двери.       — Вспомнишь солнце, вот и лучик — усмехается Хайди, видя знакомую белобрысую макушку, — не мешаю-ю…       — Скройся! — чуть ли не рыкает Секби, подходя к кассе, — доброе утро…       — Доброе… — бормочет Джаст и зевает.       — Только попробуй заказать кофе после вчерашнего — шуточно угрожает Секби, улыбаясь.       — У-у-у, а я жаловаться буду — ерничает парень, пытаясь подавить ещё один зевок, — тогда давай глинтвейн и Венскую вафлю «Цезарь».       — Во-от, это уже ближе к правильному — кивает Секби, вбивая заказ и протягивая терминал для оплаты, — как ты, кстати?       — Жить буду — коротко отвечает Джаст, протягивая карту и оплачивая, — отоспался вчера и вроде как получше. Без кофе, конечно, туго, но ваше беспокойство будет греть мою душу.       Секби с его слов смеется, отворачиваясь спиной, ища в шкафчиках заварку, сушеные апельсины и вишню. Хайди молча начинает готовить салатную начинку для вафель. Улыбается еще так слащаво-хитро, а в моменте как бы случайно пихает локтем и кивает в сторону гостя.       — Даже не думай… — шипит в ответ Секби и возвращается к Джасту, — чаю нужно настояться минут пять, так что нужно немного подождать.       — Ничего страшно — улыбается немного устало Джаст, — я, кстати, не сильно отвлекаю? А то вы с коллегой постоянно шушукаетесь. Ревнует тебя что ли?       Хайди на фоне давится воздухом то ли от возмущения, то ли от смеха, сгибаясь чуть ли не пополам. Секби сначала издает что-то вроде возмущенного «Э-Э!», но быстро затыкается, осматриваясь на наличие возмущенных посетителей. К счастью, таковых не находится.       — Ты явно переоценил мои взаимоотношения с этой высушенной рыбиной — усмехается Секби, — скорее наоборот: шипперство у него в одном причинном месте заиграло…       — Шипперство? — не понимает Джаст.       — Ну да. шиперство нас с т… — без задней мысли говорит бариста, когда до него доходит смысл сказанного, — бля-я… Нет! Откат рп! Ты ничего не слышал…       Секби глаза испуганно выпучивает, активно жестикулируя руками и восклицая еще что-то, с чего Джаст смеется.       — Тогда по всем законам бульварных романов, он должен нам устроить типо случайное свидание.       — Секби, видишь, он быстрее тебя соображает, а ты… — восклицает на фоне Хайди.       — А ты заткнись, пока я из тебя уху не сварил — рыкает на друга Секби и снова поворачивается к гостю, — ты прости за это…       — Ничего — тут же улыбается Джаст, — на самом деле я был бы… Наверное даже рад такому стечению обстоятельств.       — То есть ты бы хотел сходить со мной на свидание? — не то спрашивает, не то удивляться бариста.       — Я такого не говорил… — хитро и одновременно смущённо улыбается парень, отводя глаза в сторону.       — Хорошо. Ты пойдёшь со мной на свидание? — спрашивает Секби, фыркая от смеха.       — Когда и куда? — тут же спрашивает Джаст, возвращая всё внимание на бариста.       — М-м… Сегодня? Часов в десять после работы в «Сороке» погулять?       «Сорокой» местные называли небольшой парк с двумя параллельными аллеями и множеством ответвлений дорожек к прочим аттракционам и кафе. Название же официальное этого парка все, кажется, давно забыли или игнорируют, коротко называя место в честь птиц обитающих здесь целыми стаями.       Джаст по-настоящему задумался. С одной стороны, в голове что-то кричало громогласное «Да!», но с другой… А сколько они знакомы? Неделю? Несколько дней? Рационализм либо же тревожность, парень так и не определил, упорно твердил, что что-то тут не так. Он не мог так быстро кому-то понравится.       В тоже время в груди что-то разбивалось об рёбра. Не билось, пытаясь вырваться, а именно разбивалось. Будто какой-то маленький слабый зверёк внутри скулил и пищал еле слышно и скреб маленькими лапками с коготками, чтобы его выпустили к тёплым рукам, что его успокоят.       Видимо это и называют дилеммой между мозгом и сердцем.       — Я… Я подумаю, ладно. Как буду уходить, скажу — пытается улыбнуться Джаст, чувствую в теле слабость.       — Да боги! Просто скажи «да»! — восклицает чуть раздражённо Хайди, ставя на стойку заказанную ранее вафлю.       — Хайди! — оборачивается на него Секби смущённый и прописывает лёгкий подзатыльник, — нельзя так!       Бариста, сгорбившись и потирая затылок, только фыркает и бормочет что-то вроде «для вас стараюсь…»       Джаст ничего не отвечает, выдавливает из себя тихий смешок, берёт тарелку и уходит вглубь кофейни.       — Заебись… — вздыхает Секби, качая головой.       — Ладно, признаю. Хрень сморозил — неловко говорит Хайди тоже поникая.       — Неважно — фыркает бариста, принимаясь готовить чай.       Джаст в этот раз забирается чуть ли не в самый дальний угол книжного лабиринта, садится за столик, но не ест. Думает. Всё тот-же разлад между разумом и чувствами.       — Эм, слушай… — из-за угла появляется с чаем. Точно, он же ещё чай заказывал. — Ты извини за произошедшее…       Парень походит аккуратно, ставит стакан с напитком на стол и садится на корточки, протяжно выдыхая.       — Я даже хер знает, что сказать в этой ситуации, просто… Прости, если это доставило тебе неудобства…       — Ничего. Я сейчас в принципе не в лучшем состоянии… — тихо отвечает Джаст.       — Все-таки не спал? — поднимает взгляд бариста.       — Нет, дело скорее в ментальном состоянии. Я как будто нахожусь в постоянной апатии и усталости. Этакий режим энергосбережения — пытается объяснить студент, — учёба, практика, работа, неприятный опыт прошлый отношении… Оно как будто давит и не даёт вздохнуть. И я не уверен, что тебе нужен человек, которому на себя сил не хватает, не то что на других. Я слышал тот диалог с твоим коллегой про меня и мне приятно, что я тебе симпатичен, но… Я сейчас не верю ни во что: ни в себя, ни в свои силы, ни то что мог кого-то заинтересовать. Я хочу дать этому всему шанс, но, повторюсь, я не уверен, что тебе нужен такой человек…       Джаст замолкает и в воздухе зависает тишина. Не давящая, но печальная, будто скорбящая по упущенным возможностям.       — Я… Понимаю в какой-то степени — находит наконец слова Секби, — понимаю, как это тяжело, но я ничего не жду ни от тебя, ни от этого общения. Ты меня заинтересовал вот таким. Тебе не нужно пытаться прыгать выше головы, ради меня или кого-либо. Ты говоришь, что мне не нужен «такой человек». Какой такой? Я толком тебя не знаю и хочу узнать тебя поближе, пообщаться, познакомиться нормально.       Джаст в ответ ничего не говорит, хмурится как-то болезненно, будто перебарывая какую-то боль, пока Секби смотрит на него со смесью сочувствия и грусти, затем встаёт.       — Я не хочу на тебя давить или заставлять, но я на работе до девяти вечера. Если захочешь всё же прогуляться, напишешь — бариста достаёт из кармана фартука ручку и набор бумажных стикеров, быстро пишет номер и кладёт листок на стол, — можешь считать это свиданием, просто прогулкой или чем угодно, просто напиши, если захочешь…       Секби последний раз смотрит на молчащего парня и уходит, скрываясь в лабиринте книжных стелажей.       Джаст дрожащие губы сжимает до боли, руками закрывает рот, чтобы не забыть протяжно, пока глаза предательски намокают, а в горле образуется ком. Хочется согнуться пополам, сложиться листом в несколько слоёв до размера точки и исчезнуть. Но кофейня не место для истерик и нервных срывов. Джаст дышит прерывисто, пытаясь успокоиться, глаза жмурит, всё ещё молчит, боясь издать хоть звук. По ощущениям, кровь заливает всю грудную клетку, а он в этом всём тонет.       — Всё нормально. Всё нормально… — бормочет под нос себе парень, пытаясь уверить себя.       Успокойся удаётся только спустя долгих пять минут. Руки всё ещё дрожали, а предательский ком в горле только-только начал рассасываться, когда пришло осознание, что ему-то вообще нужно на работу.       Джаст кое-как большими кусками съедает заказанное, запивая немного остывшим чаем, и обращает внимание на листок.       Ровно семь цифр. Простая комбинация символов, но очень сложный выбор.       Джаст хмуриться будто от ноющей боли, когда пытается придумать что делать. Согласится? Отказать? Не хотелось ничего. Почему нет такого варианта?       Парень мотает головой, запихивает листок в карман брюк и уходит, выскакивая из кофейни чуть ли не пулей. До офиса поднимается быстро на служебном лифте, даже не опоздав.

***

      — Каков шанс, что я проебался? — спрашивает подошедший к стойке Секби.       — Велик — вздыхает Хайди, — как и велик шанс того, что я тебе всё запорол…       — Что ж, буду надеяться, что проебал всё не до конца…

***

      Джаст на работе отключился. Не буквально — только фигурально, выполняя все задачи, как робот, и игнорируя людей вокруг. Кто-то мог сказать, что тот выгорел, и это недалеко от правды, но сейчас парень скорее спасался от необходимости выбора в своей апатии. Ведь если ты ничего не чувствуешь — ты не переживаешь.       В реальность пришлось вернуться ближе к шести вечера, когда рабочий день подходил к концу, а Джаста вновь захлестнули муки выбора       — К чёрту… — вздыхает парень, доставая номер. Сил на переживания будто не осталось.       Привет. Это Джаст       Я согласен на…       А на что он согласен? Прогулку? Встречу? Свидание? Голова уже начинала ныть от всего этого.       Я согласен на свидание