Сон ставший явью?

Он вновь открыл глаза — перед ним раскинулся бескрайний океан. Вытянув руки, он провёл взглядом по гладкой, чистой коже: ни следа от прежних ран, ни шрама, ни боли. Касания больше не вызывали отвращения — тело будто обрело новую кожу. Подняв голову, он всмотрелся в даль, где лунный свет гладил спокойный, ровный горизонт. Пляж был пуст, и ни души вокруг. Белый, прохладный песок приятно щекотал пятки, а лёгкий ветер играл с его щеками, лаская лицо. Сделав шаг, Блэйд почувствовал, как мелкие песчинки пробираются между пальцев, и ступни мягко тонут в пуховом облаке песка. Он прошёл несколько шагов вдоль кромки берега и остановился, чтобы оглядеться. Пейзаж был безмолвен и первозданен. Чёрные камни едва выглядывали из песка, словно украшая холмы. Море спокойно дышало, нежно касаясь берега серебристой пеной. Танцующий в лунном сиянии песок с водой создавал иллюзию движущейся земли. Свет луны заливал побережье мягким, почти нереальным светом, открывая обзор на все покруг. Казалось, за пределами этого места ничего не существовало — только море, песок и тишина. Но вдруг земля под ногами начала поддаваться. Песок медленно втягивал его внутрь. Паника вспыхнула мгновенно, прошив кожу сильной дрожью. Он попытался вырваться, дёрнулся — но это было похоже на беспомощное трепыхание бабочки, угодившей в липкую паутину. Он погружался всё глубже, когда заметил, как вода начала прибывать. Волна с ледяной яростью обрушилась сверху, захлестнула лицо, проникла в лёгкие. Воздуха не хватало. Он пытался копать под собой руками, но тщетно — песок не отпускал. Соль жгла глаза, и он резко зажмурился. В следующее мгновение кто-то потянул его вверх. Он задышал судорожно, распахнул глаза — над ним склонилось лицо. Чёткие скулы, уверенный подбородок... и всё же черты были расплывчаты, будто скрытые дымкой. Он не мог разглядеть, кто это. Оглядевшись, Блэйд заметил — всё изменилось. Он больше не был на берегу. Под руками — мягкая, шелестящая податливость густой травы. Он лежал в поле, где над ним нависал тот незнакомец, не позволяя подняться. Блэйд хотел было заговорить, но мужчина выпрямился и сделал пару шагов назад. В свете луны серебристые волосы того красиво спадали на плечи, а крепкая фигура внушала странное, тёплое доверие. Он протянул руку — и Блэйд, не колеблясь, ухватился за неё. Кожа незнакомца была тёплой, и мягкой. Мурашки пробежали по спине, сердце сжалось. Когда тот помог ему подняться, взору открылась широкая равнина, покрытая травой по пояс. Здесь, среди шелестящего моря зелени, цвели одинокие полевые цветы. Незнакомец обернулся и молча пошёл вперёд, оставляя за собой едва слышное шуршание. Блэйд снова попытался что-то сказать, но из горла не вырвалось ни звука. Он машинально протянул руку — и тут же потерял опору под ногами. Мир рухнул. Он провалился в чёрную бездну. Мужчина резко открыл глаза. Всё тело было покрыто холодным потом, суставы ломило от боли. Над головой — ровный, белый потолок. Он попытался поднять руку — и не смог: она была неподъёмной, как будто налитая свинцом. Блэйд не стал пытаться снова — просто сглотнул, ощутив горечь, и закрыл глаза. Боль в горле вспыхнула огнём, и сознание вновь погрузилось в темноту.