Пока не станем едины.

      – "Я люблю её, и я всегда буду её защищать. Но я не могу лишить её свободы и выбора. Она должна сама выбирать свой путь, даже, если моя связь к ней её... пугает. Если она позволит, я буду рядом."

Преданность:

      Клятва, выгравированная в металле. Преданность Оптимуса до запечатления была основана на долге, чести и защите всего живого. После – она трансформируется в нечто большее, в абсолютное поклонение. Эта преданность выходит за рамки логики, за пределы возможностей разума. Она становится неотъемлемой частью его Искры, фундаментальным законом его существования. Он будет готов переписать все свои кодексы, нарушить любые клятвы, если это потребуется для её благополучия.       В мире Оптимуса теперь есть только один приоритет – она. Если раньше спасение Вселенной было его главной целью, то теперь это лишь средство для обеспечения её безопасности и счастья. Он будет взвешивать каждый свой шаг, каждое решение, оценивая его влияние на неё. Если выполнение долга поставит её под угрозу, он пойдет на компромисс, на риск, на сделку с врагом. Он будет искать обходные пути, нестандартные решения, лишь бы избежать малейшей опасности для неё. Её улыбка – это его Эдем, и он не позволит ей померкнуть.       – "Её 'сейчас' – мой приоритет, каждая секунда её благополучия весит больше, чем судьба галактики. Я стану тем, кого презирают, если это спасет её от малейшей царапины."       Отречение от себя, ради её "Я". Готовность к самопожертвованию всегда была частью него, но теперь она становится безусловной. Он без колебаний отдаст свою жизнь, если это спасет её. Он откажется от лидерства, если это оградит её от внимания Десептиконов. Он изменит свои убеждения, если они причиняют ей боль. Он, возможно, даже откажется от своей Искры, от самого своего "Я", если это единственный способ обеспечить её безопасность и счастье. Эта жертва – едва ли героизм. Инстинкт. Безусловное желание защитить то, что он считает самым ценным во Вселенной. Он перестанет быть Оптимусом Праймом и вместо этого навеки станет её Орионом, чтобы стать её щитом.       Он будет стремиться знать о ней абсолютно всё. Он будет изучать её культуру, историю, язык, чтобы лучше понимать её и её мир. Он будет наблюдать за ней, анализировать её поведение, чтобы предвидеть её потребности и желания. Он станет хранителем её секретов, самым верным другом и самым преданным мужчиной.

Защита:

      Оптимус станет её невидимым щитом, её ангелом-хранителем. Он будет использовать все свои ресурсы и связи, чтобы следить за ней. Рафаэль, её младший брат, станет его глазами и ушами, предоставляя ему информацию о её местоположении и состоянии в режиме реального времени. Он будет готов появиться в любой момент, чтобы защитить её от опасности, реальной или воображаемой. Он станет тенью, всегда рядом, но незаметной, готовой обрушиться на любого, кто посмеет причинить ей вред.       Он не будет полагаться только на грубую силу. Он просчитывает все возможные сценарии развития событий. Он может повлиять на её выбор, подтолкнуть её к определенным решениям, чтобы направить её по безопасному пути. Он будет готов пойти на компромисс с врагом, если это поможет защитить её. Он будет играть в шахматы с судьбой, всегда на несколько ходов впереди, чтобы обеспечить её безопасность. Он станет архитектором её защиты.       Обычно сдержанный, Оптимус превратится в неудержимую силу, если будет малейший намёк на угрозу в её сторону. Ярость, которую он всегда подавлял, вырвется наружу. Это будет не слепая ярость берсерка, а холодная, расчетливая, смертоносная ярость воина, защищающего свою территорию. Он будет безжалостен к тем, кто посмеет причинить ей вред. Он будет ломать кости, крушить металл, уничтожать врагов, не испытывая ни малейшего сожаления. Он станет воплощением справедливости и возмездия, не останавливаясь ни перед чем, чтобы защитить ей. Он станет зверем, выпущенным на свободу любовью.       – "Я убью любого, кто встанет на пути к моей женщине."

Забота:

      Оптимус будет стремиться понять её на самом глубоком уровне. Он будет слушать ее, не перебивая, впитывая всё, будто губка воду, в искреннем желании понять взгляды своей маленькой фемм. Он будет стараться почувствовать её эмоции, разделить её радости и печали. Он будет изучать её мимику, жесты, тон голоса, чтобы понимать, что она чувствует, даже если она молчит. Он станет её зеркалом, отражая её чувства и помогая ей понять себя.       Плечо, на которое можно опереться. Он всегда будет рядом, чтобы поддержать её в трудную минуту. Он выслушает её жалобы, поможет ей найти решение проблемы, даст ей совет, если она попросит. Он будет обнимать её, когда ей грустно, хвалить её, когда она достигает успеха, и просто быть рядом, когда ей это нужно. Он станет её опорой, её убежищем, местом, где она может чувствовать себя в безопасности и комфорте. Её домом.       Оптимус будет радовать её маленькими сюрпризами и знаками внимания. Он будет приносить ей её любимые цветы и даже пытаться организовывать романтические прогулки под звёздами. Он будет помнить о важных датах и событиях в её жизни и отмечать их особенным образом. Он будет делать всё возможное, чтобы сделать её жизнь немного ярче и счастливее. Он станет её личным волшебником, исполняющим её маленькие желания.       – "Просто скажи, что тебе нужно, и я передвину звёзды, чтобы это стало реальностью."       Он будет поддерживать её стремление к саморазвитию и личностному росту. Он будет помогать ей учиться новому, развивать свои таланты, достигать своих целей. Он будет вдохновлять её, мотивировать её, верить в неё, даже когда она сама в себя не верит. Он станет её учителем и наставником. Ведь он так счастлив видеть на её лице улыбку.

Ревность:

      Оптимус будет яростно бороться со своей ревностью, считая это чувство низменным и недостойным лидера Автоботов и того, кого она выбрала как своего мужчину. Он будет пытаться убедить себя, что она принадлежит ему, что она любит только его, что нет причин для беспокойства. Но ревность будет продолжать грызть его изнутри, как ржавчина, разъедающая его броню.       – "Спасибо за вашу заботу. Но я сам позабочусь о её безопасности, думаю, ваше присутствие здесь излишне."       Ревность будет просачиваться сквозь его броню, проявляясь в его поведении. Его взгляд станет более пристальным, когда она будет разговаривать с другими мужчинами. Его голос станет более сухим и формальным. Он будет чаще обнимать её, держать её за руку, цепляясь за любой шанс, когда он может просто коснуться любимой, чтобы успокоить своих бесов. Он будет стараться быть рядом с ней как можно чаще, прерывая её разговоры, отвлекая её внимание на себя. Он будет неосознанно показывать свою ревность, выдавая себя с головой.       Негласная борьба за внимание. Оптимус не будет открыто нападать на тех, кто проявляет интерес к ней, но он будет вступать с ними в негласное соперничество. Он будет стараться превзойти их, даже если это такая глупость... Он будет пытаться доказать ей, что он – лучший выбор, что он больше других достоин её любви. Он будет играть в игру, не называя правил.       Если Оптимус почувствует, что кто-то представляет реальную угрозу для её безопасности или счастья, его ревность перерастет в гнев. Он будет готов вмешаться, чтобы защитить её от этого человека. Он может попытаться дискредитировать его. Он может использовать свои связи через агента Фоулера и ресурсы, чтобы лишить его работы и репутации. Он может даже прибегнуть к насилию, если это будет необходимо. Он станет безжалостным и неумолимым, чтобы устранить любую угрозу для своей возлюбленной.

Идеализированный облик:

      – "Доверься мне, как я вверяю себя тебе, моя Искра."       Он будет стараться оградить её от всего, чтобы создать для неё идеальный мир, где она сможет быть счастлива. Всё, чтобы их маленькая семья стала её колыбелью.       Она станет его музой, источником вдохновения и надежды. Её любовь и вера в него будут давать ему силы продолжать борьбу против Десептиконов, даже когда будет казаться, что всё потеряно. Он будет посвящать ей свои победы, свои подвиги, свою жизнь. Она станет его путеводной звездой, направляющей его по верному пути. Она станет смыслом его существования.       Он может жить в мире фантазий, где она – идеальная женщина, а он – её верный рыцарь. Но разве можно его винить за его маленькие радости, когда они связаны с его любимой женщиной?       – "Я надеюсь, Вы понимаете, что она – находится под моей личной защитой. Я ценю её, как ценного союзника, и я не позволю никому причинить ей вред. Ваши… интересы к ней могут быть неправильно истолкованы. Поэтому, я настоятельно рекомендую Вам держаться на расстоянии. Это ради её же безопасности… и Вашей. Я бы не хотел, чтобы произошел несчастный случай."

|||

      Лунный свет ласкал сталь плеч, но не приносил облегчения. База Автоботов дышала усталостью, отражая его собственное измождение. Оптимус стоял на краю платформы, и обычно безупречные линзы его васильковых оптических сенсоров хранили тихую, выстраданную грусть. Сегодняшняя победа обернулась ощущением личной потери, тяжелым, словно груз мёртвых искр на его собственных плечах.       Он чувствовал себя древним. Не в смысле возраста, а в смысле бремени. Миллионы лет войны, бесчисленные жертвы, принятые решения – всё это давило на него, словно гравитация чёрной дыры. Он жаждал тишины. Не тишины боя, а той, что могла бы унять воющие в его контурах эхом воспоминания.       Его взгляд, казалось, случайно, упал на неё.       Она стояла здесь, небольшая фигура в огромном мире машин и сражений, притягивая его, словно свет маяка корабль, потерявшийся в шторме. В её глазах, таких родных и тёплых, отражался свет луны и – он видел это – беспокойство. Она всегда беспокоилась о нём.       Он протянул к ней руку, свою огромную, металлическую руку, привыкшую держать оружие и сокрушать врагов. Сейчас она была словно просящая.       – "Искорка," – прозвучал его голос, обычно твердый и уверенный, сейчас тихий и словно надломленный.       Она подошла к нему, не колеблясь. Она знала, что ему нужно. Она всегда знала.       Он опустился на одно колено, позволяя своему огромному телу говорить за себя.       Он видел в её глазах отражение луны, но еще он видел… понимание. Не жалость, не восхищение, а простое, безусловное принятие его самого. Не лидера, не воина, а его внутреннего, израненного "я".       Её прикосновение было лёгким, почти эфемерным, касание кончиков пальцев к его холодной броне. Но этот едва ощутимый контакт словно активировал дремлющие сенсоры, зажигая тепло в его контурах.       Он осторожно взял её в мани, словно хрустальную вазу. Она была такой маленькой, такой хрупкой в его огромных ладонях. Он прижал её к своей груди, чувствуя биение её сердца, тепло её крохотного тельца.       Он закрыл оптические сенсоры, позволяя ей окутать его, словно мягкий кокон. Он не слышал её дыхания, не чувствовал запаха, но ощущал… её.       Не было слов. Не было необходимости в утешениях. Было просто… соприсутствие.       В этой тишине он нашел… передышку. Момент покоя, где он мог просто быть, без необходимости сражаться, руководить, жертвовать.       Он оставался Оптимусом Праймом, но в этот момент он был просто… мужчиной, нашедшим убежище в тихой гавани рядом с той, кто принимала его Орионом.       И этого было достаточно.       Луна продолжала лить свой серебристый свет, укрывая их обоих своим безмолвным покровом. И в этой тишине, в этом объятии, Орион нашёл то, что искал: надежду.