Без названия

Том не вернулся той ночью. И на следующий день он не показывался, несмотря на то, что она ждала его в тех же местах. Каждое мгновение т/и чувствовала, как её сердце замирает от нетерпения. Она знала, что он будет, но не знала, когда. Он всегда так делал: исчезал, чтобы потом вернуться с ещё большим напором, чем прежде. Тем временем она продолжала свои занятия, пытаясь занять себя. Но мысли о Томе преследовали её на каждом шагу. Даже новые друзья, которые её окружали, не могли вытеснить его из её головы. Они смеялись, говорили, но каждый его взгляд, каждое слово всё ещё эхом отдавались в её памяти. Том не переставал манипулировать её эмоциями. Он научил её, что на него можно только рассчитывать, когда он сам этого захочет. А сейчас он будто оставил её на произвол судьбы, и это заставляло т/и гореть. В какой-то момент, уже вечером, она поняла, что не может ждать больше. Она решила взять всё в свои руки. Том сидел в одном из уголков библиотеки, поглощённый чтением. Он не замечал её приближения, или делал вид, что не замечает. Она подошла близко, стоя прямо напротив, и тихо сказала: — Ты хочешь меня игнорировать? Думаешь, я уйду? Том поднял глаза, и на его лице было то странное выражение, которое так раздражало т/и — смесь насмешки и какой-то безразличной уверенности. — Ты играешь в игры, т/и. Но не всегда они тебе понравятся, — его голос был спокойным, но с каким-то скрытым нажимом. — Ты не решишься на это, — её глаза блеснули. — Ты не сможешь меня оставить. Том скользнул взглядом по её губам, и на мгновение это выглядело так, как будто он борется с собой. Он вздохнул и закрыл книгу, отставив её в сторону. Т/и почувствовала, как её сердце учащенно забилось, её нервы были натянуты, как струна. — Ты думаешь, ты контролируешь меня, но ты ошибаешься, — его слова были как ледяной поток, но в его глазах была явная борьба. Он даже шагнул вперёд, но снова остановился, не осмелившись продолжить. Она сделала шаг к нему. — Ты боишься меня, Том. Ты боишься, что я могу забрать то, что ты сам не знаешь, как держать. Том резко схватил её за запястье, и на мгновение их взгляды встретились. Было нечто болезненно-истинное в его глазах, но он тут же оттолкнул её, словно жгучая боль заставляла его держаться на расстоянии. — Я не нуждаюсь в тебе, т/и, — сказал он, и в его голосе было что-то резкое и холодное. — Ты всего лишь часть игры. Не больше. Но т/и знала, что это не правда. Внутри него было что-то большее, и она это чувствовала. Каждый его взгляд, каждый жест говорил о том, что он всё больше терял контроль. Она подошла ближе, чувствуя, как её сердце колотится. — Ты сам создаёшь эту игру, Том. И ты не можешь от неё избавиться. Том поднял руку, будто собирался оттолкнуть её, но тут его взгляд снова мягко переместился на её лицо, и она заметила, как его руки слегка дрожат. — Ты не понимаешь, — прошептал он, как будто это было самое сложное признание. — Я не могу тебя иметь. — Ты не можешь, потому что боишься, — т/и прошептала ему в ответ, её голос был уже наполнен не только дерзостью, но и предвкушением. — А ты должен. Том не мог больше сопротивляться. Всё, что он когда-либо скрывал в себе, стало для него непереносимым. Он рванулся вперёд, и её губы встретили его в жестоком поцелуе, который был одновременно болезненным и страстным. Т/и поняла — он не мог больше держать дистанцию. Он был слишком сильно связан с ней, как бы ни пытался бороться. Он оторвался от неё, но теперь не оттолкнул. Он стоял рядом, их дыхания сливались в одно. — Ты… не можешь управлять мной, т/и, — его слова были как шёпот, как почти потерянная угроза. — Это ты пытаешься управлять нами обоими, — ответила она с улыбкой, которая скрывала её жгучие чувства. В этот момент между ними не было границ.