Наследие Поттеров

Буквально вбежав в мастерскую отца, Гарри направил на гранитную плиту волшебную палочку. — Алохомора! — произнёс он так чётко, как мог. Крышка сдвинулась. Из образовавшейся щели юношу обдало жаром. Ещё через несколько мгновений, комнату озарил яркий слепящий свет.. — Бросай, Гарри! — раздался голос Джеймса. — Если она откроется шире, нам конец! Вздрогнув, Поттер-младший бросил медальон в образовавшуюся щель. В тот же миг раздался ужасный, визг. Гарри, от вспыхнувшей боли схватился за шрам. Подбежавшая Гермиона схватила его за плечо и наставила палочку на артефакт. — Колопортус! Крышка захлопнулась. Плита заходила ходуном, с громким хлопком вспыхнула, и остановилась. — Ну что же, — протянул Гарри, вытирая пот. — Похоже, одним крестражем меньше! — Да, только остальные два в это искусственное солнце не закинешь, — задумчиво произнёс Поттер-старший. — Оно сломалось. — Ничего, сделаем что-нибудь другое, — махнул рукой Гарри и посмотрел на портрет отца. — Ты ведь мне поможешь, папа? Джеймс улыбнулся и кивнул. Гарри улыбнулся в ответ. Отца своего он совсем не знал и теперь, ему хотелось поговорить хотя бы с портретом. Научиться от него тому, чему родители учат детей. Пусть знания, возможно, и будут не полными, куда важнее сам факт разговоров, общения. Кикимер раскланялся перед Гарри, громко выражая благодарность своему новому хозяину. — Добби не соврал Кикимеру! — восклицал он. — Гарри Поттер великий волшебник! Он завершил дело отважного Регулуса! — И-извините, — Притащенный домовиками в мастерскую Флетчер каким-то образом смог начать говорить, отчего забывшие о нём Гарри и Гермиона вздрогнули. — Может быть, вы отпустите меня? Я же вам всё равно не нужен? — Ошибаешься, Флетчер, — голос Джеймса приобрёл неожиданную твёрдость. — Ты нам очень пригодишься. Артефакты могут и не работать как надо, и их нужно как-то проверять. — Вы что, крысой подопытной меня хотите сделать? — вор задрожал. — Но мы же члены Ордена Феникса и должны быть друг за друга горой. — Допустим, что тебя схватил Волдеморт, — подал голос Гарри. — Ты нас выдашь, или нет? — Я постараюсь ему не попадаться, сбегу! — А если вокруг бой? И из-за твоего побега погибнет товарищ? — А мне какое до того дело? Он прикусил язык, но было поздно: Избранный повернулся к домовикам. — Поместите его в какой-нибудь подвал на Гриммо, и следите, чтобы не сбежал! Но прежде скажите, зачем вы его приволокли сюда? — Так ведь Гарри Поттер сам сказал, чтобы все шли в мастерскую! С этими словами эльфы исчезли, прихватив с собой Наземникуса. * * * Часы в гостиной показывали семь утра. За окном светило яркое солнце. Гарри и Гермиона, разбуженные посреди ночи, завтракали бутербродами и чаем. Джеймс и Лили с улыбкой наблюдали за ними с пейзажа, изображавшего пустой пляж на морском берегу и о чём-то со смешками перешёптывались. Но юноша и девушка не видели этого: Гермиона была занята едой. Неторопливо она поедала намазанный маслом хлеб и пыталась угадать, каким обедом её покормит Гарри? Вчера он намекал, что хочет приготовить нечто особенное, а значит, сегодня ей вновь посчастливится попробовать его стряпню. И десерты... Она смутилась. Сладости, приготовленные другом, были амброзией и нектаром! И, кажется, она начала от них зависеть. А сам Гарри в это время просто любовался подругой: тем, как играет солнце в её волосах, улыбкой на прекрасном лице, сиянием глаз, румянцем, покрывшим её щёки. — Мы были такими же, Лили? — спросил Джеймс, обнимая жену. — Не знаю, милый! — ответила она. — Мы же не могли видеть себя со стороны. Пойдём, Не будем им мешать. — Нет! На портрет я возвращаться не собираюсь! — А я разве говорила о портрете? — на лице Лили появилось игривое выражение. — Я говорю о сам-знаешь-какой-комнатке. Поттер-старший пару секунд растерянно смотрел на супругу, потом рассмеялся, подхватил её на руки, и вместе с Лили исчез с картины. * * * Дурсли-старшие, ругаясь, собирали палатку. Дадли ходил непонятно где в компании этих... женщин. Он больше своих родителей стремился помочь найти Поттера. После того странного случая два года назад, их сын сильно изменился. — Почему мы вообще в этом походе? — ворчал Вернон. — Из-за Поттера! Не появись он в нашей жизни, мы бы жили сейчас припеваючи! Почему они не могли отдать его кому-то из своих? — Из-за моей сестры, — ответила Петунья. — Лили умудрилась наложить на наш дом какие-то чары! Кровное родство! Мы с ней не... Хрустнула ветка, а в следующий миг в миссис Дурсль попал луч света и она, вытянув руки вдоль туловища упала на землю. Вернон подскочил к ней, наклонился, чтобы помочь, но сзади раздался голос: — Кто это у нас тут? Дурсль резко выпрямился. Он узнал голос Эйвери. На поляне стояли трое людей облачённых в длинные чёрные балахоны, из-под которых виднелось нечто, похожее на смесь доспеха и хлопкового свитера. Лица были закрыты масками в виде черепов. — Вы мистер Дурсль? — спросил второй. — А это ваша жена, правильно? Вернон хотел подтвердить их слова, но что-то заставило его помотать головой. — Нет, — произнёс он дрожжащим голосом. — Мы Мейсоны! Мужчины переглянулись, один из них, выбросил вперёд руку с волшебной палочкой. — Круцио! — прорычал он. В живот ему ударил красный луч. Вернон согнулся от нестерпимой боли, а затем, упал прямо на жену. — Ты лжёшь! — протянул Эйвери приторно-сладким голосом. — Кто ты? — Да! Я Вернон Дурсль! Это моя жена Петунья! Боль отступила. Мужчины подошли ближе. — Где Гарри Поттер? Он не успел ответить: двух мужчин подняло в воздух вверх ногами, третий успел броситься в сторону, но упал сражённый невидимым противником. На поляну выбежал Дадли. Из воздуха появились Джонс и Тонкс. Когда Дурсль-младший помог отцу встать, Нимфадора расколдовала Петунью, а Гестия, подбежала к одному из врагов. — Империо! — произнесла она. — Как вы нас нашли? — Эйвери почувствавал, что на него наслали дезориентирующие чары, — послышался безэмоциональный голос. — У него к такому заклятью иммунитет. А потом вычислили по следу трансгрессии. Девушки оглушили оставшихся в сознании врагов, несколькими взмахами палочки собрали палатку, и схватили Дурслей за руки. Вернон почувствовал, что его очередной раз сжимает и выворачивает наизнанку.