Мелодия Ветра и Облаков

Когда маг встал из-за стола, Юли подумал, что он просто произнесёт тост, но тот вытащил его из кресла и поволок за собой по коридору. Пришлось почти бежать, одежда путалась в ногах, проклятая ворфа так сдавила виски, что, не будь он слепым, ослеп бы вторично. Он только молился про себя, чтоб не запнуться о какой-нибудь ковёр или ступеньку, ведь этому человеку не было дела до того, что он тащит за собой слепого. Услышав про портал, он смог только кивнуть, от страха язык отказался повиноваться. На секунду показалось, что они падают в пропасть, органы внутри свернулись в тугой клубок, но, к счастью, ощущение быстро прошло, и Юли почувствовал под ногами твёрдый камень. Старший супруг протащил его за собой ещё несколько метров, после чего юношу втолкнули в комнату, камень на полу сменился деревом, дверь захлопнулась, щёлкнул замок. Его руку резко отпустили, и он остался стоять там, где это произошло, у самой двери. Голова уже не просто болела, она кружилась, в ней стучало тупым молотом, он почти оглох, и если сейчас новоявленный супруг о чём-то спросит, он не в состоянии будет ответить, все силы уходили на то, чтобы просто удержаться на ногах. Вдалеке за сотни километров слышалось шуршание и шаги. Юли стоял, стараясь не шататься, все мысли были заняты тем, чтоб не завалиться вперёд или назад. Шаги приблизились, и маг остановился рядом. Чужие руки взялись за ворфу и потянули вверх, стащив корону вместе с вуалью и повязкой. Юли прикусил язык, надеясь болью помешать себе стонать, но удержаться не смог. Судя по стуку, проволочное орудие пытки упало на пол, а голова вместо облегчения взорвалась ещё худшей болью. Из глаз неудержимо хлынули слёзы. Наверное, северный колдун доволен новой игрушкой – его ещё пальцем не тронули, а он уже ревёт. Ладони легли на виски, и пальцы принялись нажимать точки на голове, делая массаж. С каждым нажатием боль становилась чуточку слабее. Юли всхлипнул, ненавидя себя за слабость, но удержаться не сумел и всхлипнул снова. – Постарайся успокоиться, если плакать, головная боль усилится. Голос у мага был низкий, сильный, с лёгкой хрипотцой. Красивый голос, если бы не ужас, сковавший Юли после этих слов. Как тут успокоиться? – Юли, я вовсе не такой страшный, каким кажусь, просто если не разогнать сразу этих благородных пиявок, потом проблем не оберёшься. Потерпи немного, и всё пройдёт. Это проклятая ворфа, у меня от неё тоже болит голова. Юли снова прикусил губу, кажется, его пытаются успокоить? Чужие руки всё ещё были у него на голове, легонько массировали затылок, потом спустились на шею. Юли не очень любил чужие прикосновения, когда его хватали за руку, ещё терпел – привык, что родственники и служанки с калекой не церемонятся, но от других воздействий старался держаться подальше. Однако возразить старшему супругу нечего, придётся и к нему привыкать. Повезёт, если и правда выполнит свое обещание. Он уже не знал, чему верить. За двадцать лет юноше, конечно, доставалось и насмешек, и наказаний, но, хоть семья и обращалась с ним пренебрежительно, по-настоящему его ещё никогда не били. И если сегодняшний день не станет первым, то он согласен даже попытаться слушаться своего нового родственника. – Полегче стало? – Д-да... маэстро. А как к нему обращаться? Отец, брат и все, кому не лень, дали кучу бесполезных наставлений о том, как себя вести и чего не делать, чтобы не разозлить Великого мага севера, но не сказали такой простой и нужной вещи! Они вроде как супруги, но кто он такой, чтобы называть Великого мага мужем? Данэллиан промолчал, значит, его устраивает? Или наоборот не устраивает? Может, он уже обиделся? Панические размышления прервала рука, приобнявшая его за спину. – Идём со мной. Медленно, подстраиваясь под его осторожные шаги в незнакомом месте, Юли провели вглубь комнаты, а затем положили руку на мягкую спинку. – Здесь диван, садись. – Благодарю, маэстро. Диван оказался очень мягким, с бархатной обивкой. Откинуться на спинку он не решился, а когда Данэллиан сел рядом и заставил навалиться себе на плечо, напряжённо замер в одном положении. Тихий смешок прозвучал над самым ухом, но супруг ничего не сказал, и некоторое время они сидели просто так, маг лишь положил пальцы ему на запястье, легонько поглаживая. Постепенно сердце, бешено колотящееся в горле, спустилось на своё обычное место. – Вот и хорошо. Поговорим? – Конечно, маэстро. Рано обрадовался, сердце всё ещё готово при малейшем признаке опасности бежать на верхний этаж. Юли с усилием сглотнул, пытаясь снова загнать его в грудную клетку. – Я наблюдал за тобой весь вечер, ты не съел ни кусочка во время банкета, и я точно знаю, что, так же как и я, не обедал сегодня. Утром хоть позавтракал? Завтракал ли он утром? На стол точно что-то накрывали, но все так бегали и суетились, его постоянно дёргали, так долго заматывали в церемониальные одежды, потом надели ворфу, ещё за два часа до выхода… он не помнил, завтракал или нет. Его неловкое молчание маг понял. – Значит, не завтракал. Тогда у меня для тебя есть три варианта того, как мы проведём остаток вечера. Послушай и выбери один. Первое: пьём чай, перекусываем и ложимся спать. Второе: ты принимаешь ванну, потом мы пьём чай, перекусываем и ложимся спать. И третье: мы сначала пьём чай, перекусываем, потом ты принимаешь ванну, и мы ложимся спать. Неправильных ответов нет, выбирай тот, который тебе больше нравится. Ну, в общем-то, они же все почти одинаковые, но Юли был согласен на любой расклад, который оттягивал бы неизбежное «ложимся спать». – Пусть будет второе, маэстро, – едва слышно прошептал он. – Тогда подожди меня здесь. Данэллиан вышел, наверное, чтобы отдать приказ. Слов Юли не расслышал, но вскоре где-то зашумела вода, и супруг вернулся. – Понюхай, – ему под нос сунули какую-то баночку, а затем ещё одну. – Какой больше нравится? – Хвойный, маэстро. – Хорошо. И колдун снова ушёл, оставив Юли в недоумении. Он прислушался, но кроме льющейся воды по-прежнему не различал ни шагов, ни голосов. – Я набрал тебе ванну, идём. Покорно последовав за мужем, взявшим его под локоть, Юли перешёл в другое помещение, где было влажно и тепло. С шуршанием закрылась раздвижная дверь, тело окутал ненавязчивый запах хвои. Юноша вдохнул полной грудью, после тяжёлых храмовых благовоний и мешанины резких духов гостей на банкете, приятный, естественный запах успокаивал. – Марас, заглуби ванну, убери бортик, сделай ступени и перила. – Принято, – прозвучал откуда-то из-под потолка странный голос, заставив Юли вздрогнуть, а потом послышалось тихое гудение. – Ты чего? Испугался? – его утешающе похлопали по руке. – Не бойся, марас – это магический разум Обители, который управляет всеми её делами. Он тебя не тронет, как младший супруг ты даже сможешь отдавать ему приказы, позже я тебя научу. Ванна глубокая, так что спускаться надо осторожно. Я помогу тебе в первый раз, раздевайся. Вот оно и прозвучало, слово, которого Юли до смерти боялся. Правда совсем не там и не так, как он себе представлял, но сердце всё равно подпрыгнуло, и руки сами собой судорожно вцепились в складки одежды. – Помочь? – Н-нет, я… я сам! – Моё присутствие тебя смущает? – старшего супруга явно развеселила его реакция. – Хочешь, я отойду за ширму и не буду подглядывать? И он действительно сделал несколько шагов назад, с шорохом раздвинул ширму и, кажется, скрылся за ней. Юли оставалось лишь поверить на слово и начать раздеваться. С пелериной и накидкой под ней он справился быстро, но с верхним платьем процесс застопорился. Три десятка мелких металлических крючков прятались на спине в пышных оборках и складках, даже просто нащупать их было нелегко, а требовалось расстегнуть довольно тугие застёжки. Поймав одну, Юли так и эдак пытался расстегнуть её в неудобном положении, заведя руки за спину. – Ты скоро там? – Простите, маэстро. – Помочь? Он промедлил с ответом. Отказаться, значило вызвать раздражение мага нерасторопностью, но и соглашаться отчаянно не хотелось. В попытке сделать хоть что-то Юли слишком сильно дёрнул застёжку, послышался треск разрываемой ткани. Завтра по традиции свадебный наряд сожгут, так что это не большая беда, однако ему всё равно стало стыдно. – Ты настолько ненавидишь эту тряпку? Насмешливый голос супруга раздался ближе, чем он ожидал, очевидно, тот всё же не усидел за ширмой и выглянул на звук. Юли был так занят борьбой с одеждой, что не услышал шагов. – Прошу прощения, я… – Юли, всё, хватит извиняться, – чужие руки быстро расправились со всеми крючками, и он остался без верхнего платья. – Не переживай ты так, на тебе ещё два слоя одежды и бельё. Уверен, что сможешь сам залезть в ванну? – Да, конечно, – он упрямо стиснул зубы и постарался, чтоб голос звучал ровно, без ноток раздражения. Если кто тут и должен раздражаться, так это Данэллиан Альш, вместо первой брачной ночи вынужденный прислуживать какому-то малознакомому простолюдину. Удивительно, как волосатый демон до сих пор держится. Хотя волосатым демоном ведь звали его брата, может, этот и вправду не такой, но люди говорят, что все Великие маги одного поля ягоды. Открыв рот, чтобы ещё раз извиниться, Юли поспешно захлопнул его обратно – ему же только что велели прекратить. Супруг не обратил на это внимания и, взяв его за руку, позволил ощупать перила, что вели вниз, в ванну, указав на пару колонн, обрамляющих альков. Наверняка здесь были шторы, но Данэллиан про них не упомянул, а Юли, разумеется, не спрашивал. Затем маг вернулся за ширму, и Юли смог, наконец, погрузиться в воду. Здесь ещё сильнее пахло хвоей. Он набрал полные ладони мягкой пены, слушая её тихое шипение, покатал в руках, пока не растворилась, и даже почти не вздрогнул, когда старший супруг присел на плитку рядом. – Не волнуйся, здесь столько пены, что я вижу одну твою макушку, – в доказательство его по этой макушке потрепали. – У тебя интересные волосы: лёгкие, как пёрышки, они тянутся за рукой. – Потому что тонкие очень, – Юли никакого восторга от своих волос, похожих на цыплячий пух, не испытывал. Маг рассмеялся и принялся осторожно массировать его голову. – Боль прошла? – Да, маэстро, – он помедлил и осторожно добавил: – спасибо. Руки супруга спустились на шею, затем на плечи. Ещё утром Юли был уверен, что никогда не выдохнет в присутствии этого человека, но неожиданно поймал себя на том, что расслабляется. Пальцы скользили по мокрой коже спокойно и уверенно, будто Данэллиан каждый день проделывал подобные манипуляции. В том, что в объятиях колдуна побывало немало разных людей, не было ничего удивительного, однако Юли сомневался, что ему часто приходилось делать массаж. Откуда такие познания? Юноша невольно повернулся, подставив особенно ноющий участок шеи. – Здесь напряжено. Болит? – Наверное, потянул или спал неудобно, – признался он. – Или совсем не спал? Юли покорно вздохнул, но отмолчался. Глупо было пытаться скрыть от мужа, что последние несколько дней он почти не спал. Утром служанки изохались, приводя в порядок его лицо и маскируя мешки под глазами, а сейчас в горячей ванне сонливость начала накатывать волнами. – Прошу проще… – его легонько шлёпнули по губам мокрым пальцем. – Ты вымоешься сам, или мне помочь? – Я сам, – быстро ответил он, всю сонливость как рукой сняло. – Я бы с радостью позволил тебе ещё понежиться, однако время позднее, и ты засыпаешь на ходу. После этих слов маг показал ему, где находятся средства для мытья, полотенца и как регулировать воду, а потом удалился из ванной. Не веря собственному счастью, Юли смыл с себя остатки пота и волнений прошедшего дня, завернулся в широкое полотенце, нащупал мягкие тапочки, оставленные ему, и только тут понял, что коварный супруг не сказал, где висит халат, и есть ли он вообще. Ванная комната в покоях мага была больше, чем гостиная в его родном доме, и Юли понятия не имел, где что находится. Если он станет обходить тут всё, сколько это займёт времени? И что ему теперь делать? Выходить как есть в одном полотенце, подбирать с пола брошенные свадебные одежды, или кричать из-за двери, что ему нечего надеть? Точно не последнее! Он истерически хихикнул и натянул нижнюю рубашку, подобрав её с пола. Не самый приличный вид для младшего супруга Великого мага севера, но всё же лучше, чем в соскальзывающем полотенце.