Зарница

..

Мы, в первую очередь, люди.

..

Маша

Утро. Вторник. Новый день. Знакомые лица мелькали то тут, то там. Девушка крепко держала в руке поводок, пытаясь завязать шнурки на кедах по крепче, присев на ступеньки перед своим подъездом. Но её собака была вовсе против такого утреннего ритуала, поэтому со всех лап пыталась удрать гулять, благо хватка у Маши крепкая. Сегодня Луна вела себя как-то слишком странно: всю ночь перед этим не спала, потом нагадила прямо в тапочки мамы, после чего чуть не съела весь рулон туалетной бумаги. Раньше такое, конечно, было, но это было так давно, когда ещё та была щенком. Такое странное поведение значило только что-то особенное, поэтому сегодня девушка оделась по свободнее и взяла деньги из копилки, что бы купить домой мороженое. Вчерашний дождь и прохлада никак на неё не повлияли, она обожает такую погоду. Напоминает о тех временах, когда она с друзьями гоняла мяч по мокрому футбольному полю, после чего возвращалась домой вся в грязи и уставшая. Усталость была томительной, приятной. Сегодня было очень тепло, даже таким утром она встала с улыбкой на лице. Хотя и не любила, когда солнце слишком жарило макушку. Луна, уставшая ждать свою хозяйку, вырвалась и побежала куда глаза глядят. Поводок мёртвым поплавком волочился по земле, иногда подпрыгивая на кочках. — На перегонки, так на перегонки. Маша уже привыкла к характеру своей собаки. Та была слишком наивной, быстрой, лишний раз никогда не думала. Пугалась детей, но с интересом за ними наблюдала. Ругалась громко на белок и птиц Её лай был не обычным, прохожий больше на сирену, обозначающую ядерную опасность. Это не раздражало, только внушало веселье. Быстро размявши шею, руки и ноги, она побежала за своей собакой. Кстати о разминке, из-за утреннего инцидента она так и не успела сделать зарядку, и даже позавтракать, даже кофе с молоком сделать не успела! Поэтому уже через пятьдесят метров у неё появилась лёгкая одышка, а поймать конец поводка было ещё труднее. Волосы щекотали лицо, а маленькие мушки залетали прямо в глаза и нос, из-за чего она каждые две минуты чесала нос. Луна, когда знала дорогу, могла спокойно бегать и без своей хозяйки, поэтому сейчас её лапки отталкивались от асфальтной дорожки с ещё большей скоростью. Шесть лет назад к ним в гости зашёл друг отца, с одним презентом: тогда впервые Маша увидела маленькую хаски, с голубыми глазами и выразительным взглядом. Мужчина уверял, что дедушкой щенка был волк, ведь такие крепкие зубы могли быть только от связи с волками. Маленькая девочка слёзно упрашивала маму, "Ну давай её оставим!" , "Я сама за ней ухаживать буду, обещаю!!". Мать сжалилась, поймала на слове и таки дала добро, но два года именно она ухаживала за Луной, пока маленькая девочка только с обожанием смотрела на собаку. Едва научившись держать поводок, они вышли на их первую прогулку. Это тоже было утром. Одним весёлым вторником. Светлым днём. И как же Маша тогда плакала, когда хаски просто вырвалась и убежала. Но успокоилась, когда Луна не пробежав и десяти метров, просто остановилась и оглянулась на хозяйку, в ожидании. Раньше это было чудом. Сейчас это могло бы выглядеть только как проверка на тупость хозяйки, или отвлекающий манёвр: лёгкий отдых перед тем, как быстрее разогнаться. Девушка улыбнулась своим мыслям, и почти смогла ухватить поводок, но не заметила как заканчивается бордюр, и поэтому в моменте полетела вниз лицом, зажмурив глаза и поджав губы, предвещая разбитую губу или нос. Но она не упала, кто-то её подхватил. Расслабив губы и раскрыв глаза, она выровнялась, увидев перед собой никого иного, как своего друга. Пятифанов стоял со спокойным лицом, будто только что не спас её от возможного вывиха или перелома. — Не люблю хаски, но эта что-то с чем-то, — улыбнувшись, он кинул взгляд вниз. Нога Ромы была прямиком на поводке собаки, и Луна от недовольства даже не обернулась в его сторону, глядя только на Машу с каким-то неясным взглядом. — Луна такая, шило кое-где просто. — Ты занята сегодня вечером? — Ром, мне приятно и всё такое, но ты не в моём вкусе как минимум. Судя по, сначала шокированному лицу, а потом усталому, шутка ему не зашла. Но чего уже теперь, Маша тут не комик, что бы шутить так, что бы всем угодить и при этом что бы всем смешно было. Грубые шутки проскальзывают. Такая уж она. — Очень смешно, ахуеть как смешно, — Ромка закатил глаза и спрятал руки в карманах олипмийки, наблюдая как хозяйка собаки подбирает с земли поводок. — Да ладно тебе. Так чего хотел? Говори давай. — Приглашаю сегодня к себе в гости, с ночёвкой, другие тоже придут. Вот как. Они действительно давно не собирались все вместе. После случая с Русланом все разбежались, и даже она, не будучи членом отряда, отошла на шаг назад. С Русиком она дружила давно достаточно, так что знала его хорошо. Он был близким для неё человеком, и она правда едва не расплакалась от новости о гибели друга, но она слишком хорошо знала, что значит терять близких людей. Парень был хорошим, и хоть они часто ругались и спорили, Маша была рада такой компании. В день, когда она узнала о произошедшем, она не плакала, чем огорчила некоторых друзей, в том числе и Антона. Вспоминать не очень хочется конечно, но как уже есть. Она обязана объясниться перед остальными, поэтому предложение Ромы звучит более чем заманчиво. Но ей было страшно. Возможно, вчерашняя Маша над собой бы посмеялась «Тебе страшно? Тебе должно быть, в первую очередь, стыдно за свои поступки и слова». Но страх был не детским, ведь встать перед своими друзьями и честно заявить о том, что думаешь — не так легко, как кажется. Да и она сомневается, что кто-то из их компании действительно был согласен на подобную встречу, ведь если даже ей страшно, то что, мать его, происходит с остальными? Что чувствуют Полина и Антон? Спокойно ли они спали той ночью, или терзали себя угрызениями совести? Даже думать не хотелось. Хотелось узнать. — А они об этом знают вообще? — Маша подняла взгляд к небу, пытаясь отвлечься от очевидного интереса к предложению. — Нет, но они будут, это я гарантирую, — собеседник с интересом осматривал собаку, но Луна игнорировала его чисто из вредности —, Что бы была у меня под подъездом уже в девять часов вечера. В принципе, мама её отпустит спокойно, в этом сомнения нет, да и она сегодня свободна почти полностью, нужно только по просить сестру погулять с Луной под вечер, и тогда вообще свободный график будет. Да и встретиться с друзьями очень хотелось. А ещё хотелось поговорить с Антоном, очень хотелось. — Ладно, у меня есть твой адрес, так что приду. — Поймал на слове. Пятифанов, получив ответ который ожидал услышать, просто развернулся и ушёл. Какое странное утро, однако. Луна перевела взгляд с дороги на Машу, смотря с явным вопросом, который читался по глазам как "Что это было вообще?". Если бы она ещё знала..

***

Полина

В магазине отбивал звук жужжания работающий холодильник с мороженым и заморозкой. Касса щелкала своей затворкой под какой-то странный ритм. Колокольчики ветряные — сластили слух мелодией. Сегодня день удался, она с самого утра проснулась с хорошим настроением и готова была наконец купить то, ради чего приходила в этот магазин стабильно каждый день уже как две недели. Одним обеденным перерывом, после уроков игры на скрипке, она отправилась в местный ларёк, что бы купить себе сладкого мороженого с ежевикой. Но пока она считала свои копейки в кошельке, случайно перевела взгляд на случайную полку, и ей на глаза попались очень красивые заколки для волос. Тёмная ткань, окантовка перламутровыми полумесяцами и три камушка — имитации жемчуга, ровно симметрично. Это были лучшие заколки, которые она когда-либо видела, но цена немного кусалась, плюс ко всему, в тот день она была очень уставшей, так что не хотела покупать что-то такое, что бы позже вспоминать этот день как плохой. Нужно было накопить деньги и проснуться с хорошим настроением, это было обязательным к выполнению. Уже привычка, которой она научена с детства. Что ж, теперь она тут.. красивые заколки для волос манили своим видом, поэтому она потянулась к ним, но столкнулась с чьей-то рукой. Подняв взгляд, она увидела Екатерину, которая выглядела не совсем радостно, но когда Кати взгляд поднялся вверх, она стояла в полном шоке. Они давно не виделись. Да и после всего.. как им казалось, им не было о чём разговаривать, так что Катя не строила в планах встречу с друзьями, и не вписывала в свой блокнотик точные сроки встречи, как она всегда делала. Блокнотик наверняка она выбросила куда по дальше. И Полина её понимает, она сама чуть скрипку не бросила, благо дедушка вовремя подбодрил. Смерть Руслана ударила по голове обухом, после чего все звуки, мелодии и даже скрип половиц в себя засосала огромная, чёрная дыра. Она долго думала.. в большинстве случаев думала о том, что очень мало навещала друга, что она могла бы звонить чаще, что могла бы помочь с нужными лекарствами — деньги, время, желание имелись. Но она будто не до конца участвовала в жизни друга, что бы тот мог просить о какой либо помощи прямо. Руслан был открыт в общении, никогда не таил обид и всегда приходил на помощь, когда требовалось его друзьям. Полина чувствовала угрызения совести и вся чёрная дыра чуть не засосала её, она бы поглотила девушку без раздумий. Первые пару дней она сидела в своей комнате никакущая. Ей не хотелось есть, играть на скрипке или как-либо выходить из дома. Дедушка быстро подметил её настроение и так же быстро начал идти к ней на контакт, но она.. просто не могла ничего. Сначала они ссорились, потом она чуть не сорвалась на нём, чуть не ударила того, кто не хотел причинить вреда. Тогда она поняла, как выглядела со стороны, ей стало стыдно за свои слова и поступки. Харитон понял, принял, подбодрил и привёл в чувства. Но мать Кати была занята даже летом, так что поддержать дочку в таком случае было сложнее. Но и Лилию Павловну можно понять, работа это будущий хлеб. Учитывая ещё и то, что женщина в последнее время ходила без настроения.. — Ну, привет, — Катя первая подала голос, пряча руки за себя. Смирнова действительно выглядела не так уверенно как всегда, от неё больше не чувствовался лидерский запал. Это было слышно по голосу, и видно по положении рук, даже по одежде, особенно по розовым босоножкам, которые раньше Екатерина не носила только из-за того, что она в них выше не выглядит. Кате важно быть выше, длиннее, первой во всём. — Кать, я рада тебя видеть. С Екатериной она общалась больше всех наверное, они были знакомы с садика, хотя там они предпочитали друг друга игнорировать, в школе это изменилось. Стали лучшими подружками. Катя была всегда олицетворением огня. Нет, не огня, очага. Пылала огнём соперничества и всегда грела своей заботой о членах отряда. Но, что для неё, что для Морозовой, отряд — семья, в первую очередь. Полина ценит всех своих друзей, она рада их видеть в любом состоянии и настроении, в любое время суток. Дедушка волновался, что девушка не найдет себе человека по душе, но когда она пылко рассказывала о друзьях, с искрами в глазах, он все таки успокоился. Но раньше было по другому. Когда Полине исполнилось четырнадцать, дедушка все спрашивал о кавалерах, а отец отправлял только письма с пожеланиями о скорейшей свадьбе. Морозова их тогда не хотела слушать и понимать, не хотела вообще думать о том, что ей может кто либо понравится в будущем. Да и до сих пор она не встретила человека, с которым сердечко стучит громче с каждым томительным вздохом. Как писалось во многих романах: принцесса должна любить и восхищаться кем-то. По другому нельзя. Это само собой разумеющееся. Прямо как в духе старых заветов — ты женщина, значит обязательно рожаешь. Двоих, троих, а лучше пяти детей, что бы выполнить обязательную миссию. И это работает не только в сторону женщин, такова жизнь человека. Но Полина не отрицает того, что рано или поздно, она встретит себе парня по душе. И она ведь действительно задумывалась о том, как назовёт своих детей. И даже во взрослой жизни она видит их — своих друзей. Правда всегда эти мысли обрывались реальностью. Сначала нужно повзрослеть. — И я тебя, — девушка мягко улыбнулась, но потом снова взглянула на полку —, Ты можешь взять эти заколки. Но ведь Смирнова тоже хотела их купить, разве нет? — Нет, что ты! Бери лучше ты, я похожие смогу найти. Конечно же она лгала, ведь такие красивые заколки она ещё нигде не встречала, и скорее всего их завезли одной партией, по несколько штук. Так не редко делают, что бы узнать, будет ли из товара прибыль. Но это были последние. И ей не жалко уступить их подруге, которая значит для неё больше, чем какие-то побрякушки. — Но ведь ты их первая увидела, не думаю, что могу претендовать на них, — Катя как-то неоднозначно кинула взгляд на заколки. Спорить со Смирновой из-за таких мелочей не хотелось, видимо, как и Кате, поэтому они за молчали, уставившись друг на друга с не читаемым взглядом. Либо они сейчас разойдутся по разным сторонам, либо набросятся на заколки как голодные львицы. Эта мысль веселила и даже раззадоривала. — Их две, — знакомый голос раздался со стороны кассы, там стоял, к большому удивлению девушек, Антон —, Значит каждая может взять по одной, разве нет? Заколок действительно было две в одном наборе, она и не обратила внимание на этот факт. Хотя, казалось: легчайшая математика. Да и символически красиво выглядело бы, заколки, которые вернули двум девушкам их былую дружбу. Звучит очень хорошо, а какую мелодию можно под эту ситуацию подобрать! Как всё просто оказалось. — Это верно, — Морозова кивнула головой, подбирая заколки с полки —, Я тогда пойду оплачу. Конечно, можно было бы поделить деньги и вместе купить эти украшения, но они здесь слишком долго проторчали, поэтому хотелось возместить убыток подруге. Екатерина по спешила возмутится: — Давай лучше я, мы здесь так долго из-за меня стояли. Слова, произнесённые Катей заставили Полину притормозить и тупо уставиться в подругу. Видимо, они мыслят слишком одинаково, что бы решить какой либо вопрос, поэтому они обе одновременно обернули свои головы к Петрову, который смотрел на них с теплой улыбкой. — Я оплачу за вас, не волнуйтесь по этому поводу, — аккуратно забрав заколки из рук Полины, он вернулся к кассе. Продавщица, наблюдавшая за этой сценой с самого начала, тихо смеялась, пока Антон расплачивался за покупку. Казалось, так было всегда: как только на горизонте появлялся Антон, все проблемы решались. Раньше только в присутствии Петрова можно было что-то решать, ведь тогда все будут в плюсе и никто не останется лишним. Морозова едва сдерживала улыбку от мысли, что Петров всему голова. Но Екатерина, видимо, не была того же мнения, она вся подобралась и будто выросла в росте, прическа стала пышнее, как будто шерсть кошки, которая вот вот будет готова вступить в битву. Смирнова смотрела молча, но с явным намеком на соперничество, борьба за первое место. Борьба за место быть главным. Теперь уже, это было в её духе. Антон по одной заколке девушкам вложил в руки. Заколки были очень приятными на ощупь, и Полина смотрела на украшение с восхищением. Катя почти никак не отреагировала, казалось, что теперь она готовиться к финальному прыжку, но она успокоила свой пыл, как только Петров произнес: — Хотел бы по просить вас, — сцепив руки за спиной, и снова улыбнувшись, он продолжил —, Сделать для меня кое-что. Смирнова удостоверилась, что одолжение сделали не ради того, что бы обозначить превосходство, потому успокоилась. Молчание затянулось, поэтому Полина по спешила сделать шаг вперёд, заслонив Екатерину. — Конечно, говори, сделаем что будет в наших силах. — Сегодня вечером все наши собираются в квартире Пятифанова на ночёвку, — Петров всё так же улыбался, выглядя уверенным и спокойным —, И вы тоже приглашены. — А хитро ты придумал Антон, — Смирнова выглянула из-за плеча Морозовой, состроила довольное лицо —, Даже нечего сказать. — Спасибо Кать, я правда буду рад вас там видеть. Давно они не собирались все вместе, что особенно удивило подруг, так это место проведения встречи: квартира Ромки. Конечно, новый друг им был всё так же дорог, но они ведь его оставили совсем одного, и тот не в обиде? Всех друзей увидеть хотелось сильнее чем когда либо. А особенно хотелось попросить прощения у Пятифанова. — Мы придём, не волнуйся! — после слов Полины, Петров обождал ещё пару секунд, пока Екатерина не подаст голос согласия, но та лишь кивнула, хоть так соглашаясь. — Благодарен, увидимся после восьми часов, у подъезда Ромки! Петров по прощался с продавщицей и ушёл, забрав какие то пакеты с пола. Неужели они встретились здесь абсолютно случайно? Какой день интересный выдался, однако. Петров был носителем хорошей ауры, таких людей любили все, и Антона это стороной не обошло, так как было заметно, как же всё внимание падало на парня. Что сейчас, что раньше — она им восхищалась искренне. Заметив, что Полина стоит теперь уже одна, она оглянулась и посмотрела на спину Смирновой, которая показывала пальцем куда-то за спину продавщице, со словами: — Можно вот тот блокнот? Морозова улыбнулась, сложив руки за спину, качнувшись на пятках. Петров — всему голова.

***

Влад

Солнце опускалось за горизонт, над порозовевшим небом виднелась луна и солнце, которое поспешно садилось за горизонт. Люди слонялись туда сюда по улице, пока кто-то провожал мужа на ночную смену, или сына забирал с длительной прогулки. Девочки играли в догонялки: кто быстрее попадет домой. Влюбленные парочки раскачивали друг друга на качелях, теперь уже без лишних, детских, глаз. Мать и отец не одобряли постоянное отсутствие сына, но молчали и терпели, так как были рады, что их чадо не возвращается домой в состоянии алкогольного опьянения. Старший брат только весело хмыкает, и обещает, что эта девушка — особенная. На этот раз точно. Но он так же говорил и о Маше, а как оказалось, у них нет ничего общего и вообще Владик козёл и тот ещё бабник. Но кудрявый проглотил оскорбления ответные, просто с виноватым видом по просил прощения и немного умоляющим голосом предложил остаться хотя бы друзьями. Остальные члены отряда его убьют, если узнают, что они расстались по его вине, и вероятно там о дружбе и речи быть не может. Поэтому он договорился с девушкой, что их расставание произошло в тайне и остальные не должны знать об этом. Все должны думать, что они и не расставались. Благо, ни у Маши, ни у него не осталось каких-то чувств, и ничего не грозило их, теперь уже, дружеским отношениям. Всё расставание произошло после смерти Руслана, так что плохо было втройне — Влад вовсе не хотел выходить на улицу, только молча сидел и смотрел в стену, пытаясь осознать происходящее. Влад не был близок с Русланом, в этом он искренне признается сам себе. Но утрата того, кто всегда находил нужные слова поддержки — дарила горечь на языке. Да, они не общались так крепко, но и никогда не были плохого мнения друг о друге. Руслан всегда помогал и был рядом, когда того хотел лишь Влад или остальные ребята. С этим парнем было весело и иногда полезно поговорить, ведь казалось, будто Русик знал всё на свете. И возможно это было действительно так, просто Влад, пытаясь возвысить себя запредельно высоко, иногда завидовал другу. Зависть не была тёмной, словно топкая смоль. Она была белой, пушистой и искренней. И, тем не менее, горечь от утраты друга повлияла на него сильно, как бы он не хотел этого отрицать. Он долго думал, но во всех этих случаях на его голову падали новые проблемы и заботы. У него не было времени просто сесть и задуматься о том, что бы он хотел сказать Руслану, будь у них время поговорить наедине. Сначала сама новость о смерти, потом Маша, а дальше домашние и личные дела.. упёртый брат. Влад уверен, что его братишка точно сейчас сидит и чихает, пока тусуется со своими друзьями. В общем, не так давно, когда мать по просила сходить его по продукты где-то около семи часов вечера, случилось интересное событие. Владислав стоял под чьим-то подъездом и собирал все продукты в пакет, но поднял взгляд к соседскому дому, по чистой случайности, конечно. Солнце светило ярче прежнего, но это не мешало ему краем глаза зацепить чью-то макушку: блондинистые волосы, тонкие брови, и это буквально всё что он успел увидеть тогда, и за всё время вообще. Но это была она, таинственная девушка, которая не выходила из квартиры, как бы Влад её не звал. Увидев её как-то в окне, по чистой случайности.. он сразу же влюбился. Теперь уже вторую или третью неделю, он каждый вечер приходит сюда и кидает камушки в окно, пока макушка девушки не появится в поле зрения, а потом уже начинал зачитывать написанные за день поэмы и стихи. Сегодня было всё то же, только теперь, по ту сторону окна, не было таинственной девушки, что было довольно странно. К такому судьба его не готовила, то стихотворение, которое он написал — было бы не к месту, из-за чего он начал сильно импровизировать: — О, моя роза среди говн.. Точнее, моя прекрасная роза, распустись в этих вечерних лучах месяца и солнца, выгляни в окно и одари меня своим при прекрасным голосом, который сравним только с пением ласточек. Даже чириканье птиц слушать на утро больно, вспоминаю о тебе, это больно и это колит где-то в левом боку.. — Чё, не даёт? С жаром и пылом заканчивая предложение, он услышал внезапный голос, исходящий откуда-то из-за спины. Роман стоял в своей полюбившейся позе: руки в карманах, но не в карманах шорт, а какой-то странной олипийке. Ухмылка на губах и уверенность в глазах. Влад не любит, когда на него так смотрят, поэтому сильно расстроившись, он вернул взгляд к окну. Никто там так и не появился. Рома, заметив брови домиком и печальный взгляд, просто молча стоял позади, чего-то явно ожидая от кудрявого. С тихим вздохом Влад таки вернулся к нежеланному разговору. — Зачем так пугать? Пятифанов, это не смешно. Рома был для него даже не другом! Они просто оказались в одной компании не в то время и не в том месте. Ещё и его прошлая выходка.. в голове не укладывается, как получилось так, что самый рассудительный, холодный но и такой же тёплый душой Антон.. решил подружиться с этим.. язык не поворачивается не то, что обозвать, но и имя произнести. — О, прости за внезапное появление, только вот я стою тут уже, — взглянул на невидимые часы на запястье —, С момента, как ты сказал, что тебе бабы не дают. Почему Пятифанову нужно вечно совать свой нос куда не просят! Да, у Влада есть некоторые проблемы с женщинами, но и Рому он что-то не видел с девушками ни разу. Но да ладно, не ему судить и не ему решать. Пусть этот Ромка катится на все четыре стороны, лишь бы не мешался. Разглядывая окно на пятом этаже где-то с минуты две, он не услышал ни слова в свою сторону, поэтому обернулся. Рома стоял непоколебимо. — Почему именно ты меня сегодня встретил? — буркнул Влад себе под нос —, Судьба злая ко мне слишком. — Я твои завывания слышу уже вторую неделю, ты, конечно, молодец, но Анька фиг к тебе спуститься. Так ее звать Аня? Какое прекрасное имя! Бегом расширив глаза от удивления, он не до конца понял слова Ромы. Как это "не спуститься"? Неужели Влад так мало старался, и ещё не заслужил на милость девушки? Вопросов было много, но лишь один человек ответ мог преподнести. И к величайшему сожалению этим человеком был именно Пятифанов.. Возможно, Влад пересмотрит своё мнение насчёт этого придурка. — Что.. почему?? Что я делаю не так? — Пацан, она на инвалидной коляске. — А.. Дар речи просто пропал. Нет, Влад внезапно не разлюбил девушку и нет, ему не стало стыдно за свои серенады. Слишком многое прояснилось в один момент, поэтому он даже осмыслить не успел, как Ромка продолжил говорить со скучающим видом. — Если хочешь сделать приятно и угодить всем сразу, приходи к ней утром, она с сестрой старшей где-то около семи часов едет в парк гулять. Видимо, Рома уже привык к проживанию здесь: знает по больше Влада, который живет здесь всю жизнь, хотя, может это он просто такой не внимательный? Он отказывается об этом думать, всё с ним в порядке. — Спасибо, я попробую, — Владик тихо вздохнул, думая, как бы представится в скором времени своей возлюбленной —, Ты только для этого подошёл? Хотелось бы, что бы это было так, потому что отвечать на непрошеные услуги Пятифанова вообще не хотелось. Пусть на него лучше упадёт огромный метеорит, нежели он продолжит и дальше вести диалог с этим человеком. При первой их встрече, тогда, на цехе с зерном, он уже успел понять, что Рома собрался быть местным героем. И пусть бы был себе, но зачем зарядил камнем Владу по голове с рогатки!!! Хотя они и могли нормально разговаривать некоторое время, но долго это длится не могло, ведь они сразу же начинали ссориться и спорить. Это могло переходить все границы, как например, момент, когда они все вышли из автобуса после поездки: Ромка ляпнул что-то о том, как же скучно было в пионер лагере, и что это была только пустая трата времени, и после этих слов Владик буквально налетел на него с оскорблениями. Благо около них стояли девушки, поэтому он старался выражаться мягче. Но сейчас девушек нету рядом, поэтому было немного страшно. От Ромы можно ожидать чего угодно. — Нет, ещё хотел пригласить к себе на ночёвку, — Пятифанов с каким-то задумчивым взглядом смотрел на окно Анны —, Что бы через часа четыре был у моего подъезда. — А иначе? Не хочу я идти, — с опаской спросил Влад, отступая на шаг в сторону. — Иначе я твоей Аньке поведаю какой ты бабник,— Ромка закатил глаза и уже собирался уходить, отворачиваясь в сторону —, Хоть она и на коляске, руки у неё рабочие, а правая рука особенно тяжёлая. Угроза была очень детской и наивной, но именно Ане знать точно не стоило: как же он быстро меняет девушек. Он боится ее спугнуть и поранить как либо, ведь в этот раз он действительно влюбился, на этот раз по настоящему. Он уверен на все сто процентов, что в этот раз точно всё получится, так что Пятифанов не должен был ему ничего испортить, ради его же блага. — Так уж и быть, зайду к тебе. Ромка, на удивление Влада, протянул руку для прощального рукопожатия. Значит, всё снова хорошо? Пионерам не принято пожимать руки, это выходит за какие-либо рамки, но и кидать салют этому идиоту не хотелось ещё больше. Переборов себя, он пожал руку напротив своей и Рома только кивнул головой, махнув рукой, ушёл в сторону своего подъезда. Странный какой-то. Но в любом случае, тот помог с Аней, так что он был безумно благодарен за помощь. Даже если не показывал этого. Если бы не сегодняшняя встреча, он так бы и продолжил позориться под окнами, вглядываясь в окно на пятом этаже. Стоп. А почему Рома ничего не сказал о "измене" ? Почему не уколол и не вспомнил о Маше? Неужели он знает? И как только узнал, вот говнюк!

***

Игорь

Больно ударив себя по руке, в попытке прогнать комара, пока тот не выпил слишком много крови, Бяша перенёс вес тяжелых сумок на другую руку. Ручки пакета резали по ладони и пальцам, но он молча терпел. Это уже ритуал, вечерняя прогулка с каждым днём раздражала только больше: каждый вечер он встречал маму с работы и проводил её домой, что бы ничего с ней не случилось по дороге, и ей было легче нести пакеты с продуктами после долгой работы. Мама сегодня была не в настроении, потому и ругалась на всякие мелочи. С самого утра у Бяши болела голова, да настолько сильно, что терпеть было невозможно. Но как только он пожаловался маме о боли, она в который раз напомнила, что у неё тоже всё болит, и она не жалуется никому. Каждый раз одно и то же. Но Бяша не бесился когда его просили встретить мать, он любил запах свежего хлеба. Нести домой пакет со сладкой выпечкой, с нетерпимостью постоянно заглядывать в пакет и идти домой только с ожиданием попробовать булочки с вишней. Но ему было неприятно, когда на него смотрели его одногодки, ведь они же молча шептались: маменькин сынок. Это было отвратительное чувство, прятаться за спиной мамы, что бы на него вообще никто не смотрел, но он терпел. Он привык терпеть. Он привык, поэтому уже ничего с этим не сделает. Раньше, ещё в детстве Игоря, мама была не такой. Лена была молодой, очень красивой и доброй, они гуляли каждый вечер по городу и ходили на аттракционы. Мама не работала, потому что деньги у них всегда были, плюсом к этому, отец выплачивал алименты, так что дома всегда было чем по завтракать, по обедать и по ужинать. Сейчас от этого осталась только иллюзия. Они вместе курят на кухне, потом пьют кофе и расходятся по своим делам. Не разговаривая, не спрашивая ничего, потому что обоим больно. Больно по разным причинам. Когда Руслан умер.. что сказать, Игорь делал всё, что бы забыть как можно скорее. Даже если в разговорах упоминалось это имя, он едва сдерживал себя в руках. Но даже игры с дворовыми ребятами не помогли. Даже больше: он дрался с ними почти что каждый день. Благо Семён испарился, будто его вовсе в этом городе не было. Получить от него не очень хотелось, ведь рука у того тяжёлая. Встретить Бабурина в такой момент жизни было бы слишком колоссальным ударом. Даже думать об этом придурке не хотелось, а рассказывать кому-то — тем более. Точно не Антону. Ни сейчас, ни позже. После того случая с драками, его мать никак не могла оставить его в покое и постоянно заставляла делать всю роботу по дому. Он слушался, лишь бы не ссорится. Но позже это начинало настолько бесить, что он кусал себе пальцы среди разговора, что бы случайно не сделать хуже действиями или словами. Судя по словам матери, ей хуже становится только от одного взгляда на Игоря. Что-то он плохо выглядит, не так одет или не с тем тоном говорит. Громко чавкает, слишком медленно одевается, медлительно думает, материться и ворует у отчима сигареты. Ещё и эти его "на".. однажды она пообещала, что вырвет ему язык. Но это было после её пьянки, так что она быстро об этом забыла. Игорь не забыл. Но пиком было именно то самое, что у него, практически, с самого рождения было: лицо. Бурят терпит ругань мамы по этому поводу, так, как только может. "Ты как отец", "Пойди умойся".. Это было больно, это кололо, но не сейчас. Сейчас он привык. Даже сегодня она на него смотреть не хотела, уставшая после работы она просто бубнила ругань себе под нос и кидала взгляды на пакет, который нёс Игорь, видимо, там было пиво. Бяше очень повезло с отчимом, ведь тот лишних вопросов не задавал, сыном его своим не называл, приносил деньги и присматривал за мамой молча, иногда с усталой улыбкой на лице. Закодирован, не пьёт даже по праздникам, не ходит на рыбалку, только на охоту, и это даже польза, потому что раз в несколько недель у них есть мясо. Валерий в общем крутой мужик, и он запал в душу Игорю. Даже что бы по больше присматривать за мамой, отчим взял работу на дому. Мужик золото прямо таки, и за это у Бяши к нему большое уважение. Валерий даже не ругается, когда у него пропадают его сигареты из пачки. Хотя Игорь и курить то начал после.. недавно в общем. И это вроде как помогало, но те сигареты были такими крепкими, что кашлял он постоянно. Но старался делать это тише, что бы мать не ругалась. А вот отец Игоря был не таким, хотя его бурят довольно плохо помнит, но припоминает, как тот обещал всегда быть с ними. Обещал, что не бросит, но ушёл к другой женщине, и теперь они живут где-то за границей со своими детьми. Но до этого они и так здорово ругались с мамой и драки были, и топор, который мама пьяная в руки брала. Игорь тогда мало что понимал, поэтому в их ссорах всегда стоял по середине, что бы попытаться остановить их. Или молча слушал за дверью, что бы придти на помощь. Жизнь у него ещё та падла, постоянно всякие новые испытания кидает. Но ничего, он стерпит и перебороть сможет. Не хлюпик. Мама почему-то прекратила бубнеть под нос и подняла голову, уперев взгляд в сторону громких звуков. У подъезда, где живет Пятифанов, собралась куча людей, и только когда фонари загорелись на всю улицу, Бяша распознал этих людей как своих друзей. Полина взвела руки вверх и махала ими в приветствии, Влад держал в руках два пакета с чем-то, а у ног стояло ещё два таких же, из которых виднелись бутылки со сладкой водой и алкоголем. Екатерина просто смотрела куда-то в сторону, пока Маша стучала кулаками по ее плечу, что бы та обратила внимание на Игоря. Антона и Рому видно не было. Смотря на друзей с горящими глазами, он кинул взгляд на мать, которая тоже обратила внимание на ребят, но ни намека на улыбку у неё не было. Кислая мина как всегда. — Мам, можно с ними, пожалуйста! — специально прикусив себе язык, что бы не сказануть то самое "на", он быстро обратился к матери. Лена вопросительно выгнула бровь глядя на сына. Видимо, ей такое не очень понравилось. Но она знает, что Игорь не пьет алкоголь как воду обычную, меру себе знает. Но это было лишь её мнение, пусть оно таким и остаётся. Расстроиться она не хило, когда о правде узнает. — Я не знаю, — женщина с тихим вздохом снова осмотрела группу друзей сына —, У нас дома полно работы, да и ты жаловался на головную боль. О, то есть сейчас ты обратила внимание на его головную боль? Интересно конечно. Но сейчас не об этом. — Пожалуйста! Я завтра всё сделаю, я и так все две недели только что и делал, так это убирался и мыл посуду. — Ага, только ещё ты приходил по битым как не знаю кто, — женщина опустила брови к переносице, но увидев упрямость сына, просто отмахнулась от него рукой —, Хорошо, но только позвони домой, если что-то случится. Лена кинула презрительный взгляд на группу друзей Игоря, и не дождавшись какого-либо ответа, забрала пакеты из рук бурята просто ушла в сторону дома. Видимо, ей хотелось просто по скорее выпить и лечь спать, ведь работа убивает любое желание спорить или кричать на сына. — Спасибо, — осталось без ответа. Никогда бы Игорь не думал, что будет так быстро бежать к своим друзьям, рыхлая земля под ногами, после вчерашнего дождя разлеталась позади него, а Лена даже обернулась на сына, смотря как у того аж пятки сверкают от скорости. Но она молча развернулась, когда увидела как Бяша зацепился за бордюр и упал прямо перед своими друзьями. Он, кажется, расцарапал себе всё лицо. Но привыкнув, что над ним все смеются, просто молча лежал и вслушивался в тишину. Никто не смеялся. Первой к нему подбежала Екатерина, а потом уже все остальные, кроме Влада, который, судя по шуршанию пакетов, пытался снять с себя весь груз. Маша аккуратно его подняла, придержав за плечи, пока Екатерина держала его за щёки и осматривала лицо на предмет ран, благо там только щека чуть чуть кровила. — Игорь, у тебя голова не болит? Больно ударился? Бедный, — Полинка наклонилась над ним и рассматривала лицо с нежностью. Краска мгновенно залила лицо, и он поспешил встать на ноги самостоятельно. О его влюблённости в Морозову мало кто знал, он никому об этом не рассказывал, поэтому его мало кто мог бы успокоить в этом плане. Он много думал насчёт этого, и понял, что влюблён был давно, и любовь эта была немного, но болезненной. Он знал, что ему никогда не ответят взаимностью. Он знал, что он плохо учиться, что он не умеет играть ни на одном музыкальном инструменте, что с ним не о чём поговорить. Он скучный для Полины. Поэтому любил молча, предпочитая больше думать, перед тем, как что-то говорить. Но когда девушка подходила так близко, у него крышу сносило. — Я в порядке, простите. Друзья тихо вздохнули, все одновременно, и посмотрели друг на друга. С тихим смехом они помогли Бяше убрать грязь с одежды и колен, после чего Влад передал те два пакета с напитками ему в руки, цитата "Не ушибся, тогда помогай". Антон или Рома мгновенно бы отобрали пакеты Влада и оставили бы Игоря в покое. — А вы ждали Ромку? — Будаев осмотрелся снова, пытаясь найти взглядом своих лучших друзей. Ребята переглянулись молча, видимо, не понимая о чём говорит Игорь. — Мы все к нему на ночёвку, — Екатерина достала свой блокнотик и открыла первую страницу, с чем-то сверившись —, Ждали только тебя. — А Антоха? Почему без него, на? — А он уже с Ромкой, они ждут нас всех. Чё вообще происходит...

***

Рома

Сладкий запах жаренной курицы заполнил всю квартиру, и даже немного открытые окна не спасали ситуацию. Квартира больше не казалась такой мёртвой, наоборот: всё ожило и было в движении. Сырник пытался украсть со стола бутерброды со шпротами, пока Антон жарил курицу в панировке, Рома просто бегал как ужаленный и убирался в своей комнате, что бы позже всем было куда лечь. Он заранее позвонил Михаилу и спросил можно ли открыть третью комнату, где у них стояла ещё одна кровать, к счастью тот дал разрешение и даже рассказал, где Рома может взять немного денег: в той банке было достаточно копеек, что бы им хватило накрыть на стол. Антон первым вызвался стоять на кухне, так как Рома с готовкой вовсе не дружил. — А у тебя есть вообще какие-то настольные игры, или что-то типа того? — услышал Пятифанов из кухни и по спешил вернуться туда, прислонившись к дверному проёму. Он и не вспомнит, что бы он умел играть во что-то такое. Ну, кубики кидать там, ходить по очереди.. не для него, да и не было у него таких игр ни дома, ни тут, в квартире. Хотя, если хорошенько поискать, может что-то и найдется. Но рыться в вещах Михаила не хотелось совсем. — Это вряд-ли,— сказал он, хмыкнув —, Мы таким не развлекаемся. Антон держал между пальцев вилку, Леново проверяя курицу на готовность, явно не с удовольствием. Ему было скучно, но эту проблему Пятифанов никак решить не мог, плюсом, здесь даже музыки не было никакой, что бы включить и хоть так себя развлекать. Был конечно проигрыватель виниловых пластинок, и три пластинки с Шопеном, но те были явно не для этого дня предназначены. А трогать пианино.. себе дороже, оно ведь дорогое. Нужно будет по просить на день рождение какие-то виниловые пластинки. — А как ты тогда время с Михаилом проводишь? — Разговариваем больше, — Рома подошёл к столу и взял Сырника на руки, что бы тот не зарился на шпроты —, Или он мне помогает разбираться со своими камерами, что как называется и что куда вставляется. — А у тебя ещё плёнка осталась? — заинтересованные глаза Антона вернулись к собеседнику —, От фотоаппарата. — Дохуя, — Антон взглянул на него теперь уже недовольно—, Много в общем, хватит на ещё несколько таких посиделок. Я пойду принесу. Петров молча кивнул и накрыл крышкой сковородку, сделав огонь в конфорке по меньше. А Рома задумался: им было бы хорошо жить вместе? Пятифанов обязательно бы научился готовить, и даже смог бы помогать с любыми просьбами. Но мысли прекратились, как только он шагнул в свою комнату. Здесь теперь было так мало места: на его одинокой кровати были положены подушки и одеяла с пледами. Кресло он разложил, а на полу, у окна, лежало ещё одно спальное место. Если здесь ещё все спать лягут, нельзя будет ни пройти ни проехать. Благо для девочек он постелил в соседней комнате, которая почти всегда была под замком, но спасибо, что там была двухместная кровать, а не как у него — одноместная. Он надеется, что всем будет удобно, и этот вечер всем запомнится. В его столе, в первой шухлядке, лежала плёнка для камеры. Пока он её доставал, то кинул взгляд на сделанные в лагере фотографии: костёр, друзья, спина Антона, браслет, и наконец кассета. Интересно, а Антону больше не снятся те странные сны? Или после смерти Руслана они заменились новыми? Думать об этом было немного странно. Петров тот, кто только недавно узнал о том, что пережил насилие моральное и физическое, а через несколько дней узнал о смерти близкого друга. Но этот человек сейчас стоит на кухне и жарит курицу. Действительно ли всё в порядке? Рома взял в руки фотографию кассеты, присев на корточки и оперевшись лбом в тумбочку вздохнул. Он помнит как Антон плакал, прекрасно помнит испуганное лицо Петрова, когда они просматривали кассету, но.. что ещё более пугает, парень будет жить с этим всю жизнь. С мыслью, что над ним надругался человек, которому он мог довериться как учителю, как старшему. С мыслью, что ему придется молчать обо всём случившемся и просто надеятся и ждать, когда тот мудак попадёт за решётку. Он много думал об этом, и точно не знает наверняка, что на самом деле чувствует Антон, ведь тот никак не спешит делиться чем-то слишком личным. Он почувствовал это ещё при разговоре о Руслане. Что же такого Антон хотел сказать своему близкому другу в тот день? Ромка прищурился, теперь уже с непонятными ему эмоциями сжал фотографию, — «Ленинец, как много ты скрываешь?». Хотелось бы, что бы Петров хоть немного отдохнул и не вспоминал о произошедшем, поэтому спрашивать напрямую он не будет. Да и такие мелочи кажутся более личными. Хотя, Рома ведь ему друг, значит рано или поздно парень расскажет по больше. Сейчас спешить некуда. Пятифанов сам не ангел, он тоже таит секреты, поэтому не ему об этом рассуждать. Заправив в фотоаппарат новую плёнку, рассматривая предмет и вспоминая подробности того утра.. он замер, когда услышал как входные двери открываются, а из коридора доносятся радостные звуки друзей. Пришлось наспех бросить фотографию в шухлядку и подойти к двери. Выглянув из-за дверей, ведущих в коридор, он приблизил фотоаппарат к лицу, щёлкнув затворкой, вспышка озарила всё пространство впереди: почти все пришедшие кинулись в объятия Петрову. Влад просто отсалютовал свободной рукой. Маша, скрестив руки на груди, смотрела как Полина, Бяша и Катя чуть ли не запрыгнули на Антона. — Тоха! Ромка, на! — первым воскликнул Бяшик. Тепло мгновенно расползлось по груди. Кажется, все действительно очень скучали друг по другу и, за такое долгое время, каждый успел обдумать многие вещи. После смерти Руслана все выросли морально и душевно, они были готовы к чему угодно, как им казалось. Петров улыбался не ярче всех, но искренне: — Привет ребят, я рад вас видеть. — Сегодня виделись, можешь не здороваться, — Екатерина вошла в квартиру и сняла свои туфли на низких каблуках —, Где этот гений, что не согласовал со мной решение? О, ну как же без этого. — Я тут, великая Екатерина, — Роман поднял правую руку вверх, что бы его, наконец, заметили. Фотоаппарат повис на шее. — Иди сюда, я тебе уши оторву и на лбе свой номер запишу, что бы звонил и спрашивал разрешения. — Спасибо конечно, — вспомнив о самом важном, он подошёл к полке, где стоял телефон и лежала увесистая тетрадь, он поднял её на уровень головы —, Но для этого есть записная книжка. — Давай сюда её, я тебе там такое нарисую. Каждый, по очереди, оставил свой номер телефона и Рома молча смотрел на это, стараясь вообще не улыбаться, потому что щёки уже натурально болели от улыбки. Когда Полина записывала свой номер, Влад пошёл на кухню, перед этим сняв свои сланцы. — Да ты повар ещё тот, друг мой, — обращался он к Антону, когда тот как ошпаренный побежал к плите, совсем забыв о курице —, Не думал в этом направлении пойти? — Это ты ещё летний салат его не кушал, на, вообще бомба, — Игорь поставил пакеты на пол у стола, понемногу доставая продукты, алкоголь и чипсы, на которые едва соскребли деньги. Уловив тишину в комнате, (не учитывая звук ругани Кати и Ромы из коридора), Антон выглядел встревоженно и немного опечалено: — Ох, Игорь, ты где так поранился? — судя по поднятым бровям бурята, тот уже и забыл, что ушибся —, Есть водка, сейчас Рома принесёт. Пятифанов, услышав своё имя из уст Петрова, выглянул из-за дверей, пока его за уши тянула Катя, а Полина смеялась в стороне. Но Роме больно вовсе не было, он только скукурузил ахуевшее лицо, и взглянул на Бяшу. — Я его достал что бы мы пили, а не всяким простофилям на лицо мазали, — подытожил он. Бурят выглядел оскорблённый этими словами, поэтому приложив к сердцу руку, он опустил голову и построил страдальческое лицо: — Я думал, мы друзья. — Я тоже так думал, — Рома издевательски улыбнулся, пока его снова за ухо не потянули —, Ладно! На подоконнике аптечка, Полин, помоги ему. Я тут сейчас Катю уложу на лопатки. Полина тихо посмеялась и всё таки начала поиски аптечки, было видно, как её плечи дрожат от попыток остановить смех. Смирнова, услышав такое заявление, мигом отошла от него, минимум на метр. — Фу, отойди от меня, ты неисправим, — поправив свои волосы, она только с шуточным отвращением отвернула голову от Ромки, и тоже вошла на кухню, сев на стул около Влада —, Тебя хоть бей, хоть ругай, одинаково пустота в голове. — Это у кого ещё пустота в голове, неучи! Рома сумел всем поднять настроение, поэтому атмосфера стала намного воздушнее. Полина вылила прозрачную жидкость на ватку, пока Маша помогала Антону поставить всё на стол, а Влад уже встал и доставал из верхних полок стаканы с бокалами. Екатерина записывала в свой блокнот номер Ромы. Стало так хорошо в моменте, что даже все плохие мысли из головы вылетели разом. У него ещё никогда не было друзей, он постоянно слонялся один, или разговаривал о всяких мелочах с людьми, которые его даже не интересовали. Но теперь всё ведь поменялось, больше чем колоссально. — Антош, спасибо что пригласил, — Полинка аккуратно наносила спирт на лицо Бяши, пока тот сидел с закрытыми глазами и краснел —, И спасибо за совет с заколками, иначе мы бы там так и стояли. Екатерина нахмурилась при последних словах, но всё же глянула на Петрова и кивнула головой. Вот значит как Ленинец их сюда позвал? Видимо, тактика у них была совсем разная. — Вас Антон пригласил? Меня Рома утром, Луна им недовольна была, — Маша, раскрывая упаковку с чипсами, закинула себе одну в рот, уклонившись от замаха Катиной руки, перед тем, как пересыпать содержимое в миску. — А меня вообще никто не приглашал! — поспешил возмутиться Игорь, но тут же притих, когда обратил внимание на Полину —, А если бы я вас не увидел и не пошёл к маме? Оставили бы меня. Морозова, важно осмотрев рану, слегка начала махать руками, дабы щёки друга не так болели, но кажется, что бурят вовсе боли не ощущал. Кое что вспомнив, она отошла в сторону, оценивая проделанную работу, при этом спрашивая: — Кстати о ней, как она там поживает? Я давно к тебе в гости не захаживала. — Ничего не поменялось, — внезапно скис Игорь, отводя взгляд в сторону Ромы, который вообще в диалоге не участвовал. Ответить как либо он был не в состоянии, хоть и знал что мать Игоря была не очень хорошей женщиной на данный момент, но судить о чужих проблемах он не мог. Да и если бы у него была хотя бы такая мама, он точно любил бы её. Пока все садились за стол, Рома приземлился около Бяши и Антона, пока напротив сидели Полина с Екатериной и Владом, о чем-то своём разговаривая, Маша обратила внимание на кота, сидящего под столом. — Ой, а кто это тут такой милый? — девушка подхватила кота и взяла его себе на руки, поглаживая голову и ушки, и видимо ему это нравилось, ведь мурчание было громким —, Ром, как его зовут? — Сырник, — без интереса выпалил он, пока тянулся за бутылкой с газировкой, но комната взорвалась смехом —, Да чё вы смеётесь, нормальное имя!! — Сырник, ты будь аккуратнее с ним, на. А то ещё съест, когда ночной жор проснётся. Когда пошутил Бяша, даже Антон засмеялся, который до этого молча смотрел куда-то под ноги. Видимо, настроение действительно поднялось у всех и всякие мелочи не могли его испортить. Маша по спешила подхватить шутку: — Боже, Бяш, ты его напугал! — А я чё! Это он от рожи Пятифанова обосрался, на. — Я вас сейчас выгоню всех, — Рома закатил уставшие глаза и таки налил себе в стакан газировки, шипучая вода отдалась звуком в ушах. Разговоры друзей сменялись каждой новой темой, и даже Пятифана они старались втянуть в их диалоги, но тот предпочитал молча сидеть и любоваться картинкой. Маша, закинув одну ногу на соседский стул, уже пила вино и гладила кота сидящего у неё на коленях. Сырнику нравилась здешняя обстановка, он с удовольствием принимал новые порции ласки от всех и массировал лапками ноги девушки. Полина и Екатерина сначала протестовали, когда им предлагали налить водки и даже грозились уйти, но Влад их обеих осадил и налил им по вину, пока сам предпочитал пить какую-то домашнюю наливку. Бяша пытался по пробовать всё и сразу, под смешки и недовольный голос Кати, он дегустировал все напитки, оценивая их по десятибалльной шкале. Только Антон не спешил прикасаться к алкоголю, и не понятно по какой причине, но заставлять его Рома не будет, ведь это выбор каждого. Он ведь сам почти не пил, только пару раз наливку по пробовал и на этом всё. Хотя даже от такого количества его вело не по детски. — Итак, что будем делать дальше? — с интересом спросила Полина, перегнувшись через Екатерину, что бы достать до Сырника на коленях Маши. — Ну, я предлагаю во что-нибудь поиграть, я список составила небольшой, мы сможем уделить на всё одинаковое количество времени и сделать всё до десяти часов ровно, — пояснила Екатерина, снова перелистывая свой новый блокнотик —, Сначала можно поиграть в карты, потом правду или действие, а потом в бутылочку. — А как в эту бутылочку играть вообще, садиться на неё типо? — Рома выгнул бровь и, кажется, что остальные тоже не поняли о чём говорит Смирнова. От его слов Полина поперхнулась вином и глянула на него взглядом полным осуждения, на что он только опустил плечи, пол "Сорян за выражение". — Вы смеётесь? Это не такая уж и новая игра, что бы о ней не знать, — Катя по спешила взять пустую бутылку из-под вина, и положила её на стол ребром —, Крутишь, и если выпадет на человека, задаёшь задание, которое тот обязан выполнить. Судя по всему, Катя вычитала об этой игре в одной из тех книг, которые читали подростки-девочки где-то заграницей, и теперь она собралась посвящать их в то, о чём сама недавно узнала. — Мне кажется Бяша начнёт задавать всякую хуйню, по типу: простой на голове до самого утра. В игре есть какие-то наказания за невыполнение задания? — прислонив стакан с газировкой к губам, Рома поймал на себе взгляд Бяши и закатил глаза. Екатерина замолчала на некоторое время, видно вспоминая что-то. Но потом снова открыла свой блокнотик и пролистав несколько страниц остановилась, что-то зачитывая в уме. Её глаза бегали от строчки к строчке, пока она крутила между пальцев прядь своих волос. — Ну, они есть, но их можно придумать на своё усмотрение, и этим лучше я займусь, зная вас. Никто протестовать не стал. Смирнова встала из-за стола и пошла в коридор, что бы достать из своей сумочки карты, поэтому по её уходу разговор начался новый: Влад спрашивал у Бяши, когда тот собирается идти на охоту с отчимом. Полина же вовсе перенесла всё своё внимание на Сырника. Антон сминал пальцами салфетку и судя по всему, не был слишком удручен атмосферой. Рома сидел и смотрел, вовсе не веря, что он стал участником этой компании. Раньше он ненавидел пионеров, ведь для него они казались тупой организацией. Но именно отряд УСН был не просто компанией где обсуждают политику, они все были друзьями, связанными временем и разными ситуациями, все они знали друг о друге всякие мелочи, они ходили друг к другу в гости, ребята часто собирались подобными группами и разговаривали, шутили и ссорились на всякие темы. И если честно, тот Руслан намного больше вписывался бы в эту компанию, чем сам Рома. Руслан наверняка копия Петрова, только намного добрее и милее, со своим неповторимым мнением и начитанностью, этот Руслан многое значит для всех. На секунду в голову прилетела такая мысль, за которую он себя чуть не ударил при всех. Благо, он спешно опустил взгляд в стол. Рома не хотел быть на его месте, он не хотел, что бы его использовали только как заглушку, пока у всех горе об утрате друга. Ему даже думать об этом неприятно, и наверняка уже кто-то заметил выражение его лица. А ведь кто-то действительно заметил: Бяша смотрел с непониманием на Пятифанова, пока сидящий рядом Антон был занят разговором с Владом. Игорь кивнул в сторону коридора, так, что бы никто не увидел. Явно намекая на разговор. — Я пойду курить, — сделав последний глоток, он встал из-за стола, и алкоголь явно дал в голову, потому что язык начинал заплетаться —, Сейчас вернусь. Выходя из кухни, он заметил Екатерину, которая всё ещё рылась в своей сумке, но взглянув на Рому просто вопросительно подняла бровь, ничего не сказав. Пятифанов молча вышел на лестничную площадку и сел на голодный бетон, достав из кармана шорт пачку сигарет и спички, молча прикурил. Сегодняшний день был таким странным, слишком сумбурным и непонятным. Сначала всё хорошо, а потом грусть накатывает двойными волнами. Сигареты больше не помогали делать голову пустой. Сигареты — привычка. Он уже от них не может отказаться, особенно когда голова начинает раскалываться. Дверь за ним скрипнула, и он даже не обернулся что бы посмотреть кто же там был. Мысли путались и было тяжело уцепить хоть одну, потянуть за ниточку и рассмотреть детальнее. На лестнице была чья-то тень, но когда тень начала приближаться, стало понятно что это был всего лишь Игорь, который присел рядом с ним и протянул руку, видимо, что бы Рома одолжил сигарету. — А разве пионерам можно курить? — издевательски протянул Рома. Почему-то настроение было ни к черту. Была ли это причина мыслей, которые его начали посещать, или нет, он достоверно не знал. — У меня к тебе тот же вопрос, на, — Игорь только посмеялся, не воспринимая слова близко к сердцу —, Но я ведь не сказал ничего. Мы, в первую очередь, люди. И то верно. — Что с тобой? — Игорь принял спички и сигарету в свои руки, зажав фильтр между губами и, чиркая спичкой по коробке, выглядел не очень радостно —, Ты внезапно как под воду провалился. — Думаю очень много, просто голова уже не варит. — Про что думаешь, если не секрет, на? — Бяша затянулся сигаретой, вернув спички обратно Ромке, который становился всё более раскисшим. — Да так, всякая хуйня, ничего особенного. Рассказывать не хотелось вовсе, ведь мысли его были такими глупыми и непонятными, что просто мало кто его правильно поймёт. Хотя и в друге он не сомневался, всё равно хотелось оставить всё при себе. Может, его не сочтут глупым человеком, ни по виду, ни по общению, но он самый большой дурак на планете. Он об этом знал, и знать будет до смерти. Бяша, заметивший неловкое молчание, только тихо выдохнул себе под нос дым и всё таки продолжил разговор. — Знаешь, я хотел тебя поблагодарить. Что уже Рома успел сделать? — За что это? — Ты помог нам снова всем собраться, и сделал это даже не насильно, — спокойным голосом Игорь продолжил, распластавшись на лестнице —, Да и за Антоном ты присмотрел, за что я вдвойне благодарен те, на. Антон. Тоха. Петров. Ленинец. Яблоки. Почему всё сводиться к одному и тому же человеку? За всё время их взаимодействий, Тошка никак не прогнулся. Даже в той драке, они бы бились до победного, если бы их не отвлекли друзья. Антон не давал себя в обиду и постоянно защищался разными способами. Петров дал отпор обидчикам и выстоял после сокрушительной правды. За таким человеком не нужен присмотр. Такой человек не спрашивает твоего мнения, он делает всё сам, как считает лучшим. И Рома уже чувствует, как ему это вылезет боком в скором времени. Но любит. Любить может и когда-то перестанет, но точно не сейчас. Сейчас он каждую ночь смотрит на то самое фото, постоянно думает о Петрове, вычисляет Антона по запаху яблок, будто пёс. Преданный и верный. Он просто ждёт удачного момента. И за всё это время Петров защищал свое эго, себя, своих друзей, своё мнение и все вещи, которые принадлежат ему в какой-то степени. — А Антон что? Маленький, что бы сам за собой следить? — Ты ещё многое не понимаешь, но это нормально, позже может придет само, на,— поймав на себе вопросительный взгляд, Бяша затянулся снова и отвёл взгляд в сторону —, Да так, всякая хуйня, ничего особенного. Эти слова даже заставили его хрипло посмеяться, и наконец вспомнить о своей сигарете, которая истлела и своим почерневшим видом вызывала больше спокойствия, нежели отвращения. Но он новую курить не стал. — Обмен секретами? — А почему нет? Интереснее так, на. Если Игорь хочет играть по своим правилам, пусть будет так. Роме уже на всё плевать абсолютно. Есть возможность, что он вовсе не запомнит сказанное или услышанное. Но сейчас ему это нужно, ведь сейчас это печёт. — Ладно, — положив голову на руки, он спрятался от пытливого взгляда Будаева —, Я просто задумался, что я будто вам не очень подхожу, а Руслан был вам как раз. — Глупость полная. Игорь тихо вздохнул, пытаясь собрать свои мысли в одно предложение, но всё равно продолжил лепетать: — Ты не Руслан, и это хорошо, — Игорь потушил свою сигарету о перила, положив окурок себе в карман шорт —, Ты отдельный человек со своими мыслями, у тебя своя внешность и характер, который нельзя даже описать. Ты будто взрывной какой-то, только подпали и взорвётся, на — сравнение было смешным настолько, что пьяный Пятифанов хихикнул себе в руки —, Руслан не таким был, и как бы мы за ним не скучали, не стали бы никогда менять его на кого-то. Представь, что за столом не одно место свободное, а целых два. Одно пустое, а за вторым сидишь ты, на. Наш Ромка, который действительно нам нужен Ромкой, а не Русланом. Слова немного, но при одобрили. Рома действительно начал загоняться по всякой хуйне без причины. Хотя, на него здесь действительно обращали внимание и не игнорировали, ему казалось будто он никто и ничего для всех не значит. Но Игорь опроверг это, значит ли, что и остальные того же мнения? Может быть. — Логично, очень. — Ну так, я хуйни не скажу, на, — ярче улыбнувшись, Игорь присел ровнее, и похлопал друга по спине —, Да и ты Антону понравился, он раньше издёвки все терпел, а тебе вон как отвечает. «Понравился» — врезалось именно это слово в голову. По понятным причинам Рома слегка оторопел, а потом прикрыл глаза и отвернул лицо от Будаева. — Так ты расскажешь? Узнать о Петрове по больше всегда хотелось, но спрашивать на прямую было немного страшно. А если о всяких деталях расскажет Игорь, будет намного безопаснее. — Ну да, ты ведь своё рассказал. Прервавшись на секунду, он поднял задумчивый взгляд к потолку, подперев подбородок рукой, продолжая: —У нас с детского садика была своя компания: я, Антон, Семён и Руслан. Если ты помнишь Семёна конечно, это тот пацан, который на тебя наезжал, на, — кивнув головой в положительном жесте, он продолжил слушать —, Мы хорошо дружили, и уже привыкли к характеру Семёна, ведь тот с детства был таким, каким есть сейчас. Руслан молча терпел, когда его Семён звал жидом. Антон терпел, когда Семён называл его рохлей без личного мнения. И я терпел, когда меня оскорбляли или провоцировали. Бабурин мог делать всё, что хотел, как ему казалось, и это переходило все границы. После одного случая мы задумались над его адекватностью и я помог ребятам уйти из этой компании, — Игорь будто переживал все воспоминания заново, то дёргая руками, то вздрагивая, но Пятифан слушал молча, не прерывая друга —, Потом мы занялись учёбой, но Семён вцепился в Антона как очумелый: грозился что убьёт, педиком называл, или вовсе прикасался к Петрову без его разрешения. Это был реально худший человек за всю жизнь Антона, но он ничего не делал и просто терпел, предпочитая помогать остальным, — Будаев, увидев ахуевшее лицо напротив, просто кивнул головой —, Потом Семён уехал, и Тоха вместе с нами уехал в летний лагерь, и после него, в автобусе, мы по ближе познакомились с девочками, и уже потом решили создать отряд. Но вот спустя два года появился ты, и Антон начал реально кусаться, на. Он вообще на моей памяти никогда не матерился, а тут резко начал. Я в полном шоке был, но решил дать время, и я не пожалел. Ты хороший парень, Антону с тобой повезло очень. История заставила задуматься. Антон и рохля? Вообще два не подходящие друг другу слова, антонимы абсолютные. Этот Семён казался Роме просто избалованным ребенком, который серьезно не видел ничего, кроме себя. Те слова о Михаиле его задели, и наверняка он бы вспорол живот этому парню, если бы не внезапный Петров. Тогда они ещё с Бяшей разговаривали, и было это слово. Он ясно и чётко услышал "снова" от Антона. Неужели Ленинец терпел издёвки, которые длились больше года? Неужели просто стоял и терпел, проглатывая колючие фразы. Это было действительно не похоже на него. Не похоже на того, кого знает Рома. — Я надеюсь что ты присмотришь за ним, на, — продолжил Игорь, весело улыбаясь и похлопывая Рому по спине —, И если ты действительно ему понравишься как человек, он придёт, когда тебе нужна будет помощь. — Спасибо Игорь, я правда благодарен за разговор. — Боже, ты ещё поплачь тут. Пошли, нас ребята ждут, на. Приняв руку от друга, он поднялся на ноги и уже с хорошим настроением они зашли внутрь квартиры. Пахло всё так же корицей, а громкие разговоры продолжали вестись за столом на кухне. Но когда они переступили порог кухни, то застыли в недоумении. Катя была очень пьяная, как и остальные присутствующие, но только она сидела на столе и глушила с горла вино, пока Полина сидела на полу и плакала, прижавшись к Маше, которая тоже почему-то плакала. Влад вообще вырубился на полу, а Сырник лёг ему на грудь, будто его ничего в происходящем не смущало. Антона вообще видно не было. Бяша, в первую очередь испугавшись за Полину, подбежал к девочкам и начал спрашивать что же их так расстроило, но те как-то вяло и пьяно ответили, что "жизнь очень плохая вещь и что все рождены, что бы страдать". Язык у Будаева отняло, и сказать ему явно не было чего. Рома перешагнул через Влада и встал перед Екатериной, отобрав у неё бутылку, с вопросом: — Чё происходит бля? Катя слегка повела по нему недовольным взглядом, а потом попыталась сосредоточить взгляд. — Ничего.. Мы в бутылочку играли. Последний круг был. Влад задал Маше описать всю жизнь одним словом. А Полина расплакалась после этого. Влад услышал, как Антон что-то сказал, после чего ушёл, и сам расстроился, поплакал и уснул. А я просто Катя, — с явными запинками сказала она, под конец взяв со стола один шпрот из бутерброда, закинув его себе в рот. Приехали. Оказывается, друзей нельзя оставлять одних даже на несколько минут с алкоголем. Беде быть. Но, что больше всего волнует, куда делся Антон? Не мог же он пойти домой, ведь на лестничном пролете сидели его друзья, и они бы его точно заметили. — Хватит с вас видимо, — подытожил он и кинул взгляд на Игоря, обращаясь к нему —, Пошли, спать всех уложим. Бяша пытался успокоить девушек, и правда пытался: — Полинка, Машенька, вставайте, спать пора, — придерживая их за плечи, он помог им подняться и начал провожать в комнату. Девушки всё никак не унимались, рыдая крокодильими слезами. Ой как Роме будет приятно смотреть на их стыдливые лица завтра. Такого удовольствия он давно не получал. А как они извиняться перед ним будут! Это нужно будет запечатлеть на снимке. — И она так сказала! Это было так жизненно и понятно, доступно для меня, но это будто на языке застряло, — последнее что слышал Рома от Полины, которую уложил Игорь на кровать. — Полинка прости меня, не плачь пожалуйста!! — Мария кинулась ей в объятия и продолжала тихо плакать, уже явно успокаиваясь и зевая через раз. Екатерине помощь не пригодилась, она просто взяла бутылку минералки и сама зашла в комнату, где уже были девушки, закрыв за собой дверь. Теперь остался только Влад. Бяша кинул страдальческий взгляд на Рому, после чего пытался вытереть руками мокрые, от чужих слёз, пятна на футболке. Влад лежал на полу всё так же, ни на сантиметр не шелохнувшись, в отличии от Сырника, который уже ушёл куда-то. Владика будить вовсе не хотелось, поэтому Рома просто стоял и смотрел на него со стороны, пока не получил подзатыльник от Бяши, который с уставшим видом ушёл курить, предпочитая не дымить в квартире Пятифанова. С тихим вздохом, парень таки подошёл к кучерявому: — Влад, ты тут спать будешь?, — Рома легонько пнул друга по ноге, что бы тот проснулся. — Отъебись. Резонно. Ну, ему другого ответа и не нужно было, поэтому просто показав другу средний палец, он убрал лишние бутылки со стола и выбросил их в мусорное ведро. Глядя на яблочный сидр, он вспомнил Петрова и ранее сказанные слова Кати. Немного за волновавшись, он всё таки пошёл в свою комнату. И Антон действительно был там: лежал на кровати Ромы и гладил Сырника по спине, что-то вяло говоря себе под нос. Такой вид друга заставил не на шутку за волноваться, поэтому Пятифанов подошёл к своей кровати и щёлкнул пальцами перед Ленинцем. — Тох, ты как? — Никак. Шутил ли друг, или просто не мог описать своего состояния — непонятно. Петров лежал без своей майки, с влажными волосами и чуть вспотевшим лбом под одеялом. И не было понятно: ему жарко или холодно. Напоминало симптомы горячки, или чего-то похожего. — Что-то болит? Ты же можешь сказать. В этот момент Сырник ушёл, не желая слушать разговоры своего хозяина и его друга. Антон поднял глаза на Рому, поджал губы, и почему-то устало вздохнул. Такой вид друга заставлял реально начать волноваться. — Болит. — Что болит? Дать таблетку от головы? Могу чай зелёный сделать, или компресс? — Душа болит, Ром. Речь отняло мгновенно. Не зная что сказать или сделать, он просто сел на кровать, рядом с Петровым. То ли это была шутка, то ли издёвка.. не понятно, сиди и думай Ром. Друг, когда пьяный: говорит глупости, которые на самом деле важные и серьезные вещи. Антон, знал бы ты какая это затертая до дыр пластика. Кинув взгляд на вспотевшее лицо друга, он быстро взял себя в руки и отвернул лицо. Даже, блять, не думай об этом. Антона явно что-то волновало, тот выглядел болезненно. Вспоминая всё, что произошло за один только этот месяц.. в то, что всё в порядке верится с трудом. — Поговорим? — неловко предложил он, глядя на друга, который уже успел закрыть глаза. — Нет, давай просто спать. Во время этих слов собеседник отодвинулся к стене и облизнул свои сухие губы. После этого Роме вовсе голову снесло: спать сегодня на полу он точно не будет. Решив не снимать одежду, дабы никого не смущать, он просто молча лёг рядом, не укрываясь одеялом. Но Антон напористо помог укрыться, а потом снова придвинулся к стене. И это было так странно, не описать словами. Вот рядом с тобой лежит объект твоего обожания, который сам вроде как проявил заботу к тебе. Что же делать? Вариантов много, но он выбрал самое верное: лежать как бревно и ничего не делать. Зато он слушал. Он слышал, как громко дышит Антон, и как его сердце стучится. Слышал, как Сырник пытается открыть дверь, что бы выйти в коридор. Он слышал, как Игорь молча вошёл в комнату и лёг на кресло. Похоже, завтра он будет чувствовать себя хуже некуда.