Увидимся на свадьбе

      Мысли Сугуру тонут в бездонных голубых глазах напротив. Серьёзный разговор, который он планировал со дня их так называемой помолвки, пошёл прахом. Всё, о чём он может думать сейчас, это пытливый взгляд Сатору, его влажные после душа волосы, острота его ключиц, выглядывающая из-под съехавшего на одно плечо халата, его омежьи ферромоны, заполняющие комнату. Сатору, кажется, слушает из вежливости. По его взгляду видно: к чему клонит Сугуру, он пока не понимает.       – Я… я, в общем-то, не думал, что всё так выйдет. Я совсем это не планировал… совсем об этом не думал… – еле давит из себя Гето. Он совсем не понимает, как оказался в ситуации, где он замужем за сильнейшим магом современности, которого до недавних пор ни разу не видел.       А началось всё из-за непомерного, по его мнению, эго Сугуру. Если бы он не стремился быть признанным в магическом мире, да и не просто признанным, а признанным одним из сильнейших, то преподавал бы сейчас и дальше в магическом колледже, ходил на миссии и жил свою спокойную жизнь. Но проблема была в том, что Гето знал свою силу, знал, что он достоин признания и наплевать, что он не родился в каком-то супер-важном, уважаемом, богатом клане, а в обычной семье. Ведь это не повод не признавать его умений, это не повод не допускать его до состязаний магов. Ведь ему есть, что показать, ему есть, чем ответить им всем. Он, может быть, даже победил бы. Только бы его допустили. Но судьба была не на его стороне. Здесь, как и во многих других сферах жизни, всем плевать на твои таланты – важно лишь происхождение. И ни на один из магических турниров Гето не был допущен, он не смог продемонстрировать свою истинную силу никому, кроме Яги, слова которого было недостаточно, чтобы претендовать на получение особого уровня.       Но для уязвлённого самолюбия Сугуру нашлось место, где не было дурацкого правила о происхождении – битва за руку самого завидного омеги и сильнейшего мага – Сатору Годжо. Намерено ли старейшины клана Годжо не добавили правило о происхождении или попросту забыли это сделать, Гето не знал. Зато он точно знал, что там соберутся представители всех кланов, и сражение будет проходить между самыми сильными магами. Гето Сугуру, маг без рода и племени, запросто победит пару-тройку элитных альф и важных шишек кланов и будет замечен и признан в магическом мире. А большего ему и не нужно.       Но то ли Гето перестарался в пылу битвы, то ли выходцы из кланов оказались слабее, чем он ожидал – но Гето победил. А вот о том, что за победой последует свадьба, он даже не задумывался.       

***

      Они не были знакомы до помолвки. Гето лишь слышал о сильнейшем маге с шестью глазами и бесконечностью. О его характере ходили разные слухи. Кто-то говорил, что клан Годжо откладывал битву за руку Сатору аж до его двадцати шести лет из-за взбалмошного характера и обещаний прикончить победителя, если тот придётся не по вкусу. Иные – в том числе и Сёко – утверждали, что у Сатору Годжо есть возлюбленный, который упорно готовился все эти годы, дабы завоевать руку сильнейшего. И бог знает, что произойдет, если победит не этот никому не известный маг.       Что ж, пусть побеждает – Гето ведь ни на что не претендует, – думает он лёжа на поле сражений во дворе резиденции клана. В пылу битв он потерял счёт противников. В последней битве они рухнули вместе со своим соперником, кажется, из Зенинов, практически одновременно. Подняться уже не было сил. Гето не видел, кому засчитали победу в этом бою, но как бы там ни было – он уже показал себя. Если он проиграл, то, пожалуй, скоро его отволокут с поля и подлатают. У него пара глубоких ранений на груди, проткнуто левое предплечье, кажется, сломано пару пальцев на ногах и руках, и, возможно, ребро. Если в этой битве он и победил, то с такими травмами всё равно уже не встанет. Пусть новый противник выйдет на поле и ему засчитают победу, а с Гето хватит на сегодня.       Гето смотрит в небо – на полупрозрачные белые облачка, плывущие по бескрайней синеве. У него на душе спокойно, он доволен собой. Теперь он наконец-то может отдохнуть. Он уже прикрывает глаза, готовый отключиться и дать своему организму заслуженный отдых, как вдруг небо загораживает высокая стройная фигура. Запах лесных ягод наполняет воздух – совсем легкий, но приятный. Где-то на периферии ощущается аромат травы после дождя. Эти ароматы окутывают Сугуру, сознание понемногу покидает его, но он старается держаться в реальности, ведь незнакомец с неизвестными намерениями всё ещё нависает над ним. Он не выглядит как следующий соперник. Все участники состязания серьёзно подготовились, взяли оружие и надели удобную униформу, по которой также можно было определить их принадлежность к тому или иному клану. Этот же – с пустыми руками, в чёрных брюках и белой рубашке с закатанными рукавами, две верхние пуговицы расстёгнуты. Ветер треплет его белоснежные волосы, словно те облачка в небе. Незнакомец наклоняется поближе к лежащему Гето, заглядывает ему в лицо.       – Что ж, Гето Сугуру… – он растягивает его имя в улыбке, долго, словно пробует на вкус.       Сугуру видит молочную кожу его лица, тонкие черты и большие круглые совершенно непроницаемые очки, что не дают даже узнать цвет глаз.       – Гето Сугуру… – произносит снова медленно и задумчиво, а затем расплывается в какой-то хитрой улыбке. – Увидимся на свадьбе.       Такой и была их первая встреча с Сатору. Долгие две недели подготовки к торжеству это воспоминание было единственным, за что могло цепляться воображение Гето представляя будущего супруга. Порой казалось, что это была его галлюцинация, как и тот факт, что ему придётся сочетаться браком с незнакомым человеком.       – Но я попросту не могу вступать в брак! У меня своя жизнь, у меня ученики, я ведь не собирался этого делать. – сокрушался он в кабинете у Яги. – Не собирался, но сделал. Что теперь об этом говорить? – Яга спокоен.       Сёко хихикая протягивает Сугуру сигарету.       – Боишься, что твой суженный убьет тебя, чтобы спокойно провести остаток жизни со своим любимым? Я бы посмотрела на твою битву с сильнейшим.       Лоб Сугуру покрылся испариной. Да, он боялся такого варианта развития событий и еще миллиардов версий, что успело наколдовать его воспаленное воображение. Вот Сатору запирает его в резиденции и заставляет играть роль типичной омеги-домохозяйки: печь блинчики по утрам и драить дом всё свободное время. Вот Сатору прячет его от встреч с представителями других кланов, стесняясь “низкого” происхождения своего супруга. В других версиях Гето меняет своё имя и покидает Японию, предварительно сымитировав свою смерть, потому что старейшины клана Годжо хотят видеть кого-то более подобающего рядом со своим единственным наследником. В общем-то, Сугуру просто колотило от страха перед неизвестностью.       – За учеников и работу не волнуйся, – успокаивающе говорит Яга. – Ты будешь и дальше преподавать в колледже и так же ходить на миссии. Никто тебя не будет запирать в подвале резиденции Годжо. Чего ещё ты боишься?       – Боюсь, что он и вправду может убить меня.       – Сёко несет чушь, не слушай её.       – Но ведь я выхожу замуж за незнакомца. Я ничего толком о нём не знаю, кроме того, что он сильный. Сильнее меня. Мы даже не говорили ни разу, – Гето нервничает, глубокие затяжки сигаретой никак не успокаивают. – Давайте организуем мне встречу с кланом! Я объясню всё как есть, скажу, что ни на что не претендую, и разорвём помолвку! – выпаливает Гето первую мысль, что приходит в голову.       – Ох, Сугуру... – Яга потирает переносицу. – Ты хоть понимаешь, какое оскорбление им нанесешь? Какой-то Гето Сугуру пришел на битву, одолел всех выдающихся магов из самых важных кланов, а затем отмахнулся от руки Сатору Годжо. Что, по-твоему, это будет значить? Про тебя скажут, что у тебя непомерно высокое самомнение, а про Сатору – что его не захотел в мужья даже никому не известный маг. Нет, так нельзя поступать.       Сугуру роняет голову на свои руки. У него, кажется, не остаётся ни одной идеи, как сохранить свою теперешнюю жизнь и избежать свадьбы. Он не хочет бросать учеников и бежать куда подальше, где клан Годжо не сможет расправиться с ним за брошенного у алтаря Сатору.       – Послушай, Сугуру, – снова начинает Яга. – Во-первых, договорные браки между незнакомыми людьми – это норма в магическом мире. А во-вторых… Сатору хороший парень. Я ведь тоже учил его, как и вас с Сёко.       Это уже что-то новое. Даже Сёко, тихо сидящая до этого, с интересом подалась вперед.       – Вы нам не рассказывали, директор.       – Мне не положено об этом говорить, но раз уж на то пошло, то хочу рассказать. За два года до вашего поступления я тренировал Сатору. Он учился в частном порядке, отдельно от остальных учеников. Своё взросление он провел за закрытыми дверями клана Годжо. У него не было друзей, не было счастливого детства, а юношества и подавно. Ведь до тех пор, пока он в полной мере не овладел своими силами, его оберегали от альф из других кланов. Ходили слухи, будто бы его хотят похитить и насильно выдать замуж. Иные начинали его ненавидеть на пустом месте, считая, что омега не может быть столь сильным, что это либо преувеличение, либо какой-то зверский эксперимент клана Годжо. Я обрадовался твоей победе, Сугуру, не только потому, что ты, наконец, получил признание, но и потому, что ты достойный человек и будешь хорошо относиться к Сатору. Я думаю, вы станете как минимум друзьями и сможете договориться, как вам жить и создавать видимость семьи. В конце концов, к Сатору мало относились по-человечески. Надеюсь, ты будешь исключением из всех этих людей, что смотрят на него как на вещь.       Слова Яги немного ободряют, но не слишком. “Сатору хороший парень” – да, это звучит прекрасно, но ведь Яга знает его только как ученика. Яге не придётся справлять с ним свадьбу, жить вместе, возможно, заниматься любовью. И это пугает Сугуру. Он не может представить себе, что Сатору будет делать, когда они останутся наедине. Сугуру хотел бы встретиться и пообщаться до свадьбы, хотя бы пару слов, чтобы понять, не стоит ли ему бросать всё и бежать подальше от Сатору сломя голову. Но клан исключил всякую возможность связи с будущим супругом до дня бракосочетания.       И вот они здесь.       Спустя час после окончания церемонии в уединённом маленьком домике на берегу моря, что должен стать их гнёздышком на медовый месяц. Разговаривают наедине впервые. Сатору телепортировал их сюда сразу после церемонии, быстро показал все комнаты и сбежал в душ, не дав Сугуру даже слова сказать ему.       – Так о чём ты не думал, Сугуру? – вкрадчивый голос Сатору разрезает тишину. Кажется, он немного забеспокоился от длительного молчания Гето.       – О свадьбе. И обо всём, что будет после неё, – стойко выговаривает Гето, твёрдо решив взять себя в руки и высказать всё, что собирался.       – Не думал о свадьбе? – брови Сатору ползут вверх. – Но ведь это был турнир за мою руку. Не понимаю.       – Я... Я только хотел выступить на турнире, хотел сразиться с другими магами. В общем-то, я хочу сказать, что не хотел жениться! – быстро выпаливает Сугуру, пока решимость ещё его не покинула.       Сатору отводит глаза и поджимает губы. Он молчит несколько мгновений и выглядит подавленно.       – Ну, теперь уже слишком поздно передумывать, Сугуру Годжо.       Голос Сатору звучит глухо, но твердо, и Сугуру всего скручивает внутри от сознания того, на что он согласился, и что это уже произошло.       Когда старейшины пригласили Гето на встречу, Яга предложил пойти с ним и помочь уладить вопросы, если таковые возникнут. Гето не возражал. Он ничего не смыслил в разного рода формальностях и законах, что действовали внутри кланов. На встрече им объяснили, что по традиции омега должен перейти в семью альфы, основав новый клан, если альфа не принадлежит к уже существующему. Однако, так никто не поступал уже сотню лет. Основывать новый клан без влияния и связей глупо и совсем необязательно, тем более что Сатору – единственный наследник. Потому Гето было предложено войти в состав клана Годжо. Это предложение не противоречило никаким правилам и было выгодно всем сторонам. Клан Годжо оставлял у себя сильнейшего мага и наследника, а так же получал достаточно сильного Сугуру. Для самого Сугуру новый статус и фамилия открыли бы различные возможности, за которые Гето так отчаянно боролся прежде, что аж попал во всю эту историю. Представители клана Годжо заявили, что будут потворствовать выдвижению кандидатуры Гето на получение особого уровня. От этих обещаний Сугуру чуть не словил эйфорию, если бы вдруг забыл, что впереди его ждет свадьба и семейная жизнь. К слову, о семейной жизни тоже не забыли упомянуть на встрече. Сугуру ясно дали понять, что хоть в этой паре он и альфа, роль и обязанности главы клана и дальше будет исполнять Сатору, и Сугуру абсолютно незачем совать туда свой нос. Помимо прочего, была назначена дата свадьбы. У Сугуру была неделя.       Мысли о побеге Сугуру уже отринул. Всю организацию на себя брал клан Годжо. В итоге ему оставалось лишь пригласить гостей со своей стороны. Он пригласил только Сёко и Ягу, больше близких у него не было. Хорошо, что родители не дожили до момента, когда их сын выходит замуж чуть ли не против своей воли за незнакомого человека, – думал бессонными ночами Сугуру. Интересно, что бы они сказали...        Учеников, хоть и очень любил, он тоже звать не стал. Ему будет не до того, чтобы разнимать Нобару и Юджи и следить, чтобы они ничего не натворили. Они хорошие ребята, но вместе образуют какую-то взрывоопасную смесь. Да и ни к чему им видеть его унылое лицо на собственной свадьбе. Он хотел бы делать вид счастливого жениха по возможности, только вот не уверен в своих актерских талантах.       В день свадьбы стояла приятная весенняя погода. Солнце уже клонилось к закату и окрашивало небо в нежно-розовые тона. Ветер трепал листву деревьев во дворе резиденции. Когда порывы становились особо сильными, Сугуру жалел о своем решении собрать в пучок лишь часть волос. Его локоны уже порядком отросли, и ветер частенько задувал их на глаза, закрывая обзор. Пара прядей уже выбилась из маленького аккуратного пучка на затылке, но кажется так ему шло даже больше.       Настал момент начала церемонии. Руки Сугуру похолодели, в голову стали лезть разные мысли. Это ведь последний момент передумать, пока еще не поздно. Он стоял в середине двора перед широкой лестницей высотой в пару метров. Ему нужно просто подняться и сделать так, чтобы собравшиеся не заметили его нервозности. Усилием воли Сугуру поднимает глаза наверх, куда ему предстоит пройти, и на верхней ступени видит его.       Сатору стоит наверху в лучах закатного солнца, на нем такое же простое хаори как и на Сугуру, но только нежно-голубого цвета, в отличие от чёрного хаори Гето. В короткие волосы Сатору вплетено украшение из ярко-красных цветков. Кроме него никаких украшений у Сатору нет. Темных очков тоже. Ветер мягко треплет рукава его одежды и белоснежные волосы, что окрасились в розовый закатным солнцем. И Сугуру замирает. Он смотрит в глаза Сатору – эти две небесно-голубые бездны, где впору затеряться без вести. На секунду всё вокруг замирает и сердце Сугуру замедляет свой ход, чтобы через мгновение снова сорваться в бешеную скачку, ведь Сатору тоже смотрит ему прямо в глаза.       Проходят долгие полминуты, пока Сугуру поднимается наверх, становится лицом к Сатору и снова заглядывает ему в глаза. Это значительно тяжелее для него, когда Сатору так близко. Ягодно-дождевой запах Сатору проникает в легкие и где-то глубоко внутри будит инстинкты альфы, которые Гето давно задвинул поглубже. От мыслей, лезущих в голову, на щеках проступает легкий румянец, и Гето хочется спрятаться куда подальше, чтобы Сатору этого не заметил. Гето не хочет, чтобы Сатору думал о нем как об этих похотливых альфах, которые завидя симпатичного омегу сразу хотят прыгнуть с ним в постель. Сугуру никогда таким не был.       Хвала небесам, церемония не требовала от молодоженов поцелуев или каких-либо физических контактов. Они дали друг другу заученные клятвы, подписали что-то в книге, принесённой священником, а затем оказались в толпе поздравляющих и ликующих гостей. И на Сугуру вновь накатила тревожность. Сатору улыбался, слушал поздравления, жал руки и благодарил гостей от лица их обоих. Видимо, Сатору привык быть вежливым и учтивым, вести себя сообразно статусу и держать лицо в любой ситуации. Сугуру лишь волочился за ним по пятам, стараясь делать выражение лица попроще и не умереть от остановки сердца, колотящегося на пределе своих возможностей. Ещё чуть-чуть и Сатору унесет их в место, где они должны будут пробыть только вдвоём целый месяц. Где-то в глубине души Сугуру был зол на себя, что из-за своих страхов и тревоги не сможет в полной мере насладиться таким чудом магической техники, как телепортация. А ведь мало кому удавалось испытать на себе такое. Может, если всё пойдёт хорошо, Сугуру даже наберётся смелости попросить Сатору рассказать подробнее про шесть глаз и бесконечность..       Среди множества улыбающихся поздравляющих лиц нашлось и одно с наставлениями для новобрачных. Представитель от старейшин в очень учтивых выражениях дал им обоим понять, что через месяц их ждут с метками на шее. Что будет в противном случае, Сатору не спросил, а сам Гето уже настолько окаменел от стресса, что не смог повернуть язык даже чтобы представить Сёко Сатору. Благо, Яга пришёл на помощь и познакомил их.       – Я безумно рад за вас и надеюсь, что всё у вас сложится замечательно.       Яга добавляет ещё поздравлений под одобрительные кивки Сёко, а Сугуру думает о том насколько тактично было бы сейчас попросить у Сёко сигарету. В конце концов он давит из себя тихое: “Спасибо, что приняли приглашение, директор”.       – Ну, я был приглашен не только тобой, – Яга делает подмиг улыбающемуся Сатору. – Я не мог не прийти на свадьбу двоих своих сильнейших воспитанников.       Видимо, Яга продолжает попытки успокоить Сугуру. Сильнейших … Намекает, что у них больше общего, чем думает себе Гето? Если бы он только мог хоть немного успокоить свои тревоги, быть может эти слова и возымели бы действие.       Но Сугуру нервничает. Он вздрагивает, когда теплая тонкая рука обвивает его талию и бархатный голос где-то над ухом провозглашает:       – А теперь нам пора уходить. Спасибо, что приняли приглашения и почтили нас своим присутствием…       Звучат благодарности гостям, прощания, слышны выкрики, аплодисменты, и внезапно Сугуру чувствует, как земля уходит у него из-под ног, а видимая картина резиденции сменяется световыми всполохами.       

***

      Вот черт, кажется, он разозлил Сатору. Он совсем не хочет злить Сатору. Он пиздец-пиздец как напуган сейчас. Сатору смотрит прямо в душу, и у Гето всё внутри сворачивается от этого взгляда. В этих глазах разочарование, а Сугуру совсем не собирался его разочаровывать. Быстро и с кучей запинок он пытается объясниться, кажется, уже совершенно не фильтруя поток своих мыслей.       – Сатору, понимаешь, ведь я... меня не допускали к состязанием между магами!.. Я просто дурак, мне было ужасно обидно от того, как мной пренебрегают, я полез в битву за твою руку только из-за этого... Я не собирался побеждать, я не думал, что выиграю!       Выражение лица Сатору остается неизменным. Гето воспринимает это как плохой знак и удваивает скорость и количество слов.       – Нет-нет-нет! Только не подумай, что я не хотел бы твоей руки! Ты замечательный, ты очень красивый, ты невероятно привлекательный! Правда, когда я увидел тебя там, на свадьбе, я был просто поражен и ты... ты был… ты и есть… ты такой невероятный. Черт, Сатору, да я никого красивее тебя никогда не видел! И любой на турнире хотел твоей руки. Я просто пытаюсь сказать, что я не из-за этого туда пошел, но я бы и снова пошел, но в этот раз точно из-за тебя, а не из-за своего желания покрасоваться перед другими…       Сатору подпирает голову рукой, продолжает внимательно следить за Сугуру. Тот чувствует, как по спине стекает холодный пот. Ощущение будто он танцует вокруг атомной бомбы и, если хоть на секунду прекратит, то она уничтожит его и полмира в придачу.       – Я только пытаюсь сказать, что понимаю, что это брак не по любви, а потому я думаю, каждый из нас мог бы жить своей жизнью как ему захочется. И я, конечно, ни за что не собираюсь строить из себя главу семьи и типичного альфу и, если у тебя кто-то есть... если ты кого-то любишь, то я… я готов всё сделать, чтобы вам помочь. Я буду делать вид, что у нас счастливая семья, а если не захочешь, то не буду! В смысле… я пытаюсь сказать, что… – поток мыслей Сугуру на секунду останавливается. Он пытается сказать, что что? Что он дурак – он уже сказал. Сказать, что он безумно боится? Вряд ли Сатору обрадуется тому, что его муж боится его. Сказать, что... ну, он не хотел бы расстраивать Сатору? Он и вправду не хотел бы расстраивать. Не хотел бы видеть его таким понурым как сейчас, а хотел бы… ну, обнять что ли? Да, обнять его сейчас было здорово, только, если бы сам Сатору захотел этого…       Сугуру удивлен новому направлению своих мыслей, но внезапно до него доходит, откуда это взялось. Вся комната погружена ягодные ароматы, феромоны Сатору, кажется, даже давят на кожу. Дата свадьбы была выбрана не случайно, завтра-послезавтра у Сатору начнётся течка.       Интересно, думает Сугуру, за сколько часов он сможет построить шалаш во дворе, чтобы прожить там ближайшую неделю?       Тишина в комнате становится вязкой. Сугуру чувствует себя очень неловко. Течка, омежьи феромоны в таком количестве... Раньше он с этим не сталкивался, всё это кажется ему чем-то личным и интимным что ли. Хочется поскорее слинять куда-нибудь и оставить Сатору в тишине и покое. А еще нужно поскорее слинять, пока у Сугуру не встал. Хоть он и держит в узде своего внутреннего альфу, но противостоять тому, что сейчас ощущается в этой комнате, он не в силах.       Сатору всё ещё сидит спокойно. Голова склонена вниз и белоснежные пряди скрывают его глаза. Сугуру теряется в догадках, о чём сейчас думает Сатору, что он собирается сделать или сказать…       – Сатору, прости, я тут много всего наговорил. Но я думаю ты меня понял. Я не хочу тебя обременять или как-то ограничивать. Я помогу тебе во всём, правда. И, если у тебя действительно кто-то есть, то я помогу вам быть вместе. А когда надо, буду отыгрывать роль твоего мужа и всё такое. И поводу… эм... ну по поводу сейчас… Я бы переночевал в саду на лавочке, а завтра уже придумаю что-то, чтобы как можно меньше тебя беспокоить в этот эээ... период.       На последних словах Сугуру окончательно заливается краской. Да, он сильный маг и преподаватель магического колледжа двадцати четырёх лет, но обсуждать с омегами течку ему не доводилось. Находиться рядом с течной омегой так долго – тоже.       Внезапно Сатору сдавленно хихикает. Поднимает голову, плавно откидывает волосы с лица и направляет взгляд на Сугуру. На его губах улыбка, и это ободряет. Хоть улыбка и какая-то не слишком добрая. Может, Сугуру это только показалось. Хотя вкупе с прищуренными глазами Сатору это даёт какое-то странное выражение лица, как будто… вожделение?       Гето стойко ждёт ответа Сатору или хотя бы кивка. Отмашки, чтобы броситься сломя голову прочь из дома. Румянец заливает щеки, стояк неприятно упирается в ткань штанов, а в голову лезут такие мысли, что у Сугуру краснеют уши и во рту скапливается слюна. Ещё и вид Сатору напротив него. Халат он так и не поправил и, кажется, ещё одно движение и ткань спадет так низко, что оголит половину груди. И Сугуру ждёт этого момента. Он не может оторвать глаз от ключиц и оголенного плеча Сатору и проклинает себя за это ежесекундно. Сатору уже точно заметил направление взгляда Гето и сейчас наконец вышвырнет этого похотливого альфу из дома. Да, скорее бы, думает Сугуру, потому что приличных мыслей у него в голове уже не осталось, а весь воздух в легких заменили омежьи феромоны.       – Поможешь во всём значит? – Сатору как-то призывно вскидывает голову. Всё еще улыбается.       – Да.       – Сугуру, детка, послушай. Сейчас я бы хотел исполнить свой супружеский долг.       Исполнить… что? То есть как? Сугуру не понимает.       – В каком смысле? – в голове каша. Всё, что он сейчас понимает, так это то, что ему пора свалить подальше от Сатору и, может, подрочить в кустах на улице, чтобы избавиться от дискомфорта. И Сугуру изо всех сил пытается сдержать в себе альфу, который предлагает другое решение.       – В смысле потрахаться. Заняться любовью, если пожелаешь.       – Что, со мной?       – Видишь тут третьего? – Сатору едва держится, чтобы не захохотать.       Медленно, но верно, до Сугуру начинает доходить. Заняться сексом с ним? Такого исхода он никак не ожидал. Не планировал. Блин, да он почти что девственник. Его последний раз был на первом курсе, и тот позитивных воспоминаний не оставил. Сугуру всегда было некогда заводить серьёзные отношения, а одноразовый секс оставлял неприятный осадок. В общем-то, в данный момент как любовника он бы оценил себя на единицу из десяти. Но порефлексировать над своей половой жизнью Сугуру не успевает. Его хватают за руку, одним рывком поднимают из-за стола и через секунду бросают на кровать.       Сугуру лежит, распластавшись на спине. Ну теперь уже точно Сатору увидит его стояк и даже прикрыться нечем: каким-то непостижимым образом за эти мгновения Сатору стянул с Гето хаори и теперь отбросил на пол. Сам же остался стоять в изножье кровати.       – Твоё молчание принимать за согласие?       У Сатору растрепались волосы. Халат наконец окончательно свалился на одно плечо, обнажив алый сосок на молочной коже. Его глаза будто горят в полумраке комнаты. Взгляд медленно блуждает по телу Сугуру, замирает на груди, всё еще скрытой под белой рубашкой. Сатору – с этой похотью в глазах, с этими порозовевшими щеками – самая несбыточная сексуальная фантазия.       – Я согласен.       Здесь, наконец, рациональный Гето и его альфа сходятся во мнении: надо оставаться. Сатору предельно чётко высказал своё желание, и кто такой Сугуру, чтобы отказывать в подобном? Даже если он сегодня и опозорится как любовник, он навсегда запомнит ночь, которую провёл в одной кровати с Годжо Сатору.       – Тогда расслабься наконец.       С этими словами Сатору залезает на кровать и усаживается на бедра Сугуру. Быстро, но аккуратно расстегивает пуговицы на рубашке Гето. От его легких касаний по телу Сугуру пробегают мурашки. И он хочет коснуться в ответ. Приподнимаясь, медленно проходится рукой по плечу Сатору, там, где нет этого злополучного халата.       – Смелее, – Сатору переходит на шепот.       – Я просто не знаю с чего начать, – честно признается Сугуру.       – Начни с начала.       – Пойдешь со мной на свидание?       Сатору прыскает со смеху. Он отодвигается чуть назад по ногам Гето и тот видит на своих штанах мокрое пятно смазки на месте, где сидел Сатору. Волна жара проходится по телу от низа живота до самой макушки от осознания того, насколько же Сатору сейчас мокрый. Его тонкие руки заканчивают с рубашкой Сугуру и она отправляется на пол. Гето всё ещё не решается прикоснуться снова и Сатору терпеливо помогает. Он берет руки Сугуру в свои ладони и укладывает себе на талию, направляет к поясу халата. С помощью рук Сатору узел поддаётся легко и вот руки Сугуру уже скользят по обнаженному торсу, по твердым рельефным мышцам под бархатистой кожей. Ожидаемо никакой одежды под халатом нет, и глаза Сугуру невольно устремляются вниз по тонкой линии белых волосков к члену Сатору. Он идеально ровный и довольно длинный для омеги. Из набухшей бордовой головки скатывается капля смазки. На мгновение Гето замирает, чтобы вновь пройтись взглядом по этому телу, и лишь потом спускает себя с поводка. Он резко садится на кровати и припадает губами к рельефной груди, хватая за талию придвигает ближе усаживая на свой всё ещё стеснённый одеждой член. Сатору, кажется, тоже отпускает себя, резко подается навстречу поцелуям, распускает пучок на голове Сугуру и запускает пальцы в длинные волосы, чуть сильнее прижимая его голову к своей груди. Сугуру глубоко вдыхает аромат увлажнившейся кожи Сатору. Низ живота скручивает в узел от запаха омеги и звериного желания. Он немного елозит под Сатору, чтобы сквозь одежду потереться членом о его горячее тело. И Сатору с готовностью отвечает, начиная двигаться на Сугуру вперёд и назад, оставляя мокрые следы смазки. Сугуру покрывает грудь Сатору влажными следами, дойдя до затвердевшего соска, на пробу надавливает кончиком языка, срывая с губ Сатору первый стон. Звучит приглашающе, и Сугуру начинает ритмично посасывать, отстранясь на мгновение, чтобы снова мазнуть языком.       Вздохи Сатору становятся громче. Он просовывает руки между их слипшимися телами и судорожно пытается расстегнуть штаны Гето. После пары безуспешных попыток Сатору с силой и громким “Блять” толкает Сугуру в грудь, чтобы уложить на спину. Теперь, когда путь свободен, он в два мгновения стягивает штаны вместе с нижним бельем Гето и быстро возвращается на прежнее место. Сугуру ощущает сумбурные движения горячих рук на своем теле. Сатору аккуратно проводит кончиками пальцев по стволу вверх, оттягивает вниз кожу освобождая крупную головку, заставляя Сугуру изогнуться с громким выдохом. Медленно обводит головку большим пальцем собирая каплю прозрачной смазки. Не стесняясь рассматривает член со всех сторон и, удовлетворившись увиденным, встает на четвереньки над Сугуру. Заглядывает в глаза и быстро без колебаний целует. Сначала лишь губами, быстро углубляя поцелуй и добавляя язык. Губы Сатору сладкие и ненасытные. Он бесцеремонно вторгается в рот Сугуру своим языком, периодически отстраняясь, чтобы снова слиться только губами. Гето жадно отвечает, едва успевая хватать ртом так быстро заканчивающийся воздух. Он шарит руками по талии Сатору, поднимаясь выше оглаживает рёбра, дойдя почти до подмышек находит большими пальцами соски, начинает оглаживать их одновременно, заставляя Сатору постанывать в поцелуй. Он всем телом извивается над Сугуру в попытках потереться задницей о член Гето, не разрывая поцелуя.       Сугуру сходит с ума от желания. Смазка Сатору стекает на член и живот, его горячее дыхание опаляет кожу на шее. Сугуру ведет руки ниже, оглаживает бедра и ягодицы, подбирается пальцами к влажному колечку мышц. Сатору отчаянно выгибается навстречу его рукам и протяжно стонет, когда Сугуру вводит первый палец. Он останавливается на первой фаланге, давая привыкнуть, но Сатору одним рывком насаживается до конца. Замирает на секунду.       – Эй, ты в порядке?       Сатору выпрямляется, прикрывает глаза, делает пару движений на пробу и тихо шепчет:       – Давай второй.       Второй палец быстро проникает до основания внутрь теплого и влажного Сатору. Сугуру аккуратничает, старается не спешить и растягивать мышцы медленно и основательно, но Сатору торопит, постанывает и пытается насадиться глубже возможного, почти сразу просит добавить третий. И Сугуру исполняет желаемое. От болезненных ощущений в члене, требующем разрядки, он хрипит куда-то в шею Сатору, втягивает и кусает нежную кожу, оставляя лиловые пятна. Водит носом по нежному месту, где под кожей скрывается брачная железа. Стоит больших усилий не вонзиться в неё зубами, но Гето не давали разрешения. Омега над ним – пусть такой возбуждённый и растрёпанный сейчас – сильнейший маг, и Сугуру благоговеет перед этой силой. Он скорее станет собакой у его ног, чем позволит себе оставить метку без разрешения. Сатору тоже обходит вокруг железу на шее Гето, лишь облизывает, не выпуская клыков.       Вязкий воздух комнаты прорезает приглушенный стон, когда Сатору вынимает из себя пальцы Гето. Он всё так же нависает сверху на четвереньках, рвано дышит. Одной рукой аккуратно обхватывает член Сугуру и приставляет его ко входу. Гето не выдерживает и согнув ноги в коленях толкается внутрь. Сатору очень горячий внутри и снаружи, его громкие стоны заполняют всё пространство вокруг. Одним быстрым движением Сатору выпрямляется и, упираясь руками в грудь Гето, насаживается до самого основания, выбивая из Сугуру хриплый протяжный стон. Хвала небесам, Сатору замирает на секунду, иначе, Гето мог бы поклясться, он кончил бы сразу же в этот момент. Он безумно хочет начать двигаться внутри, но чувствует, что две фрикции – это его максимум сейчас. Задница Сатору сжимает его член, внутри так тепло и узко, что по телу разливается приятная предоргазменная истома. Они буквально замирают на пике. Сатору возвращается в реальность раньше и начинает глубокие размеренные движения вверх и вниз. Гето подмахивает бедрами, немного подкидывая Сатору на ногах с безумно пошлым звуком хлюпающей смазки, перебиваемым стонами Сатору. Он стонет громко, с придыханием, что-то тихо шепчет в перерывах, восполняя воздух в легких. Пара секунд этого зрелища и Гето снова на пике, чувствует, что вот-вот кончит.       – Сатору… Постой… Я уже скоро… мхм… Пожалуйста... нужно, чтобы ты слез.       Но вместо этого Сатору укладывает руку Гето на свой член и задаёт нужный темп своей ладонью, снова начинает двигаться. Сугуру отчаянно держится на пределе своих возможностей, быстро надрачивая Сатору. Долго он не протянет, Сатору должен слезть, скидывать его с себя силой Гето совсем неловко. Сатору подается вперед, стараясь толкнуться поглубже в руку Сугуру. Он снова нависает сверху на четвереньках, не переставая двигаться, хрипло шепчет куда-то в шею:       – Кончай внутрь.       Это последняя капля. С громким стоном Гето изливается внутрь Сатору, начинает биться в оргазме. Волны удовольствия проходятся по его телу, выплескивая остатки спермы.       Он собирается сказать что-то вроде: “Прости, что так быстро”, но прежде чем слова успевают сорваться с его губ, он чувствует вязкую жидкость на руке, что сжимает член Сатору. Тот кончил одновременно с ним, а Гето даже и не заметил. Удивительно тихий в сравнении с тем, какой громкий был в процессе, – думает Сугуру.       Они не двигаются. Сатору лежит сверху восстанавливая дыхание, Сугуру боится пошевелиться, чтобы не спугнуть его. Нежно и осторожно поглаживает влажную спину, зарывается пальцами в эти белоснежные волосы, тихонько вдыхает этот легкий ягодный аромат. Стоит ли что-то сказать сейчас?       Первым тишину прерывает Сатору. Он аккуратно слазит с Сугуру, так, чтобы не испачкать всё вокруг спермой и смазкой.       – Я в душ. Присоединяйся, если хочешь. – Сатору почти что выходит из комнаты, но, остановившись в дверях, добавляет: – И не волнуйся по поводу беременности. Я принял меры на ближайший месяц.       – А на свидание можем сходить завтра, – бросает вдогонку уже из ванной.       Сугуру втыкает в потолок. Мозг лениво переваривает события последних сорока минут. Слышно, как в душе включается вода. Его муж сейчас там, наверное, такой мокрый и распаренный. Низ живота приятно сводит от накатывающего возбуждения. Пожалуй, надо присоединиться.       Сугуру Годжо лениво выползает из кровати. Да, замужняя жизнь оказалась приятнее, чем он себе представлял.