Исследуя прошлое: путь Гето

«После победы. Рефлексия»

Солнца сегодня не было. Совсем. Лишь одни облака и бесконечно серое, тяжёлое небо, давящее своей бесцветностью. Я стою у общей могилы и ставлю цветы в вазу, чувствуя, как холодный ветер забирается под воротник. Два сильнейших мага современного мира воссоединились вновь, где-то там, наверху, или, проще говоря, под одной землёй, уйдя из этого мира с разрывом ровно в год, будто не могли существовать по отдельности даже во времени. Впервые в жизни мне удалось почувствовать сильную, обжигающую зависть, глядя на их общую могилу. Ведь я никогда не была так одержима, как они; неважно, чем именно, суть одна — иметь цель и идти к ней до самого конца, не сворачивая. У меня никогда не было такой чистой, ничем не замутнённой обоюдной связи — может быть, платонической, может быть, чего-то большего, — и в этом я сильно завидую им. Я вспоминаю свою первую встречу с Сатору, когда брат привёл его к нам домой; они уже тогда были целым, которое не нуждалось в остальном мире. Я завидую тому, что они умерли молодыми, оставив будущее на моих одногруппников, на тех, кто выжил. Всё же, мне никогда не испытать того же самого именно тут; видимо, моё предназначение изначально не предполагалось в этих стенах, среди магов и проклятий. На этом всё и закончилось. Кендзяку был повержен, так же как и Сукуна — окончательно и бесповоротно. Мегуми и Нобара живы, вопреки всему. Всё постепенно возвращалось на свои места, почти всё. Годжо так и не ответил на мой вопрос, когда мы разговаривали в последний раз: о том, что у него был выбор. Наверное, этого разговора и не должно было случиться, был расчёт на то, что я сама пойму, дойду до истины своим умом. Выбор варьировался вокруг Сугуру? Я думаю, что да. Каждый раз, вспоминая их студентами, я в этом убеждаюсь всё сильнее. И всё же, его единственная слабость — это его единственный лучший друг. На этом и закончилась их история, оборвавшись на высокой ноте. В моих вопросах больше не было смысла: я прошла такой мощный эмоциональный путь, который разветвлялся в самые разные стороны — от воображаемого Ито Хиро, тайны между мной и Маки, странных, недосказанных взаимоотношений с Фушигуро и до познания истории брата. Годжо называл это «золотыми годами студенчества», хотя я не думаю, что он был так зациклен на мыслях, как я. Но если бы и у меня была такая же сильная платоническая связь, как между ним и моим братом, мне было бы абсолютно всё равно на всё остальное. Однако мне не испытать того же, что испытали они; у каждого свой путь. Как там говорится? Хорошо там, где нас нет.

«Открытка»

Последнее, что я сделала перед тем, как уйти, — я положила ту самую открытку. Старую, пожелтевшую, которую изначально должен был передать Годжо Сугуру, а в итоге передал мне, спустя долгие-долгие годы. Я прижимала её пальцами, чувствуя шероховатость бумаги, и на мгновение замерла. Вот и наступил момент, когда я отдаю её обратно, возвращая долг. Бумажка уже была совсем выцветшей, потрёпанной, с потускневшими чернилами и почти неразличимым рисунком, но оставалась невероятно символической. Это было некое закрытие гештальта: не как мага, не как выжившей, а как младшей сестры, которая когда-то ждала очередного приезда брата, стоя у окна и вглядываясь в горизонт.

«Жизнь после»

Прошло меньше недели с тех пор, как они были захоронены вместе. Юи покинула магический техникум, так и не закончив обучение, одним резким движением оборвав все связи с миром шаманов. Она продолжала видеть проклятых духов и порой устранять их — просто потому, что не могла пройти мимо, — но больше не принимала активного совместного участия в делах кланов и колледжа. Она навестила своих приёмных родителей и старую подругу из школы. При первой же возможности поступила в колледж Токио и активно обучалась, найдя себя в литературе и искусстве, а также продолжила любительски заниматься волейболом — это помогало думать о чём-то простом и физическом. Порой она навещала старый дом и могилу Годжо и Гето, позволяя ностальгии нахлынуть мягкой, горьковатой волной. С Маки они не поддерживали никакой связи и ни разу не виделись после того, как Гето покинула колледж; эта глава была закрыта навсегда.

«Пару лет спустя»

Время шло уже к вечеру. На носу был выпуск из колледжа и долгий-долгий путь писателя, которого я очень ждала, предвкушая каждую его минуту. Учёба шла на лад; мне впервые в жизни было по-настоящему интересно изучать новое и практиковаться как писатель, оттачивая слог. Я опубликовала пару мелких произведений, которые не имели особой популярности, но это был драгоценный опыт и серьёзный вклад в моё будущее. После пар я обычно гуляла в парке и продолжала писать очень личную книгу; ну, как личную — я, конечно, собиралась её опубликовать, но чуть позже, когда придёт срок. Всему своё время. Весна. Сумерки. Я вышла после лекции из колледжа, спускаясь по лестничной площадке вниз, и рассеянно перебирала в руках телефон. Другие студенты уже давно разошлись по домам, коридоры опустели. Убирая телефон в карман, я подняла взгляд и заметила фигуру — очень знакомый силуэт и до боли узнаваемую форму. — Давно не виделись, — произнёс высокий темноволосый парень, и его спокойный голос эхом разнёсся в тишине. — Очень давно, — ответила я, невольно улыбнувшись. — Мне кажется, это второй раз, когда я вижу тебя с улыбкой на лице, — заметил он, слегка склонив голову. — А мне кажется, тебя я никогда не видела с улыбкой, Фушигуро. — Рад, что у тебя всё хорошо. — Ты мимо проходил? — спросила я, скептически выгнув бровь. — Нет. — А что же тогда? — Просто захотел навестить тебя. Без особой причины. — По чашке кофе? — предложила я после короткой паузы. — Сойдёт. Мегуми сильно изменился внешне за эти пару лет: он подрос, стал шире в плечах. На лице добавилось шрамов — походу, ещё после той самой финальной битвы, — и они придавали ему мрачноватой взрослости. Видимо, он стал ещё более лояльным и, как ни странно, более открытым, хоть и старался этого не показывать. Мы пришли в кафе, заказали по чашке кофе и сели напротив друг друга. — Значит, ты занимаешься писательством? — первым заговорил он, обхватив чашку ладонями. — Да, нашла себя наконец-то, — ответила я. — Как ребята? — Пойдёт, — сухо бросил он, будто не был заинтересован в разговоре о них. — Почему ты хотел со мной поговорить? — Я не знаю, просто захотелось. Наверное, ностальгия. Это вызвало у меня смех, но смех добрый, без насмешки. — Мне казалось, у нас с тобой были самые неловкие взаимодействия за всю историю колледжа. — Ну, от этого я и хотел с тобой увидеться, — серьёзно ответил он. — Ясненько. Но правда, как у других обстоят дела? — Итадори и Нобара всё такие же, как обычно, носятся везде; Юта стал главой клана Годжо, а Маки вышла за него замуж. Насчёт остальных — у них вроде всё как обычно, без особых перемен. — А у тебя? — Кхм, ну, вроде тоже всё в порядке, — уклончиво ответил он. — Ты какой-то неразговорчивый. Сам позвал, а отвечаешь так сухо. — Зато ты стала очень разговорчивой, — парировал он с лёгким прищуром. — Я в магическом техникуме никогда не чувствовала себя собой, поэтому уйти было лучшим решением. И, как видишь, всё сложилось к лучшему. — Я рад. Честно. — Уже темнеет, проводишь меня? Солнца и впрямь уже почти не было. Мы шли под светом фонарей, и их жёлтый свет разливался по мокрому асфальту. Мы обсуждали мельком прошлое, вспоминали других, и в его молчании я чувствовала необъяснимую тягу к разговору со мной, будто он где-то внутри заплутал и искал дорогу. Ему и впрямь было интересно слушать мои рассказы об учёбе и о моих работах, он вставлял короткие реплики, иногда хмыкал, но почти не перебивал. — Мы пришли, — сказала я, остановившись у многоэтажки. — Я могу иногда навещать тебя? — спросил Фушигуро, задержавшись на ступеньках. — Настолько скучно среди магов? — Возможно, — признался он почти шёпотом. — Ладно, буду ждать. До встречи. Я не видела, но чувствовала, как он провожал меня долгим взглядом, пока я поднималась. Но это не была наша последняя встреча. — Гето, — окликнул он напоследок, сделав шаг вперёд, — а про что ты сейчас пишешь? — Про двух студентов и их золотые годы студенчества, — ответила я, обернувшись через плечо. После той встречи я часто думала о нём. Встреча с Мегуми заставила меня заново перебирать каждый момент, что я прожила лично, находясь в стенах магического колледжа. Я вспомнила своё первое задание, то, как впервые «познакомилась» с Ито Хиро, вспомнила первую ссору с Маки и наш первый поцелуй, смазанный, ну и, конечно, то некое неловкое «свидание» с Фушигуро, которое и свиданием-то назвать было трудно. Все эти фрагменты, острые и тёплые одновременно, теперь не причиняли боли, а просто были частью меня.

«Не знаю, стоит ли мне говорить слова благодарности о том, что была твоей сестрой, а ты моим братом, но, вкусив то, что и ты однажды вкусил, я смогла понять твой путь до самого конца».

Конец.