Профессор Портсмит

Северус медленно открыл глаза. Веки казались тяжелыми, но сознание постепенно возвращалось. Всё тело пронзала боль — особенно острая в груди и животе. Каждый вдох давался с трудом. Он лежал в больничном крыле. За окном справа сгущались сумерки — сколько времени прошло? Какой сегодня день? Северус осторожно повернул голову влево и замер от неожиданности. У его кровати сидел профессор Портсмит. На его лице застыло странное выражение — то ли тревоги, то ли гнева. — Меня исключили? — прохрипел Северус. — Что? — встрепенулся Портсмит. — Нет, конечно нет. — Тогда зачем вы здесь? — Северус... как ты себя чувствуешь? — спросил Портсмит, подавшись вперёд. — Я в порядке, — процедил Северус. В порядке, как же. Вчера он поклялся убить Поттера, а сегодня не только не приблизился к цели — оказался дальше от неё, чем когда-либо. — Тебе больно? Эта забота Портсмита, его встревоженное лицо, признаться, порядком раздражали. Было очень больно физически, но ещё больнее было осознавать, что раны оказались такими поверхностными. Северус увидел лишь жалкие царапины на коже. Заклинание, над которым он корпел целый год, оказалось настолько слабым. — Я сказал, со мной всё в порядке, профессор, — раздражённо процедил Северус. Портсмит неожиданно положил руку ему на плечо в неуклюжем жесте поддержки. В этот момент память вернулась резкими вспышками. Он помнил, как Портсмит поднял его на руки и нёс в больничное крыло, пока он ещё был в сознании. Проклятье. Больше всего на свете Северус ненавидел быть кому-то обязанным. Попытавшись отвернуться от профессора, он дёрнулся и скривился от пронзившей тело боли. Портсмит тут же подался вперёд: "Северус, я позову мадам Помфри". "Не нужно", — процедил Северус сквозь зубы, раздражённый этой назойливой заботой. Неужели у профессора нет других дел? С таким отношением к работе его скоро уволят — и правильно сделают. В палату вошла мадам Помфри. Она поставила на тумбочку несколько флаконов с зельями. Одно из них наверняка быстро затянет его раны, словно обычные, не магические порезы. Мерлин, какой же он жалкий неудачник. — Ох, Северус, — она быстро приложила руку к его лбу, — инфекции, к счастью, нет. Сейчас найдём для него обезболивающее, не переживайте, профессор Портсмит. Ох, видит Мерлин, Северус, на твоём месте я была бы повежливее с профессором. Если бы не его знания сложных противодействующих заклинаний... Возможно, мы бы с тобой сейчас не разговаривали. Помфри удалилась, а Северус пристально посмотрел на Портсмита. Продолжали всплывать смутные воспоминания. Портсмит склонился над ним в классе и шептал заклинания на кельтском. Совсем иная магия. Такую не преподаёт Флитвик. Именно по ней был один из тех учебников, которые Северус читал вчера. Но откуда... откуда Портсмит знал, какое именно заклинание сотворил Северус? Чтобы изобрести противодействующие чары против конкретного заклинания, нужно очень много времени. Северус планировал заняться этим гораздо позже. Само заклинание даже ещё не было готово. — Вы знали противодействующее заклинание? Северус сам не понимал, что чувствует. Что-то в Портсмите настораживало его и даже пугало, и в то же время вызывало восхищение: профессор был более сильным магом, чем умел или хотел показать. — О чём ты? — Откуда вы знали, какое заклинание я применил, профессор? Оно было невербальным. Вы легилимент? Если даже Портсмит легилимент, как он мог знать противодействие заклинанию, которое нигде не опубликовано, о существовании которого кроме Северуса не знала ни одна живая душа? — Нет, я не легилимент, Северус, — сказал Портсмит спокойно. — Видишь ли, я знал одно заклинание, по действию очень похожее на это. Пока что каждая новая фраза Портсмита рождала всё больше новых вопросов. Он продолжил: — Сказать по правде, однажды я сам использовал похожие чары. — В бою? - с недоверием спросил Северус. — Нет. — после паузы Портсмит сказал, - Я, как и ты, был очень зол на одного из моих однокурсников. — Правда? — Да. Я использовал очень опасное заклинание, сам не до конца понимая его действие. К счастью, один человек… помог мне. Помог тому парню, и я не стал убийцей. Портсмит посмотрел Северусу прямо в глаза. Его взгляд был ровным и тёплым. Никто из учителей, даже тех, кто хвалил его успехи, никогда не смотрел на него так. Совсем не этого ожидал Северус, который успел мысленно свыкнуться с мыслью об исключении из школы. Ему стало неуютно. Портсмит, конечно, был чудак. Мало кто поспешил бы поболтать о всех своих грехах при первом же разговоре с учеником. Мадам Помфри из другой комнаты напомнила о том, чтобы Северус выпил обезболивающее и кроветворное и Северус нехотя отпил из склянки на прикроватном столике. — Я ненавижу Джеймса Поттера. - зачем-то сказал Северус в образовавшуюся паузу, и тут же мысленно отругал себя за эту откровенность. — Я знаю. — ответил Портсмит мирно и спокойно, так, словно знал Северуса не два часа, а много лет и был свидетелем всего, что было между Северусом и Поттером за эти годы. Некоторое время они молчали. — Получается, вы знаете кельтские заклинания? — Совсем немного, необходимые для работы. - пожал плечами Портсмит. — И в боевой магии разбираетесь? — В ней разбираюсь неплохо - кивнул Портсмит, и, слегка улыбнувшись, добавил, - еще знаю школьную программу по чарам, двенадцать способов использования крови дракона и сносно владею трансфигурацией. Ну что, могу я претендовать на “Выше ожидаемого”, профессор? А потом он как-то слишком громко и весело рассмеялся своей собственной плоской шутке. Северус уже начинал чувствовать действие обезболивающего и его поклонило в сон. Смех Портсмита он слышал уже словно чуть издалека. Хотя и смог отметить про себя, что ему нужно было изучать дополнительные три способа использования драконьей крови, которые видимо изобрели в Америке. В Англии их было пока всего девять. — У нас есть клуб. Змеиный клуб, профессор. - неожиданно сказал Северус, почти засыпая. — Клуб изучения парселтанга? - разулыбался Портсмит. — А вы знаете парселтанг? Портсмит ничего не ответил. — Мы изучаем древнюю магию. Может, вы придете и расскажете про боевые заклинания? — Северус уже не был уверен не снится ли ему этот разговор. — Хорошо. Я с радостью приду. — громко сказал Портсмит, — кажется тебе пора отдохнуть. Северус сомкнул веки и провалился в сон.

***

Он провёл в больничном крыле ещё два дня. Раны затягивались, острая боль отступала. По мере того как сознание прояснялось, он всё отчётливее вспоминал детали разговора с Портсмитом. Надо же, как он умудрился пригласить профессора в змеиный клуб. Теперь предстояло заново собрать участников — Мальсибер в последнее время явно охладел к этой затее, и скорее всего придётся довольствоваться группой младшекурсников, горящих энтузиазмом к древней магии. Мадам Помфри наконец дала разрешение вернуться к занятиям утром пятницы, хоть и последнюю ночь перед этим он всё же должен был провести под её наблюдением. Пробираясь по коридорам школы ранним утром, Северус прислушивался к обрывкам разговоров и понял: никто до конца не разобрался в том, что случилось на уроке защиты от тёмных искусств в понедельник. Даже сам Поттер, кажется не до конца понимал, не он ли сам каким-то образом ранил Северуса во время занятия. Когда они столкнулись в коридоре, оба молча разошлись, старательно избегая смотреть друг на друга. Что ж, подумал Северус, такое временное перемирие ему только на руку. Это даст возможность тщательно подготовиться прежде чем нанести следующий удар. Добравшись до спальни, которая в это время пустовала — все уже разошлись по урокам — он обнаружил свои книги, аккуратно сложенные на кровати. Но его внимание привлекло кое-что ещё: рядом с книгами лежал новый рюкзак, на котором всё ещё болталась бирка из магазина мадам Малкин. Чёрный, с искусно выполненными зелёными карманами необычной формы. Вместительный и прочный.