Ты только мой, Джуд

Комната замерла. Будто кто-то нажал на паузу — ни слов, ни дыхания, даже лампа на потолке, казалось, затаила свет. Только губы Холанда и Джуда — соединённые в каком-то отчаянном, смятённом порыве. Это был не поцелуй страсти. Не поцелуй любви. Это было что-то другое — как вспышка молнии, когда ещё не пришёл гром. Нечто необъяснимое, но невозможное игнорировать. Холанд отпрянул первым. Его глаза метались — от Джуда к ошарашенным парням и обратно. Он словно сам не понял, что только что сделал. Щёки снова вспыхнули, а в груди, как набат, гремел пульс. — Что… — выдохнул Джуд, всё ещё не веря в случившееся. — Мне… Мне нужно… — буркнул Холанд и выскользнул из комнаты, почти сбежав. Громкое хлопанье двери эхом отозвалось в их молчании. — Что это было?.. — первым нарушил тишину Гави, всё ещё держа в руке пустую бутылку. — Это точно не было частью задания, — пробормотал Кубарси, приподнимая бровь. Джуд провёл пальцами по губам, будто хотел убедиться, что это было не сном. На губах всё ещё ощущался привкус чего-то странного — то ли решимости, то ли растерянности Холанда. Холанд шёл по коридору как пьяный. Ноги не слушались, сердце било в грудную клетку, как птица, попавшая в стеклянную банку. Он добрался до тренажёрного зала и просто рухнул на скамью. Руки дрожали. — Зачем ты это сделал? — спросил он себя вслух. — Что это было вообще?.. Он вспомнил Джуда — его голос, его смех, его взгляд в упор. Этот взгляд — будто луч прожектора, выжигающий насквозь. И ещё — тот подмиг. Лёгкий, наглый, игривый. Он играл со мной? Или я… сам сдался? Холанд зажмурился, но Джуд всё равно всплывал в сознании — яркий, солнечный, раздражающий и… невероятно живой. — Я не могу этого чувствовать, — прошептал он. — Это… неправильно. Но сердце грохотало в ответ: а что, если — можно? Тем временем в комнате атмосфера постепенно восстанавливалась. Парни начали переглядываться, кто-то хихикал, кто-то — переговаривался шёпотом. — Он тебя поцеловал, бро, — прошептал Рафинья, толкнув Джуда локтем. — Сам в шоке, — пробормотал Джуд. Он не выглядел обиженным. Скорее — заинтригованным. В груди было ощущение, будто туда вылили стакан горячего чая — согревающе, но неожиданно. — Ты ведь улыбнулся, когда он ушёл, — заметил Левандовский, кивая в сторону двери. — Улыбнулся? — Джуд слегка покраснел. — Да нет… Просто… Он странный. Холодный, но вдруг вспыхнул. — Так бывает, — многозначительно сказал Гави. Вечером, когда все уже разошлись по своим комнатам, Джуд сидел на кровати, глядя в потолок. За окном моросил дождь, капли стекали по стеклу, будто пытались постучать внутрь. Он не мог выбросить Холанда из головы. Точнее — то, как он поцеловал его. Неуверенно, почти грубо, но искренне. В этом поцелуе не было нежности. Но была… буря. Неприручённая, яростная. “Ты боишься, Холанд? Или ты просто не понимаешь, чего хочешь?” Джуд улыбнулся, но в глазах была серьёзность. — Похоже, игра только начинается.