Отчаянный брак

Ночью Астория выскользнула из объятий супругов, ощутив себя примерзко. То, что происходило с ними тремя в моменте было прекрасно, но как теперь примириться со своей совестью?  К такому жизнь ее не готовила. Она должна была стать женой аристократа, устраивать пышные приемы, нарожать чистокровных детишек, наряжать их, готовить к Хогвартсу и вообще жить свою лучшую беззаботную жизнь. Но она сидела сейчас на краю брачного ложа, замотанная в простыню, и смотрела, как ее некогда любимый мужчина сладко спит рядом с другой. Бриллианты на их кольцах поблескивали в лунном свете, наводя на девушку еще бОльшую тоску.  Астория Гринграсс приманила свои вещи заклинанием, оделась и покинула эту комнату, этот дом, эту семью, четко пообещав себе никогда больше не возвращаться.  

***

 

– И что это было? – первые слова блондина после пробуждения. – Ммм, – Гермиона еще спала. – Просыпайся, Грейнджер, ты зачем вчера влезла? – Драко потормошил ее за плечо.  Тогда она злобно посмотрела на него снизу-вверх:  – Я вообще-то теперь тоже Малфой. Благодаря твоим стараниям. – А это тут причем? Кактус пахнет кактусом, хоть кактусом назови его, хоть нет, – мужчина перефразировал классика, ухмыляясь своей находчивости. – Але, Малфой, ты вообще изучал историю своей семьи? – девушка поднялась на кровати, занимая поучительную позицию. На сколько это было вообще возможно, ведь одежды на ней все еще не было, только тонкая полупрозрачная простынка. – Фамильный кодекс, страница 46: взаимная ассимиляция супругов. – То есть ты хотела секса с Асторией, потому что этого хотел я? – до него начало доходить, какой именно уровень власти он сейчас имеет. Драко погрузился в мысли и заулыбался им. – Неплохо. – Так ли неплохо? А ведь я тоже могу привести какого-нибудь качка. Посмотрим, как ты будешь сопротивляться… – Что?  – Что? – передразнила Гермиона. – Уйди с глаз моих. И чтобы больше таких «гениальных» идей я от тебя я не слышал, – властно произнес Малфой и пошел принимать душ. Гермиона оскорбилась его поведением. Она что секс-игрушка? Пришла, чтобы удовлетворить его (прости Мерлин) девушку и попрыгать на нем. И ушла, когда стала ненужной. Как в одном волшебнике может уживаться такой потрясающий чуткий любовник и такой едкий на язык черствый сноб? – Нет, надо с этим заканчивать как можно скорее, пока не произошло что-то более серьезное! – подумала девушка, дойдя до своей комнаты и громко хлопнув дверью.  

***

 

Драко встал под теплые струи воды, вспоминая детали вчерашней ночи. Перед глазами отчетливо всплывал образ кудрявой шатенки с теплыми карими глазами, при том что образ Астории, не смотря на ее активное участие, как-то смазывался и терялся. Гермиона понимала его без слов, угадывала каждое его желание, чего нельзя было сказать о блондинке. А Гринграсс скорее была дополнением к их яркому сексу. Понравился ли ему этот опыт? Конечно, да! Но в разрезе брачных или, по крайней мере, постоянных отношений эта тема казалась не очень здоровой.  –  Надо держать Грейнджер подальше от своей девушки. Или держать Асторию подальше от своей жены, подумал Драко.  Странная ситуация все-таки складывается. Он знал, что у отца были любовницы, и видел, как его мать от этого страдает. И, будучи совсем юным, давал себе клятву не заводить подобных отношений.   Но вот ведь как бывает. Внешние обстоятельства и его собственные решения привели именно к тому, что он раньше так осуждал. То, что под одним углом зрения кажется неправильным, под другим выглядит единственным верным вариантом.  

***

  – Я хочу переговорить с Нарциссой, – заявила Гермиона Малфою понедельничным утром, когда они пересеклись возле камина. – Это еще зачем? – Драко совершенно не хотел беспокоить свою мать. Тем более, что в суматохе совершенно забыл ее уведомить о том, что женился. После смерти Люциуса несколько лет назад она сошлась с итальянским аристократом и переехала жить в магическую Сиену, передав все фамильные права и обязанности единственному наследнику. С тех пор они обменивались короткими письмами и виделись один-два раза в год.  – Может она знает что-то, что поможет облегчить наше совместное пребывание, – пояснила девушка. На самом деле Герминоа все выходные изучала дополнительные варианты выхода из этого сомнительного брака, не погибнув при этом от проклятия кубка. Гермиона советовалась с представителями древних магических родов по поводу фамильных обязательств. У Рона все было до боли просто: выходить замуж по любви. Переписка с Луной дала ей понять, что в семье Лавгудов разрешена неофициальная полиамория.  Девушка даже встретилась лично с Кормаком, который очевидно залюбовался ее улыбкой и даже искал телесного контакта, не обращая внимания на ее положение. У Маклаггенов было больше нюансов, которые шатен упомянул лишь вскользь. Гермиона пришла к выводу, что во всех семьях есть хитрости, не прописанные в кодексах. И они передаются из поколения в поколение устно. Возможно тут и кроется ее спасение. Драко не отреагировал на просьбу девушки и шагнул в камин. На самом деле, блондин посчитал разумным предложение Гермионы. Наверняка, мать знает гораздо больше и подкинет несколько умных мыслей. А если даже нет, они давно не виделись. И Драко скучал, хоть и отказывался это признавать. Пройдя по атриуму Министерства, он поднялся на этаж Отдела Международного Магического Сотрудничества и зашел в личный кабинет. Разобравшись со срочными делами, Малфой написал письмо в Италию:

Дорогая мама,

Приглашаю тебя разделить со мной радость по случаю моей женитьбы.

Прилетай в поместье чем раньше, тем лучше.

Д.Л.Малфой

Достаточно коротко, но побудительно емко. Драко ранее писал ей о намерении жениться… на Астории. И уже представил выражение ее лица, когда она увидит в роли его жены не утонченную белокурую аристократку, а маглорожденную Грейнджер.  Кстати, об Астории. Он не получал от девушки ни единой весточки после случившегося. Взял перо и новый лист пергамента, написал несколько строк и передал на отправку оба письма через свою секретаршу. В последние дни перед той ночью они обменивались практически мгновенными письмами. Поэтому блондин ожидал получить от Гринграсс скорый ответ. Но ответа не поступило. Ни в понедельник, ни во вторник, ни в среду.  Драко написал ей еще несколько писем, которые тоже остались не отвеченными. Его снова разрывали двойственные чувства. С одной стороны, он совершенно не хотел ее терять. А, с другой, понимал, что отношения с такими сюрпризами не для нее. И разрыв их связи казался более чем правильным, но таким болезненным. В пятницу Малфой получил письмо от матери:

Милый Драко,

Благодарю за приглашение.

Мы с Марио прибудем в Малфой-Мэнор в субботу в 16:00 по лондонскому времени.

Нарцисса

P.S.: Прими мои искренние поздравления!