Между уроками.

Так и прошла последняя неделя. Он пропускает три концерта, не в силах банально выйти из комнатушки, где все эти дни только что и делал, что распивал алкоголь, заглушая чувства и ломку от наркотиков. Не раз к нему приходили ребята из группы, пытались его ободрить что было бесполезно. Ссора с Анфисой дает о себе знать. Тогда саша решает, что если никто из них, то только он. Александр решает заявиться к девушке, не в силах смотреть на то, как его друг медленно себя гробит бесконечным количеством алкоголя. — Вы с Мишей совсем что-ли не планируете примирение? — С порога говорит тот, как только дверь распахивается. — Он сам не свой, ни с кем разговаривать не хочет, тебя все время просит. Он угробит себя скоро, если так продолжится. — В глазах читалась мольба о том, чтоб девушка согласилась и пошла мириться с парнем первая, потому что Михаил либо не дойдет, либо не пойдёт. Слова Балунова, которого Анфиса совсем не ожидала увидеть, обрушились на нее тяжелым камнем, и стало невыносимо больно. — Я не знаю где он, Саш, как мне с ним помириться? Если за неделю он ни разу не соизволил прийти, и просто поговорить, а ты говоришь я ему нужна? Анфиса и сама была не своя, такой болезненной выглядела из за этой тяжелой недели. — Ты знаешь что он сделал? Я что должна была его похвалить? - Сама не замечая, как начинает злиться, на невиновного Сашку, и сразу смягчается. — Ладно, прости, думаешь я здесь не мучалась? Где он вообще? Теперь и она его вопросами засыпала, снимая куртку с вешалки, накидывая на плечи, если она и правда так ему нужна, то переступит все обиды и пойдёт на примирение, ведь он нужен ей, не меньше. — Ну, так я то знаю, в коморке он своей. — Облакачивается о стену Саша. Хотя бы она нормально идет на разговор с ним, в отличие от Миши, который вообще ушел в себя, забывшись алкоголем. А у девушки ситуация складывается получше. — Он бы не смог прийти в своем состоянии, да и кто бы его пустил? — А состояние у него такое, что банально, ни дать, ни взять. Из клуба его никто в таком состоянии не выпускает, даже банально за сигаретами, весь пьянющий, подавленный, мало ли чего натворит с собой. А если кого то и впускает к себе, то только если по делу, а дело - это "принеси - подай", а так продолжаться не могло. — Вы вместе уже сколько лет, а как будто друг друга не знаете. С чего бы ты ему не нужна то? Вот я бы щас здесь стоял, буть оно иначе? — А перед глазами сейчас картина, как Балунов приходит к Мише поговорить, привести его в чувство, а в ответ получает лишь, что он хочет поговорить с Крючковой, но как же он пойдет к ней, после такого? — Знаю. — Твёрдо говорит тот. — Надо было с ним по человечески, ты как будто не знаешь, какой он вспыльчивый, со всякой фигни заведется. — Балунов смотрит, как та спешно одевается и внутри заиграла какая то надежда. — Говорю, в коморке, пошли скорей. Анфиса закрывает дверь квартиры, стараясь быстро провернуть ключ несколько раз. — Саш, я знаю какой он вспыльчивый, но и ты меня пойми, разве нормально что он ушел? Я должна бежать за ним и в ноги падать? У него есть ты, а ко мне хоть кто то пришел за это время? Вот теперь, в ее голосе явно звучала обида, ведь и правда, с Машей они практически не общаются после окончания школы, с Юлей они виделись лишь на парах, и изредка на концертах, теперь она тусовалась с Щиголевым, и все, подруг больше у нее не было. Разве что, к Князеву захаживала рыжая девчонка, но она и имени ее не знает, не то что дружбу водить. У ребят с группы, слишком быстро временами девушки менялись, и Анфиса просто решила не запоминать их. Но никого не осуждала, молодые и свободные, пусть делают что хотят. Анфиса конечно понимала, Саша прав, он бы не пришел, если бы Миша не говорил о ней, значит звал. Подходя к месту, Крючкова в голове просто в ужас пришла, неужели эту неделю он и правда в каморке прожил? Уму не постижимо. Даже дверь было открывать страшно, совсем не знала что ожидать по ту сторону. — Саш, все очень плохо? - Перед самым входом решает спросить та, морально стараясь подготовится. Коснулась ручки двери, и сделала шаг, что далось неимоверно тяжело. Совсем тускло было, а воздух такой тяжелый, что дышать невозможно было, запах застоявшегося перегара так и витал вокруг. — Миш. - Мягко говорит Анфиса, сквозь эту темноту и тишину, смотрит на его силуэт, а сама вся дрожит, так скучала, невыносимо просто. Проделав пусть через улицы, метро и вновь улицы, те оказываются в клубе. Александр постепенно сбавлял шаг, видя, как это делает и девушка, подходя к нужному помещению. На её вопрос саша лишь поджал губы, ожидая, пока та сама увидит сие зрелище: пьянствующиц уже всю неделю миша, с нетронутой щетиной, лежит в непонятной позе на диване, в тесной комнатушке, пропахшей не только сигаретным перегаром, но и алкогольным. Балунов решает остаться за пределами коморки, позволяя паре побыть наедине и выяснить все. Михаил слышит сначала слышит звук открытия двери, он не смотрит в ту сторону ровно до того момента, как не услышал родной, пробирающий до души голос Анфисы. Старший переводит на неё взгляд, словно не веря тому, что та пришла. А может, белочка наконец настигла? — Анфиса? — Разглядывает её силуэт принимая позу сидя. Это было так по настоящему, точно не белка. Они не виделись всего неделю, а прошла будто целая вечность, тем более с этим запоем время тянулось слишком медленно, тем более в четырёх стенах. — Анфиса... — По доброму дублирует Михаил с ровно такой же доброй улыбкой. — Ты все таки пришла. — Каждый раз, когда он говорил кому либо, что хочет говорить только с девушкой, то надеялся, что они в коем то веке приведут её, но на пятый день пребывания здесь, все надежды отпали, он думал , что прошло больше и та ответила отказом. — Я ушел тогда, потому что не хотел сделать хуже, в итоге вообще фигня вышла, еще хуже по моему стало. — Он был пьян, но не настолько, чтоб не сформулировать свою мысль правильно, да и к тому же пить он стал в последние дни меньше, понимая, что спасения в пиве он не найдет. Да, глядя на то, как сейчас выглядел ее любимый человек, она его совершенно не узнавала. Ведь, видела всегда в нем того самого светлого мальчишку, в которого влюбилась, а теперь, видит перед собой совсем иную картину. — Как я могла не прийти? - Улыбнулась та, не могла даже взгляд от него оторвать, он для нее такой родной и любимый, что эта разлука была по настоящему чем то кошмарным и невыносимым, и будет для них ещё одним уроком, как не стоит себя вести когда обстановка накаляется. Но вот проблема в том, усвоят ли они его? — Чего же ты не вернулся? Я ждала тебя, я так переживала, эта ссора, это такая глупость! Но я ведь люблю тебя, как же я могла отреагировать тогда иначе? Девушка присела на край дивана, провела рукой по его волосам, что заметно отросли, как сейчас ей показалось. — Поехали домой, Мишка, ты ведь мне нужен, как я буду без тебя? Она бросает беглый взгляд на его руки, синяков не было, и это ее успокоило, по крайней мере пока что. Слышать про то, что он и до сих пор любим ею, было до невозможности приятно, он ведь думал все это время, что Анфиса все еще злится или более того, вообще на порог не пустит, да еще и в таком состоянии. Его вообще из клуба то не выпускали его друзья, как говорилось, потому что натворит черти что, а если и она к нему не идет и он к ней, то получается такой круговорот и чтобы как то справиться с разлукой: он принимал алкоголь. — Я думал ты будешь злиться. — Старший неловко опускает взгляд вниз, ведь как он мог вообще допустить такую мысль у себя в голове? Хотя, тут бы любой сначала злился, но ведь все решаемо, сейчас они без злобы друг на друга, сидят рядом, оба сильно скучали и хотят домой, особенно Миша. — И вообще, мне сказали, что никто меня в таком виде никуда не пустит. — Хмурит брови, правда держа немного обиды на товарищей за это, ведь его там ждали и доехал бы он без приключений, у него ж четкая цель. — Поехали. — Миша огляделся по сторонам в поисках своей ветровки, которая служила ему все это время подушкой, не очень, кстати, помогало. Он берет её под руки и чуть пошатнувшись на месте идет к выходу, ожидая у него и Крючкову. — Как я могу так долго на тебя злиться? - На этот вопрос и ответ был не нужен, все эти ссоры она считала просто глупостью. Разве можно из за такого разойтись? Да, он совершил ошибку но ведь наверное все осознал за эту неделю. Безусловно виноваты были они оба, он оступился а Анфиса же закатила скандал, надеясь больше с таким не столкнуться, это ведь не игрушки какие то, не просто дерганье за косы. Это разрушение своей жизни. Девушка встает следом, направляясь к выходу, наконец то могла вдохнуть полной грудью, более менее чистый воздух без тяжелого запаха перегара вокруг. — Шурочка, почему ты раньше не пришел? - Подходя к Балунову спрашивает Анфиса, ведь и правда, он мог прийти куда раньше, и Миша бы не сходил с ума в одиночестве, они могли бы поговорить, и все было бы хорошо. — Спасибо что не бросил его. Крючкова ускоряет шаг, подходит к Мише, и равняется с ним. В такси они ехали молча, она лишь думала о том что закроет его в ванной на часа три, и от этих мыслей усмехнулась. — Голодный? - Ну конечно да, что за глупый вопрос, хотя она даже не знала как он жил все это время. — Не уходи больше, пожалуйста. Саша и не мог так отнестись к своему лучшему другу, просто взять и бросить его. А поздно среагировал лишь потому, что надеялся на то, что мише что нибудь да ударит в голову, что он подпустит к себе хоть кого то, кто мог его вразумить, что перестанет утешать себя таким количеством спиртного. Но надежды на это испарились лишь сегодня. Ребята решили, что будет лучше, если поедут на такси, так будет быстрее и не надо будет мотаться от станции к станции. Он смотрел в окно и молчал, наблюдая, как меняется горизонт, как за одним домом следует другой дом, как люди спешат куда то, и думает о том, как сложится их жизнь дальше, если все его выпивки и укалывания продолжатся. Ну, это уже не жизнь, получается, а билет напрямую в ад. От мыслей его отвлекает голос Анфисы, который во всей этой тишине в машине показался даже громким, это заставило чуть вздрогнуть, больше, наверное, от неожиданности. — Не представляешь насколько. — Усмехается парень. Всю неделю он держался на пиве и, в основном, хлебе, который ему приносили, чтоб он хотя бы не от голода помер в этих тесных четырех стенах. А то было бы отчасти смешно, что убивал он себя алкоголем и дешевыми сигаретами, а закончилось все голодом. Даже думать об этом не хотелось. — Не уйду. — Говорит тот и машина останавливается у их подъезда. Они выходят из автомобиля и, по ощущениям, как то слишком быстро добираются до квартиры. Наконец то он дома, где можно расслабиться и почувствовать себя живым. Его слова, она запомнила, и если случится история схожая с этой, то они будут больно врезаться в памяти, а она, ему их припоминать. Услышав что он не против пообедать, Анфиса сразу же проходит на кухню, достает все что есть в холодильнике и разогревает. По кухне тут же разносятся приятные ароматы, жареная картошка, салат из овощей, и горячий чай. Ну как же она скучала по этой их рутине, как скучала по его счастливому и довольному лицу от ее стряпни. — Три концерта отменили, Миш. - С досадой говорит та, ведь считала что в этом есть и ее вина тоже, не поругались бы, все было бы в норме. — Ну, ничего страшного, вернешься скоро. - Добавляет девушка, повезло лишь в том, что она не забросила работу, и было чем оплачивать квартиру, а то ко всем проблемам присоединилась бы ещё и эта. — Отменили, да? — С грустью спрашивает тот. Когда он говорил о том, что не пойдет ни на какой концерт, то надеялся, что парни справятся, проведут все без него, а тут и людей подвел и ребят без денег оставил. — Надо поговорить будет с ними. — Выдыхает Горшенев и перед ним тут же ставится тарелка с едой, по запаху очень вкусно. Да и вообще, не было такого, чтобы Анфиса не вкусно готовила, этот раз не исключение. Как же он хотел еще раз отведать её стряпню, этот раз настал. Одной порцией не обошлось, наелся он до упаду, чего хватит, кажется, на год вперед. После трапезы Миша пошел в ванную и немедленно смысл с себя весь этот негатив, что накопился за эту неделю, чтобы вообще не вспоминать об этом больше и закинуть в далекий ящик памяти. День заканчивается быстро, за разговорами, в течение которых ребята рассказывали о своих переживаниях за эту неделю.